Акт 2 Глава 9 Элион

Элион

      Элион открыла глаза, только когда стихли оглушающие звуки. Над ней нависала Корнелия, защищая от упавших камней и обломков зданий. Испачканная грязью, она терпела все удары тяжелой породы по своей спине.       — Элион! — где-то вдали проревел Седрик.       Вскоре на принцессу и ее подругу легла тень верного слуги. Накрыв их, он позволил Корнелии перевести дух. Элион коснулась ее щеки и улыбнулась. Стражница тоже ответила ей улыбкой, которая быстро превратилась в гримасу боли. Ее вздохи были похожи на стоны. Упав на колени, Корнелия как могла сдерживала крик и слезы.       — Тебе больно? — спросила ее Эля.       — Немного.       Она лгала. Даже когда Корнелия разбивала колени на катке или сильно падала на лед, она всегда быстро поднималась и продолжала тренировку. Никогда еще Элион не видела ее такой измученной.       Подруга попробовала двигать крылышками. Они оба трепыхались невпопад. Стоило им махнуть второй раз, Корнелия привзвизгнула.       — Тише, — прошипел Седрик. Отбросив упавший на его спину кусок почвы, он, наконец, смог выпрямиться. — Горгоны нас услышат.       — Как? — прошептала Элион, боясь собственных слов. — Упав с такой высоты, они все погибли.       — Но мы-то выжили, — напомнил змей. — К тому же, они могут обитать под землей. Ежели так, мы оказались прямо в их жилище.       Элион кивнула.       Им троим действительно повезло уцелеть. Корнелию хранил Кондракар. Седрика — его огромные размеры и мускулатура, которой позавидовал бы любой земной атлет. Сама же Элион жива лишь потому, что была принцессой Эсканоров, чью жизнь берегло наследие Вейры и других королев прошлого. Магия ее семьи.       Та магия, из-за которой они и оказались здесь.       — Это все из-за меня…       — Ты не виновата, — простонала Корнелия, пытаясь сесть у разрушенной колонны.       — Нет, виновата. Мне следовало держать силу под контролем. Фобос же учил меня… А я не справилась.       — Фобос не…       — Простите меня. Я… Я… — по щекам Эли потекли слезы. — Девочки тоже упали. И Деймос. И солдаты. Они все погибли из-за меня. — Элион подползла к подруге и посмотрела ей в глаза. — Корнелия, прости. Пожалуйста, прости.       — Ох, Элион, — подруга подтянула ее к себе и покрепче обняла.       — Стражницы живы, — сказал Седрик. — Деймос тоже.       Надеясь разглядеть Седрика, Эля достала из поясной сумки фонарик и посветила на землю. Глазам потребовалось несколько секунд, чтобы привыкнуть к свету.       Поняв, где именно находится голова Седрика, принцесса с беспокойством взглянула на него.       Как вообще можно выжить в таком падении?       — Твоя подруга все еще в одеждах Кондракара. — Змей указал на Корнелию. — Раз она выжила и не превратилась в человека, значит, и остальные живы.       — Нас защищает магия Кондракара, — подтвердила Корни. — Я уверена — с девчонками все в порядке.       — А Деймос уцепился за одну из них, когда начался обвал. Твоего брата просто так не убьешь.       Элион хотелось верить не только в него, но и в девочек, упавших в бездну Горгонии и теперь лежащих где-то там, в темноте.       — А солдаты? — спросила она, немного успокоившись. — Что с ними?       Седрик обернулся и посмотрел куда-то в сторону завала.       — Один вон там. Вряд ли остальным повезло больше.       Отчаяние, только-только отхлынувшее от Элион, накатило с новой силой. Глядя на кучу камней, придавивших гвардейца-галгота, она испытала глубокий, почти первобытный ужас.       Все, что произошло в Горгонии — от начала и до конца — ее вина. Только ее. Сколько бы Корнелия ни пыталась убедить Элион в обратном, она никогда не поверит ей. В любой другой ситуации — возможно, но только Седрик — ее верный Седрик — не станет лгать и всегда скажет правду, какой бы жестокой она ни была.       — Нам нужно идти, — собравшись с мыслями, сказала Эля. Ее голос дрожал. Прямо как поджилки. Она хотела предаться горю, но теперь будто бы не имела на него права. — Корнелия, ты сможешь встать?       — Да.       Элион помогла подруге подняться и крепко сжала ее руку. Пусть она и воспринимала Корнелию эгоисткой, играющей в дружбу, сейчас в Стражнице было что-то такое, о чем Эля старалась не думать, пряча эти намеки в глубине своей души. Все-таки, Корни спасла ее от верной смерти. Укрыв Элион своим телом, она была готова пожертвовать собой и навсегда остаться погребенной в бездне Горгонии.       