Глава 6: Объявление войны

Гарри съёжился, тяжело дыша. Ему казалось, что его сердце вот-вот разорвётся от того, как сильно оно колотилось. Он слышал этот стук в ушах, чувствуя, как пульсирует и раскалывается голова. Дыхание было поверхностным и частым. Он чувствовал, что теряет сознание. — Гарри! Впусти меня! — закричала Гермиона, колотя в дверь. — Я знаю, что ты там! Это всего лишь я, пожалуйста, впусти меня. На одно короткое мгновение он собирался проигнорировать её, но знал, что она лишь хочет помочь. Казалось, она была единственной во всём замке. Он попытался снять запирающее заклинание на расстоянии, но рука слишком сильно дрожала. Он пополз к двери, не доверяя своим трясущимся ногам. Потребовалось несколько попыток, но в конце концов он отменил запирающее заклинание, и дверь распахнулась, отбросив его в сторону. — Мне так жаль! — вскрикнула Гермиона, увидев, что сбила его с ног. Она закрыла за собой дверь и опустилась перед ним на колени. — Ты в порядке? То есть, — она покраснела, — я ведь не сделала тебе больно, правда? Он покачал головой, зажав рукой щеку. — Всё в порядке, — пробормотал он. Она посмотрела на него, на то, в каком состоянии он находился. На её глаза навернулись слёзы, и она обняла его. — О, Гарри. Это несправедливо! Почему твое имя вылетело из Кубка? Он всхлипнул от облегчения. — Ты веришь мне? — Конечно, верю. Ты выглядел абсолютно напуганным, когда назвали твоё имя, и ты говорил нам, что не собираешься бросать своё имя туда. Ты сказал, что не делал этого. Сегодня вечером Кубок огня выплюнул его имя в качестве четвертого чемпиона Турнира Трёх Волшебников. Столько студентов хотели бросить свои имена, но Гарри был одним из немногих, кто этого не сделал. Когда его спросили, он так и сказал, надеясь повторить свой спокойный прошлый год. Ему понравилось, что у него был нормальный учебный год, и он надеялся на то же самое. Очевидно, в этом ему было отказано. Что ещё хуже, практически все остальные ему не поверили. Он до сих пор видел лица всех студентов в зале, когда назвали его имя. Никто, казалось, не верил ему, глядя на него с отвращением. Даже студенты из других школ делали это. Половина Гриффиндора думала, что он сам бросил своё имя, другой половине было всё равно, поскольку у них был собственный чемпион, которого нужно было поддерживать. Рон обвинил его в том, что он действовал у него за спиной, чтобы снова погнаться за славой и богатством, пока сам он чахнет ни с чем, вечно оставаясь в тени. Ничто из сказанного Гарри не могло изменить его мнения, и Гарри сбежал из башни, не в силах выносить ненависть Рона и отношение гриффиндорцев. Услышав, что Гермиона верит ему, он почувствовал, как боль утихает, и впервые после пира вздохнул свободно. — Почему больше никто мне не верит? — прошептал он. — Больше никто? — глаза Гермионы сузились. — Уж Рон-то точно тебе верит. — Её лицо изменилось, когда он рассказал ей, что тот наговорил. — Вот кретин! Как он смеет! О, Гарри, мне так жаль. Может быть, когда он успокоится, то прислушается к голосу разума. — Не знаю, — произнёс Гарри упавшим голосом. — Я никогда не видел его таким злым. Он был по-настоящему в ярости. Гермиона вздохнула и прислонилась головой к его голове. — Что сказали директор и остальные, когда ты с ними встретился? — Что я должен участвовать. Либо так, либо лишиться магии или умереть. Одно из двух. Она содрогнулась от его безжизненного тона. — Это ужасно. Они ведь не думают, что ты сам бросил своё имя, правда? — Директора других школ думают, что это сделал я. Дамблдор толком ничего не сказал. Снейп тоже толком ничего не сказал. — Это несправедливо, — повторила она. — Как ты вообще должен что-то делать, если они тебя не поддерживают? — Она вытерла слёзы со своих глаз. — Я не знаю, — слабо ответил он. — Что ж, ты не один, Гарри, — твёрдо сказала она. — Я здесь, с тобой. — Спасибо, — с благодарностью произнёс он и обнял её так сильно, как только мог. Затем ему в голову пришла мысль. — И мы тоже не одни. — О! Тонксы и Сириус! — воскликнула Гермиона. — Дора говорила, что слышала, будто в этом году здесь должно что-то произойти. Должно быть, это оно и есть. Она не говорила, что выберут меня, но предупреждала быть осторожным. Мне нужно поговорить с ними. — Если ты отправишь письмо сейчас, надеюсь, они смогут ответить к завтрашнему вечеру. — У меня есть кое-что побыстрее. Это называется сквозное зеркало. Оно для чрезвычайных ситуаций, и это уж точно одна из них. — Его лицо исказилось. — Оно в моём сундуке. — Я схожу за ним, — сказала Гермиона. — Оно выглядит как маленькое зеркальце? — Да, спасибо, — произнёс он с глубоким облегчением. — Оно в кожаном чехле в правом нижнем углу моего сундука. — Он запер за ней дверь, когда она ушла, и стал ждать, заставляя себя дышать. Когда она тихонько постучала, он снова открыл дверь и взял у неё зеркало. Он держал его обеими руками. — Дора Тонкс. — Он почувствовал, как зеркало покалывает. — Пожалуйста, Дора, пожалуйста, ответь, — взмолился он. — Ты мне нужна. Изображение внутри зеркала на несколько мгновений поплыло, прежде чем стабилизироваться. В зеркале появилась Дора, её волосы сменились на нежно-розовые, когда она увидела Гарри. — Гарри! Как дела? — Она увидела, каким расстроенным он выглядел, а затем заметила Гермиону с точно таким же выражением глубокого несчастья на лице. — Что случилось? Расскажи мне. — Сегодня вечером выбрали чемпионов для турнира, и каким-то образом вылетело моё имя, — выпалил Гарри. — Я не бросал своё имя туда, и каким-то образом я четвёртый чемпион! В школе на меня уже косо смотрят и шепчутся, и единственный человек, который мне здесь верит — это Гермиона. Мне нужна ваша помощь! Лицо Доры застыло, а её глаза начали менять цвет. — Подожди, я позову маму. — Она прижала зеркало к груди и побежала. — Мама! — закричала она. — В Хогвартсе что-то случилось, и Гарри нужна наша помощь! — В конце концов в зеркале показались и Андромеда, и Дора, они смотрели в ответ с тревогой. — Гарри, расскажи мне, что произошло, — произнесла Андромеда своим самым профессиональным тоном. Он повторил всё, что случилось с начала триместра и до сего момента. Как Дамблдор объявил о турнире, о том, что Кубок выбирает чемпионов, о возрастной линии и о том, как сегодня вечером его имя вылетело в качестве четвертого чемпиона. Он описал, как вели себя Дамблдор и официальные лица, как реагировали студенты во время пира, что он чувствовал. Когда он закончил, Андромеда выглядела так, словно её глаза могли наложить сглаз одной лишь силой воли. Волосы Доры стали длинными и ярко-красными; её глаза казались цвета крови. — Я убью его за это, — прошептала Андромеда. — Я предупреждала его. Даже не год назад я предупреждала его, что если он позволит чему-то случиться с тобой, я прикончу его за это. Я собираюсь убить его и повесить его тело на воротах. Гермиона вздрогнула от этих слов и от того, как холодно они были произнесены. Гарри погладил её по руке, и хотя это утешало, тот факт, что сам он не выглядел растревоженным, тоже вызывал беспокойство. — Только если ты не доберёшься до него раньше меня, — прорычала Дора. — Что мне делать? — спросёл Гарри. Ему стало гораздо лучше после разговора с ними, зная, что у него есть кто-то более опытный, готовый помочь. — Я обязан участвовать? — Сначала мне нужно будет увидеть контракт, — медленно произнесла Андромеда. — Я постараюсь найти для тебя лазейку, но даже если тебе придётся участвовать, ты не будешь делать этого в одиночку. — Дамблдор сказал, что чемпионы справляются в одиночку, — тихо промолвила Гермиона. — Мне плевать, что он говорит, — возразила Андромеда. — Это для добровольных участников. Гарри несовершеннолетний и участвует против воли. Если ему придётся участвовать, то я выжму все возможные преимущества, чтобы гарантировать его выживание. — Как ты сам? — спросила Дора у Гарри, её глаза излучали заботу и беспокойство. Они медленно сменились на нежно-голубые. — В панике, в ужасе, — признался Гарри. — Но я рад, что Гермиона здесь и что вы мне помогаете. — Мы с тобой, — выразительно сказала Дора. — Да, хорошо, что ты рассказал нам сегодня вечером. — Андромеда ласково посмотрела на Гермиону. — Спасибо, что поддерживаешь Гарри, дорогая. Ты обрела друга на всю жизнь, и Блэки будут перед тобой в долгу. Гермиона покраснела. — Гарри — мой лучший друг. — Это заметно, и мы это ценим. — Андромеда посмотрела на Гарри. — Я свяжусь с Амелией и запущу юридические процессы со своей стороны. А затем мы прибудем в замок завтра самым первым делом утром, чтобы выразить... личный протест. Обязательно приходи на завтрак, это будет познавательно. — Держись, — сказала Дора, — мы уже идём. — Спасибо, — произнёс Гарри. Он и Гермиона помахали руками, ведьмы Тонкс помахали в ответ, и зеркало изменилось, показывая Гарри и Гермиону, как обычное зеркало. — Теперь я понимаю, что ты имел в виду, — сказала Гермиона мгновение спустя. — Когда они говорят, что сделают что-то, им веришь. Я действительно думаю, что она попыталась бы... убить профессора Дамблдора. Она и Дора. — Плохо, что я нахожу это утешительным? Что они так непреклонны в желании помочь мне? — Нет, не совсем. То есть, я знаю, что ты никогда не одобрил бы настоящее убийство и подобное насилие. И у тебя не было особой поддержки в прошлом. — Она криво усмехнулась. — Приятно, что они так сильно пекутся о тебе. Пугающе и в какой-то мере тревожно, но приятно. Я рада, что это направлено не против меня. Гарри сжал её руку. — Нет, и правда, спасибо, что поддерживаешь меня. Мне кажется, я не говорю об этом достаточно часто. Она сжала его руку в ответ. — Ты говоришь это достаточно, и ты тоже помогаешь мне. Я счастлива быть твоим лучшим другом, а ты мой. — Она прикусила губу. — Интересно, что произойдёт завтра. — Понятия не имею, но это будет что-то впечатляющее. — Он и представить себе не мог, насколько сильно он только что преуменьшил масштабы грядущего.

