Глава 4. Пасхальные грёзы

       Воскресенье в доме Уизли прошло спокойно. Мистер Уизли даже не напился, как обычно, а провел почти весь день в гостиной у камина. Его мучало похмелье, но он делал вид, что пытается отремонтировать магловские часы с кукушкой. Молли опять колдовала на кухне, готовя для своей семьи, и Рону начало казаться, что в его жизнь возвращается светлая полоса.        Утром в понедельник мистер Уизли ждал Рона на кухне. Молли оживленно хлопотала вокруг него, радуясь, что муж, наконец, встал на работу вовремя и даже изъявил желание позавтракать. Он даже выглядеть стал получше — лицо было красноватым, но уже не таким отекшим, как последнее время.       — А, проснулся, соня! — поприветствовал сына Артур, отрываясь от Ежедневного Пророка, раскрытого перед ним. Руки мистера Уизли слегка дрожали, отчего кончик газеты так и норовил окунуться в его чашку с чаем.       — Садись, Рональд, а то не успеешь позавтракать! — Молли наполнила тарелку до краев овсянкой, щедро приправив сливочным маслом. Отправив блюдо к сыну с помощью магии, она поспешно выскочила за дверь.       «Наверное, пошла собирать яйца в курятник» — проскочила у Рона мысль, пока он дул на ложку с горячей кашей. Он пару раз обжег себе язык, но даже это сейчас не могло испортить ему настроение — его родители наконец стали походить на себя прежних, а это означало, что и их семья имеет шанс вырваться из того глубокого уныния, в которое их ввергла смерть Фреда.       Рон управился почти с половиной тарелки, когда заметил, как пристально смотрит на него отец. Газету он уже отложил в сторону, вместо которой в руке теперь была чашка с чаем. Кружка опасно вздрагивала в трясущейся ладони, рискуя расплескать содержимое, но мистер Уизли стоически этому сопротивлялся.        — Знаешь, мне сегодня приснился странный сон, — начал Артур, встретившись со взглядом сына.       — Сон? — переспросил Рон, удивленно поднимая брови. Отец никогда не делился с ним своими сновидениями.       — Мы были в одной комнате с Фредом. Кажется это был дом тетушки Тейси. И он мне сказал, что отлично проводит время, играя в квиддич! — глаза мистеру Уизли увлажнились в этот момент, но улыбка была абсолютно счастливая. — Представляешь, он там играет в квиддич!       — Пап, это просто сон, — пожал плечами Рон, грустно усмехаясь. — Мы не можем знать, чем сейчас занимается Фред.       «Вернее ничем он уже не может заниматься, потому что его больше нет» — острая боль опять прорезала все его нутро насквозь. Так бывало всегда, когда эта мысль звучала у Рона в голове. Поэтому он старался просто об этом не думать. Все эти утешительные сказки о загробных мирах и вечных царствах были ему чужды и непонятны. Для Рона все было просто и безжалостно — если человека нет рядом — значит, его нет. Точка. И уже никогда не будет.       — Да нет же! Сон был таким ярким и живым! Я уверен, что это Фред подал нам весточку, чтобы мы не грустили! — не сдавался мистер Уизли. И по тому как сверкнули радостной надеждой его глаза, было понятно, что он в это искренне верит. — Вот только, говорит, метла у меня здесь неудобная. Он просил принести ему его старую метлу!       — А ты что? — постарался изобразить заинтересованность Рон. Этот разговор сейчас приносил ему только боль, но ранить отца ему не хотелось.       — Конечно же пообещал принести! Как думаешь, стоит нам отнести его метлу на его… могилу? — на последнем слове голос Артура дрогнул и он часто заморгал, пытаясь стереть навернувшиеся слезы.       Рон застыл, не зная, что ответить. Впервые в жизни отец — всегда бывший опорой и непререкаемым авторитетом — спрашивал совета у него, младшего сына, с чьим мнением раньше едва ли считались. Неужели он уже стал для своих родителей настолько взрослым? Эта мысль сначала обрадовала его, но следом пришло пугающее осознание — взрослость взваливает на его плечи неимоверный груз ответственности.       — Может и стоит, — неуверенно ответил Рон. — Посоветуйся с Джорджем. Метла-то у него.       — Да, обязательно нужно поговорить с Джорджем, — с жаром согласился мистер Уизли.       