Теперь Эля в долгу перед ней. И долг этот будто отнимал у нее моральное право на хоть сколько-то серьезную обиду.       — Ты — моя подруга, — сказала Стражница земли, прижав Элю к себе. — Что хочешь говори, но я буду рядом.       — Сейчас не время, дева, — вмешался Седрик. — Нам нужно выбираться отсюда.       — Не мешай нам мириться, змеюка! — прошипела на него Корни.       — Нет, Седрик прав. — Элион отстранилась и вытерла намокшие веки. — Надо найти остальных. Всех, кто выжил.       — Но как нам это сделать? Я могла бы почувствовать их, но сейчас магия Кондракара не работает.       — Седрик, — принцесса посмотрела на змея. — Ты ведь ощущаешь вибрации? Сможешь почувствовать шаги Деймоса или девочек?       — Я уже пробовал. Слишком много посторонних сущностей. Горгоны все еще ползают по тоннелям, да и обвал пока не закончился. Мне нужна более ощутимая вибрация.       — Например?       — Если Деймос выстрелит — я пойму, где он находится.       Элион осенило. Прямо перед тем, как зайти в Горгонию, брат вручил ей рацию. В Метамире воздух и законы физики мало чем отличались от земных. Радиоволны должны были передаваться точно так же, как и там.       Достав рацию, Эля нажала на кнопку вызова.       — Деймос! Деймос, ты слышишь меня?       В тишине и томительном ожидании ответа прошла минута. Деймос так и не отозвался.       — Еще раз, — подхватила Корнелия.       — Ладно. Деймос! Деймос, прием!       Ничего.       — Почему не получается?       — Мы под землей, — объяснил Седрик. — Волны плохо распространяются, если это не открытая местность. Сигнал экранирует от стен и земли и быстро затухает.       — Тебе-то откуда знать? — возмутилась Стражница.       — Когда год сидишь в книжном магазине, даже учебник по радиотехнике станет интересным.       — И что нам делать?       — Идти вперед. Думаю, Деймос попытается добраться до центрального зала. Галготы строили огромный вестибюль в центре своих нор. Нужно только понять, где он находится.       — Есть идеи? — спросила Элион.       — Мне кажется, мы выше, чем нужно. Надобно спускаться. Идите за мной.       Седрик принялся прокладывать путь, ориентируясь на колебания стен и воздуха, которые ни Элион, ни Корнелия ощущать не могли. Сами они послушно следовали за оборотнем. Эля удивлялась, как ее другу удавалось сохранять спокойствие в этой ситуации. Он упал с огромной высоты и был на волосок от смерти, но горгона все равно продолжал размышлять не о причинах, а о возможностях.       Элион корила себя за то, что не умела так же.       То, что они упали — ее вина, но сейчас это не играло никакой роли. Главное — спастись. Научиться на собственных ошибках можно будет позже.       Корнелия шла рядом, держа Элю за руку. Они смотрели друг на друга, и Элион не знала, как поступить. С одной стороны, это все еще была Корнелия. Та самая, которая ни во что не ставила Элион, пока они обе жили на Земле. С другой — в минуту опасности она была рядом. Именно Корни защитила Элю от оползня, укрыв собственным телом. Случайность ли их свела или злой рок, но Корнелия не собиралась убегать. Наоборот — она поддерживала Элион и не давала ей сойти с ума.       Принцесса не знала, можно ли ей доверять. А если можно, то насколько? Не попытается ли Корнелия вновь воспользоваться ее доверием?       — Стоп.       Седрик поднял гигантскую руку, сжатую в кулак.       — Что случилось? — спросила его Эля, направив фонарик на широкую горгонскую спину.       — Я слышу чей-то голос. Тихо.       Змей молчал несколько секунд, в которые обе подруги затаили дыхание.       — Хай Лин, — наконец произнес он.       — Где она? — подскочила к нему Корнелия.       — Впереди. Она бредит.       — Надо ее спасти!       — Если девчонка набрела на галготские фермы, нам туда нельзя, — говорил Седрик, обращаясь, скорее, к Элион. — Мы все отравимся.       — Ах ты мерзкий…       — Мы идем за ней! — воскликнула Эля. — Мы с Хай Лин дружили. Я не позволю ей отравиться непонятно чем.       — Ты правда этого хочешь?       — Не сомневайся. Приказываю тебе, Седрик: спаси мою подругу.       — Да, моя госпожа, — прошипел змей, кланяясь. — Я поползу вперед. Вы — бегите за мной и не останавливайтесь, пока я не дам команды. Но как только скажу — замрите и не двигайтесь.       — Поняла, — подтвердила Элион.       Корнелия кивнула. Она тоже понимала, что Седрик — единственный, кто может привести ее к потерянным подругам.