***

Тед зашёл прямо посреди бурного спора. Он работал допоздна и ожидал вернуться в тихий дом, но услышал, как они ругаются, ещё снаружи. Он несколько мгновений тупо смотрел на жену и дочь, пока они горячо спорили. — Я твоя мать, и в этом вопросе ты подчинишься мне, — строго произнесла Андромеда. — Не в этот раз! Я убью его, и я быстрее тебя, так что вот так! — Я мечтала об этом уже некоторое время, и ты не отнимешь это у меня! У меня накопились годы обид, которые нужно выместить. Я сдеру с него кожу заживо. — Ладно, давайте сделаем несколько шагов назад. — Тед посмотрел на свою внезапно принявшую виноватый вид семью. — С кого это мы якобы собираемся сдирать кожу и кого убивать? — Его челюсть отвисла, когда они всё объяснили. — Что?! Дамблдор сказал Совету, что вовлечение кого-либо несовершеннолетнего исключено! — Вот почему мы и желаем стереть его в порошок, — прорычала Андромеда. — И это лишь верхушка его многочисленных преступлений. Тед потер лицо. — Бьюсь об заклад, он ещё даже ничего не отправил Совету по этому поводу. Что ж, в эту игру можно играть вдвоем. Я пишу всем прямо сейчас и потребую созыва экстренного заседания, чтобы обсудить это. Дора моргнула, глядя на него. — Ого. Давненько я не видела тебя расстроенным. — А это значит, что морально мы правы, — самодовольно заявила Андромеда. — И теперь я обрушу на него ещё больше кары за то, что он расстроил моего Тедди. — Хорошо, что Сириуса сейчас нет в стране. Он бы уже штурмовал замок прямо сейчас, — сказал Тед. — У меня велик соблазн сделать то же самое, но сначала я подготовлюсь, прежде чем обрушить наш гнев, — произнесла Андромеда. — Я заставлю людей умыться кровью за это. — Каков план? — спросил Тед. — Дора свяжется с Амелией. Я хочу, чтобы завтра утром она была там в сопровождении мракоборцев. Ты напишешь Совету, и отныне мы будем проверять абсолютно всё под микроскопом. Я напишу письмо Сириусу, он никогда не простит меня, если я этого не сделаю. Завтра я потребую копию контракта и посмотрю, сможем ли мы вытащить Гарри из турнира. Если нет, мы позаботимся о том, чтобы о нём позаботились, и сделаем всё, чтобы у него был каждый шанс... выжить. Волосы Доры посерели, и она вцепилась в стол. — Если с Гарри что-то случится во время всего этого, я выпущу кишки любому, кто за это в ответе. — О, спасибо, Дора. Это вообще-то напомнило мне кое о чём. — Андромеда посмотрела на Теда. — Ты помнишь, куда мы положили Матильду? Тед слегка поморщился, но затем подумал об обстоятельствах. Его сомнения испарились. — Да, в наш шкаф. Она была в подвале, но когда мы прибирались там для Сириуса, мы перенесли её футляр в наш шкаф, потому что ты хотела её осмотреть. — Ах, ну и с тем же успехом можно сделать это прямо сейчас. — Андромеда выглядела весёлой. — Великолепный расчёт времени. — Ты берёшь Матильду? — спросила Дора, и её губы расплылись в усмешке. — Конечно. На встречу всегда нужно идти с правильным снаряжением, чтобы правильно донести свою мысль. И она невероятно поможет. — Она прошла в свою спальню и нашла большой черный кожаный футляр. Она отнесла его в гостиную, осторожно сняла чары и открыла, с любовью вздохнув при виде содержимого. — Слишком много времени прошло, Матильда. Тед покачал головой, но его улыбка была тёплой. — И какую же мысль мы доносим? — Объявление войны, — сказала Андромеда.

