Шаг второй: Конфликт
10 мая 2025, 10:20Шаг второй: Конфликт
стадия отрицания и взрыва
Два дня передышки от Генри Кавилла казались глотком свежего воздуха и спасением её нервной системы. Можно было выдохнуть и попытаться выкинуть из головы произошедшее на балконе во время благотворительного вечера. Эмили валялась в постели, нежась в лучах полуденного солнца. Сквозь открытое окно доносилось щебетание птиц, а занавески медленно качались на легком ветерку. Вот бы сегодняшний день прошёл также спокойно. Но мечты мечтами. В её идеальное утро вдруг ворвался звонок мобильного, разрезав пространство противной трелью. Девушка перевернулась на бок и не глядя взяла телефон. — Да? — Эмили Джейн Вайтхаус, — голос матери звучал так, будто она готова устроить взбучку даже находясь за пару сотен километров от дочери. — Что происходит? Соседи только что сообщили мне новости. Ты встречаешься с каким-то Генри Кавиллом? Кто он? Почему ты ничего не рассказала нам с отцом на прошлых выходных, когда была дома? Эмили застонала и уткнулась лицом в подушку. Со всеми этими съёмками, скандалами и репетициями, она совершенно забыла о том, что нужно сообщить родителям о её «романе» с самым раздражающим актёром Голливуда. — Мам, всё под контролем. Между нами ничего нет. Это просто пиар. — Пиар? — фыркнула мать. — Да, — Эмили провела рукой по лицу, стряхивая остатки сна, — просто так надо было. Это временно. — Да? Ты уверена? — Теперь голос матери звучал немного мягче, но всё ещё настороженно. — Тогда у тебя всё хорошо? Эмили вздохнула. Хорошо или нет — пока она сама не знала. — Я расскажу тебе и папе обо всём как приеду в следующий раз. Не переживай и передай отцу, что я в порядке. Поговорив с родительницей ещё пару минут, Эмили быстро попрощалась. Но не успела отложить мобильный в сторону, как вновь раздался звонок. На этот раз звонил Менеджер. — Эмили, — голос Мистера Грина, как всегда по утрам, сочился энергией. — Не забудь, что сегодня интервью для CinemaLife. В 14:00. И, пожалуйста, постарайся не смотреть на Кавилла так, будто убить его готова. — Я так не смотрю! — Ну вот и не смотри, — он усмехнулся. — Всё, удачи! В трубке послышались гудки. Девушка протяжно застонала. И как она могла забыть об ещё одном интервью? Все надежды на ленивый день дома накрылись медным тазом. Пришлось заставить себя встать с кровати, пойти умыться, натянуть что-то презентабельное и приготовить завтрак, который она едва ощутила на вкус. Кофе лишь слегка приглушил её раздражение, но мысль о том, что сегодня придётся снова видеть его, сводила все усилия на нет. Ехать на интервью не хотелось, особенно в свой единственный выходной. Хотелось валяться весь день в кровати, есть чипсы, запивать их колой и не думать ни о чём другом. Особенно о Генри Кавилле. Но выбора не было. Эмили вызвала такси, спустилась на улицу и села в подъехавший автомобиль. Дорога до студии заняла тридцать минут, и все тридцать минут девушка смотрела в окно. Весна уже полностью вступила в свои права. На улицах было много людей, тёплый ветерок играл с кронами деревьев, на которых уже распустились первые листочки, а солнце припекало так, будто сейчас был не апрель, а как минимум июнь. Мелькающая картинка успокаивала. Сразу вспоминалось детство и беззаботные дни в деревне у бабушки. Эмили непроизвольно улыбнулась. Но как только такси подъехало к студии, улыбка тут же сползла с её лица. Генри уже ждал её у входа, прислонившись к стене. В тёмно-синем пиджаке, с расстёгнутой верхней пуговицей рубашки, он выглядел так, будто только что сошёл с обложки глянцевого журнала. — Опаздываешь, — заметил он, ухмыляясь. — Ты что, дежуришь здесь специально, чтобы испортить мне настроение? — Спросила актриса, выйдя из такси. Мужчина усмехнулся и подошёл к ней. Немного