***

      Змей мчался вперед с какой-то невозможной скоростью. Элион казалось, что он не полз, а скорее летел, отталкиваясь от пола с помощью хвоста. Большую часть времени Седрик подтягивал себя руками, притормаживая только для того, чтобы вписаться в поворот и не протаранить плечом стену. Поврежденные обвалами и сотнями лет застоя катакомбы могли просто не выдержать его веса.       Девочки бежали за ним. Элион освещала путь фонариком, который едва ли прорезал темноту. Сложно было представить, сколько лет потребовалось горгонам, чтобы научиться ориентироваться в этом месте. Безумные жители города прожили тут больше двадцати лет. Неужели все эти годы они не видели дневного света?       После очередного поворота и спуска по лестнице, Элион почувствовала на губах какой-то странный привкус.       — Стойте! — будто прочитав ее мысли, крикнул Седрик. — Ни шагу дальше!       Эля и Корнелия замерли и схватили друг друга за руки. Седрик же и не думал останавливаться. Затормозив, он завернул в одну из комнат. Элион подняла фонарик. В луче света кружились сотни песчинок. С первого взгляда они могли показаться пылью, но чем дольше Эля присматривалась к ним, тем сильнее сомневалась в этом.       Пыль в ее комнате вела себя иначе: она должна была оседать вниз, на пол. А эти песчинки летали кругами, то поднимаясь, то опускаясь.       — Это же… — шепнула Элион.       — Споры, — подтвердила Корнелия. — Бежим!       — Но ведь Седрик сказал…       — Там девочки!       В зале, куда заполз Седрик, зазвучали вопли. Они не принадлежали ни самому змею, ни Стражницам. Так истошно кричать могли только десятки горгон. Подбежав туда, где несколько секунд назад стоял ее друг, Элион увидела, как он борется со своими сородичами, защищая от них беспомощных Хай Лин и Тарани. Две горгоны яростно полосовали Седрика когтями, в то время как третья запрыгнула на защитника принцессы и пыталась расцарапать ему спину. Еще дюжина прижимались к стенам, скалясь и отвратительно шипя на сражавшихся сородичей. Одно из исчадий — то, что было храбрее прочих — обползло Седрика, нависло над Тарой и агрессивно шипело на принцессу.       Элион хотела было помочь, но вспомнила, к чему могло привести использование магии. Она сжала кулак, надеясь удержать бушующие эмоции.       Корнелия же не собиралась ждать, пока ее подруг разорвут на части. Отпустив руку Эли, Стражница забежала в зал, заросший мхом и колониями хлебницы. Отдельные грибы походили на гигантские поганки. Именно они выделяли споры. Толкнув расхрабрившуюся горгону в такую грибницу, Корнелия подхватила Тарани и потащила ее в коридор. Элион помогла усадить Стражницу огня рядом со стеной.       — Я присмотрю, — сказала она. — Помоги Седрику.       Корнелия кивнула и убежала обратно. Элион видела, как разъяренная горгона попыталась полоснуть подругу острыми когтями по лицу, как Седрик ухватил эту тварь за хвост, и как начал использовать ее вместо хлыста. Корнелия же, еще в детстве получившая прививку от рукоприкладства, старалась не бить, а отталкивать горгон, передавая эстафету насилия Седрику. В отличие от Стражницы, его не беспокоили ни перебитые кости, ни проломленные черепа. Огромные кулаки с легкостью ломали ослабевшие змеиные ребра, а хвост помогал контролировать дистанцию.       Но горгон было слишком много.       Совсем скоро к первым двум присоединились еще четыре, затем еще и еще. Они прорывались к Седрику, расталкивая друг друга, словно только и ждали момента поквитаться с тем, кого Вейра спасла из этого проклятого места.       Корнелию повалили. Две горгоны зажали ее руки и ноги, а еще одна поспешила отгрызть ей лицо. Элион немедленно подскочила на ноги, желая помочь подруге.       Стражница земли взревела. Оттолкнув от себя ту горгону, что удерживала ее руки, она ударила навалившегося на нее змея кулаком в висок. Вырвавшись из захвата, она засадила третьей горгоне коленом в подбородок.       — Седрик! — кричала она. — Толкни Хай Лин! Ко мне!       