***

Глаза Амелии округлились, когда появились Андромеда и Дора. Она прибыла к точке трансгрессии в Хогсмиде с целым отрядом мракоборцев, как и просили. Она была абсолютно вне себя от ярости, когда Дора связалась с ней накануне вечером. Турнир являлся для неё главным камнем преткновения. Дамблдор отказался от присутствия мракоборцев на территории школы на время проведения турнира, заявив, что у него всё под контролем. Он также отказался от какого-либо обсуждения испытаний с ОМП, что, если быть справедливой, являлось его правом, но она думала, что они по крайней мере предоставят какие-то отзывы о том, что безопасно и осуществимо. Теперь, когда Дамблдор потерпел неудачу ещё до того, как турнир по-настоящему начался, не говоря уже о полном отсутствии каких-либо сообщений о случившемся вчера вечером от Людо Бэгмена, Бартемиуса Крауча или Дамблдора, она была ещё сильнее разозлена всей этой ситуацией. Таким образом, она была не просто рада явиться спозаранку с конвоем, она жаждала этого. Она знала, что Андромеда обрушит огонь на Дамблдора и его прихвостней за то, что он сделал. В конце концов, она присутствовала, когда эта женщина давала обещание. Однако вид футляра, который держала Андромеда, по-настоящему показал, насколько серьёзно она к этому относится. И Амелия была только за. Остальные мракоборцы с любопытством поглядывали на футляр, но ни одна из ведьм Тонкс пока ничего не уточняла и не объясняла. Они остановились у ворот и стали ждать, пока кто-нибудь впустит их. — Каков план? — спросила Амелия. — Я собираюсь потребовать письменный контракт, чтобы посмотреть, смогу ли я вытащить своего подопечного из этого фарса, а не турнира, — сладко произнесла Андромеда, но её глаза горели. — Если это невозможно, то я позабочусь о том, чтобы его и наши права были соблюдены и оставались священными. Тедди уже поставил в известность остальных членов Совета, и я уверена, что они поддержат нас, а не Дамблдора. Я рекомендую вам поручить своим людям изучить Кубок, а также настоять на вашем присутствии на территории школы на всё время проведения турнира. — Согласна. Не волнуйся. Я намерена намекнуть, что если бы нам изначально разрешили находиться на территории замка, этого могло бы и не произойти. — Тоже согласна. У меня также будет долгий разговор с Дамблдором, и я попросила бы ни тебя, ни твоих мракоборцев не вмешиваться, если только я... намеренно не нарушу закон. — Андромеда Тонкс пользуется моным полным доверием, — обратилась Амелия к мракоборцам. — Никому не вмешиваться в её действия и ничего не предпринимать против неё без моего прямого приказа. Я ясно выразилась? Все они закивали и издали согласные звуки. — Хорошо. — Андромеда взмахнула палочкой, и футляр взлетел перед ней. Он открылся, и все мракоборцы отреагировали на содержимое. Один протяжно и тихо свистнул, в то время как другие побледнели и сделали шаг назад. — Если кто-то попытается вмешаться, то я пущу в ход Матильду против них после того, как закончу с Дамблдором. Мракоборцы, стоявшие ближе всех к ней, сделали маленькие, но решительные шаги в сторону. Андромеда и Дора улыбнулись, увидев приближающегося к воротам Хагрида. — Пойдём заберём нашего мальчика, — сказала Дора.

