Часть 4. Как завоевывать друзей и оказывать влияние на людей

В Хогвартсе снова кипела жизнь, ученики спешили по коридорам, в их голосах слышалась смесь волнения и тревоги. Смех и редкие стоны разочарования эхом отражались от древних каменных стен, знаменуя возвращение к рутине. Для большинства из них предстоящий год не сулил ничего, кроме дружеских отношений, матчей по квиддичу и случайных ночных приключений. Но для Джейн тяжесть предстоящих экзаменов уже легла на плечи, как тяжелый плащ. Экзамены, хотя до них оставались еще месяцы, с каждым мгновением становились все ближе — безжалостное давление, от которого она не могла избавиться. Солнечный свет проникал сквозь высокие арочные окна библиотеки, отбрасывая длинные золотистые лучи на потертые деревянные столы. Свежий осенний воздух снаружи отражал тишину, царившую внутри. В воздухе витал запах старого пергамента и чернил, который знакомым бальзамом действовал Джейн на нервы. Она сидела, склонившись над учебником по трансфигурации, локоны падали ей на лицо, когда она с целеустремленной решимостью делала пометки. Обычно она держала в кармане резинку для волос или заколку-банан, но в спешке в библиотеку забыла об этом. Теперь выбившиеся из прически локоны падали ей на глаза, и, раздраженно фыркнув, она откинула их назад только для того, чтобы они снова упали вперед. Из-за всех этих волнений она не заметила, как Оливия и Элеонора проскользнули в библиотеку, бесшумно ступая по толстому малиновому ковру. Проницательный взгляд Оливии скользнул по комнате и быстро остановился на знакомой копне непослушных кудрей. Джейн оказалась именно там, где они и ожидали ее увидеть, — погруженной в книги, не обращающей внимания на окружающий мир. Легким толчком Оливия привлекла внимание Элеоноры к их подруге. Губы Элеоноры растянулись в понимающей улыбке, когда она увидела эту сцену. Стол Джейн представлял собой поле битвы из раскрытых фолиантов, разбросанного пергамента и перьев в чернильных пятнах, все было разложено так, что только она могла понять, в чем дело. Зрелище было почти успокаивающим в своей предсказуемости. — Джейн, только начался семестр, а ты уже с головой ушла в книги? - поддразнила ее Элеонора с ноткой раздраженной нежности. Джейн торопливо водила пером по странице, не поднимая глаз. — Просто пытаюсь быть в курсе событий, - пробормотала она, слегка приглушая слова, так как рассеянно держала кончик пера в зубах. Скрестив руки на груди, Оливия склонила голову набок, разглядывая ненадежные стопки книг, окружающие Джейн, словно крепостные стены. Это было знакомое зрелище, которое говорило о бесчисленных поздних вечерах и почти навязчивой необходимости подготовиться. — Ты ведь понимаешь, что ты человек, не так ли? - сухо заметила она. — Потому что такими темпами ты действительно можешь рано свести себя в могилу. — Не могу позволить себе расслабиться, Лив. O.W.L. сами себя не выдадут, - пробормотала она, пробегая глазами по плотному шрифту, словно пытаясь запомнить каждое слово. Ее подруги обменялись взглядами — одним из тех молчаливых, раздраженных взглядов, которые они отточили за долгие годы. И снова мы. Вздохнув, Оливия потянулась к одной из многочисленных книг, сложенных рядом с Джейн, и открыла ее, с праздным любопытством просматривая текст. — Джейн, это книга по алхимии, - указала она. — В Хогвартсе даже не преподают алхимию. Наклонившись, Элеонора оперлась локтями о стол, вглядываясь в напряженную фигуру Джейн. — Ты загоняешь себя в угол, - заявила она, не оставляя места для возражений. — Мы в этом деле вместе, помнишь? Ты не обязана все делать в одиночку. Ее пальцы так крепко сжали перо, что костяшки пальцев Джейн побелели. Она поколебалась мгновение, прежде чем резко выдохнуть. — Я знаю, Элеонора, - проворчала она, но слова