Часть 3

      Вернувшись домой, Гермиона обнаружила привычную пустоту. Рона не было. «Что ж, классика», — подумала она с грустной усмешкой, направляясь в душ, чтобы смыть с себя усталость и остатки вчерашнего дня. Горячие струи воды приятно обжигали кожу, но не могли смыть тревогу, которая скреблась где-то внутри.       Спустя час она уже сидела за своим столом в Министерстве, уткнувшись в кипу пергаментов. Слухи о происшествиях в Румынском заповеднике расползались по министерским коридорам быстрее, чем дементоры по Азкабану, просачиваясь в каждую щель, каждый кабинет, каждый разговор. Исчезновения редких артефактов, необъяснимые всплески магической энергии, странное поведение магических существ — все это вызывало не просто беспокойство, а настоящий, животный страх. Гермиона чувствовала, как по спине пробегают мурашки. Это было не просто «неладное», это было что-то серьезное, темное, опасное.       Она поделилась опасениями с Гарри, который, будучи главой Аврората, не мог игнорировать подобные сигналы. Весь день он носился по Министерству, как заведенный, собирая информацию, опрашивая свидетелей, пытаясь сложить разрозненные кусочки головоломки в единую картину.       — Мерлин, Грейнджер, отвлекись ты от своих драных бумажек! — простонала Джинни, запихивая в рот очередное печенье.       «Жрет как гиппогриф», — мелькнула у Гермионы мысль. Джинни, изнывая от скуки, торчала в ее кабинете уже больше часа. Бумажная работа была для Поттер настоящей пыткой, поэтому она предпочитала «работать» в компании подруги, перекладывая пергаменты с места на место и уничтожая стратегические запасы печенья.       — Джин, я понимаю, что тебе скучно, но мне нужно сдать этот отчет, — раздраженно ответила Гермиона, тыча гелиевой ручкой в сторону подруги. — В голове и так каша, так что, будь добра, заткнись и наслаждайся своими печеньками.       Джинни перестала жевать, брови взлетели вверх. На секунду она застыла, словно пораженная громом, а потом ее глаза сузились, взгляд стал хитрым и проницательным.       О нет, это плохо.       — Так-так, Гермиона Джин Грейнджер, — Джинни грациозно поднялась, подошла к столу и, закинув ногу на ногу, уселась прямо на него. — Выкладывай, что стряслось?       Гермиона нервно заморгала. «И что ей сказать? Что я вчера чуть не послала Рона к чертовой матери? Что я до сих пор не понимаю, что происходит между нами? Что я, черт возьми, встретила на мосту Малфоя?»       — Да ничего особенного, — попыталась отмахнуться Гермиона.       — Не строй из себя невинную овечку, — закатила глаза Джинни. — У тебя это хреново получается. Еще раз спрашиваю: что случилось?       Вот же ж зараза!       Гермиона бросила ручку на стол, откинулась на стул и устало потерла лицо. Она чувствовала себя выжатым лимоном. Ей до смерти хотелось завалиться в кровать, запастись горой мороженого и устроить марафон маггловских фильмов.       — Ладно, черт с тобой, — сдалась Гермиона. — Рассказываю. Вчера мы с Роном… ну, скажем так, нехило поругались. Я психанула, наорала на него, вылетела из дома и… — она расстегнула две верхние пуговицы рубашки, чувствуя, как к щекам приливает жар. — Короче, дошла до моста…       — И встретила там Малфоя? — рассмеялась Джинни.       Гермиона молча посмотрела на нее, уголки губ дрогнули в кривой улыбке.       Джинни мгновенно посерьезнела. — Ты серьезно? — прошептала она, начиная нервно ровнять стопку пергаментов на столе.       Гермиона колебалась. Стоит ли рассказывать Джинни всю правду? Про их тайные отношения в Хогвартсе? Про то, как Драко разбил ей сердце? Про то, как он исчез из ее жизни, а потом, спустя столько лет, неожиданно появился и спас ее от пьяного придурка на свадьбе?       — Джин, нам нужно серьезно поговорить… — начала Гермиона, но в этот момент дверь распахнулась, и в кабинет влетел Гарри, красный и запыхавшийся.       — Срочно! За мной! — крикнул он.