***

Если бы они не попросили Гарри прийти на завтрак, Гарри ушёл бы куда угодно в другое место. Шепотки и пристальные взгляды со всех сторон душили его. Это было хуже, чем во второй год обучения, когда люди думали, что он Наследник Слизерина и пытается убить маглорождённых. Каким-то образом. Большинство студентов школы смотрели на него волком и говорили язвительные вещи. Хаффлпаффцы были едины в своём недовольстве, и он действительно надеялся, что Седрик что-нибудь скажет. Особенно его ранила реакция Сьюзен. Они не были близкими друзьями, но он надеялся, что те несколько раз, когда они виделись летом, когда она приходила в гости вместе с Амелией, что-то значили. Очевидно, нет. Рейвенкловцы, похоже, разделяли это недовольство, а слизеринцы в массе своей, как обычно, относились к Гарри ужасно. Гриффиндорцы всё ещё разрывались между поддержкой его как чемпиона, но лишь едва-едва, в то время как остальные считали, что он тоже выставил своё имя незаконно. Прямо как Рон. Он содрогнулся. Студенты из Шармбатона и Дурмстранга тоже бросали на него свою долю грязных взглядов. По крайней мере, он не понимал их оскорблений, что служило хоть каким-то утешением. К счастью, Гермиона была рядом с ним и холодно смотрела на всех вокруг, казалось, совершенно не смущаясь обрушившегося на него гнева. Особенно яростно она смотрела на Рона, но тот отводил взгляд, никак этим не обеспокоенный. — Спасибо, — тихо сказал он ей. — Мне очень жаль, что это происходит с тобой, — фыркнула она. — Это совершенно нелепо. — Я так расслабился в прошлом году, когда выдался относительно беззаботный год, — вздохнул он. — Я так ждал, что в этом году мне просто не придётся ни о чём беспокоиться. Она грустно посмотрела на него. — Я знаю. Я… — Она огляделась по сторонам. — Что это за звук? Гарри тоже его услышал. Это был глухой скрежещущий звук металла о камень. Низкий и скрежещущий, от которого по спине пробежали мурашки. Он становился всё громче. В конце концов болтовня в Большом зале поутихла, и люди стали оглядываться в поисках источника звука. У него отвисла челюсть. В Большой зал вошла Андромеда. Она была одета в черную мантию, плотно облегающую локти и колени. Защитные накладки и снаряжение были очевидны, а её волосы были собраны и заплетены в косы. Дора была одета в похожую одежду, её волосы были длинными и чёрными, а глаза — зелёными. Следом шла Амелия, а позади них рассредоточился отряд мракоборцев. Однако его внимание привлёк источник звука. Андромеда волокла за собой по земле огромную боевую секиру. Её лезвие скрежетало по каменному полу, издавая громкие шаркающие звуки. И всё же край секиры зловеще блестел, не выказывая никаких признаков износа или сколов. Она шла медленно и плавно, непринуждённо держась за рукоять, а её взгляд был прикован к Дамблдору, сидевшему за преподавательским столом. Все уставились на них, не понимая, что видят. Профессора за столом переглянулись, прежде чем посмотреть на их приближение. Дамблдор читал «Ежедневный пророк», но, когда они вошли в зал, он выглянул из-за газеты и побледнел при этом зрелище. Когда они подошли к столу, Андромеда перехватила рукоять в другую сторону. Она резко повернула верхнюю часть тела, взмахнув секирой сбоку для разгона, после чего подняла её высоко над головой. Она опустила её с резким криком. Дамблдор отпрянул; остриё секиры разрезало газету пополам по вертикали. Секира вонзилась в деревянный стол с тяжёлым стуком, который заполнил весь зал. Со всех сторон раздались визги и вздохи. Мракоборцы и профессора вздрогнули, в то время как Андромеда, Дора и Амелия выглядели невозмутимыми. — Это однолезвийная боевая секира, сделанная из гоблинской стали. Выкована в четырнадцатом веке мастером-оружейником Магогом. Она была официально вручена Блэкам после того, как они оказали личную услугу семье Магога, и сыграла решающую роль в нескольких конфликтах, многочисленных дуэлях и трёх объявлениях. — Андромеда с любовью провела рукой по металлической рукояти. — Я зову её Матильдой. Дамблдор уставился на оружие, вонзившееся прямо посреди его места за столом. Он поднял глаза на Андромеду, в его мозгу закрутились шестерёнки. — Объявлениях? — пробормотал он. — Да. Объявлениях войны. — Андромеда наклонилась над столом, и плотина её спокойствия прорвалась под бурей ярости. — Я предупреждала вас. Я предупреждала вас чуть больше года назад. Если вы подстроите любую ситуацию, где Гарри окажется в опасности, если он попадёт в ситуацию, которой можно было избежать, я обрушу на вас огонь. Вы в очередной раз потерпели неудачу. — Вовсе нет! — громко произнёс Дамблдор. — То есть он участвует в турнире не против своей воли? Его жизни и магии не угрожает ситуация, с которой вы разбирались? Вы сделали абсолютно всё, чтобы предотвратить это? — Я не всемогущ, — процедил он сквозь зубы. — Как бы вам ни нравилось притворяться таковым. Великий Альбус Дамблдор, непогрешимый! Недосягаемый! — Андромеда свирепо посмотрела на него. — Вы неудачник, и в типичной для Дамблдора манере другие страдают от вашего идиотизма. Этого можно было избежать! — Я провёл возрастную черту. Я пытался предусмотреть крайности. Я сделал всё, что мог. Вы не можете винить меня в этом. — Я могу, — сказала Амелия. — Я хотела, чтобы здесь были размещены мракоборцы ради безопасности гостей и студентов. Вы утверждаете, что сделали всё возможное, игнорируя при этом дополнительные ресурсы и возможности. — Я тоже виню вас. Я возлагаю на вас ответственность за это и не позволю вашей слабости подвергать опасности моего подопечного. Я хочу прочитать письменную копию магического контракта. Я изучу его досконально, чтобы попытаться исправить ваше упущение. Мне нужен он, немедленно. — Андромеда впилась в него взглядом. — Кубок огня — это артефакт, — сказал Дамблдор, пытаясь сохранить остатки достоинства. — У него своя магия, а не разум. Вы думаете, он подписал какое-то подобие контракта? — Нет, но у каждого магического арбитра решений будет какая-то форма контракта, расписанная подобно ритуалу. Оскорбляйте мой интеллект на свой страх и риск, — парировала она. — Достаньте мне копию прямо сейчас. — У Людо и Бартемиуса может быть одна, — коротко бросил Дамблдор. — Отлично, я тоже хочу с ними поговорить. Со всеми вами тремя, если уж на то пошло, учитывая, что никто из вас не посчитал нужным уведомить об этом ОМП, — строго произнесла Амелия. — Это случилось только вчера вечером, и мы надеялись провести собственное расследование. — Дамблдор нахмурился. Его взгляд переместился к гриффиндорскому столу. — Откуда вы узнали об этом… Андромеда вырвала секиру из стола и снова с силой вонзила её, приковав внимание Дамблдора и заставив остальных вскрикнуть. — Блуждающие взгляды имеют привычку уходить так далеко, что полностью покидают голову, — сладко произнесла она. — Доставьте этих двоих сюда, живо. Я хочу прочитать этот контракт. Я не уйду, пока не получу ответы, и чем дольше я жду, тем сильнее будет расстраиваться Матильда. — Не смейте мне угрожать, — произнёс Дамблдор. Он поднялся во весь рост и посмотрел на неё свысока. — Я ни в малейшей степени вам не угрожала, — ответила она, совершенно не впечатлённая. — Я юрист получше, чем вы директор, и с тех пор, как зашла сюда, я не сделала ни одного угрожающего заявления в адрес вашей персоны. Я сослалась на прошлый случай, но не делала никаких новых угрожающих замечаний. А реплика насчёт глаз была добровольно данным советом. — Я могу заставить вас уйти, — сказал Дамблдор. — Это официальное дело Министерства, — вмешалась Амелия. — Ведётся официальное расследование, и оно полностью вне вашей компетенции, Дамблдор. Мадам Тонкс находится здесь как мой юрисконсульт и как обеспокоенный законный магический опекун одного из ваших студентов. — Она улыбнулась при виде его растерянного лица. — Того, кто также замешан в этом деле. Дамблдор перевёл взгляд с одной ведьмы на другую и окинул взглядом обе стороны стола. Никто из остальных мракоборцев, похоже, не горел желанием вмешиваться, пока Дора смотрела на него с неприкрытой враждебностью. Профессора, присутствовавшие на завтраке, откинулись на спинки стульев и наблюдали за ситуацией с разной степенью беспокойства и трепета. Какая-то часть его хотела затянуть это, устроить из этого борьбу. Однако он знал, что в данный момент они прижали его к стене, и если дело дойдет до общественного мнения, он от этого пострадает. — Я… вызову Людо и Барти, — наконец уступил он. — Очень хорошо. Я подожду здесь со своим подопечным. — Андромеда повернулась, но остановилась, когда Дора кашлянула. — Ах, ну конечно. — Она развернулась и одним плавным движением выдернула Матильду из стола, закинув её на плечо. Не оборачиваясь, она направилась к гриффиндорскому столу, и после последнего свирепого взгляда Дора последовала за ней. Студенты шарахались от них, пока они проходили мимо. Только двое смотрели на них: Гарри с полнейшим восторгом и Гермиона с полнейшей тревогой. — Как мой мальчик? — ласково пропела Андромеда, обнимая Гарри, прежде чем пройти на другую сторону стола. Она осторожно опустила Матильду на пол, прежде чем сесть. — Гораздо лучше, когда вы обе здесь, — сказал Гарри с неприкрытым облегчением. Он обнял её в ответ и крепко прижал к себе Дору, когда та подошла. Она тоже перешла на другую сторону и села рядом с матерью. Пространство вокруг них увеличилось, так как никто не хотел приближаться к двум старшим ведьмам. — Говорила же тебе, что мы придём, — сказала Дора. Она огляделась по сторонам своими багровыми глазами, и никто не осмелился встретиться с ней взглядом. — А как у тебя дела, Гермиона? — тепло спросила Андромеда, наливая себе стакан сока. — В-всё в порядке, с-спасибо, — запнулась Гермиона. Она искоса поглядывала на секиру. — Ей правда шестьсот лет? — Правда! И она весьма гордится своим возрастом. — Андромеда похлопала по секире. — Одна из немногих вещей, которые я сохранила, когда меня изгнали из семьи. У Блэков оружие передаётся от владельца к владельцу, и никто не может забрать его после того, как оно подарено. Они пытались забрать её, но она довольно бурно отреагировала на такое оскорбление. Бедняжка, она долгое время пролежала в своём футляре. — Одна из немногих достойных традиций, — заметила Дора. Андромеда хлопнула в ладоши. — В один из ближайших дней я отведу тебя в лавку, — сказала она встревоженной Гермионе. — Волшебные палочки — это, конечно, хорошо, но у каждого должен быть вторичный вариант для самообороны. Это будет моим первым шагом к тому, чтобы отплатить тебе. Мы подберём тебе что-нибудь подходящее, и ты станешь первой в своём роду, у кого появится фамильное оружие. Когда твои собственные дети будут готовы к этому, ты сможешь передать его им. — О, то есть, это... действительно необходимо? Не то чтобы я не ценила этот жест. — Гермиона выглядела слегка запаниковавшей. — Не думаю, что мои родители обрадуются тому, что у меня появится секира. — Я уверена, что они всё поймут, как только мы им объясним. И это вовсе не обязательно должна быть секира. Мы найдём что-то, что подойдёт тебе физически и по характеру. Я как раз собиралась отвести Дору, так что для всех нас это будет весёлая экскурсия. — Андромеда выглядела неподдельно ликующей. Гермиона бросила на Гарри взгляд, который отчётливо говорил: «помоги». — А мне можно с вами? — спросил Гарри. — Конечно! Я попрошу Сириуса проверить ваши семейные сейфы, чтобы убедиться, что Джеймс не оставил тебе чего-то подобного. Я не знаю, поступали ли так Поттеры. В противном случае мы найдём что-нибудь и для тебя. Мы можем даже проверить сейфы Блэков и дом на площади Гриммо. Там может оказаться несколько клинков, которые тебе подойдут. Макгонагалл приблизилась к ним и бросила на Андромеду тщательно отрепетированный бесстрастный взгляд. — Директор хотел бы, чтобы необходимые стороны собрались в его кабинете. — Великолепно. Пойдёмте, дорогие. Макгонагалл посмотрела на Гарри и Гермиону, которые поднялись, чтобы присоединиться к ним. — Он сказал, только те, кто необходим. Андромеда приподняла бровь. — Это касается Гарри, так что он необходим, а Гермиона находится под покровительством Блэков. — Она подняла Матильду. Макгонагалл побледнела. — Очень хорошо.