прозвучали скорее как обязательство, чем как признание. — Я просто... Я не могу снова отстать. Оливия с тихим стуком закрыла книгу по алхимии и снова встретилась взглядом с Элеонорой. Вот она, настоящая причина. Им не нужно было спрашивать, чтобы узнать, о чем она думает. Прошлогодняя неудача все еще маячила призраком за плечом Джейн. Самодовольная ухмылка Снейпа, когда он объявил результаты, что он был лучшим в классе, а не она. Последовавшее за этим тихое унижение. Непоколебимое чувство, что, как бы усердно она ни старалась, ее все равно было недостаточно. — Мы с тобой, - просто сказала она, потянувшись и сжав руку Джейн. — Но даже самым ярким звездам нужен отдых, не так ли? - добавила Оливия, вертя в руках книгу по астрономии, которую Джейн добавила к своим запасам. Джейн сглотнула, ее взгляд был прикован к тексту перед ней, но через мгновение она едва заметно кивнула. Это было немного, но уже что-то. Тихий гул библиотеки, казалось, стих, а слова на странице отошли на задний план, поглощенные давлением, сжимающим ее грудь. — Я отдохну, когда закончу, - пробормотала она себе под нос. С тихим вздохом Элеонора наклонилась ближе, ее пальцы слегка коснулись напряженного плеча Джейн. — Мы здесь ради тебя, ты же знаешь. Только... не перегибай палку. Оливия, которая никогда не позволяла своему настроению стать слишком тяжелым, начала вслух считать количество книг на столе. — 11, 12, 13, 14! Серьезно, Джейн, это только первая неделя, - сказала она с сухим весельем. — Вы стремитесь побить какой-то академический рекорд? Стопроцентная успеваемость по каждому предмету? Джейн, наконец, подняла голову, ровно настолько, чтобы бросить на Оливию равнодушный взгляд. — Таков текущий план, - сказала она с легким раздражением. Оливия тихо присвистнула и с тихим стуком захлопнула книгу. — Да поможет нам всем Мерлин. Когда Элеонора покачала головой в притворном разочаровании, ее внимание было приковано к передней части библиотеки, где тишину прорезал резкий, бранящий голос. Мадам Пинс склонилась над группой младших школьников, ее костлявые руки сжимали книгу, и она что-то шипела о надлежащем библиотечном этикете. Первокурсники выглядели испуганными, их широко раскрытые глаза метались друг по другу, словно прикидывая наилучший путь к отступлению. — Продолжай в том же духе, и через двадцать лет ты будешь такой же. Джейн моргнула. — Что? Книжный червь? Я уже им являюсь. — Нет, - мягко вставила Оливия, наклоняясь к ней с ухмылкой. — Несчастная старая дева. Усмехнувшись, Джейн снова сосредоточилась на своей книге, как будто это само по себе отвергало эту идею. — Если я буду кричать на людей за плохое обращение с книгами, я не вижу в этом ничего плохого. — Безнадежно, - Элеонора застонала, прижимаясь к Оливии. Оливия только усмехнулась. — Совершенно. Положив руки на стол, Элеонора лениво постукивала пальцами по деревянной поверхности. — Знаешь, - сказала она, слегка наклонив голову. — Возможно, тебе нужно отдохнуть от всего этого. Ты не думала о том, чтобы вступить в клуб? Здесь есть из чего выбрать, как из магического, так и из обыденного. Клуб "Гобстоуны" всегда ищет новых членов, и они просто в восторге. А если ты хочешь чего-то более увлекательного, то есть дуэльный клуб. Также есть клуб чар. Перо замерло на полпути, зависнув над пергаментом, пока Джейн обдумывала эту идею. Ее взгляд метнулся вверх, на лице промелькнуло любопытство, но так же быстро исчезло. Она слегка откинулась назад, перекатывая перо между пальцами. — Магические камни могут быть забавными, - признала она, хотя в ее тоне не было уверенности. — Я просто не уверена, что это действительно... я. — А как насчет волшебных шахмат? Это отличная стратегия, и, будем честны, ты, вероятно, была бы в ней потрясающе хороша, - добавила Оливия, указывая