***

      Решение о формировании команды для расследования было принято стремительно.       Помимо Гарри и Гермионы, в команду вошли Джинни, отвечающая за магический транспорт (и, по совместительству, ходячий источник сарказма), и Блейз, талантливый зельевар, чей опыт работы с магическими существами мог оказаться бесценным, особенно для Гермионы, которая, несмотря на свою энциклопедичность, панически боялась пауков размером больше копейки. И тут, как грёбаный гром среди ясного неба, прозвучало имя Драко Малфоя.       У Гермионы желудок сжался в тугой узел. Малфой? Серьезно? Из всех долбаных волшебников в Министерстве именно он?       Известие о поездке, и, что еще хуже, о компании Драко, дошло до Рона как раз во время обеденного перерыва в Аврорате. Он ворвался в кабинет, где проходило собрание, лицо багровое, как у перекормленного тролля.       — Ты что, совсем рехнулась?! — взревел он, тыча пальцем в список команды, висевший на доске. — С Малфоем в Румынию? Ты вообще помнишь, как эта змея с тобой обращался в Хогвартсе?!       Джинни нахмурилась, бросая вопросительные взгляды на Гарри, но тот лишь беспомощно пожал плечами. В воздухе повисла напряжение, густое, как патока.       — Рон, успокойся, — попыталась Гермиона утихомирить разбушевавшегося парня. — Это важное задание, тут не до личных… антипатий.       — Антипатий?! — Рон фыркнул, брызжа слюной. — Да он тебе херни наделает! Ты никуда не поедешь! Я тебе запрещаю!       Гарри осторожно положил руку Рону на плечо, пытаясь его успокоить, но тот дернулся, как ужаленный. Гермиона почувствовала, как внутри поднимается волна раздражения.       — Рональд Уизли! — рявкнула Гермиона, и терпение, которое она так старательно хранила, лопнуло.– Хватит меня контролировать! Я взрослая ведьма и сама решу, с кем мне работать и куда ехать. Я еду в Румынию, и это не обсуждается!       В этот момент в кабинет вошли Драко и Блейз. Малфой окинул Рона презрительным взглядом, уголки губ изогнулись в едва заметной усмешке.       — Какие-то проблемы, Уизли? — ледяным тоном поинтересовался он. — Ревнуешь, что ли?       — Заткнись, Малфой! — прорычал Рон, сжимая кулаки.       — Рон, прошу тебя! — Гермиона встала между ними, сердце бешено колотилось в груди. — Не хватало еще тут драки устраивать!       Просто прекрасно! Пусть еще подерутся тут.       — Ты уверена, что хочешь ехать с этим… с этим… — Рон запнулся, не найдя достаточно унизительного эпитета. — С ним?!              Гермиона посмотрела Рону прямо в глаза. Ее взгляд был тверд, как гранит.       — Абсолютно уверена, — отчеканила она.       Рон, понимая, что переубедить Гермиону не получится, резко развернулся и вышел, хлопнув дверью так, что портрет министра на стене перекосился. Драко, не скрывая улыбки, обратился к Гермионе:       — Похоже, кто-то до сих пор не пережил наше школьное соперничество.       Гермиона проигнорировала его колкость. Предстоящее задание затмевало все остальное.       — Итак, раз уж все в сборе, давайте обсудим план действий, — начал Гарри, прокашлившись. — В Румынском заповеднике творится какая-то чертовщина. Пропадают артефакты, магические существа ведут себя неадекватно…       Гермиона поджала губы. Слушать это было неприятно. Она слишком любила свою работу, чтобы спокойно воспринимать такие новости.       — … а еще поступают сообщения о странных магических всплесках и следах неизвестных заклинаний, — продолжил Гарри, и Гермиона заметила, что он сам выглядит довольно напряженным. Несколько дней назад они с Джинни планировали устроить себе небольшой медовый месяц, но это чрезвычайное происшествие перечеркнуло все планы.       — Мерлин, да это же ужас какой-то, — прошептала Гермиона, нервно теребя край мантии.       — Согласен, Грейнджер, — кивнул Блейз, расположившись на кожаном диване с царственной небрежностью. Драко сидел рядом с ним, молчаливый и наблюдательный. Гермиона сидела в кресле рядом с Джинни, а Гарри продолжал нервно расхаживать по кабинету. Он явно переживал больше всех, ведь ему предстояло руководить этой эклектичной командой.       Эти люди слишком разные. Обязательно случится что-то плохое.       Драко и Блейз, словно два принца в изгнании, вальяжно расположились на кожаном диване, обсуждая что-то на своем, слизеринском языке. Гермиона, чувствуя себя не в своей тарелке, устроилась в кресле рядом с Джинни, которая, судя по всему, уже мысленно составляла список самых ядовитых румынских растений. Гарри, нервно расхаживая по кабинету, напоминал запертого в клетке тигра. Он явно не знал, как управлять этой разношерстной компанией.       «Мерлин, это какой-то дурдом! Мы же друг друга поубиваем еще до того, как доберемся до Румынии!» — думала Гермиона, с тоской поглядывая на окно.       Если Драко и Блейз, закадычные друзья еще со времен Хогвартса, наверняка сработаются без проблем, то вот с остальными… Гарри, вечно взвинченный и импульсивный, действовал ей на нервы своей поспешностью. Джинни, прирожденный одиночка, терпеть не могла работать в команде. А Драко… О, Мерлин, только не Малфой! Гермиона до сих пор не могла поверить, что ей придется работать бок о бок с этим… она даже подобрать подходящее слово не могла.       Оставалось лишь надеяться, что все вернутся из этой поездки живыми и относительно здоровыми, как физически, так и ментально.       — И каков же гениальный план, Поттер? — скучающим голосом поинтересовался Драко, вырывая Гарри из задумчивости.       — Для начала, Джинни найдет нам портключи и доставит в Министерство Магии Румынии без приключений, — Гарри бросил взгляд на жену, которая с очаровательной улыбкой кивнула, давая понять, что с этой задачей справится на раз-два. — Затем, Блейз, ты займешься зельями. Нужно что-то, что успокоит магических существ и, по возможности, нейтрализует агрессивную магию. Справишься?       — Без проблем, — уверенно кивнул Забини.       — Отлично. А ты, Малфой, организуешь нам встречу с министром магии Румынии. Слышал, они там не очень-то жалуют гостей.       Гермиона тихонько хмыкнула, вспомнив историю о том, как Гарри с командой авроров отправили в Румынию с секретной миссией, а местное министерство чуть не заперло их в своих подземельях, потому что не было в курсе их визита. Поттеру тогда знатно досталось.       Малфой ничего не ответил, лишь коротко кивнул. Гермиона невольно посмотрела на него, и их взгляды на мгновение встретились. Всего секунда, но этого хватило, чтобы она вспомнила цвет его глаз — голубовато-серые с темными крапинками вокруг зрачков. Она тут же отвела взгляд, чувствуя, как щеки заливает краска. Краем глаза она заметила, как на губах Драко мелькнула едва заметная улыбка.       — Гермиона, — Гарри повернулся к ней, и его тон стал серьезнее. — Твоя роль в этой миссии — самая важная. После того, как Малфой своей обворожительной улыбкой выбьет у румын разрешение на полный доступ к делу, — Гарри бросил ироничный взгляд на Драко, который ответил ему той самой «обворожительной» улыбкой, — ты изучишь все, что касается магических существ. Джинни, ты поможешь Гермионе и займешься артефактами. Все ясно?       Джинни и Гермиона, словно заводные куклы, синхронно кивнули.       — Прекрасно! Тогда все свободны.

***

      Сборы были недолгими. Уже на следующий день, благодаря Джинни и ее талантам в области магического транспорта, команда оказалась в самом сердце Румынского заповедника. Драко, как и обещал, заранее договорился о встрече с министром магии Румынии и, после непродолжительного, но весьма эмоционального спора выбил им полный доступ к делу.       Утром они встретились в кабинете Гарри, откуда и трансгрессировали в заповедник. Переход, как обычно, был быстрым и неприятным — ощущение, будто тебя выжали через мясорубку, а потом собрали обратно криворуким волшебником.       Оказавшись на месте, команда сразу почувствовала гнетущую атмосферу. Темный, густой лес, словно живое существо, обступал их со всех сторон. Воздух был пропитан сыростью и запахом незнакомых трав, от которого слегка кружилась голова.       Местные егеря, мрачные и неразговорчивые, встретили их с явной настороженностью. Их рассказы о странных явлениях и исчезновениях животных только подтвердили серьезность ситуации.       — Какие именно существа пропали, и в каком количестве? — без предисловий спросила Гермиона, доставая блокнот и перо.       Один из егерей бросил на нее странный взгляд и переглянулся со своим коллегой. Отвечать он явно не спешил, но грозный вид Гарри, Драко и Блейза, стоявших за спинами девушек, подействовал лучше любого Империуса.       — Два фестрала, три лунных тельца и… кнарлы, — наконец выдавил он.       — О, Мерлин… — выдохнула Гермиона, прикрывая глаза.       Это кошмар какой-то…       — Что такое, Грейнджер? — раздался над ее головой голос Драко.       