Часть 6. Альянс с неожиданным союзником

Треск старых страниц и пыль веков витали в воздухе библиотеки. Уиллоу и Тара, склонившись над огромным столом, с головой погрузились в изучение древних аккадских текстов. Свет от настольной лампы высвечивал замысловатые письмена, словно ключи к забытым тайнам. Напряжение чувствовалось во всем здании, словно сама атмосфера Скуби-команда застыла в ожидании. Первое Зло с каждым днем становилось все сильнее, и времени оставалось катастрофически мало. Уиллоу, уставшая от чтения, откинулась на спинку стула, потирая уставшие глаза. – Я уже не вижу ничего, кроме этих клинописных символов! Как они вообще умудрялись столько писать? Тара, не отрываясь от свитка, пробормотала: – Потерпи еще немного. В архивах говорится, что именно здесь может быть информация о способах запечатывания Первого Зла. Это наше последнее, наверное, что-то стоящее. После нескольких минут напряженного молчания, нарушаемого лишь шелестом перелистываемых страниц, Тара резко выдохнула. – Уиллоу! Кажется, я что-то нашла! Уиллоу тут же склонилась над свитком. Тара указала на абзац, написанный более четким и ярким почерком, словно его переписали позже основного текста. – Здесь говорится о ритуале, названном «Печать Вечного Молчания». Заклятие огромной силы, способное изгнать Первое Зло в пустоту, из которой оно пришло. Уиллоу просияла. – Это то, что нам нужно! Что дальше? Какие компоненты необходимы? Сложные ингредиенты? Древние артефакты? Тара продолжала читать, ее лицо становилось все более серьезным. – Ритуал требует… сосуд. Особый сосуд. Вампира… – Она замолчала, переводя взгляд на остальные лица в комнате. – …Вампира с душой. Наступила тишина, которую можно было резать ножом. Все взгляды обратились к Спайку, сидевшему в углу на старом, продавленном диване. Он, казалось, вообще не обращал внимания на происходящее, пока не почувствовал на себе столько взглядов. Спайк изобразил нарочитую гримасу. – Охренеть. Опять я? Только недавно перестал быть магнитом для всего сверхъестественного дерьма. Джайлз, вышедший из-за книжной полки, поправил очки. – Теоретически, подойдет любой вампир с душой. Ангел… Баффи, сидевшая на краю стола, резко подняла руку, обрывая его на полуслове. – Нет. Он в Лос-Анджелесе. У него своя битва. Я не буду его дергать. В ее голосе звучала неприкрытая твердость. Она не хотела снова втягивать Ангела в свои проблемы, не хотела просить о помощи, зная, как тяжело ему самому приходится. К тому же, она не могла скрыть своего страха. Она не хотела терять Спайка… снова. После всего, что между ними было, после той жертвы, которую он принес, она не могла позволить себе еще раз подвергнуть его такой опасности. Уиллоу и Тара переглянулись. Они понимали, что за этим решением стоит не только логика, но и эмоции, которые Баффи тщательно пыталась скрыть. Спайк, заметив напряжение в комнате, усмехнулся. – Ну, не смотрите на меня так. Я же знаю, что я ваш единственный вариант. Не то чтобы у вас очередь из вампиров с душой стояла. – Он попытался разрядить обстановку, но его слова повисли в воздухе, не принеся облегчения. Баффи молчала, в ее глазах читалась внутренняя борьба. Она знала, что должна принять решение, но не могла заставить себя сделать выбор, который мог стоить жизни кому-то, кто стал ей дорог. Тишина была прервана скрипом открывающейся двери. Все замерли, инстинктивно напрягаясь. В дверях появилась тень, вырисовываясь на фоне тусклого света коридора. Голос, хриплый и немного неровный, нарушил молчание. – Может, мне предложите? Все в библиотеке резко обернулись. В дверном проеме стояла Друзилла. Ее лицо, обычно бледное и безумное, казалось еще более нереальным в полумраке. Ее темные глаза горели странным, нечеловеческим светом, но в них, помимо безумия, можно было различить что-то новое — ясность. Спайк, сидевший на диване, застыл в ошеломлении. – Дрю?.. – Его голос был полон удивления и недоверия. Друзилла, слегка покачиваясь, словно танцуя под музыку, слышимую только ей, пропела: – Звезды шепчут мне, что пора помочь… Они говорят, что я могу стать ключом. – Ее голос был тихим, но каждое слово отчетливо прозвучало в тишине библиотеки. Баффи инстинктивно схватила топор, лежащий на столе, и направила его на Друзиллу. Остальные члены Скуби-команды тоже приготовились к бою. Они все прекрасно помнили, на что способна эта безумная вампирша. Но Друзилла не атаковала. Она просто стояла в дверях, ее взгляд был направлен на Баффи, но не был враждебным. Друзилла, с легкой улыбкой, произнесла: – Я не пришла играть в убийства. Пришла… помочь. – Она подчеркнула последнее слово, словно это было чем-то невероятным. Уиллоу, шепотом обращаясь к Таре, произнесла: – Она… в своем уме? – В ее голосе звучало явное недоверие. Друзилла, услышав ее слова, издала короткий, истерический смешок. – О, нет, милая. Я все так же безумна. Но теперь я вижу. – Она говорила так, будто ее безумие было чем-то, чем она гордилась. Она медленно подняла руку — на ее запястье сияла странная руна, словно выжженная на коже. Свет от лампы отражался от ее поверхности, создавая впечатление, что руна пульсирует собственной жизнью. Тара, глядя на руну, ахнула. – Это… печать древних. Кто-то дал ей душу? – Ее голос был полон изумления и неверия. Все молча смотрели на Друзиллу, пытаясь понять, что происходит. Неужели это действительно возможно? Неужели Друзилла, один из самых жестоких и безумных вампиров, действительно пришла, чтобы помочь им? Или это какая-то хитрая ловушка, подстроенная Первым Злом?