Седрика теснили к стене. На его теле повисли не меньше десяти горгон, и каждая стремилась оторвать от него кусок. Слуга Эсканоров выл, но продолжал биться. Вряд ли он слышал то, что крикнула ему Стражница, которую вновь зажали несколько оборотней.       Элион не могла на это смотреть. Ее друзья были в опасности. Если она ничего не предпримет, горгоны просто съедят их заживо.       Нет.       На ее руках уже была кровь пятерых галготов и десятка горгон, перед которыми она так хотела искупить вину. Принцесса не могла допустить еще и смерти близких ей людей.       Пусть даже придется умереть самой, она спасет их всех.       Зайдя в зал на полшага, Элион расставила руки, как учил ее Фобос. Она хорошо помнила его слова.       «Сконцентрируй энергию в одной точке. Пусть она идет от желудка к сердцу, и только потом туда, куда ты захочешь».       На тренировках ей требовалось почти десять секунд, чтобы собрать силу и выстрелить ей, как лазером из «Звездных Войн». Сейчас такой роскоши, как время, у Эли просто не было. Красный луч ударит ее через одну или две секунды, поэтому бить придется быстро и не слишком целясь.       Пускай магия навредит и Седрику, и девочкам — это будут просто ожоги. Воспалившаяся кожа сможет зажить, а перегрызенная сонная артерия — нет.       — Свет Меридиана, я взываю к тебе! — крикнула Эля. — Помоги мне!       Ее кожа вспыхнула, а глаза залились светом. Элион почувствовала, как энергия подхватила ее и оторвала от пола.       Фобос учил ее, как создавать из света обжигающие лучи, но сейчас нужно было нечто другое. Как тогда, в Хитерфилде, когда Эля взорвала собственный дом.       Она ощутила колебания воздуха. Магия кристалла Горгонии вскоре поразит ее.       — А-а-а-а!       Элион хотела произнести какое-нибудь заклинание, но из ее горла вырвался истошный крик.       Седрик, поняв что происходит, сбросил с себя нескольких горгон и поспешил к Хай Лин. Схватив ее за ноги, он откинул Стражницу к Корнелии и сам бросился к ним. Всех, кто встал у него на пути, змей раскидывал в разные стороны. Закрыв собой девочек, он прижался лицом к полу.       Комната наполнилась ослепительным светом и огнем. Грибы и мхи воспламенились. Кислород выгорел за мгновение, вынудив языки пламени уменьшиться. Но это было лишь иллюзией спокойствия.       За спиной у Элион послышался свист. Из-за резкого притока кислорода в зал из двух галерей, не затронутых пожаром, образовалась обратная тяга. Пламя вспыхнуло с новой силой. Волшебство выделило слишком много энергии, которую Элион не смогла контролировать.       Прямо как в ту ночь, в Хитерфилде.       Она поняла это слишком поздно.       В зале прогремел сильный взрыв. Поток пламени, в который превратился огонь, направился в сторону Эли. Рефлекторно выставив вперед обе руки, она создала на ладонях похожий на алмаз щит, поглотивший на себя мощь хаоса, который бушевал внутри зала.       — Нет! НЕТ! — осознав, что натворила, закричала Элион. — НЕ-Е-Е-ЕТ!       Магия Эсканоров пульсировала на кончиках ее пальцев, напитывая собой алмазный щит. Там, где он не выдерживал напора пламени, рождался блеск, в мгновение ока заполнявший собой трещины. Эля старалась держаться хотя бы ради Тарани, которая все еще могла выжить.       Огонь потух спустя пару секунд, тянувшихся целую вечность. Наконец Элион смогла опустить руки. Только сейчас она почувствовала, как намокла одежда. Посмотрев вниз, принцесса увидела, как на ее груди разорвало жилет, а оттуда, где должно было быть сердце, струйками выплевывалась кровь.       Во рту появился металлический привкус. Сил левитировать больше не осталось. Чувствуя себя игрушкой-чревовещателем, лишившимся хозяина, Элион рухнула на пол.       Кристалл, созданный горгонами для противостояния Вейре, настиг ее дочь. Подобно копью, не знающему промахов, магия пронзила сердце принцессы из рода Эсканоров.       Предназначение, похороненное в далеких подземельях Горгонии, исполнилось двадцать три года спустя.