на пару когтевранцев, игравших за соседним столиком. Реакция была мгновенной. Джейн напряглась, ее плечи застыли на месте, как будто ее ударили оглушающим заклинанием. Ее пальцы, которые рассеянно крутили перо, сжали его так, что дерево застонало в знак протеста. Внезапный приступ тошноты скрутил ее желудок, в горле пересохло, а на затылке выступил холодный пот. — Нет, - выпалила она быстро, даже слишком быстро. Она с трудом сглотнула, заставляя себя ослабить хватку, но ее руки все еще слегка дрожали. — Определенно нет. Ее взгляд метнулся к пергаменту, но на самом деле она его не замечала. Она прочистила горло, пытаясь успокоиться. — Волшебные шахматы... не для меня, - добавила она, на этот раз мягче, но слова прозвучали тяжело, скованные чем-то невысказанным. Проницательный взгляд Элеоноры метнулся к Джейн, мгновенно уловив перемену в ее поведении — то, как ее пальцы слишком сильно сжали перо, как напряглись плечи. Не теряя ни секунды, она повернулась. — Не нужно напрягаться, - беззаботно сказала она, вытягивая руки над головой, прежде чем с мягким стуком уронить их обратно на стол. — Есть много других способов расслабиться. Мы можем провести совместный мозговой штурм. Что-то, совершенно не связанное со школой, могло бы стать приятной переменой. Затем, лукаво наклонив голову, она бросила на Джейн понимающий взгляд. — Кстати, о развлечениях.… Я слышала, что новый профессор по защите от темных искусств - отличная кандидатура. Джейн непонимающе уставилась на нее, как будто Элеонора только что заговорила на змеином языке, и у нее отвисла челюсть. — Он не такой уж и симпатичный, Элеонора. Просто тебе нравятся мужчины с темными волосами, - снова обратив внимание на Джейн, спросила Оливия. — У тебя... есть какие-нибудь успехи в поиске нового друга? Я знаю, что еще рано, но мне просто интересно. Разочарование Джейн вспыхнуло в одно мгновение. — Я не знаю. Может быть, - отрезала она, слова прозвучали слишком резко, слишком напряженно. Она медленно вздохнула, прижав ладони к глазам, прежде чем запустить пальцы в свои кудри. — У меня уже такое чувство, что я тону в домашней работе. Как я могу справиться с таким важным делом, как завести нового друга, и все это в придачу? Ее руки тяжело опустились на раскрытые страницы учебника, плечи поникли под тяжестью всего этого. — Я просто хочу сбежать от этого бардака, - пробормотала она в полном изнеможении. Заметив время на стоявших рядом часах, Элеонора поморщилась. — Я знаю, что сейчас не самое подходящее время, - сказала она, растягивая слова, как будто заранее знала, что Джейн они не понравятся. — Но скоро начнется гербология. — Что ж, давайте посмотрим правде в глаза, не так ли? Возможно, болтовня профессора Торнвуда об ужасах Клыкастой герани станет отличным лекарством от академического перенапряжения, - Оливия уже направилась к дверям библиотеки. Гербология была одним из ее любимых занятий, и она не собиралась его пропускать. Почти не реагируя, Джейн рассеянно водила пальцами по полям своих записей. Она знала, что ее друзья не разделяют ее чувств. Они дразнили ее из-за того, что она похожа на когтевранку, из-за того, как мучительно она справлялась с каждым заданием, как будто само ее будущее зависело от одной - единственной неправильно поставленной запятой. Что у нее почти получилось с преподавателем ЗОТИ на втором курсе. Оливия, в частности, поставила перед собой личную задачу высмеять привычки Джейн писать эссе. Ее кульминационный момент наступил на третьем курсе, когда она целую неделю подражала Джейн, лихорадочно собирающей пергамент, и преувеличивала то, как ей удавалось превратить даже самое короткое эссе в диссертацию. Но, несмотря на непрекращающиеся поддразнивания, Оливия понимала ее так, как понимали немногие. На той же