наклонившись, он встретился с её недовольным взглядом. — Нет, — его губы растянулись в хитрой улыбке, — я стою здесь, чтобы видеть, как ты краснеешь, как только я оказываюсь чуть ближе. Эмили резко отпрянула, но было поздно — её щёки уже предательски запылали. Она почувствовала как от гневного жара краснеют кончики её ушей и возненавидела себя за эту особенность. — Ненавижу тебя, — вместо этого выпалила она. Эмили обогнула хохочущего мужчину и вошла в здание, не позволив Кавиллу опередить её и открыть перед ней дверь. Очень хотелось швырнуть в него чем-нибудь тяжёлым, но под рукой ничего подходящего не было, а швырять в него дорогущую сумочку от Шанель было бы варварством. Они вместе вошли в студию, поздоровались с персоналом, прошли в общую гримёрку и при всём при этом не забыли вновь вжиться в роль влюблённой парочки. Эмили кокетливо хлопала длинными ресницами, смотря на Кавилла, и в глубине души мечтала, чтобы он провалился сквозь землю, а Генри… ну, что творилось у него в голове она не знала. Но эта чёртова улыбка, которая появлялась на его лице чересчур легко, как только их взгляды пересекались, жутко бесила. Скорее бы интервью закончилось. Единственная мысль крутилась у неё в голове, когда их вдвоём посадили на диван перед ведущим и включили камеры. Игра началась.***
Интервью шло гладко. Слишком гладко. Ведущий улыбался, задавал стандартные вопросы о «новых отношениях», о совместных проектах, о том, как они познакомились, где прошло их первое свидание, кто первый признался в своих чувствах. Эмили отвечала автоматически, стараясь не смотреть в сторону Генри. Все ответы на вопросы были давно отрепетированы, хотя по мнению девушки и звучали, как заученные строки из плохой пьесы. В принципе, всё было под контролем, ни единой заминки или вопроса, на который они не знали бы ответа. Интервью уже почти подошло к концу. Ещё один вопрос и можно было попрощаться с этой душной студией. — И последний вопрос! — ведущий подмигнул зрителям и затем вновь посмотрел на Эмили и Генри. — Вы встречаетесь уже почти месяц, но никто так и не заснял ваш поцелуй. Может, исправим это прямо сейчас? Девушка замерла с каменной улыбкой на лице. Игра игрой, но вот целоваться с Генри Кавиллом она не собиралась. Кто добавил этот вопрос и почему его не выслали заранее вместе с остальными? — Это… слишком личное, — сказала она, чувствуя, как табун ледяных мурашек пробежался вдоль позвоночника, заставив её незаметно сжаться. Сердце в груди громко застучало, а Генри лишь хрипло рассмеялся и откинулся на спинку дивана. Ему эта ситуация пришлась по нраву. — Ох, но вы же уже не дети, — продолжил напирать ведущий. — Ваши фанаты ждут этого момента! — А я совсем и не против показать нашим зрителям и фанатам поцелуй, — Генри улыбнулся в камеру, а затем, повернувшись к актрисе, подмигнул ей. — Что скажешь Эмили? И прежде чем она успела что-то ответить, его левая рука уже нежно обхватила её затылок, правая скользнула на талию и притянула девушку ближе. А в следующее мгновение его горячие губы накрыли её. Неожиданно, спонтанно, без предупреждения. Девушка застыла. Поцелуй выбил весь воздух из её лёгких и она, подняв руки чуть выше, сжала ворот мужского пиджака, чтобы не отпрянуть нечаянно и не добавить новые слухи и сплетни к уже имеющимся. Вайтхаус была зла, но чёрт побери… Кавилл целовался совсем не так, как она ожидала! Всё было слишком медленно, слишком нежно, слишком сладко. Он будто бы специально растягивал этот момент, заставляя всех вокруг поверить в их игру. Особенно её… Его поцелуй медленно вытеснял все мысли из головы и она уже не понимала почему её сердце колотится так предательски бешено. Зрители в студии притихли, даже шорохов не было слышно или девушке так только казалось. Когда поцелуй закончился, она едва смогла собраться и взять себя в руки. В студии висела тишина. — Ну… это было горячо, — сдавленно пробормотал ведущий. Эмили даже не смотрела в сторону Генри. Она сидела на диванчике, нервно улыбаясь и кусая губы. А Кавилл… он вальяжно раскинулся рядом и закинул свою руку на спинку позади девушки. Единственное, за что можно было сказать ему пол «спасибо» так это за то, что дальнейшие вопросы об их отношениях и предложение о продлении их интервью он пресёк быстро, не позволив ведущему настоять на своём.***