***

Атмосфера в кабинете была гнетущей и тяжёлой. Людо стоял в углу, дёргаясь. Ранее он пытался поспорить с Андромедой, и она заставила его встать в угол, тыча в него тупым концом рукояти Матильды. Крауч кипел, едва ли не дрожа от ярости, пока стоял рядом с Дамблдором, который сидел за своим столом, потирая виски, чтобы унять головную боль. Андромеда сидела на наколдованном стуле, дотошно изучая контракт. Гарри и Гермиона сидели позади неё, безмолвно наблюдая. Дора стояла рядом с ним, настороже. Амелия стояла подле Андромеды, заглядывая ей через плечо. Макгонагалл стояла в сторонке прямо между обеими сторонами, словно не желая выказывать поддержку кому-либо. Флитвик и Спраут стояли вместе с ней. Снейп отказался присутствовать на встрече. Андромеда брезгливо вздохнула. — Того, кто написал это, нужно уволить. Из осадного орудия. Это форменное безобразие. Студенты-первокурсники юридического факультета могут писать контракты получше этого. В этой писанине полно дыр в самых важных моментах, а в других она смехотворно негибкая. Я бы не стала использовать это для уборки туалета. Он настолько загажен, что в этом не было бы никакого смысла. — Мы обходились тем, что у нас было, — процедил Крауч сквозь зубы. — О, я уверена, — сухо ответила Андромеда. — Если бы только в Министерстве существовал целый отдел, чьей единственной целью была бы помощь в составлении контрактов и юридических вопросов. — Если бы только, — иронично заметила Амелия. — Мне придётся участвовать? — спросил Гарри. Он уже знал ответ, но, тем не менее, надеялся. Андромеда несчастно вздохнула. — К сожалению, да, любовь моя, тебе придётся. Ты лишишься своей магии или жизни, если откажешься. Если я когда-нибудь найду того идиота, который вписал эту строчку в контракт, я позабочусь о том, чтобы он лишился своей жизни. — По крайней мере, мы знаем, как предотвратить подобное в будущем, — устало произнес Дамблдор. — Я превращу этот Кубок в щепки для растопки до того, как это случится снова, — сердито бросила Дора. — Это бесценный магический артефакт, — выплюнул Крауч. — А вы — дешёвый магический идиот, — парировала Дора. — Раз уж мы не можем изменить то, что произошло, — сказала Андромеда, прерывая Крауча, — мы должны позаботиться о том, чтобы обеспечить здоровье и выживание Гарри в дальнейшем. — Ему запрещено получать любую помощь от персонала, — сказал Крауч. — Ни один из чемпионов не может получать помощь от своих школ. — Я и не намекала, что он получит какую-либо помощь от Хогвартса, — язвительно произнесла Андромеда. — Я не доверяю здесь ни единой душе в том, что касается его интересов. — Она проигнорировала взгляды трёх профессоров, стоявших в стороне. — Не говоря уже о том, что он как минимум на три года младше, если не больше, по сравнению с остальными чемпионами. Ему не хватает ценных знаний и опыта. Ему нужна помощь. Я требую выделить время либо мне, либо Сириусу, либо Доре, чтобы обучать и тренировать его. Более того, я практически настаиваю на том, чтобы у него круглосуточно была охрана. — Принято. — Амелия посмотрела на Дору. — Мракоборец Тонкс, считайте себя на задании. Вы станете тенью Поттера и будете помогать в его подготовке. Его безопасность — ваш приоритет. Вы согласны? — Да, — быстро ответила Дора. — Разве это необходимо? — спросил Дамблдор. — Наличие у него охраны будет мешать его учёбе и всему прочему. — Очевидно, что кто-то вмешивается в происходящее, включая его жизнь, — ответила Амелия. — Я считаю это необходимым, но мы можем прийти к своего рода компромиссу. Она не будет ходить с ним на уроки и не будет находиться в его спальне, но я ожидаю, что ей предоставят комнаты поблизости, и в остальное время она будет с ним, если только ей не понадобится покинуть школу по другим причинам. — Но если непосредственная угроза миновала, а также с учётом вашего дальнейшего... наблюдения за испытаниями в целом, я не вижу причин, по которым ему требовалось бы постоянное сопровождение, — запротестовал Дамблдор. — И не надо говорить, будто меня не волнует его безопасность. Я пытаюсь обеспечить ему спокойное пребывание здесь. Он в полной безопасности. — В первые два года это было не так, — внезапно произнёс Гарри. — Что ты сказал? — спросила Дора, посмотрев на него сверху вниз. Дамблдор выглядел страдающим. — Гарри, пожалуйста… — Пожалуйста, объясни, — перебила Андромеда. — На первом курсе была история с философским камнем и Квирреллом, в которого вселились, — сказал Гарри, не мигая глядя на Дамблдора. — Мы, — он указал на Гермиону и себя, — даже ходили к профессору Макгонагалл, и она нас проигнорировала. Флитвик и Спраут в шоке уставились на неё, и она опустила голову. — Как так вышло, что я никогда об этом не слышала? — спросила Амелия, и её голос прозвучал угрожающе. — На втором курсе был василиск, — продолжил Гарри, идя ва-банк. — Гермиона оцепенела. — Василиск?! — крикнула Амелия. — В твоём организме яд василиска?! — воскликнула Андромеда. — Он укусил меня. — Тебя укусил василиск?! — завопила Дора. Гарри закатал рукав на руке, показывая шрам. Он указал на феникса, сидевшего позади стола Дамблдора. — Фоукс спас меня. — Вы знали, что происходили оцепенения из-за василиска, и ничего не предприняли?! — прорычала Амелия на покрасневшего Дамблдора. — Я не знал, что это был василиск, до самого конца, — возразил он. — К тому же, к тому моменту меня отстранили от должности. — И моя мысль в том, — медленно произнёс Гарри, глядя на Дору и Андромеду, — что я никогда не чувствовал себя здесь по-настоящему в безопасности вплоть до прошлого года. И это потому, что в моей жизни появились вы двое и дядя Тед. Вот когда я на самом деле почувствовал себя в безопасности здесь. Я знал, что если что-то случится, вы поможете. Точно так же, как помогли сегодня. Раньше у меня никогда не было ощущения, что у меня есть какая-то поддержка, кроме Гермионы… и Рона. — Он несчастно вздохнул, но отогнал эту боль прочь. — Единственная причина, по которой я не впал в полную панику из-за всего этого, заключается в том, что я знаю — вы мне помогаете. Дора слегка всхлипнула от мысли о том, что Гарри оставался совершенно без поддержки в первые два года, справляясь со всем в одиночку. Она крепко обняла его, прежде чем отпустить. Её волосы превратились в металлические шипы. Она попыталась пройти мимо Андромеды, поудобнее перехватив Матильду свободной рукой. — Нет, — отчитала её Андромеда, забирая секиру из её руки. — Матильду пущу в ход я. — Она направила её на Дамблдора, который отпрянул от оружия. Крауч заметно отстранился. — Бог любит троицу. Вы потерпели неудачу, вопиющую неудачу, трижды. За это прольётся кровь. — Она опасно улыбнулась. — И это была не угроза, это факт. Она достала пергамент и перо и принялась быстро писать. Её перо скрипело по мере того, как она писала, тихонько бормоча себе под нос. Все наблюдали за ней, пока она это делала. Закончив, она положила пергамент перед Дамблдором. — Я требую, чтобы вы подписали этот контракт. Вы сделаете всё, что в ваших силах, чтобы предотвратить любые другие опасные события с Гарри. Вы не станете вмешиваться ни во что, что предпринимает семья для защиты его и его друзей. Если с ним что-то случится, и вы нарушите этот контракт по моему личному усмотрению, вы согласитесь на моё требование о возмещении ущерба, либо вы поплатитесь за последствия. — Я знаю, что вы считаете меня дураком, но если я подпишу это, вы, должно быть, считаете меня ещё большим дураком, — произнёс он с отвращением. — Вы действительно думаете, что я позволю вам истолковывать сами испытания как нечто опасное? — Читайте чёртову бумагу. У меня есть гордость юриста на этот счёт, — ответила она с ещё большим отвращением. — Я сделала для вас исключение в отношении самих испытаний, как бы мне того ни хотелось. Он медленно прочитал контракт. — А если я не подпишу его? — Тогда я позабочусь о том, чтобы то, что произошло с Гарри в его первые два года, было расследовано в полной мере, и заставлю вас дорого за это заплатить. Не говоря уже о том, что я сделаю всё, что в моих силах, чтобы вы пострадали за всё, что вы с ним сделали. — И это не считая независимого расследования со стороны ОМП, — добавила Амелия. — И прежде чем вы начнёте ныть о нашем сговоре: я вне себя от ярости из-за того, что моя племянница находилась здесь, когда тут разгуливал одержимый человек и чёртов василиск. Дамблдор вздохнул и подписал контракт. Андромеда манила его к себе и надёжно спрятала в карман. — Очень хорошо, — устало промолвил он. — Что-нибудь ещё? — спросил он язвительным тоном. — Не в данный момент. — Андромеда тонко улыбнулась. — Но я уверена, что появится, когда вернётся Сириус.