неделе она незаметно передала Джейн аккуратно сложенный лист пергамента — изменяемое оглавление, с помощью которого можно было привести в порядок даже самые громоздкие эссе. В то время Джейн посмеялась над этим жестом, закатив глаза и пробормотав что-то о том, что ей не нужна помощь в организации. Но позже, когда никто не видел, она использовала его. И до сих пор использует. Когда они вошли во вторую теплицу, их окутал влажный воздух, насыщенный землистым запахом влажной почвы и острым привкусом измельченных листьев. Пространство пульсировало тихой жизнью — виноградные лозы лениво обвивались вокруг деревянных балок, зачарованные цветы поворачивали свои головки, словно прислушиваясь, а из глубины заросших клумб доносился слабый шорох невидимого движения. Направляясь к их обычному месту в глубине зала, Джейн едва осмотрелась, прежде чем опуститься на ближайшую скамью. Она развернула свиток пергамента с привычной деловитостью, ее перо уже было готово к атаке. Чернила текли быстрыми, решительными мазками, пока она спешила вставить еще один абзац в свое сочинение по чарам до официального начала урока. Элеонора и Оливия обменялись понимающими взглядами, что они уже начали делать чаще, но ни одна из них не попыталась вмешаться. Они уже видели это раньше — Джейн, полностью поглощенная своим делом, что-то писала с настойчивостью человека, предотвращающего надвигающуюся катастрофу. Момент был нарушен хлопнувшей дверью и шлепаньем торопливых шагов. Рыжеволосая фигура резко остановилась рядом с Джейн, согнувшись пополам и упершись руками в колени, пытаясь отдышаться. — Извините... я... опоздала, - выдохнула девушка между глотками воздуха, щеки ее раскраснелись от напряжения. Оливия вопросительно приподняла бровь. — Опаздываешь на что? Урок еще даже не начался. Застенчивая улыбка промелькнула на лице рыжеволосой, когда она выпрямилась, заправляя выбившуюся прядь волос за ухо. — Ой. Верно. Я просто хотела убедиться, что добралась сюда вовремя и заняла хорошее место. — Джейн, познакомься с Лили Эванс. Префект Гриффиндора и абсолютная святая. Лили, это Джейн. Девушка, о которой я тебе рассказывала, - Оливия ухмыльнулась. Ее перо замерло на середине штриха, пальцы Джейн крепче сжали черенок, когда она подняла взгляд вверх. Их глаза встретились — у Лили были яркие, умные зеленые глаза, наполненные теплотой, — но, прежде чем мгновение затянулось, Джейн снова сосредоточилась на своем пергаменте, а ее рука возобновила яростные каракули. Лили тихонько рассмеялась, склонив голову набок, наблюдая, как перо Джейн быстро скользит по странице. — Ух ты. Оливия не шутила. Ты действительно целеустремленная. Полностью выйдя из транса, Джейн неловко улыбнулась. Она даже не заметила присутствия девушки, только мельком взглянула на нее. — Ой! Привет. Извини. Просто пытаюсь закончить это до начала урока. Раздалось хихиканье, и внимание группы внезапно переключилось на переднюю часть теплицы, где два темноволосых парня были глубоко поглощены каким-то нелепым планом, который они придумывали. Джеймс Поттер, вечно взъерошенный и преисполненный чрезмерной самоуверенности, осторожно направил свою палочку на Клыкастую герань в горшке, которая яростно дергалась, словно собираясь выпрыгнуть из земли. Рядом с ним Сириус Блэк откинулся на спинку стула, лениво вытянув ноги под столом, и с ухмылкой на губах что-то пробормотал Джеймсу. Растение внезапно рванулось вперед, его колючие побеги хлестнули воздух. Джеймс едва успел отдернуть руку и, подавив вскрик, с преувеличенной обидой потряс пальцами. Сириус, совершенно беспомощный, подавился смехом и стукнул кулаком по столу, чтобы не упасть. Громко выдохнув через нос, Лили уже начала терять терпение. — Они собираются дать себя покусать. Опять, - разозлилась она. — И ты считаешь