IV. Уныние
21 апреля 2025, 20:28 Уже второй раз за последнее время она бежит не за кем-то, а.. от кого-то. Непривычно было чувствовать жар в спине и терпеть боль от стёртых лодыжек и мозолей на сгибах. Адреналин сыграл свою роль, не позволяя ни на секунду впасть в отчаяние: перед глазами только одно слово – беги, беги, беги.
И всё же не очень радовал факт, что бежать приходится сразу от нескольких проблем. Странник наверняка не старался, не используя способности и мчась за ней на своих двоих – и это отчасти успокаивало, но ещё одну помеху точно нельзя было игнорировать.
Люмин начинает привыкать к нехватке воздуха.
***
Лишним воздухом хотелось плеваться, лишь бы тот не мешал. В обличии ветра он перебирал волосы, направлял в лицо песок, мусор и прочую ересь, путал полы юбки и словно специально подкидывал мелкие корешки и камушки под ноги. Как если бы был живым.. Живым. Вместе с осознанием за спиной раздалась ехидная усмешка, и Люмин мигом поняла, на что тратил свои силы её надоедливый преследователь. Она уже и забыла, что её первоначальной целью был поиск укрытия от матр. Резко остановившись, девушка вжалась пятками в землю – Странник же затормозил плавно, словно ждал этого. – Что за цирк? – Ты о своём неудачном побеге? Люмин прикусила щёку едва ли не до крови, мигом одернув себя из-за нежелания пробовать эту гадость. Иногда она мечтала хоть на денёк поменяться местами с Паймон – той ничего не стоит начать топать ножкой в воздухе, выпаливая всякие несуразные, детские оскорбления, на которые все равно никто не обидится. – У тебя какие-то особые планы на меня? Если нет, то на кой чёрт ты пугаешь меня до чёртиков, при этом помогая? – Разве от спасителей так убегают? Обычно их встречают с почестями, падая в ноги, – лукавит, хвалится. – В книжках – может быть.. Ты ведь из сказки вышел, принц неотёсанный? Такое замечание Страннику не понравилось. Оборвав зрительный контакт, он прикрыл глаза, слегка наклонив голову. И лишь та же довольная усмешка сияла на его лице, не предвещая ничего хорошего.***
– Что-то случилось? – неформально спросила Дэхья, зная, что официоз оставят на старосту или хранительницу. Но грубое молчание смешалось с таким же неприятным толчком в бок, позволив девушке лишь гневно потирать кулаки. И как только Сайно с ними уживается? И как он допустил этот обход... Дэхья молча позволила кучке неотёсанных болванов пройти мимо. Их надменные взгляды, полные гордости и упоения властью, вызывали только добротное отвращение. Она любила простых людей. Не таких выскочек, считающих, что возможности в их руках дают им право вершить чужие судьбы. Напряжение в воздухе отдавало маленькими искрами, больно покалывая кожу. Наёмнице пришлось последовать за мужчинами, чтобы не утерять важную информацию. Осторожно, украдкой, она пошла обходным путём и укрылась за домом, стоящим неподалёку от жилья старосты деревни. До ушей стал доноситься нахальный бас: – Не у вас ли загостилась беглянка? – ровный, почти безразличный голос одного из матр словно намеренно игрался, как если бы ответ на вопрос давно был в чужих руках. А может, это просто искусный блеф. – Я бы не стала никого укрывать. В моих интересах защита деревни, а такой поступок явно поставил бы её под угрозу, – голос девушки холоден, как сталь, но волнение плещет во взгляде. – Брось, Кандакия. Мы оба знаем, как Путешественница помогла вам однажды. Не оставила бы её ты, так оставил бы кто-то ещё, – мужчина заглянул за её плечо, – С кого начнём допрос? Девушка сжала челюсть, переполненная желанием побыстрее их спровадить. На долю секунды она поймала взгляд затаившейся Дэхьи – это немного успокоило. – Никаких допросов не будет. Я позволю осмотреть деревню, но попрошу не превышать полномочий. Иначе разбираться будем уже с верхушкой. Она специально сделала акцент на последней фразе, чтобы придать своей речи больше убедительности. Это сработало, хоть и несильно: с недовольным, нахмуренным лицом её собеседник махнул рукой, не прилагая никаких усилий – мужчины, словно куклы, тотчас разбрелись по углам, напугав детей и зверушек, что ошивались возле домов в поисках пищи. Рыжая кошка с яростным шипением рванула прочь, и это стало последним звуком в воцарившейся тишине. Дэхья решила взять всё в свои руки. Запомнив, куда убежала