***

Друзилла, собравшись с мыслями, начала рассказывать свою историю, настолько связно, насколько это было возможно для ее помутненного рассудка. Ее голос был тихим и немного дрожащим, словно она боялась, что ее слова развеются в воздухе, как дым. – После того, как Первое Зло начало манипулировать временем, после того, как оно коснулось всего мира… оно коснулось и меня. – Она говорила медленно, словно подбирая каждое слово, чтобы оно было максимально понятным. – В моем сознании пробудились воспоминания… из альтернативного будущего. Мира, где я умерла, сражаясь против Спайка и Баффи. Мира, в котором я была… плохой. – Ее голос дрогнул, когда она произнесла последнее слово. Она сделала паузу, словно собираясь с силами, и продолжила: – Духи… или что-то еще. Не знаю, что это было. Они дали мне шанс. Вернули часть души, чтобы я могла искупить свои злодеяния. Чтобы я могла… исправиться. Она подняла руку и коснулась виска, словно пытаясь унять головную боль. – Голоса теперь… добрые. Они просят меня помочь. Они говорят, что я могу сделать что-то хорошее. – В ее глазах появилась надежда, которая, казалось, не могла существовать в таком безумном существе, как она. Спайк, все это время молчавший, не выдержал и заговорил. Его голос был полон недоверия и сарказма. – Дрю, ты же ненавидишь души! Ты всегда говорила, что они жгут! Что они делают тебя слабой и уязвимой! Друзилла, грустно улыбаясь, посмотрела на него. – Они и правда жгут, мой милый. Но… это хорошая боль. Боль, которая заставляет меня чувствовать. Боль, которая говорит мне, что я еще не совсем потеряна. Баффи, наблюдая за всем происходящим, не могла принять решение. Она хотела верить Друзилле, но не могла избавиться от подозрения, что это какая-то ловушка. Баффи, задавая вопрос, сжала рукоять топора в руке. – А если это ловушка? Если Первое Зло послало ее? Чтобы заманить нас в ловушку и уничтожить? Друзилла, внезапно посерьезнев, посмотрела ей прямо в глаза. – Оно боится меня. Потому что я… не его. Я больше не под его контролем. Я свободна. – В ее голосе звучала уверенность, которая не соответствовала ее безумному образу. Тара, тихо подошла к Друзилле и осторожно положила руку на ее запястье, на котором сияла руна. Она закрыла глаза, словно прислушиваясь к чему-то. Тара открыла глаза. – Она… говорит правду. Ее душа несовершенна, она сломана и изранена, но она есть. Она чувствует боль и страх, но она также чувствует… раскаяние. Она действительно хочет помочь. Слова Тары прозвучали как приговор. Они подтвердили то, во что Баффи боялась поверить. Друзилла действительно изменилась. Теперь у Баффи были варианты, и каждый из них был хуже другого. Она стояла перед сложным выбором, который мог определить судьбу не только Саннидейла, но и всего мира. 1. Позвать Ангела – но это займет слишком много времени. Пока он доберется до Саннидейла, Первое Зло может стать слишком сильным, чтобы его остановить. 2. Добровольно отправить Спайка на риск – и потерять его, как в прошлый раз. Она не могла этого допустить. Она не хотела снова испытывать ту боль, которую она чувствовала, когда он сгорел в лучах солнца, спасая мир. 3. Довериться Друзилле – безумной вампирше, которая убивала невинных веками. Это был самый рискованный вариант, но, возможно, и единственный, который у нее остался. Спайк, глядя на ее колебания, тихо проговорил: – Я сделаю это. Если надо. Не думай обо мне. Просто сделай то, что нужно. Баффи, сжав зубы, покачала головой. – Нет. Не опять. Я не позволю тебе снова жертвовать собой. Друзилла, нежно посмотрев на Баффи, прошептала: – Пусть я сделаю это. Я уже мертва внутри. Но я могу умереть… правильно. Умереть, сделав что-то хорошее. Баффи, собравшись с духом, посмотрела Друзилле в глаза. Она искала в них признаки обмана, но увидела лишь решимость и… боль. Баффи прошептала: – Почему? Друзилла, шепча слова, которые, казалось, давались ей с трудом, прошептала: – Потому что