это хорошим способом отвлечься? Губы Лили сжались в тонкую линию, но она не смогла скрыть легкого, нежного покачивания головой. — Не совсем. Скорее, это было... предсказуемо. О появлении профессора Торнвуда в оранжерее возвестила тишина. Высокий и худощавый, с суровым лицом, обрамленным жиденькой козлиной бородкой, он сразу привлек к себе внимание. — Добрый день, класс, - в его голосе отчетливо слышалась властность. — Сегодня мы углубимся в тонкости выращивания клыкастой герани, исследуя как ее потенциальную пользу, так и огромные опасности. Я призываю вас всех сохранять бдительность, поскольку это растение нельзя недооценивать. Обхватив длинными пальцами деревянную указку, он указал на особенно крупную клыкастую герань. Растение вздрогнуло, его малиновые лепестки раскрылись, обнажив ряды крошечных, похожих на иглы зубов, каждый из которых зловеще поблескивал в теплом свете. — Наблюдайте, - инструктировал Торнвуд, обводя класс пронзительным взглядом карих глаз. — Когда клыкастая герань взволнована, она не просто нападает, она вырабатывает стратегию. Это растение - охотник. Несколько студентов беспокойно заерзали, когда растение дернулось в воздухе, его усики извивались, как змеи. Джеймс Поттер, сидевший впереди, наклонился чуть ближе, его глаза горели от едва скрываемого ликования. Сириус, выглядевший так, словно только и ждал подходящего момента, подтолкнул Джеймса локтем. — Спорим на Серп, что ты не сможешь дотронуться до него, не лишившись пальца. Джеймс, который никогда не отступал, отсалютовал другу. — Ты в деле. Прежде чем он успел протянуть руку, по теплице разнесся громкий хлопок. Лили швырнула свой учебник по гербологии через всю комнату, угодив Джеймсу в затылок и бросив на него такой испепеляющий взгляд, что даже Клыкастая Герань слегка отшатнулась. — Не будь идиотом, Джеймс, - прошипела она. Урок продолжался, и Джейн поняла, что слушает его вполуха. Лекция, которую читал Торнвуд, отошла на второй план, и ее внимание переключилось на Оливию и Элеонору, которые тихо посмеивались над своим проектом. Она должна была чувствовать себя вовлеченной — в конце концов, они были ее лучшими подругами, — но вместо этого возникло смутное чувство отчужденности, тихая боль, которую она не совсем понимала, как назвать. В душе Джейн зародилось сомнение, когда она мысленно вернулась к своему предыдущему разговору с Оливией и Элеонорой. Возможно, они были правы. Возможно, в ее жизни требовалось больше красок, чем монотонных оттенков бесконечной учебы. Идея о новой дружбе начала приобретать новую привлекательность. Возможно, пришло время выйти за пределы ее зоны комфорта, расширить кругозор за пределы привычных рамок учебы и компании двух самых близких друзей. Джейн никогда не нуждалась в большом кругу общения. С того момента, как она переступила порог Хогвартса, Элеонора была ее опорой, ее спокойная уравновешенность была желанным утешением среди ошеломляющего хаоса первого курса. Вскоре к ним присоединилась Оливия, и ее неистовая преданность уравновешивалась успокаивающим присутствием Элеоноры. Вместе они образовали настолько сплоченное трио, что Джейн никогда не видела необходимости выходить за его рамки. Она наслаждалась их дружбой, уверенная, что никто из них не подтолкнет ее к тому, чего она не хочет. Если она хотела на несколько часов погрузиться в библиотеку, они позволяли ей. Если она забывала поесть, потому что была поглощена сочинением, Элеонора ставила перед ней тарелку без комментариев, а Оливия бросала на нее взгляд, означавший «не заставляй меня кормить тебя насильно». Они понимали ее, уважали ее целеустремленность и никогда не заставляли быть более общительной. Но когда она сидела в оранжерее, вполуха слушая урок, в ее груди шевельнулось странное беспокойство. Она уловила