Когда интервью закончилось, и все начали расходиться, Эмили еле сдержалась, чтобы не сбежать сразу. Она медленно прошлась по залу, поболтала со старыми знакомыми, попила чай с лимоном и, выждав, когда Кавилла не будет на горизонте, незаметно смылась из студии. Да как он посмел? Ярость клокотала у неё в груди. Выйдя на улицу и топнув пару раз ногой, словно маленький ребёнок, она купила сигареты в ларьке у студии и спряталась в ближайшем переулке. Привычку курить она давно забросила. Не хотела, чтобы сигареты мешали её карьере или портили голос. Но сейчас они были единственным способом успокоиться. Руки дрожали не то от злости, не то от адреналина, когда она подносила зажигалку к кончику сигареты. Первая затяжка обожгла лёгкие, но хотя бы помогла перевести дух. Эмили выпустила тонкую струйку дыма в небо и, прислонившись спиной к стене, прикрыла глаза. — Не кури. Голос Кавилла заставил её вздрогнуть. Вайтхаус резко распахнула глаза — он стоял в всего двух шагах от неё, скрестив руки на груди. — Ты мне что брат, сват, отец? — огрызнулась она. — Отвали, дай побыть одной. — Нет, — он выхватил сигарету у неё из пальцев и раздавил её под ботинком. — Тебя здесь могут увидеть, а ведь не всем фанатам нравятся когда их кумиры курят. Ещё один скандал хочешь? И вообще, — Генри прищурился, — мне тебя ещё целовать. — Этого больше не повториться! — Да что ты? — он шагнул ближе, скептически приподняв левую бровь. — Ты сама схватилась за мой пиджак, когда мы целовались в студии. Хочешь сказать, что не понравилось? — Это было во избежании отторжения, — прошипела Эмили, выпрямившись и задрав голову выше. — Как же ты меня бесишь, Кавилл. Он был выше её на две головы, шире в плечах, его атлетическая фигура смотрелась вызывающе на фоне хрупкой Эмили. Сильный, самоуверенный, красивый, но никакой не джентельмен, каким его рисовали в обществе. — Врёшь, — его губ коснулась нахальная улыбка. — Да пошёл ты! — она толкнула его в грудь. — Мы больше никогда не будем целоваться, ты этого даже делать не умеешь! Мужчина удивлённо вскинул брови. — Целуешься, как школьник на выпускном! Любой мой партнёр по фильму делал это в сто раз лучше! Глаза Генри опасно вспыхнули. — Правда? И одним резким движением он снова прижал её к стене. Его руки оказались по обе стороны её головы, а сильное тело прижалось так тесно, что отрезало любые возможности на побег. Запах хвои и сандала снова защекотал её нос. Жёсткое чувство дежавю вдруг накрыло Эмили. Случалось уже с ними что-то похожее… буквально пару дней назад. — Отойди, — прошипела Вайтхаус, уперев свои ладони в его широкую и мускулистую грудь. — Ммм, — промычал Кавилл, нависая над девушкой. Его правая рука скользнула на её талию, притягивая ближе. Обжигая своим прикосновением. — И что же ты сегодня будешь делать с этим? — хрипло поинтересовался он. А в следующий момент ладонь Эмили со звонким шлепком приземлилась на его щеку, оставив алый след. Генри удивился, его зрачки сузились, но мужчина даже не дрогнул — лишь медленно провёл языком по внутренней стороне щеки, словно пробуя на вкус её гнев. — Ого, — прошептал он, и в его глазах вспыхнуло что-то дикое. — А ты… горячее, чем я думал. Она попыталась вырваться, но он перехватил её руки, прижав их к стене над