***

Макгонагалл показала им комнаты, в которых Дора будет жить во время своего пребывания в школе. Они располагались в той же башне, что и спальни Гриффиндора, чуть дальше по коридору от двери с портретом. После ещё одного разговора между взрослыми Гарри и Гермиона встретились с Дорой, Амелией и Андромедой в покоях Доры. — Хорошо. Значит, я увеличу число дежурных мракоборцев в Хогсмиде на всё время проведения турнира, — сказала Амелия. — В дни испытаний они будут присутствовать на территории школы. Тонкс, вы всё ещё довольно неопытны, так что никакого командования остальными, но когда дело касается Поттера — вы главная. — Я буду ходить за ним тенью, когда он не на уроках и за пределами своей спальни. Я также составлю график тренировок для него, и мы будем тренироваться вместе столько, сколько сможем, — сказала Дора. — Дай знать мне или Сириусу, если тебе что-нибудь понадобится, — произнесла Андромеда. — Мы также будем приезжать, чтобы помочь с тренировками, когда сможем. — Нам также всё ещё нужно расследовать, как именно они тут всё пустили на самотёк, и что происходило на твоём первом и втором курсе. — Амелия потёрла шею. — Интересно, почему Сьюзен никогда не рассказывала мне об этих вещах. Мне лучше расспросить её снова, а вам, возможно, придётся дать нам показания, если сможете. — Конечно, — сказал Гарри, и Гермиона согласилась. Он глубоко вздохнул. — Спасибо вам, ещё раз. У меня бы сейчас действительно голова шла кругом, если бы не ваша помощь. Всех вас. Дора обняла его. — Ты наш, и никто не смеет переходить нам дорогу. Гермиона выглядела расстроенной. — Профессор Дамблдор ведь действительно просто позволял всему этому случаться... верно? Я раньше так им восхищалась, и профессором Макгонагалл тоже. Но там, в кабинете, они ведь на самом деле не пытались помочь тебе, да и то, как ты рассказал о случившемся на нашем первом и втором курсе. Это... действительно никуда не годится. Андромеда вздохнула. — Люди совершают ошибки, и я не стану первой, кто назовёт Дамблдора плохим человеком. Однако он и не хороший человек, а его ошибки обходятся слишком дорого. Больше всего меня злит то, что ему удаётся избегать последствий своих промахов, и, как ты сказала, он почему-то странным образом не заинтересован в помощи. Неважно. Мы не станем на него полагаться. Мы сами позаботимся об этом и друг о друге.

***

Дни после выбора чемпионов дались легче благодаря присутствию Доры. Конечно, Гарри по-прежнему сталкивался с косыми взглядами и перешёптываниями. Конечно, большая часть школы всё ещё считала его обманщиком. Некоторые даже думали, что он похож на Блэков: вспыльчивый и морально неуравновешенный. Он всё ещё скучал по Рону, который отказывался иметь с ним дело. Однако то, что Дора была рядом, очень помогало. Её присутствие дарило утешение, и большинство учеников в коридорах обходили его за версту. Она оказывала огромную помощь ему и Гермионе, когда они делали домашнее задание, подсказывая, где искать информацию в книгах, и помогая разобраться в некоторых вещах. Тренировки с ней были тяжёлыми, но приносили плоды. То время, когда он тренировался с ней прошлым летом, бледнело по сравнению с этим. Теперь она была неумолима, ведомая упорством, которое заставляло его выкладываться на пределе возможностей. И всё же она никогда не перегибала палку, и он был благодарен за то, как рос под её руководством. Гермиона тоже немного тренировалась, но большую часть времени проводила за изучением заклинаний и анализом прошлых турнирных испытаний, пытаясь угадать, какими будут его задания. Вскоре он узнает, что присутствие Доры рядом поможет ему больше, чем он мог себе представить.

***

Дора шла по территории школы на пути обратно в замок. Она ходила в Хогсмид, чтобы встретиться со старшим мракоборцем и сдать отчет. Захватив кое-какие лакомства из «Сладкого королевства», она шла назад, как вдруг остановилась во внутреннем дворе. Она увидела близнецов Уизли, разговаривающих с третьим рыжеволосым парнем, который был на них похож. Этого рыжего она знала, поэтому свернула со своей тропинки. — Привет, Чарли, — сказала она. Чарли Уизли повернулся и улыбнулся ей. — Привет, Дора! Рад видеть тебя здесь, как дела? — Всё нормально. Я на специальном задании, потому здесь и нахожусь. — Да неужели? Ну, я здесь тоже по работе, веришь или нет. Близнецы переглянулись и бросили на Дору многозначительный взгляд, но ничего не сказали. У Доры внутри всё похолодело. — Да? Неужто навещаешь один из местных драконьих заповедников? — Нет. Попросили привезти именно из нашего заповедника, и я решил напроситься со всеми, чтобы повидаться с семьёй. Скажи, ты свободна в ближайшее время? Я бы с удовольствием поболтал. — Я дам тебе знать, если освобожусь, — быстро ответила Дора. — Рада была повидаться, Чарли. — Она повернулась и быстро пошла к замку, пытаясь сохранить контроль над своим дыханием. Она знала, что Чарли работает с драконами, и если он оказался в школе по работе, это действительно могло означать только одно. Она пошла по коридору по направлению к подземельям, зная, что Гарри скоро выйдет с урока зельеварения. Её нервы и так уже были на пределе, когда она заметила толпу студентов и узнала повышенные тона. Она принялась прокладывать себе путь сквозь толпу.