обрывки разговора Оливии и Элеоноры шепотом об их предстоящем проекте в Пуффендуе, их волнение бурлило между ними. Не то чтобы они ее исключали — она никогда раньше не проявляла интереса к подобным вещам. Так почему же она вдруг почувствовала, что ей чего-то не хватает? Джейн рассеянно постукивала пером по краю пергамента, ее мысли блуждали, пока профессор Торнвуд бубнил о репродуктивном цикле клыкастой герани. Оранжерея, обычно служившая местом спокойных занятий и привычной рутины, внезапно показалась ей слишком маленькой и предсказуемой. Мысль — непрошеная, но настойчивая — засела у нее в голове: неужели это оно? Она взглянула на Оливию и Элеонору. Они показывали на будущих студентов, делая пометки. Джейн обожала их, но внезапно осознала, что их мир больше не принадлежит ей. А может быть, она просто никогда не пыталась проникнуть в их мир. Ее взгляд блуждал по классу, мимо склоненных голов студентов, которые что-то записывали, мимо пар и группок непринужденных друзей. Это было море лиц, некоторые из которых были знакомы, а некоторые просто упоминались вскользь. И все же у каждого из них были свои истории, своя жизнь, наполненная вещами, частью которых Джейн никогда не думала стать. В памяти всплыло воспоминание о лете, проведенном в одиночестве в северной деревне, где она общалась только на работе или с отцом. Одиночество мучило ее больше, чем она позволяла себе признать. Она годами убеждала себя, что ей не нужно ничего, кроме того, что находится в ее узком кругу. Но что, если она ошибалась? От этой мысли ее охватило нервное предвкушение. Могла ли она действительно изменить это? Знала ли она хотя бы, как? Во взгляде Элеоноры была определенная серьезность, та тихая озабоченность, которая свойственна только близкому другу. — Ты в порядке? - спросила она так тихо, что Джейн едва расслышала ее. — Да, просто задумалась, - Джейн пожала плечами, отвлекаясь от своих мыслей. Оглядев ее с ног до головы, словно не совсем поверив, Элеонора кивнула. — Что ж, перестань думать и просто послушай. Клыкастая герань довольно привлекательна, хотя и немного опасна. Тихо рассмеявшись, Джейн попыталась сосредоточиться, но обрывки ее прежних мыслей все еще не давали ей покоя. Как бы она ни старалась сосредоточиться на монотонном голосе профессора Торнвуда, ее мысли все время возвращались к идее выйти за пределы ее тщательно выстроенного мира, переступить привычные границы книг и учебы. Сможет ли она? Эта мысль обожгла, в ней зародилась искра чего-то непоколебимого. Она не бросила бы учебу — это было немыслимо. Но должен был быть способ уравновесить чашу весов, стремиться как к совершенству, так и к опыту. Быть чем-то большим, чем просто девушкой, уткнувшейся в пергамент и испачкавшей пальцы чернилами. Она провела годы, наблюдая за происходящим со стороны, позволяя жизни происходить вокруг нее, а не вмешиваясь в нее. Возможно, пришло время это изменить. Когда двери оранжереи распахнулись и из нее начали выходить ученики, Джейн остановилась всего на мгновение, прежде чем расправить плечи. Это решение показалось ей странным, словно она ступила на неизведанную землю, но в то же время оно вызывало неоспоримый трепет. В этом году все будет по-другому. С каждым шагом по направлению к гостиной Пуффендуя ее решимость крепла. Конечно, оставалось решить еще один маленький вопрос - затмить Снейпа. Но что будет после этого? Что ж, даже самые яркие звезды не смогут засиять, если они никогда не выйдут из-за облаков.

