Глава 3: В зубы шторму

      На следующее утро "Глупая удача" раскачивалась у причала Ланниспорта, словно старая шлюха на послешабашном похмелье.       Корабль был весь в царапинах, латках и перекошенных парусах, но казался живым — скрипел, шептал, дышал под сапогами своей сумасшедшей команды.       Эллария стояла на палубе, шляпа надвинута на глаза, трубка зажата в зубах. Левую руку с деревянным протезом она держала за пояс, будто вызов бросала всем богам моря разом. — Поднять паруса! — выкрикнула она.       Ирри, таскающий канаты, выронил один из узлов и запутался в нём, как кролик в сети. — Капитан, — сдавленно крикнул он. — Это... это дурной знак! Чайка билась в мачту этой ночью!       Курлекет, сидящий на бочонке с ромом, тут же присоединился, как эхо: — Плохой знак! Плохой знак!       Попугай у него на плече захрипел: — Беда! Беда! Шторм! Порча!       Эллария закатила глаза и, не меняя ленивой ухмылки, подошла к Ирри. Шлёпнула его деревянной рукой по затылку: — А ты, малявка, веришь чайкам больше, чем мне? — Чайки всегда знают, — буркнул Ирри, потирая голову. — Чайки — те же шлюхи, только летающие. Они к каждому порту цепляются. — Эллария сплюнула за борт. — Дуйте паруса, пока я вам не показала, что бывает за морскую трусость.       Эддард ворчливо стягивал канаты: — Плюнуть через левое плечо нужно было, когда чайка в мачту врезалась. — А я плюнула, — фыркнула Эллария. — В чайку.       На борту закипела возня: стягивали паруса, поднимали якорь, ругались, пели похабные песни — каждая нота звучала так, будто сама судьба издевалась над ними. За кормой порт становился всё меньше. Ланниспорт тонул в утреннем мареве, а впереди растягивался океан — синяя бездна, в которой таились штормы, акулы и гораздо худшие твари.       В какой-то момент старый компас на поясе Элларии дрогнул. Стрелка дрожала, словно боясь указать путь.       Она заметила это краем глаза. Ощутила холодок в спине. Но вслух сказала лишь: — Идём в самое сердце бури. Там золото — там наши шансы. Эддард сплюнул за борт. — Или там наши кости. — А кости всегда пригодятся, — лениво отозвалась Эллария, стряхивая пепел с трубки на полированные доски.       И "Глупая удача" взяла курс туда, где, как знала капитанка, суждено было начаться их самой опасной партии.