ты дала Спайку шанс. Ты увидела в нем то, чего не видел никто другой. Теперь дай мне шанс. Дай мне возможность доказать, что я могу быть чем-то большим, чем просто монстр. Баффи молчала, обдумывая ее слова. Она знала, что это безумие, что она рискует всем, но она не могла игнорировать ту искру надежды, которую увидела в глазах Друзиллы. После долгой паузы Баффи, с тяжелым вздохом, произнесла: – Хорошо. Мы сделаем это. Она приняла решение. Она доверится Друзилле. Она рискнет всем. Потому что, в конце концов, у нее не было выбора. Приняв решение, команда приступила к подготовке к ритуалу. Каждый член Скуби-команды выполнял свою задачу, пытаясь не думать о том, что от их действий зависит судьба мира. Уиллоу и Тара, склонившись над древним свитком, чертили на полу библиотеки защитные круги, используя мел и различные травы. Их движения были точными и уверенными, словно они знали каждый символ наизусть. Джайлз, стоя у стола, проверял перевод свитка, сверяясь с другими источниками. Он был сосредоточен и серьезен, понимая, что любая ошибка может привести к катастрофическим последствиям. Фейт, стояла на страже у входа в библиотеку, держа в руках свой любимый нож. Она не доверяла Друзилле, но понимала, что ее помощь может оказаться решающей. Она была готова к любому развитию событий, готовая защитить своих друзей любой ценой. Спайк, не отходил от Друзиллы, словно боясь, что она исчезнет. Он смотрел на нее с тревогой и нежностью, словно она была хрустальной вазой, которую можно разбить одним неловким движением. Перед самым началом ритуала Друзилла подошла к Спайку и взяла его за руку. Ее пальцы были холодными и тонкими, но ее хватка была удивительно сильной. Друзилла, глядя ему в глаза, прошептала: – Ты стал лучше, Уильям. Ты стал тем, кем я всегда знала, что ты можешь быть. Я… горжусь тобой. Спайк, не мог говорить. Он просто кивнул, чувствуя, как ком подступает к горлу. Он не знал, что сказать. Он был переполнен эмоциями, которые он не мог выразить словами. Друзилла улыбнулась ему, и в ее улыбке было столько нежности и любви, сколько он никогда не видел раньше. Она отпустила его руку и направилась к центру круга, где ее ждали Уиллоу и Тара. Ритуал начинается. Уиллоу и Тара произносят аккадские слова, их голоса сливаются в мелодичный гул. Джайлз следит за каждой деталью, убеждаясь, что все идет по плану. Защитные круги светятся мягким, пульсирующим светом. В центре круга стоит Друзилла. Она закрывает глаза, ее лицо искажается от боли. Душа, пусть и частичная, бьется в ней, словно птица в клетке. - Эн суку, эн дина, эн зикурти… - произносит Уиллоу. Слова заклинания усиливаются, воздух вибрирует. На лбу Друзиллы выступают капли пота. - Дингир анаку, дингир кику… - вторит Тара. Друзилла начинает дрожать. Ее тело сотрясают конвульсии. Спайк, взволнованно, спрашивает: - С ней все в порядке? Джайлз отвечает: - Это болезненный процесс, Спайк. Не вмешивайся. Баффи наблюдает за происходящим с тревогой. Она не уверена, правильный ли выбор она сделала. Но сейчас уже поздно сомневаться. Свет становится ярче. Руна на запястье Друзиллы начинает испускать ослепительное сияние. Друзилла, задыхаясь, произносит: - Я… я чувствую… его… Она имеет в виду Первое Зло. Внезапно свет гаснет. Защитные круги начинают меркнуть. Уиллоу, в панике, кричит: - Что происходит? Тара отвечает: - Заклятие… оно рушится! Первое Зло пытается сорвать ритуал. Оно чувствует, что Друзилла – ключ к его изгнанию, и готово на все, чтобы остановить ее. В помещении становится очень холодно. Тени сгущаются, принимая зловещие формы. Джайлз командует: - Нас атакуют! Уиллоу, Тара, продолжайте заклинание! Баффи, защищай их! Баффи выхватывает топор и бросается в бой. Фейт следует за ней, размахивая своим ножом. Тени нападают на них. Они скользят по полу, пытаясь прорваться к Друзилле. Фейт кричит: - Грёбаные тени! Не дадим им добраться до нашей сумасшедшей подружки! Баффи рубит