***

Прошло две недели с момента ее первоначального всплеска энтузиазма, и Джейн обнаружила, что погрязла в трясине нерешительности. Простой процесс выбора партнера по проекту превратился в колоссальную, вызывающую беспокойство задачу. Она жаждала общения без бремени чрезмерных требований, друга, который понимал бы святость ее учебных часов. Необходимость преуспеть в учебе была неумолимой преградой, отбрасывающей длинную тень на любые потенциальные социальные взаимодействия. Вторая оранжерея вибрировала тихим гудением, свидетельствующим о сосредоточенности, пока все тщательно пересаживали назначенные растения. Джейн, однако, была поглощена эпической борьбой не с деликатной задачей, а со своими непослушными кудрями. Казалось, они живут своей собственной жизнью, постоянно вырываясь из-под резинки для волос и в беспорядке рассыпаясь по лицу. Разочарованно вздохнув, она протянула руку и попыталась заправить особенно упрямую прядь за ухо, но через несколько мгновений она снова оказалась на месте. — Нужна помощь с этим? Джейн испуганно подняла голову и увидела, что Лили Эванс наблюдает за ней с веселым блеском в зеленых глазах. Префект Гриффиндора стояла рядом с ней, на щеке у нее было пятно земли, а руки уже перепачканы после пересадки. Поколебавшись, Джейн покорно кивнула. — Если у тебя есть хоть какая-то магия, чтобы справиться с этим беспорядком, будь моим гостем. Не успела Лили опомниться, как отложила лопатку и ловко собрала локоны Джейн в свободный пучок. — Вот, - сказала она, слегка похлопав Джейн по плечу. — Так они не будут лезть тебе в лицо. По крайней мере, до тех пор, пока растения не решат взбунтоваться. — Скорее всего, так и будет. Клянусь, с магическими растениями мне везет хуже, чем с зельями. Это о чем-то говорит, поскольку Снейпу всегда удается превзойти меня, - пока Джейн говорила, она поняла, что не уверена, что делать с гриффиндорцем. В то время как среди пуффендуйцев такая доброта была обычным делом, она никогда не испытывала ее от кого-то с другого факультета. Лили хихикнула. — О, это просто потому, что Слизнорт буквально пускает слюни на любого, кто разбирается в пивоварении. С другой стороны, Гербология? Никакого фаворитизма. Только грязь, укусы и редкие плотоядные кустарники. Джейн фыркнула, прежде чем снова обратить внимание на извивающееся, колючее растение перед ней. Оно обнажило свои крошечные, зазубренные зубки, кусая ее за пальцы в перчатках. Она нахмурилась. — Итак... у тебя хорошо получается? Лили пожала плечами, снова беря в руки полотенце. — Достаточно прилично. Хотя я думаю, что моя сила скорее в предотвращении несчастных случаев, а не в том, чтобы преуспеть в этом предмете, - она указала на Джеймса и Сириуса, стоявших в другом конце теплицы, где двум мальчикам каким-то образом удалось обхватить запястье Джеймса своими щупальцами. Он драматично размахивал руками, в то время как Сириус пытался сорвать растение голыми руками, игнорируя яростные предупреждения профессора Торнвуда. Джейн долго наблюдала за ними, затем повернулась к Лили. — Я вдруг почувствовала, что мои шансы намного выше. — Вот это в духе, - она бросила на Джейн задумчивый взгляд, затем пододвинула к ней небольшой кофейник. — Нужен партнер? Предложение застало Джейн врасплох. — Да, - сказала она, изо всех сил стараясь не прикусить губу от волнения. — Думаю, что да. Когда последние лучи дневного света погасли за стеклянными стенами теплицы, Джейн и Лили работали бок о бок, их руки были перепачканы землей, а ритмичные движения по пересадке заполняли уютную тишину между ними. Это было непривычно, это непринужденное дружеское общение — никакого давления, никаких ожиданий, просто два студента разделяют задание. К тому времени, когда профессор Торнвуд распустил класс, Джейн почувствовала облегчение, напряжение, о котором она и не подозревала, спало. Возможно, в конце концов, это будет не так уж и сложно. Позже тем же вечером Джейн, нахмурившись, уставилась на балдахин своей кровати. Если бы существовало уравнение для дружбы, она бы уже решила его. Арифмантика имела смысл — числа