Они помолчали несколько минут, пока Рон расправлялся с остатками овсянки. А затем Артур внезапно заговорил:       — Ты прости меня, сынок. Я вел себя отвратительно последнее время… — извинение прозвучало жалобно и моляще. Рука мистера Уизли задрожала еще сильнее, и он с тихим звяканьем опустил чашку чая на стол. — Но и ты меня пойми. Смерть Фреда подкосила меня…       — Я все понимаю, пап, — Рон никогда не обвинял отца в его поведении и не считал нужным поучать его, но сейчас он почувствовал, что это тот самый момент. — Только не пей больше, пожалуйста!       — Нет! Теперь ничего крепче сливочного пива я пить не буду! Я и так потерял слишком много времени в этом дурмане! — горячо ответил Артур.       В этот момент на кухню впорхнула миссис Уизли с десятком яиц в переднике. Она быстро отправила их в чашу на столе, а сама взглянула на настенные часы:       — Вы же вот-вот опоздаете! — вскричала она, обращаясь к мужу и сыну.       Рон и мистер Уизли суетливо засобирались, быстро хватая мантии и палочки. Уже у самого камина, Молли чмокнула мужа в щеку на прощание, совсем как раньше:       — Не задерживайтесь сегодня! Я приготовлю на ужин кое-что особенное!       — Хорошо, — пробормотал Рон, в изумлении наблюдая за ними.       Артур схватил щепотку пепла и, прежде чем бросить себе под ноги, бодро крикнул:       — Будем вовремя!       Рон последовал сразу за ним.        Выйдя из камина уже в атриуме Министерства магии, Рон с облегчением увидел, что Гарри, как обычно, ждет его на их месте. Поттер выглядел немного виноватым и, чтобы, рассеять все сомнения, Рон с широкой улыбкой первый протянул ему руку для приветствия. Они крепко сжали кисти друг друга и с облегчением оба поняли, что конфликт исчерпан. ***       Месяц до пасхальных каникул пролетел довольно быстро. Мистер Уизли стойко держал данное Рону слово и к алкоголю больше не прикасался. Миссис Уизли заметно меньше плакала и, казалось, что она, наконец, начала смиряться с гибелью Фреда. Их жилище вновь стало уютным и живым. Кухню ежедневно наполняли ароматные запахи еды, а вечерами в гостиной опять начал звучать смех.       Мистер Уизли, глубоко впечатленный своим сном, все-таки поговорил с Джорджем о метле Фреда, но тот воодушевление отца не поддержал. Метлу на могилу он отнести не позволил, скептически отнесясь к этому сну. Вещи брата он оберегал настолько ревностно, что казалось, это теперь было единственное, что имело ценность в его жизни.       Рон был рад, что с Гарри удалось все уладить без лишних разборок. Но это было и понятно — они провели вместе так много времени, что не нуждались в лишних словах, чтобы понять мысли друг друга. Радовало, что Поттер начал аккуратно упоминать о визитах Джинни в разговорах с Роном, но, к счастью, никогда не пытался делиться лишними подробностями.       Гермиона написала Рону за это время четыре письма, и он даже осилил одно ответное послание. От Мишель больше не было известий и Рон надеялся, что она исчезла из его жизни навсегда. От любых интервью он теперь категорически отказывался, а о случившимся между ним и Мишель в отеле Рон уже не решился рассказать даже Гарри.       Пасхальные каникулы начинались в субботу двадцать девятого марта и это утро стало в Норе необычайно шумным. Джинни приехала из Хогвартса вместе с Гермионой. Перси тоже вернулся из рабочей командировки этим же утром, почти одновременно с ними. Счастливая Молли не зная, кого обнять первым, просто сжала в объятиях всех троих.       Рон, совсем осмелев, тоже обнял Гермиону на глазах своих родных, и миссис Уизли сентиментально прижала платок к глазам, пытаясь сдержать навернувшиеся слезы.       Гарри прибыл к ужину, как и Джордж, и вечер неожиданно для всех выдался по-настоящему душевным. За столом главной заводилой была Джинни — казалось, она теперь переняла у близнецов эстафету застольного веселья. Она сыпала забавными историями из Хогвартса и мастерски пародировала преподавателей, заставляя даже Джорджа скептически хмыкнуть. Рон с азартом поддерживал ее, вбрасывая едкие, но беззлобные реплики, от которых Молли качала головой, но глаза ее сияли. На какое-то время кухня наполнилась теплым светом, смехом и перебивающими друг друга голосами — точь-в-точь как в старые, добрые времена.       