Гермиона подняла голову и увидела, что Малфой смотрит на нее сверху вниз. За прошедшие годы он стал заметно выше, и теперь она едва доставала ему до плеча.       Бросив взгляд на Джинни, Гермиона увидела в ее глазах тот же ужас, что и в своих.       — Эти существа пропали не просто так, Малфой, — повернувшись к Драко, произнесла Гермиона, уперев руки в бока. — У них уникальные магические свойства, которые могут пригодиться любому темному магу.       — Я понял, понял, к чему ты клонишь, — усмехнулся Драко. — Не кипятись.       — Я не кипяшусь! — рявкнула Гермиона, делая шаг вперед. — Просто ты, похоже, не осознаешь всей серьезности ситуации!       Теперь они стояли так близко, что она чувствовала запах его парфюма — сандал и хвоя. Он до сих пор пользуется им.       Вместо воспоминаний о недавней встрече на мосту, ее переполняла непонятная злость и обида, накопленная годами.       Драко резко наклонился к ней и, ухмыльнувшись, прошептал на ухо:       — Ты краснеешь, когда злишься, Грейнджер.       Он выпрямился, и на его губах играла самодовольная улыбка. Гермиона невольно дотронулась до щек, потом до шеи, чувствуя, как горит кожа.       Черт!       Джинни, видя смущение подруги, решила вмешаться и, прежде чем ситуация стала еще более неловкой, начала расспрашивать егерей о деталях происшествия. Она хотела знать, когда именно пропали существа, где их видели в последний раз, и попросила проводить их к местам обитания пропавших животных.       Их провели в самую темную и отдаленную часть заповедника — царство фестралов. Воздух здесь был тяжелым, пропитанным сыростью и каким-то неуловимым запахом тлена. Рядом с загоном для фестралов находилось древнее кладбище магических существ, от которого веяло холодом и забвением. Неудивительно, что именно здесь обитали существа, способные видеть смерть.       Джинни, первая заметив неладное, указала на выжженный участок земли, покрытый странными символами, похожими на перевернутые треугольники.       — «Вестники Смерти», — тихо произнес Драко, присев рядом с Джинни и проводя пальцами по пеплу.       — Здесь проводили ритуал, — добавил Блейз, осматривая символы. — Видите эти знаки? Их обычно используют «Темный Круг», или, если официально, «Вестники Смерти».       — И откуда ты, Забини, так хорошо осведомлен о темных ритуалах? — с подозрением спросила Джинни, прищурившись.       — Увлекался в юности, — пожал плечами Блейз, поднимаясь на ноги. — Нужно вызвать экспертов, пускай соберут улики.       — Я этим займусь, — кивнул Гарри и, не теряя времени, аппарировал.       Пока остальные изучали место преступления, Гермиона разговаривала с местными волшебниками, которые ухаживали за фестралами. Выяснилось, что несколько дней назад они нашли одного из фестралов полуживым — он лежал на земле, едва дыша, истощенный и обессиленный. Его начали лечить, пытаясь выяснить, что произошло, но следующей ночью фестрал исчез, а на месте его «лежанки» появились новые символы.       — Все очень плохо, — мрачно заключила Гермиона, подходя к остальным.       — В чем дело, Герми? — спросила Джинни, хмуря брови. Драко и Блейз, склонившись над выжженной землей, продолжали изучать странные символы.       — Думаю, это было спланированное похищение, — поделилась своими опасениями Гермиона.       Драко фыркнул. Гермиона закатила глаза.       — Малфой, побереги свои язвительные комментарии для своих фанаток, — резко сказала она. — А здесь, будь добр, веди себя серьезно.       Драко выпрямился и, улыбаясь, подошел к Гермионе. Джинни и Блейз многозначительно переглянулись, но решили не вмешиваться.       — Мне кажется, Грейнджер, ты слишком много на себя берешь, — произнес Драко, глядя на нее сверху вниз. — И вообще, что с тобой? Пару дней назад ты была куда приветливее.       — Пару дней назад? — удивленно переспросила Джинни, переводя взгляд с Гермионы на Драко.       — О, так она тебе ничего не рассказала? — рассмеялся Малфой.       Гермиона почувствовала, как ее уши и шея заливаются краской.       Ну все, это конец.       — Заткнись, Малфой, — сквозь зубы процедила она.       Драко вскинул брови, изображая удивление.       — Как скажешь, — ответил он, подмигивая Блейзу, и, кивнув в сторону выхода, направился прочь из мрачного царства фестралов.       Гермиона осталась стоять, чувствуя себя полной идиоткой.       Вот же ж гаденыш!