Путешественница, она едва слышно поплелась в противоположную сторону и, убедившись, что она успеет скрыться, опрокинула пару ящиков, чтобы проверяющие последовали за ней. Так и произошло – кто-то рявкнул, развеяв пелену молчания, и послышались тяжёлые шаги, оставляющие за собой песочно-пыльную дымку. Куда они побегут дальше, Дэхью нисколько не интересовало. Она помчалась обратно, снова в обход, и уже через несколько минут встретилась с обеспокоенным лицом подруги. – Они вернутся, – с тяжёлым сердцем констатировала Кандакия, не скрывая полного переживания взгляда. – Я знаю. Но это хотя бы даёт нам фору. – Но она ушла! Где же теперь её искать?! – хриплый, уставший голос едва ли не срывался на крик, – Мы и моргнуть не успеем, как её отдадут народу на растерзание.. Дэхья досадно выдохнула, присаживаясь на холодный камень. Мурашки пробежали по спине, подступая к горлу вместе с липким страхом. Она не нашла слов, чтобы успокоить Кандакию. Не могла сама прийти в себя, не говоря уже о людях, у которых осталась куча вопросов после незаконченного штурма.***
Ночь укрыла Сумеру холодными объятиями, расплываясь жуткой темнотой по закоулкам и открывая замки для тех, кто днём не столь смел для великих деяний. Белоснежная улыбка вторила цвету ярких, сияющих звёзд – и вместе они будто насмехались над потерянной Люмин, что, казалось, была готова принять любой исход. Совсем недавно её главной целью, мечтой была встреча с братом. Он казался слишком далёким, неосязаемым, и даже если бы она стояла с ним на расстоянии меньше метра, всё равно не дотянулась бы рукой. И каждый раз, совершая благое дело, она неустанно верила – это поможет приблизиться. Добавит ещё сантиметр, сократит расстояние, что по ночам, превращаясь в ниточку, так мучительно и изящно обматывало шею и душило, не давая умереть сразу. Но даже с истоптанным, усталым сердцем девушка продолжала теплить любовь к брату, грезя о конце пути, когда все невзгоды наконец уйдут на второй план. И всё же в этом мире по-прежнему оставалось достаточно интриг, чтобы задержаться. Они никогда не закончатся. Цепочка мыслей невольно перенесла Люмин назад, к деревне. Где-то там, в домике, всё ещё сидит ни о чём не ведающая Паймон.. Да, ей следовало бы вернуться за ней, прежде чем уходить. Девушка не стала ждать, когда Странник обмолвится словечком. Обошла его, слегка задев плечом, чтобы тот пошатнулся, и засеменила обратно, всей душой надеясь, что опасность миновала. Он не проводил её взглядом – лишь дождался, пока она уйдёт из поля зрения. Укол пришёлся в грудь, одним лишь чувством напоминая, что он не сделал ничего, чтобы доказать, что чего-то стоит. И тогда Странник развернулся на пятках, недовольно фыркнул и поспешил за ней. Пусть думает, что он действительно жалок, раз опустился до добровольного сопровождения. Или же, напротив, радуется, что на горизонте появился новый союзник. Это не имеет значения – главное, что у него получится приблизиться к цели. Любой ценой. – Кого потеряла? – шепнул небрежно, присаживаясь рядом за тем же кустом, где пряталась Люмин. Та вздрогнула, опешив, но тут же взяла себя в руки. – Пытаюсь понять, могу ли идти, – спокойный ответ удивил Странника. Его уши привыкли слышать ответную колкость. Внезапная идея пролетела яркой вспышкой перед глазами, и Странник, не задумываясь, уже полным голосом ответил: – Давай помогу. И толкнул её. Люмин кубарем покатилась по пригорку, сотню раз успев мысленно попрощаться с близкими, потому что близился обрыв. Но либо это было везение, либо Странник не особо старался, но она всё же уцелела, лишь подняв шум. Едкий хохот прошёлся по ушам лезвием. Путешественница не стала церемониться: молча поднялась, отряхнула юбку и направилась в сторону домов, как если бы матры её вдруг перестали волновать. Пусть подавится своей гордостью – она скорее на шею себе наступит, чем будет перед ним унижаться. Странник закатил глаза и направился следом, в абсолютном спокойствии спускаясь с холма. Был всё-таки особый шарм в пеших прогулках.. Когда наёмница выбежала навстречу, обеспокоенно бросаясь к Путешественнице, он замедлился, предпочитая переждать этот нудный разговор. Но уходить не намеревался. – Как всё прошло? – спросила Люмин, поглядывая на тихие дома. – Я отвлекла их ненадолго, но они