тени топором, отбрасывая их назад. Но их слишком много. Уиллоу говорит: - Нам нужна больше силы! Тара, давай! Уиллоу и Тара берутся за руки и концентрируют свою магию. Свет вокруг них становится ярче. - Эн суку, эн дина, эн зикурти… - произносят Уиллоу и Тара вместе. Их объединенная магия укрепляет защитные круги. Тени отступают. Но Первое Зло не сдается. Оно использует Друзиллу против них. Внезапно Друзилла кричит. Ее глаза становятся белыми. Друзилла, голосом Первого Зла, произносит: - Вы не сможете остановить меня! Я – все и вся! Я – вечность! Она пытается вырваться из круга. Спайк кричит: - Дрю! Это не ты! Борись! Спайк бросается к ней и пытается удержать ее. Друзилла, голосом Первого Зла, отвечает: - Ты глупец, Уильям! Ты всегда был глупцом! Она отталкивает его с такой силой, что Спайк отлетает к стене. Баффи восклицает: - Спайк! Баффи собирается броситься к нему, но Друзилла встает у нее на пути. Друзилла, голосом Первого Зла, говорит: - Ты думаешь, ты можешь победить меня? Ты ошибаешься, Истребительница. Я разрушу тебя и все, что тебе дорого! Друзилла начинает бороться с Первым Злом. В ее глазах мелькают то белые, то карие искры. Друзилла, едва слышно, шепчет: - Нет… я не позволю… тебе… Она пытается сопротивляться его влиянию. Спайк, поднимаясь, кричит: - Дрю! Ты можешь это сделать! Я верю в тебя! Его слова, похоже, помогают ей. Друзилла собирает все свои силы и концентрируется. Друзилла, голосом Друзиллы, произносит: - Заткнись… проклятое зло… Она падает на колени, тяжело дыша. Баффи восклицает: - Друзилла! Баффи подбегает к ней и помогает ей подняться. Друзилла, слабо, говорит: - Продолжайте… ритуал… сейчас… У нее осталось немного времени. Первое Зло попытается снова взять ее под контроль. Джайлз командует: - Уиллоу, Тара, быстрее! Сейчас или никогда! Уиллоу и Тара возобновляют заклинание. Их голоса звучат отчаянно. - Каку каву, атта алу, кибис ду… - произносят Уиллоу и Тара вместе. Свет возвращается. Он становится все ярче и ярче. Друзилла закрывает глаза и сосредотачивается. Она пытается удержать Первое Зло внутри себя, пока заклинание не завершится. Друзилла про себя думает: - Я должна… сделать это… для них… для Уильяма… Ритуал достигал кульминации. С неба, словно прорвавшись сквозь завесу реальности, обрушился поток чистейшей, невообразимой энергии. Он окутывал Друзиллу, пронизывая ее тело, каждую клетку, словно разрывая ее на части, а затем собирая воедино, но уже другой. - Аааааааааа! - кричала Друзилла, ее голос полнился невыносимой болью, крик, который, казалось, мог расколоть самые крепкие камни. Постепенно, мучительный крик затихал, переходя в еле слышное стон. Свет вокруг Друзиллы становился все ярче, ослепительным, словно маленькое солнце, готовое взорваться. Внезапно все прекратилось. Свет исчез, словно его и не было. Холод, леденящий до костей, отступил, оставив после себя лишь ощущение опустошения. Тени, угрожающие и зловещие, рассеялись, словно дым, унесенный ветром. В библиотеке воцарилась абсолютная, звенящая тишина, нарушаемая лишь учащенным дыханием Скуби-каманды. Друзилла стояла в центре круга. Ее глаза были закрыты, лицо казалось спокойным, даже умиротворенным. Она была абсолютно неподвижна, словно статуя, высеченная из мрамора. - Дрю? - взволнованно произнес Спайк, его голос дрожал от страха и надежды. Он осторожно подошел к ней, медленно, словно боясь спугнуть ее или нарушить хрупкий момент. Коснулся ее руки, пальцы были холодными, но не мертвенно, а просто… прохладными. Друзилла открыла глаза. В них снова горели карие искры, теплые и знакомые. Она смотрела на Спайка, и в ее взгляде читалась благодарность, любовь и… облегчение. - Все… кончено… - произнесла она слабо, и на ее губах появилась легкая, едва заметная улыбка. После этих слов, она потеряла сознание и упала. Только вместо тела на пол рассыпался серый прах, словно высохший лист, раздавленный ногой. Друзиллы больше не было.