подчинялись правилам, уравнения давали предсказуемые результаты. Но взаимодействие людей? Это был хаос, замаскированный под социальные нормы. Не было четких формул, гарантирующих связь, не было логической последовательности шагов, гарантирующих успех. Лили казалась идеальным кандидатом. Она была доброй, но не удушающей. Общительной, но не требовательной. У нее был свой круг друзей, а это означало, что она не цеплялась за Джейн и не ждала постоянного внимания. И, возможно, самое главное, Оливия уже одобрила ее, а это означало, что не было риска возникновения внутренней политики в отношении дружбы. Но как можно с кем-то подружиться? Была ли какая-то определенная последовательность? Естественное развитие событий? Или это был просто метод проб и ошибок, игра в угадайку, пока что-то не прояснится? Она перевернулась на бок, еще глубже нахмурив брови. Возможно, если бы она подошла к этому логически, то смогла бы придумать план. Ей нужна была возможность, предлог для общения с Лили вне рамок гербологии. Что-нибудь непринужденное, но не слишком очевидное. Возможно, об одолжении? Или из-за общих академических интересов? Нравилось ли Лили вообще учиться, или она была из тех людей, которые без особых усилий получают хорошие оценки? Джейн выругала себя за то, что раньше не уделяла этому должного внимания. Тихий вздох сорвался с ее губ. Если бы только людей было так же легко понять, как цифры. Именно над этим вопросом Джейн размышляла на уроке гербологии позже на той неделе. Лили Эванс, которая была в затруднительном положении, сидела рядом с ней и что-то писала, совершенно не подозревая, что Джейн мысленно пытается выработать стратегию. Голос Лили прервал размышления Джейн. — Джейн, не могла бы я украсть бутылочку чернил? У меня, кажется, кончились чернила. Не задумываясь, Джейн подвинула к ней чернильницу, едва взглянув на нее, прежде чем вернуться к гораздо более сложной задаче социальной навигации. Только когда Лили испустила преувеличенный вздох облегчения, Джейн снова обратила на нее внимание. — Спасатель, - объявила Лили, торжествующе потрясая чернильницей. — Я заменю его на этих выходных, когда пойду в Хогсмид. С интересом. Два по цене одного. — Прошу прощения… в Хогсмид? - ее мозг пришел в себя на мгновение позже. — Вроде того, что проходит в этом месяце? Лили бросила на нее взгляд, наполовину удивленный, наполовину недоверчивый. — Да, Джейн, тот самый, - затем, словно эта мысль только что пришла ей в голову, она просияла. — Ой! Хочешь пойти со мной? Это было бы так весело. Ее первым побуждением было подумать о своем расписании. По "Уходу за магическими существами" и "Магловедению" сразу после выходных нужно было сдать основные эссе. Ответственная ученица — такая прилежная, какой она гордилась, — проводила время в библиотеке, следя за тем, чтобы каждая сноска была идеальной. Но это была хорошая возможность. Прекрасная, неоспоримая возможность. — Да… Мне бы этого хотелось. Предвкушение охватило Джейн, когда она возвращалась в гостиную. Возможно, дружба с Лили не отнимет у нее так много времени, как она боялась. Возможно, это могло бы стать приятным развлечением, глотком свежего воздуха. Знакомый взгляд зеленых глаз Лили заинтриговал ее. Была ли причина для этой связи? Необъяснимое чувство не покидало ее, шепот подсказывал, что Лили - та, с кем ей суждено встретиться, та, кто может оказать глубокое влияние на ее жизнь. Дни тянулись до субботы. Джейн изо всех сил старалась, чтобы растущее волнение по поводу предстоящих выходных не затмило занятия в школе. Каждый мимолетный взгляд на Лили в коридорах или на уроках вызывал у нее трепет. Впервые она с нетерпением ждала этого проекта. Возможно, знакомство с Лили стало первым шагом на пути к более сбалансированному и полноценному году жизни.