***

— Куда это ты убегаешь, Поттер? Сбежишь и поплачешь? Гарри вздохнул. — Ну, в общем-то да, ведь всё что угодно лучше, чем находиться рядом с тобой, Малфой. Драко покраснел. — Ты жалок. Собираешься снова прятаться за юбками девчонки со странными волосами? Гарри остановился и повернулся, чтобы свирепо посмотреть на Драко. — Мракоборец Тонкс не носит юбок. Почему ты, кстати, так на них зациклен? Мечтаешь, чтобы сам хорошо выглядел в юбке? — Ему доставило удовольствие то, как Драко покраснел ещё сильнее под хихиканье окружавших их студентов. — Просто оставь меня в покое, Малфой. Я не в настроении. — Полагаю, если бы я был на грани того, чтобы умереть посмешищем, я бы тоже был не в настроении, — съязвил тот. — Знаешь, тебе действительно нужно винить только себя. Ввязался в турнир ради внимания, хотя сам представляешь собой такое жалкое подобие волшебника. Лично я считаю, что тебя нужно исключить за то, что ты обманщик. Гарри закатил глаза. — Я не вступал в турнир. — Он издал вздох притворной жалости. — Полагаю, тебе придётся поговорить с кем-то из Совета попечителей, чтобы меня исключили. О, постой, — Гарри улыбнулся, — твоего отца ведь больше нет в Совете, верно? Дядя Тед там, и он справляется со своей работой лучше, чем твой отец за все свои годы пребывания в нём. Кто теперь жалкое подобие волшебника? — Он повернулся, чтобы уйти. — Гарри! — пронзительно закричала Гермиона. Он нырнул вниз, когда она закричала, и почувствовал, как заклинание пронеслось мимо него. Он перекатился, призывая палочку в руку. Но прежде чем он успел наколдовать что-то, Драко уже посылал в него второе заклинание. — Протего! Щит появился между ними и рассеял летевший в его сторону сглаз. Дора прорвалась сквозь последних преграждавших ей путь студентов. Драко повернулся, вскинув палочку навстречу этой новой угрозе. Он слегка согнулся вперед, когда жалящее заклятие попало ему в живот, и выронил палочку. Дора продолжила бежать, её левая рука обхватила его горло, и он обнаружил, что поднят в воздух и впечатан в стену. Он захныкал от боли и страха, и этот звук стал тише, когда Дора усилила хватку. — Ах ты маленький ублюдок, — прошипела она. — Как насчёт того, чтобы помериться силами со мной, а? — Она слегка увеличилась в росте и раздалась в плечах, её мускулы проступили, а волосы стали дикими. Она направила палочку на Крэбба и Гойла, не отводя взгляда от Драко. — Ещё один шаг, и я обоих вас прокляну так, что в землю закатаю, а потом сделаю с вами то же самое, что сделаю с этим блондинчиком. Она свирепо посмотрела на Драко, который пытался разжать её хватку. — Попробуешь ещё раз навредить Гарри, и я выпущу тебе кишки, как рыбе. — Она слегка провела кончиком палочки по его шее и животу. Он захныкал громче; его глаза расширились, когда он почувствовал, как кончик палочки скользит вниз. Её взгляд обвёл толпу. — Гарри находится под моей защитой. Если кто-то из вас попытается навредить ему, я отвечу с крайней жестокостью. Это касается и его друзей, и только тех, кого он сам назовёт своим другом, а не других, кто заявляет, будто они его друзья. Все сглотнули. Она ослабила хватку, сбросив Драко на землю. Она проводила взглядом то, как он отползает от неё, но когда он потянулся к своей палочке, она произнесла: — Нет. Оставь её. Заберёшь её у Снейпа позже. — Она ответила на его свирепый взгляд. — Если ты поднимешь её, я расценю это как желание дуэли прямо сейчас. — Она презрительно ухмыльнулась, когда он вскочил на ноги и побежал прочь, а Крэбб и Гойл поспешили следом. Она подобрала его палочку и засунула её в свой карман. — Кто-нибудь ещё хочет забирать свои палочки позже у своего декана? Нет? Тогда проваливайте. Все, кроме Гарри и Гермионы, разбежались, желая оказаться где угодно в другом месте. — Ты в порядке? — спросила Дора у Гарри. — Да, я в норме. Спасибо. — Он улыбнулся ей. — Это было блестяще. — Ты немного пугающая, — сказала Гермиона, бросив на Дору настороженный взгляд. — О-о-о, спасибо, — улыбнулась Дора. — Но не волнуйся, ты мне нравишься так же, как и Гарри, так что у тебя нет причин меня бояться. Гермиона не знала, хорошо ли то, что она почувствовала такое сильное облегчение. Дора оглядела пустой коридор. — Не берите в голову это сейчас, идите за мной. — Она привела их в свои комнаты и наложила чары конфиденциальности. — Кажется, я знаю, в чём заключается первое испытание. Я видела Чарли Уизли, и он говорит, что находится здесь по работе. — Разве он не работает с драконами? — слабо вымолвила Гермиона. — Чёрт возьми, — вырвалось у Гарри. Гермиона была настолько расстроена, что даже не отчитала его за использование ругательств. — Они хотят, чтобы я сражался с драконом? Что я буду делать против дракона?! Дора тоже выглядела немного растерянной. — Я не знаю, и мне хочется засунуть того, кто придумал это испытание, в загон к дракону вообще без палочки за такое. Мне нужно всё перепроверить с мамой, папой и Сириусом, но есть несколько заклинаний, которые мы можем разучить, чтобы помочь. Я не думаю, что ты будешь сражаться с драконом насмерть или вроде того, — она сглотнула, — но, возможно, нужно сбежать от него или что-то в этом роде. Гарри глубоко вздохнул. — У нас всё ещё есть неделя. Мы что-нибудь придумаем. Надеюсь.

***

— Впредь любые наказания исходят исключительно от меня, — прошипел Снейп. Дора пристально посмотрела на него в ответ. — Конечно, до тех пор, пока он не пытается напасть на того, кого я защищаю. — Мне сказали, что Поттер начал первым. Дора рассмеялась. — Ну да. Поттер, который уходил, убрав палочку в кобуру, едва не получил заклятие в спину. Это уж точно звучит так, будто он начал первым. — Она отдала палочку Драко Снейпу. Он свирепо посмотрел на неё. — Вы больше никогда не посмеете так разговаривать с Драко или кем-то из моих студентов. — Я не являюсь вашей студенткой, так что не вам указывать мне, что делать. Я действую в рамках полномочий, установленных директором Отдела магического правопорядка. Если вы считаете, что я превышаю свои должностные обязанности, можете смело связаться с ней. Он заскрежетал зубами. — Рада, что мы поговорили, — сказала она и пошла прочь.

***

Сириус, Андромеда и Тед пришли в ужас, когда услышали рассказ Доры тем вечером, когда они прибыли, чтобы помочь с тренировками. Сириус был готов снова штурмовать кабинет Дамблдора, как он уже делал сразу после возвращения в страну, едва узнав об участии Гарри в турнире. Андромеде удалось удержать его от этого шага, но он мрачно бормотал под нос, что отомстит позже. — Ты не сможешь сойтись с драконом один на один, — произнёс Сириус некоторое время спустя. — То есть, их слабость — это глаза, так что ты мог бы поразить его заклятием Конъюнктивитус, но это непросто сделать, к тому же ты его сильно разозлишь, так что я бы не советовал. — Я бы не советовал бить по ним заклинаниями напрямую, — задумался Тед. — Драконы известны своей устойчивостью к магии. Чтобы иметь хоть какой-то шанс, нужно быть невероятно сильным и действовать сообща с другими. — Жаль, что я не могу просто превратить камни в мясо и раскормить его до умиротворения, прямо как Дору, — слабо пошутил Гарри. Она фыркнула и ткнула его пальцем, пока остальные посмеивались. — Драконы едят побольше моего, — с полуулыбкой заметила она. — Тебе понадобится очень много еды. — Как насчёт усыпляющих или замедляющих зелий? — предложила Гермиона. — Неплохая идея, но они не станут пить их добровольно, да и понадобится их уйма, — сказал Сириус. — Постойте. Замедлить их. — Андромеда подняла взгляд. — Мы можем использовать окружающую обстановку в своих интересах. — Она изложила свою идею. — Это выполнимо, — сказал Сириус, и в нём затеплилась надежда. — Это всего лишь три довольно простых заклинания, и два из них ты уже выучил за лето. Тебе нужно будет влить в них побольше силы, но шансы на успех весьма велики. Гарри воодушевился. — Давайте тогда сделаем это!