***

      Разместили их в дорогом отеле, всех на одном этаже, словно какую-то школьную делегацию. Номеров было шесть, но заняли они только четыре. После ужина, пропитанного напряженным молчанием и красноречивыми взглядами, Гермиона и Джинни решили уединиться в комнате Грейнджер. Гермиона чувствовала, что ей нужно выговориться, поделиться тайной, которую она хранила в себе много лет.       — Ну, выкладывай, что у тебя там приключилось с нашим платиновым принцем, — Джинни, уютно устроившись в мягком кресле с бокалом красного вина, приготовилась слушать.              Гермиона нервно теребила край свитера, залпом допивая свое вино.       — Джинни, есть кое-что, о чем я тебе никогда не рассказывала, — начала она, чувствуя, как сердце начинает биться чаще. — Что-то… очень личное.       Джинни вопросительно подняла бровь.       — Я вся внимание. Только давай без этих сопливых прелюдий, — добавила она с усмешкой.       Гермиона глубоко вздохнула, собираясь с духом.       — У нас… у нас был небольшой роман. В Хогвартсе.       Джинни чуть не выплюнула вино.       — Что, блять?! С Малфоем?! Вы же друг друга на дух не переносили!       — Именно, — Гермиона горько усмехнулась. — Все так думали. Но… все было не так, как казалось.       Она достала из-под свитера тонкую серебряную цепочку с кулоном в виде маленькой луны, инкрустированной сверкающими камнями. Кулон мерцал в мягком свете закатного солнца, пробивающегося сквозь шторы.       — Он подарил мне это на Рождество, — тихо сказала Гермиона, поглаживая кулон. — Все началось с обычных перепалок, потом с подколов… Потом мы стали вместе сидеть в библиотеке, обнаружили общие интересы… Спустя пару месяцев он пригласил меня на свидание. И… в тот же вечер мы поцеловались.       Гермиона замолчала, погружаясь в воспоминания. Щеки горели, сердце бешено колотилось.       — Мы встречались тайно. Никто не знал. Это было… волшебно. Первые месяцы мы были безумно счастливы. А потом… начались разговоры о будущем. Я хотела рассказать всем, а он, не знаю, наверное, боялся. Боялся, что я потеряю друзей, боялся реакции своих родителей. Они тогда искали ему подходящую невесту, чистокровную, разумеется.       Гермиона усмехнулась, но в ее смехе не было веселья.       — Мы стали постоянно ругаться. Из-за всего. Из-за его скрытности, из-за моего желания открытости. В конце концов, мы расстались. На Святочном балу я была с Крамом.       — Помню, — кивнула Джинни. — Ты тогда еще устроила скандал Рону.       — Ага, — Гермиона грустно улыбнулась. — Сидела на ступеньках, ревела… И вдруг прилетела маленькая птичка из бумаги. На ней было написано: «Никто не стоит твоих слез». Это был он. Последний раз, когда Малфой обращался ко мне… до вашей с Гарри свадьбы.       — До нашей свадьбы?       — Да, я вышла подышать воздухом, а там был какой-то пьяный мудак, начал приставать ко мне, и тут появился Малфой и меня спас. А потом… мы встретились на мосту. Он успокоил меня, проводил до дома…       Гермиона замолчала, снова поглаживая кулон.       — Все эти годы, — прошептала она, — я хранила этот кулон. Как напоминание… о том, что могло бы быть. И чего в итоге не случилось.       Джинни молчала, обдумывая услышанное. История ее, мягко говоря, шокировала. Она и представить себе не могла, что между Гермионой и Малфоем что-то было.       — Вот так, — закончила Гермиона. — Теперь ты в курсе.       — И ты… жалеешь? — тихо спросила Джинни, касаясь ее колена в знак поддержки.       — Иногда, — призналась Гермиона. — Особенно после ссор с Роном… потому что даже когда мы ругались с Драко, он никогда не кричал на меня, не обвинял ни в чем. Да, он может казаться ужасным человеком, но на самом деле он совсем другой… по крайней мере, был другим, — голос Гермионы дрогнул, и она отвернулась, пытаясь скрыть навернувшиеся на глаза слезы.       Джинни поднялась с кресла, присела рядом с Гермионой на диван и, взяв ее руки в свои, положила голову ей на плечо.       — Знаешь, я хоть и сестра Рона, но сейчас мне жутко интересно узнать все подробности ваших отношений, — сказала Джинни серьезным тоном. — Потому что мне кажется, тут что-то не чисто.       Гермиона невольно рассмеялась. Джинни, конечно, было плевать на школьные романы. Ей хотелось понять, что происходит с Гермионой сейчас, помочь ей разобраться в своих чувствах и, в конечном итоге, обрести счастье. За эту прямоту и искреннее желание помочь Гермиона и обожала эту рыжую бестию.       — Ладно, — вздохнула Гермиона. — Рассказываю. Все началось…