основательно занялись твоим поиском. Боюсь, здесь тебе нельзя задерживаться.. – Но я не могу просто скитаться! Мне нужна хоть какая-то зацепка, догадка, что угодно.. – Я попробую пообщаться со знакомыми, хорошо? Вы тоже на месте не сидите, – Дэхья кинула взгляд в сторону подошедшего Странника, и Люмин недоуменно уставилась на неё, – Пробуйте идти на контакт с другими, только осторожно. Бывший предвестник лишь усмехнулся, глядя на полную отчаяния гримасу Путешественницы – мол, посмотри, даже твои друзья говорят, что тебе следует идти со мной! Люмин досадно выдохнула и, кусая щёки от злости, двинулась в сторону дома старосты. Обеспокоенная Паймон с резвым писком ринулась в объятия девушки, тут же начав закидывать её вопросами, от которых кипела голова. Девушка махнула рукой и постепенно начала отвечать на все, направившись к дороге. Казалось, будто весь остальной мир резко потерял какую-то значимость – была только она и её подружка, вместе с которой им снова предстояло обойти пол Тейвата. Дэхья, не имеющая ни малейшего понятия о том, что за парень явился к ним в деревню, но автоматически записавшая его в компаньоны Путешественницы, махнула головой, призывая идти за ней, пока та не скрылась за углом. И он покорно ринулся её догонять.***
– Какая же ты всё-таки заноза в заднице, – негодовала Люмин, морщась от песка в туфлях, – Полезная, но колючая до ужаса. – Так я, оказывается, полезный? – Очень редко. – Будь по-твоему, – он отвернулся, вновь спрятав лицо в тени своей шляпы, в секунду перестав интересоваться разговором. Они неспеша брели к Караван-рибату, где обычно ошивалось много Пустынников. Люмин не оставалось ничего другого, как принять руку помощи, потому что Странник – действительно самое нейтральное лицо, которое под шумок может выведать что угодно. Одно лишь её беспокоило – плата за эту щедрость. Она даже не могла прикинуть, что скиталец потребует взамен. Парень сам по себе, ничейный, и бродит с пустыми карманами и свежей головой куда глаза глядят. Странный.. В этот раз Люмин решила не рисковать и переждать поодаль, позже выслушав всё от Странника. Тот, пошутив про доверие, дёрнул плечом и засеменил к человеку из охраны, ненавязчиво интересуясь, почему так тщательно проверяют приезжающих. Представился знакомым семьи, в которой произошла трагедия, и, умело надавив на жалость, выпросил место, где они сейчас укрываются. Мол, увидеться надо, погоревать вместе.. Путешественница опешила от того, насколько быстро всё прошло – уже через несколько минут они пересекли Стену Самиэль под радостные возгласы Паймон, так соскучившейся по влажной погоде и свежему, тропическому воздуху.***
Накатывающее в самый неподходящий момент уныние иногда может разрушить все планы. Люмин иногда стыдно признаться самой себе, что по ночам она частенько грезит о добровольном отступлении. Хочется позволить себе плыть по течению, не обращая внимания на сторонние помехи, проблемы, людей.. Просто двигаться дальше, либо вовсе не двигаться. Быть просто так. Вот и сейчас – наплевав на утекающее время, она, заприметив невдалеке яблоню, которую сладко ласкало опускающееся из зенита солнышко, мигом помчалась к ней по щекочущей траве, мечтая поскорее укрыться в тени. И время будто остановилось, чтобы подождать, пока путники наберутся сил – листва слабо шелестела на ветру, подгоняемая птичьим перезвоном и пропускающая сквозь себя слепящие лучи солнца. Страннику внезапная смена обстановки по душе не пришлась. Невинные пташки напоминали ему скрупулёзный вой, но он не стал прерывать эту нежную идиллию, решив осмотреться. Разочарованно выдохнув, он нашёл наполовину коричневое яблочко и швырнул прямо ей под ноги. – Оно гнилое, – с недовольством констатировал он. – Не полностью ведь. Уцелевшую часть можно съесть. – Я догадывался, что оно могло бы войти в твой обычный рацион. Это яблоко уже испорчено, от него никакой пользы. Спокойно уместив его в ладонь, Люмин показушно откусила добрую часть яблока так, чтобы бывший предвестник увидел, что оно по-прежнему сочное и аппетитное. – Семечки можно посадить, и тогда вырастет здоровая яблоня – а с неё можно будет собрать столько спелых плодов, что сможешь месяц одними яблоками питаться, – девушка ехидно ухмыльнулась, глазами ища место, где можно сделать