***

— Выглядишь отлично. Гарри ухмыльнулся. Он был одет в чёрную мантию со шнурованными защитными накладками на торсе, локтях и коленях. Изначально они создавались для боя и дуэлей, были магически укреплены для защиты и изготовлены на заказ Блэками. — Спасибо. Жаль, что я не чувствую себя так же хорошо, как выгляжу. Дора поцеловала его в лоб. — Ты справишься. Главное, не теряй голову, не паникуй. — Её голос слегка дрогнул. — Возвращайся живым. Он крепко обнял её. — Вернусь. Благодаря всем вам, вернусь. Она шмыгнула носом, отчаянно сжав его в объятиях, после чего неохотно отпустила. Она проводила его взглядом, пока он шёл в палатку ожидания, а затем направилась обратно к трибунам, где ждали зрители турнира. — Как он? — спросила Андромеда. — Он в порядке, — тихо ответила Дора. — Будем надеяться, что так оно и останется, — негромко произнёс Сириус. Дора согласно кивнула и села рядом с Гермионой. Другая девушка слегка дрожала, и Дора протянула ей руку, крепко сжав её, чтобы разделить это волнение. Они наблюдали за тем, как остальные чемпионы бросали вызов своим драконам с переменным успехом. Седрик Диггори сумел отвлечь дракона трансфигурированными животными, но на выходе попал под драконье пламя. Виктор Крам использовал заклятие Конъюнктивитус, которое предлагал Сириус, но, как и предсказывалось, дракон обезумел от боли и ярости, нанеся значительные разрушения и причинив некоторые травмы чемпиону. Флёр Делакур удалось усыпить своего дракона, продемонстрировав впечатляющую магию. Затем настала очередь Гарри. Перед ним предстала венгерская хвосторога — гигантский дракон, усыпанный шипами. Она прочно обосновалась над гнездом, в котором находилась цель Гарри — большое золотое яйцо. — Давай, Гарри, — прошептала Дора. — Ты сможешь. — Она услышала, как Гермиона хнычет, и прижала девушку к себе. — Я блядь убью любого, кто бросил имя Гарри в Кубок, — выругался Сириус. Гарри пристально смотрел на дракона, слегка дрожа от нервов и страха. Он чувствовал, как сердце колотится в груди, и ему казалось, будто мантия шевелится в такт ударам. Он глубоко вздохнул и кивнул. Последние несколько дней он упорно тренировался, разучивая заклинания, которые могли бы помочь. Осмотрев арену, то место, где находилось гнездо, и то, как сидел и смотрел дракон, он решил, что план всё ещё может сработать. Он взмахнул палочкой по сложной траектории и начал произносить заклинание. Густой туман повалил из его палочки, сотворяемый прямо из воздуха и сгущаемый магией. Он клубился по всей арене, плавно растекаясь по земле. Он продолжал колдовать, позволяя ему стелиться по земле между собой и гнездом. Дракон попытался укусить туман, в замешательстве закидывая голову назад, пока тот цеплялся за его зубы и чешую. Он практически сочился по всему, чего касался, обволакивая и покрывая слоем. Гарри повёл палочкой, не давая туману наплыть на само гнездо, но окружая его. Дракон раздражённо затрясся, пытаясь стряхнуть с себя этот плотный воздух. — Что ж, похоже, мистер Поттер пытается укутать дракона в толстый джемпер, — пошутил Людо, и толпа понимающе рассмеялась. — Я засуну руку тебе в глотку и буду смотреть, как ты задыхаешься, — пробормотала Дора. — Не обращай на него внимания, Гарри. Продолжай в том же духе. Туман продолжал сгущаться, и дракон был явно сбит с толку и раздражён. Он даже игнорировал взмахи её крыльев, лениво расплываясь вокруг. Она начала спотыкаться возле гнезда, явно не желая делать шаги ближе, чтобы не раздавить яйца. Она поднялась на задние лапы, широко расправив крылья и яростно взревев от досады. Как раз то, чего Гарри и ждал. Он сделал сложное движение палочкой, применяя разновидность заклинания. — Глациус! — Заклинание превращения воды в лёд было изменено за счёт иной траектории палочки, понижая температуру воздуха, равно как и влажность. Туман замёрз, превращаясь в мокрую скользкую кашу там, где он был самым тонким, и в лёд там, где был самым густым. Дракон поскользнулся на льду под своими задними когтями, но не смог удержать равновесие, так как его задние лапы внезапно оказались скованы льдом. Взмахнув крыльями, он потерял равновесие и с рёвом покатился вниз по пологому склону. Пока дракон падал, Гарри прыгнул вниз по склону, созданному из замёрзшего тумана. Он заскользил по скользкому скату и едва удержался на ногах, когда влетел в стенки гнезда. Перемахнув через край, он схватил золотое яйцо. Перепрыгнув обратно через ободок гнезда, Гарри сконцентрировал остатки своих сил. — Вентус Максима! — Он очертил самый маленький круг, какой только мог, сосредоточив чары порыва ветра в одной точке, которая и швырнула его прочь от гнезда и барахтающегося дракона. Он взлетел вверх по склону и перелетел через край, покатившись кубарем. — Да! — закричал Сириус, победно вскинув кулак. Андромеда замахала руками, взвыв от восторга, в то время как Дора и Гермиона прыгали от радости, визжа от облегчения. Толпа ревела и восклицала от изумления при виде такой комбинации магических заклинаний. — И нашему самому юному чемпиону удаётся заполучить яйцо в прекрасном стиле! — произнёс Людо. — Модифицированное заклинание тумана и модифицированное заклинание превращения воды во лёд в сочетании с точным расчётом времени и порывом ветра! Вот это я понимаю — блестящее магическое мышление и колдовство. Андромеда, Дора, Сириус и Гермиона бросились прочь с трибун и поспешили к медицинской палатке, куда, прихрамывая, направлялся Гарри. Они вбежали внутрь, и улыбка Гарри сияла, когда он их увидел. — Это было невероятно! — похвалила Андромеда, добравшись до него первой и крепко обняв. — Это была ваша идея, — выдохнул Гарри. — Она действительно сработала! — Но заклинания-то сотворил ты, Гарри, а это непросто, и особенно в таком состоянии! Ну ты даёшь! — Сириус схватил его за плечи. — Я так, блядь, горд тобой! Гермиона крепко обняла его, прежде чем передать Доре, которая прижала его к себе и поцеловала в щеку. — Это мой Гарри, — сказала Дора с сияющими глазами. Впервые за несколько недель Гарри непринуждённо рассмеялся, и остальные разделили его смех. Он знал, что оставшаяся часть турнира будет такой же изнурительной, если не больше, но он выполнил первое испытание без каких-либо травм, кроме ушибов от жёстких приземлений, и на данный момент этого было более чем достаточно.