головой. — Отпусти! — Боишься? — Его голос стал мягким, почти ласковым, но в нём сквозила опасность. — Нет, — Вайтхаус качнула головой. Делать ей было нечего, кроме как бояться этого хама-переростка! — Это хорошо, — тем временем прошептал он. И в следующую секунду впился поцелуем в её приоткрытые губы, сразу скользнув языком внутрь. Этот поцелуй был совершенно другим. Не тем нежным и театральным, который требовали камеры. Он был жадным, горячим, яростным, будто Кавилл пытался доказать ей что-то, а она, к собственному ужасу, была не против. Он выпустил её руки из своего захвата и те непроизвольно легли ему на плечи. Её пальчики зарылись в чёрную шевелюру и острые ноготки впились мужчине в затылок. Кавилл сдавленно застонал. Эмили чувствовала то, как сильно он возбудился, как его твёрдое естество упёрлось ей в живот, и от этого её саму бросило в жар. Он прижимался к ней всем телом, его губы жгли, лёгкая щетина слегка царапала кожу, а сильные руки сжимали талию так, что складывалось впечатление — ещё чуть-чуть и под его пальцами тонкая ткань её блузки треснет и разойдется по швам. — Ну что, — прошептал он, на мгновение прервав поцелуй, его дыхание смешалось с её, — всё ещё считаешь, что я целуюсь, как школьник? Эмили ненавидела его. Ненавидела себя за то, что предательски ответила на поцелуй и всем телом жалась к его широкой и горячей груди. — Ты… — она попыталась отпрянуть и отдышаться, — отвратителен. Генри хрипло рассмеялся. — Где-то я это уже слышал, — большим пальцем он провёл по её раскрасневшейся щеке и опустил его на её пухлые губы. — Ты дрожишь, — мужчина наклонил голову на бок и прищурился, — почему? — По качану, Кавилл, — она вновь упёрлась ладонями в его грудь и наконец смогла оттолкнуть его дальше, — при чём по твоему. Вырвавшись из его цепких объятий, Эмили пошатнулась, пытаясь поймать равновесие. Она молча вышла из переулка, оставив Генри одного стирать её помаду со своих губ. — Подожди, — крикнул он ей в след. — Я подвезу тебя домой. — Оставь меня, — бросила она, прибавив шагу и на ходу, вызывая такси. — Не хочу тебя видеть.***
Вечер спустился на город слишком быстро. На улице уже зажглись первые фонари и луна появилась на небе. Эмили снова лежала на своей кровати и бесцельно пялилась в окно. Что со мной происходит? Её мобильный трезвонил непереставая. Сначала мама. Потом Томас. Потом — неизвестный номер, который она проигнорировала. Но когда на экране всплыло имя Лизы, её лучшей подруги, которая сейчас была в отпуске, Эмили не выдержала и ответила. Она перевернулась на живот и нажала на кнопку «принять вызов». — Да, привет. — Ты серьёзно?! — Лиза кричала так, что пришлось отодвинуть телефон от уха. — Да, привет?! И это всё, что ты можешь мне сказать? Вайтхаус шумно вздохнула, не зная, что ответить. — Эмили, я всего лишь улетела в отпуск, — тем временем продолжила та, — а ты за это время успела получить грязные слухи от Кэтрин, попавшие в прессу, начать фиктивные отношения с Генри Кавиллом, а теперь весь интернет обсуждает видео, где вы ссоритесь как кошка с собакой, а потом целуетесь так, будто готовы предаться плотским утехам прямо там в переулке! Эмили застонала: — Это не то, чем кажется. — О да, конечно! — Фыркнула Лиза. — Ври своей лучшей подруге, конечно. Но знаешь что? Твоя лучшая подруга не дура и не слепая и поэтому она хочет сказать тебе следующее: обычно люди так целуются только если: а) ненавидят друг друга, б) безумно любят друг друга, в) безумно хотят друг друга, г) всё выше перечисленное и взаимно не исключающее. — Я лучше промолчу, — ответила Эмили и зарылась пальцами в свои волосы. — Это вариант В, да? Вайтхаус прикрыла глаза. — Я ненавижу его. — Милая, — Лиза вздохнула, — так обычно начинается вариант Г...Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!