Лишь укладываясь спать, Рон вспомнил о их с Гарри плане добыть разрешение на чемпионат мира по квиддичу. Всю ночь он ворочался, прокручивая в голове возможные варианты, но так и не смог придумать ничего лучше первоначальной, довольно шаткой затеи.       Едва дождавшись рассвета, Рон больше не в силах был сдерживаться и решил обсудить план их действий с Гарри еще раз. К тому же, в нем появилась надежда, что возможно за это время его другу пришли еще какие-нибудь идеи.        Миссис Уизли разместила Гарри в бывшей комнате Билла, и Рон потоптался какое-то время в предрассветной тишине у двери, пытаясь понять — точно ли там Гарри один. Конечно, мало вероятно, что Поттер рискнет спать с Джинни в доме их родителей, но вот от Джинни он мог ожидать чего угодно… Однако из-за двери не доносилось ни звука. Наконец решившись, Рон приоткрыл ее и просунул голову в щель:       — Гарри, ты спишь? — шепотом позвал он.        В ответ Гарри только сонно заворочался, и Рон спросил уже чуть громче:       — Ты один? Можно войти?       — А, что? — Гарри, наконец, проснулся и сел в постели.       — Я спрашиваю, ты один? — Рон уже вошел в комнату и прикрывал за собой дверь.       — Конечно, один! С кем я тут по-твоему буду? — сердито и сонно ответил Гарри.       — Ну кто вас знает…- многозначительно протянул Рон.       — Тебе-то чего не спится? — Гарри пытался рассмотреть время на своих наручных часах, которые он положил вечером на тумбочку.       — Я тут вспомнил про нашу затею с Чемпионатом мира по квиддичу. Ты что-нибудь придумал?       — Черт, — Гарри шлепнул себя ладонью по лбу. — Я об этом вообще забыл!       — Вот и я тоже, — грустно ответил Рон. — Ну что, действуем по старому плану?       — Ну другого-то у нас нет, — было видно, что Гарри не в восторге от этой идеи. — Ладно, была — не была, давай попробуем. Может они у нас еще выиграют!       — Но если не выиграют, мы загадываем их полное и безоговорочное разрешение на посещение Чемпионата. Понял? — строго спросил Рон.       — Понял, — со вздохом ответил Гарри. — А теперь можно я еще посплю?       — Спи, — великодушно разрешил Рон и отправился тоже в свою постель.       Воскресным утром за поздним завтраком их собралось только четверо: Рон, Гарри, Джинни и Гермиона. Джордж уехал рано утром — в воскресенье в магазине было много посетителей, и он в этот день всегда помогал молодой ведьмочке, которую они наняли в качестве продавца еще с Фредом. Молли в тайне надеялась, что у них с Джорджем завяжутся отношения, потому что она ей очень нравилась. Перси тоже встал рано и, позавтракав, засел за отчет по своей рабочей поездке. Мистеру Уизли, как сказала Молли, нездоровилось и он остался в постели.        Когда они уже все наелись, Рон наконец решился завести разговор на волнующую его тему.       — А хорошая погода сегодня, — начал он издалека, многозначительно посматривая на Гарри. Тот молчал, но Рон сдаваться не планировал:       — Может в квиддич сыграем? — как можно беспечнее спросил он.        Гермиона слегка поморщилась, а вот Джинни оживилась:       — Давайте! Пара на пару. Я с Гарри, а ты с Гермионой!       Рон был готов к подобному повороту и потому быстро ответил, заготовленной фразой:        — Нет, так будет нечестно, — он взглянул виновато на свою девушку, но твердо добавил. — Гермиона, не обижайся, пожалуйста, но ты играешь плохо.       — Я не обижаюсь на правду, — спокойно ответила Гермиона, потягивая тыквенный сок. — И играть у меня желания тоже нет. Давайте я буду вас судить?       — Нас же трое, как мы поделимся на команды? — наконец подключился Гарри.       — Ну позовите Перси, — предложила Гермиона, и Рон с Джинни покатились со смеху.       — Перси и квиддич — понятия несовместимые, — сквозь смех проговорил Рон, — Тогда уж лучше позвать маму. От нее и то толку будет больше.       — Значит, давайте придумаем еще что-нибудь, чтобы все могли участвовать! — предложила Гермиона, с раздражением отставляя пустой стакан.       — Я предлагаю разделиться на мальчиков и девочек, — гнул свою линию Рон. — Мы с Гарри давно не играли и уже потеряли сноровку. Джинни — ты же теперь капитан команды в Хогвартсе? Значит тренируешься постоянно. Ну и Гермиона у тебя будет на подхвате.       Рон застыл, напряженно ожидая ответ.       — Идет, — быстро согласилась Джинни.       — А мои пожелания здесь вообще никто учитывать не собирается? — скептически изогнула бровь Гермиона.       — Да брось, Гермиона, тебе тоже нужно размяться, а то сидишь постоянно в библиотеке, — поддержала брата Джинни, глаза которой уже загорелись спортивным азартом. — А вообще, я думаю, я и одна вас двоих обыграю.       — Вот давайте и проверим! — Рон был рад, что его план начинает воплощаться, но упускать Гермиону из их игры было нельзя. Поэтому он быстро продолжил. — Предлагаю нам с Гермионой стать на ворота, а вы с Гарри будете охотниками.       — По рукам! — Джинни легко вскочила со своего места. — Нам с Гермионой нужно переодеться, а вы идите подготовьте пока метлы и биты.       — Ждем вас на нашем поле! — крикнул Рон уже им вслед.        Место, где они играли в квиддич в Норе, было постоянным уже много лет. Его оборудовал еще Артур для Чарли с Биллом. Это было открытое пространство, с одной стороны которого располагалось причудливо изогнутое дерево, ветви которого образовали почти ровный круг, как будто специально созданный для квиддича, а с другой стороны Артур сам соорудил высокий шест с кольцом такого же размера. Здесь, на этой поляне, каждый из Уизли делал свои первые шаги в игре.        — Так, осталось только предложить играть на желание! — возбужденно тараторил Рон, пока они с Гарри несли по две метлы к поляне.       — Я вот думаю, может у меня еще получится добыть билеты и для Гермионы с Джинни? — вместо ответа с надеждой в голосе спросил Гарри.       — Ну, добудешь и отлично, но это ведь маловероятно! Давай будем смотреть на вещи реалистично!        — Знаешь, я тут подумал… — Гарри немного замялся, искоса глядя на Рона. — Мы могли бы обратиться к … Краму. Он ведь участвует в турнире, наверняка, у него есть связи с организаторами!       — Еще раз ты упомянешь при мне Крама, и я расскажу о вас с Джинни маме! — взгляд Рона потемнел, а изменившийся тон голоса ни на крупицу не давал усомниться, что это не шутка.       — Ладно, давай пока по твоему плану… — уныло согласился Гарри.       — Не нравится мне твой настрой! — в голос Рона вернулось воодушевление. — Соберись, Гарри! А то, того и гляди, Джинни нас и, правда, обыграет!       — Вот именно! — Гарри произнес это с таким нажимом, словно Рон надавил на самую болевую точку. — Мы вдвоем против практически одной Джинни! Не честно это!        — Но вот она так не думает! Ты думаешь ее капитаном за красивые глаза поставили? — Рон не понимал моральные терзания своего друга. Он что, правда, Джинни за какую-то принцессу держит?       — Нет, конечно, — тут же откликнулся Гарри.       — Вот то-то же! — многозначительно закончил Рон, увидев приближающихся к ним девушек.        Они обе собрали волосы в высокие хвосты и надели обтягивающие легенсы. Рон залюбовался стройными ногами Гермионы и даже забыл на мгновение для чего они здесь собрались. Ему потребовалась вся сила воли, чтобы вернуть себе спортивный настрой, но, переведя взгляд на Гарри, он понял, что их план сегодня держится полностью на нем. Его друг смотрел на Джинни с таким обожанием, что, если бы он сейчас пустил слюну, Рона бы это не удивило.       — Я предлагаю пари! — прокричал Рон, беря инициативу на себя. — Проигравшие исполняют желание победителей!       — Зачем это? — спросила Джинни, потуже затягивая резинку на хвосте.       — Так мотивация будет выше!       Девочки закатили глаза, но как ни странно, согласились. Команды разошлись каждая на свою половину поля.       — Играем до десяти голов! — крикнула Джинни со своей половины.       — Давайте хотя бы до пяти! — жалобно скривилась Гермиона. Она сидела на метле неуверенно, отчаянно цепляясь за древко двумя руками.       — Хорошо, до пяти! — поддержал свою девушку Рон.       Гермиона с Роном зависли каждый перед своим кольцом, а Гарри с Джинни с битами бросились за квофолом. Снитча и бладжеров у них не было, поэтому эта часть игры была опущена.        Рон, уверенный в легкой победе, великодушно разместился на солнечной стороне, где яркие лучи слепили глаза и могли мешать обзору. Но, едва увидев Джинни в игре, начал уже сомневаться в выбранной тактике. Его сестра, хоть и была в факультетской команде ловцом, сейчас очень умело орудовала и битой. Ее преимущество по скорости перед Гарри тоже было слишком очевидно. Она сразу взяла инициативу в игре. И вся борьба происходила на стороне поля мальчиков, практически перед кольцом Рона. Гарри пытался переместить игру хотя бы в центр, но его попытки не приводили к успеху. Лишь несколько минут спустя, Рон догадался, что его друг играет вполсилы, видимо, боясь травмировать Джинни. Квоффл летел в сторону его колец почти беспрерывно, и Рон едва успевал его отбивать. Гермиона же откровенно скучала на своей безлюдной половине и уже практически не следила за игрой, с любопытством разглядывая окрестности.       Первый гол забила Джинни на пятнадцатой минуте и вскинула руки, огласив поле победным криком. Она применила обманную тактику против Рона, направив квофол в одну сторону, а когда Рон метнулся туда, мгновенно перенаправила его в центр ворот.       Рон покраснел от досады, но процедил сквозь зубы, зло посматривая на Гарри:       — Один — ноль.       Гарри виновато пожал плечами.       Второй гол Джинни забила еще через пять минут, воспользовавшись моментом, когда Рон завис чуть ниже ворот, следя за перемещением квофола. В отчаянной попытке дотянуться, он рванул вверх, но кончики его пальцев лишь коснулись шершавой поверхности мяча.       — Два — ноль, — теперь уже крикнула Джинни, радостно помахав Гермионе.       Та вяло помахала в ответ.       — Так, тайм-аут, — рявкнул Рон. — Две минуты на совещание.        Он махнул Гарри, жестом показывая, что им нужно спуститься.        Оказавшись на земле, Рон тут же набросился на него:        — Это что за игра, Поттер?!       — Нет, ты видел, как она хороша? — в глазах Гарри читалось неподдельное восхищение.       Рону захотелось дать ему пощечину, чтобы наконец привести в чувство.       — Гарри, хватит поддаваться! Ты помнишь, что на кону?       — Я помню, Рон! Но она действительно больше достойна посетить Чемпионат!       — Гарри, я тебе сейчас врежу! Мы проигрываем им 2-0! А это ведь нас чуть не прибил лепрекон!       — Да помню я, но…       — Никаких «но», Гарри! Ты хочешь, чтобы она нашла себе какого-нибудь игрока на чемпионате? Я свой билет не отдам. И если ты отдашь свой Джинни, то я препятствовать ее ухажерам не стану, — старался запугать друга Рон.       Эти слова немного отрезвили Поттера, и в его взгляде появилась знакомая спортивная жесткость.       — Время вышло! — крикнула Джинни, и парни вернулись на свои позиции.       Видимо, речь Рона сумела-таки смогла замотивировать Гарри. После перерыва он начал играть жестче. Они с Джинни теперь метались уже по всему полю на сумасшедшей скорости, стараясь перетянуть инициативу игры каждый на себя.       Первый гол Гарри забил с середины поля, и Гермиона, рассчитывавшая, что игра ее не коснется, так опешила, что даже не попыталась остановить летящий в ворота квофл.       Но этот успешный удар, лишь раззадорил Джинни. Теперь ее игра стала еще изощренней. Она проскакивала под метлой у Гарри, поднималась повыше и всячески пыталась путать обманными маневрами. Но Гарри тоже вошел в азарт и уже не поддавался. Его удары стали сильнее. Не надеясь на Гермиону, Джинни металась по поляне, стремясь быть и загонщиком, и вратарем. И хоть ее спортивные навыки были безупречны, свалившаяся задача была непосильной. Второй успешный гол Гарри забил еще минут через двадцать, послав квофол в ворота с такой скоростью, что Гермиона шарахнулась от него, позволяя беспрепятственно поразить цель.       — А можно не бить с такой силы? — раздосадовано крикнула она, выравнивая метлу.       — Два- два! — сияя радостью, крикнул в ответ Гарри.       Игра становилась все напряженнее. Третий гол забил снова Поттер. Здесь Гермиона уже сделала слабую попытку преградить ему путь, но ей это не удалось — квофол, вращаясь, влетел в кольцо из веток.       — Три-два! — одновременно радостно завопили Гарри с Роном.       — Тайм-аут две минуты! — зло крикнула Джинни и направилась к своим воротам. Со своего конца поля Рон с Гарри видели, как она строго отчитывает и дает какие-то советы Гермионе.       Девушки взмыли в воздух с недовольными, решительными лицами, и игра возобновилась с новой силой. Третий гол Джинни забила и вовсе с невероятного расстояния — практически от самых своих ворот, и Рон снова заметил на лице Гарри тот самый взгляд, полный неподдельного восхищения. Однако это не охладило его пыл, и уже через пару минут четвертый, ответный гол забил сам Поттер, стремительным рывком прорвав оборону.       — Четыре-три! — крикнул Рон и заметил, как его сестра многозначительно посмотрела на Гермиону.       Шел уже второй час игры, когда Джинни наконец сумела пробить защиту Гарри и сравняла счет. Теперь лица всех игроков были крайне напряжены. Даже Гермиона была полностью сконцентрирована на игре. Все понимали, что развязка близка, и никто не хотел проигрывать. Казалось, еще чуть-чуть и Джинни уже превзойдет скорость звука, но Гарри был холоден и собран, словно на решающем матче за кубок Хогвартса. Его движения были очень точными и уверенными. Было видно, что он освоился с ролью загонщика и даже перенял некоторые приемы у своей девушки.       Пятый гол был забит на исходе второго часа. Гермиона чуть не сломала руку, пытаясь помешать квофолу залететь в кольцо, но все было тщетно.       — Пять-четыре! — зло проорала Джинни и начала быстро снижаться. Рон бросился к Гермионе, прижимавшей травмированную руку к груди, и помог той спуститься.       Счастливый Гарри тоже попытался подойти к Джинни, но по одному ее взгляду понял, что ему сейчас не стоит приближаться.       — Ну? И чего вы хотите? — раздраженно рявкнула она.       — Давайте пока поможем Гермионе, — с тревогой в голосе ответил Рон.       — Лучше бы ты такую заботу проявлял, когда я играть отказывалась! — зло процедила Гермиона, ступая на землю. — По-вашему это нормально, играть на уровне чемпионата мира с новичком?       — Это не был уровень чемпионата, — предпринял слабую попытку защиты Гарри.        Рон с тревогой понял, что разговор свернул не туда и, если они сейчас заведут речь о реальном Чемпионате, то девочки вряд ли смогут спокойно это воспринять.       — Давайте мы подумаем с Гарри о нашем желании и озвучим его вечером, — постарался выиграть время Рон. — Гермионе нужна помощь, пойдемте в дом.       — Я сама себе помогу, — огрызнулась Гермиона и, неловко достав палочку левой рукой, сотворила заживляющее заклинание.       Но не успели они направиться к Норе, как до них донесся хриплый вскрик. Как будто взвыл раненый зверь в лесу. В груди Рона в этот момент будто что-то резко оборвалось и провалилось в живот. Сгорая от тревоги, ребята побежали к дому, но уже во дворе столкнулись с абсолютно белым Перси, которого била крупная дрожь.       — Что случилось?! — в ужасе закричал Рон, уже понимая, что не хочет слышать ответ.       Прошла почти минута, прежде, чем Перси наконец смог выговорить:       — Папа умер… Рон не помнил, как он добежал до комнаты родителей. Все казалось нереальным в эти минуты. Он не мог поверить в сказанное Перси. Единственная мысль, стучавшая в его мозгу вопила, что это все неправда. Но, распахнув дверь, он увидел бледного неподвижного отца на их кровати и маму, рыдающую каким-то чужим голосом. Он упал на колени с другой стороны постели и тоже зарыдал. Как сквозь туман, до него доносился плач Джинни, какие-то слова поддержки Гарри и Гермионы, но они и сами были так шокированы, что вряд ли могли найти подходящие фразы. Если таковые вообще можно было найти…