ямку. Странник глубоко задумался. Некогда алое яблочко не собиралось покидать ладонь девушки, и это казалось странным. Любой давно бы швырнул его прочь, брезгливо взвизгнув и ругнувшись под нос – кто вообще в здравом уме любит яблоки, в которых побывали противные черви? Кто вообще в здравом уме полюбит того, чья душа давно сгнила под гнётом предательств и собственных терзаний? Кажется, всё его существование не просто перестало иметь смысл, а никогда не было им наполнено. У него была единственная задача – стать сёгуном, и он не подошёл на эту загадочную роль. Ему дали второй шанс, и эта девчонка вместе с Буэр разорвала все пропитанные властью нити, что так долго вплетались к нему в грудную клетку. Теперь, кажется, он может больше не пытаться – просто сдаться, позволив случиться тому, что суждено. А может, он всё-таки найдёт силы. А пока лучше позволить себе упасть в тёплые объятия природы, готовой приласкать приятным златым хохотом и мурашками на шее. Плюхнуться в траву, вдохнуть полную грудь ароматного воздуха, пропитанного насквозь цветами. Они молчали. Люмин, поджав колени и обхватив их руками, спрятала лицо за ними и своими волосами, а следом прикрыла веки. Интерес замучил, поэтому она стала исподлобья наблюдать за Странником – тот смиренно отдался свежести. Назойливая птичка посмела устроиться на его пальце, и, к удивлению девушки, он даже не шелохнулся. Даже улыбнулся, думая, что она не видит. Люмин взглянула на него с другой стороны. Несколько столетий бывший предвестник искал умиротворения, и вполне логично, что сейчас ему по душе вкусить тот самый запретный плод, который ему запрещали взять столько лет. Она понимала, почему он так обозлился на мир – но не могла принять его выбор мстить и ненавидеть всё. Где-то на задворках души Люмин понимала, что однажды это коснётся и её. Догадывалась, что злопамятный парень так просто не позволит ей жить дальше, и, возможно, просто ждёт нужного момента. Но Путешественница предпочитала жить сегодняшним днём. В один день их пути разойдутся, но если сейчас он поможет ей встать на ноги, то она будет благодарна ему при любом исходе. Даже если они сойдутся один на один в смертельной схватке, даже если кто-то будет ненавидеть кого-то. – Тебе должно быть стыдно. Люмин опешила, сразу сообразив, о чём он, но даже не подумала отворачиваться. – Вот уж не думала, что в Сумеру наказуемо смотреть на кого-то.. – Не думаешь, а потом ворохи проблем разгребаешь, да? Недовольно цокнув, девушка откинула голову назад. – Тебе больше шло молчание. – Ты ведь понимаешь, что я теперь точно не заткнусь? Ожесточенный спор продолжился фоновым шумом, слившись в одно целое с журчащей неподалёку рекой и шелестом травы. Казалось, будто они просто повздорившие друзья, что сошлись в шуточной перепалке, где каждый аргумент был глупее предыдущего. Внезапный девичий крик прервал милую идиллию. Люмин подскочила, рванув туда, откуда исходил звук – Странник лениво поплёлся следом, не глядя на цветы, погибающие от его грубых шагов. Паймон с гримасой ужаса склонилась над раненым тигром ришболандом. Некогда пёстрые зелёные глазки заметно померкли, а буйный яркий хвост медленно елозил по земле, шурша в унисон с тихим скулежом. – Путешественница! Он еле двигается.. Паймон не увидела, кто это сделал.. – малышка виновато опустила голову, мельтеша вокруг и пытаясь придумать, что может сделать. – Он уже не выживет. Оставь его, – пробурчал Странник, увидев, как Люмин пытается осмотреть умирающее животное. – Лучше взгляни на следы. Девушка нехотя отошла от бедняжки, переведя взгляд на притоптанную траву. Паймон уже хотела рвануть по горячим следам, но Люмин остановила её рукой, попросив не лезть вперёд. Местами кровавая дорожка показывала, что здесь был ещё один тигр, а может даже несколько... Зверски убитых и использованных явно в корыстных целях. Осторожно выглянув из-за угла, Странник увидел Пустынника, склонившегося над животным с мечом в руках. Казалось, его совсем не смущало, что он делает это на природе, возле собственной палатки. Мужчина был один – вот что странно. Резко дёрнув головой, Странник что-то обдумал, подытожил, а затем перевёл беспокойный взгляд на Путешественницу: – Похоже, мы нашли твоего Мерукана.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!