Акт 2 Глава 11 Вилл

Вилл

      Зал, в который привел их Деймос, казался огромным: вдвое больше Тыквенной площади Хитерфилда. В древности он вполне мог использоваться как форум или главное здание галготского города. Некогда это было красивое место: зеленые символы на стенах и колоннах все еще светились в луче фонарика, придавая залу чарующую атмосферу.       В отличие от Вилл, Деймос не испытывал сентиментальных чувств в отношении древней цивилизации. Узнав, что Элион ранена, он выругался так громко, что у Стражниц душа ушла в пятки. Затем принц выстрелил в потолок. Вилл пришлось зажать уши. Звук, отразившийся от стен, отдался дрожью по всему телу.       — Теперь ждем, — сказал Деймос, убирая рацию.       Ирма устала от ожидания через пару минут и решила допросить принца. У них с Вилл давно тлел один-единственный вопрос: откуда у Деймоса огнестрельное оружие.       — Разве не ясно? — услышав вопрос, ухмыльнулся тот. — Я жил на Земле.       — Судя по прикиду — во времена динозавров, — отозвалась Ирма.       — Ну почти. В начале восьмидесятых.       — В Штатах?       — Нет, конечно. Во Франции и в Африке. Служил в Légion étrangère. Две командировки: в Чад и Джибути.       — И поэтому ты решил притащить домой пушки? — спросила Вилл.       — На Меридиане только луки, да простые арбалеты. Огнестрел тут очень полезен. И вот это тоже, — Деймос похлопал по бронежилету. — Ни клинок, ни стрела не пробьют.       — Да здравствует технический прогресс! — подытожила Ирма.       Деймос подмигнул ей и отошел чуть подальше, к краю зала. Оползни не пощадили и это место. Часть помещения обвалилась вниз, а каменный пол оскалился тысячами зубьев, будто предупреждая, что бездна может проглотить любого, кто забудет об осторожности.       — В легионе у меня был командир, капитан Монтань. — Деймос говорил, склонившись над проломом. — Когда мы сидели на базе без дела, он любил гонять нас по полосе препятствий. Всегда ставил конкретные условия: сколько пробежать, сколько веса на себе нести и тому подобное. И мы бегали. Двадцать или тридцать лбов. Надевали на себя полное снаряжение и несколько часов под палящим солнцем — туда-сюда, туда-сюда.       Вилл смотрела на Деймоса и не понимала, зачем он рассказывал о своей молодости. Неужели и в Меридиане все, кто прожил больше двадцати пяти лет, норовили пожаловаться на то, что раньше было лучше?       — Поначалу я не понимал, зачем все это. Мы только с патруля вернулись, поспали часов пять, а уже нужно бежать. Некоторые из парней сдавались: капитан Монтань разрешал сходить с дистанции, если тебе становилось плохо или заканчивались силы. Те же, кто перетерпел весь забег, знаете, что получали? Думаете, пива холодного? Или в карты давали поиграть? — принц развернулся и показал кукиш. — Даже похвалы не было.       — Ты это просто так говоришь или зачем-то? — спросила Вилл.       Деймос не удостоил ее ответа и продолжил:       — Солдат должен выполнять приказы, но иногда они кажутся бессмысленными. В такие моменты можно себе позволить нарушить субординацию. Ненадолго, всего на один вопрос. Я обратился к мсье Монтаню с просьбой объяснить, зачем он нас гоняет. Капитан отвел меня в сторонку и объяснил. У любых действий, даже тех, которые кажутся идиотскими, есть под собой цель. Никто и пальцем не пошевелит, если нет конкретной причины что-либо делать. Все это время мы должны были не бегать, а помогать тем, кто хотел сойти с полосы, потому что в бою такая слабость заканчивается плохо. Мы — солдаты — должны защищать и оберегать друг друга, ведь когда вас хотят убить, помочь сможет только ближний.       — Очень интересная и познавательная речь.       — Когда вы упали нам на головы, я сразу подумал, что что-то тут нечисто. Сами вы никогда бы не узнали, что мы с Элион отправились в Горгонию. Значит, ее защита не могла быть вашей целью. Кондракар бы вас сюда не отправил. Остаются только мятежники. А что им может потребоваться в Горгонии? Армия безумных оборотней?       Вилл напряглась. Она поняла, к чему вел ее визави.       — Нет. Вы изначально летели сюда за кристаллом. Мятежники хотят использовать его, чтобы подавить силу Фобоса, не так ли?       — Кристалл разрушен, — парировала Стражница. — Твой отец уничтожил его.       — Этого мы не знаем, за Занденом никто не проверял. Да даже если и разрушил… Тут где-то валяется огромный кусок этого кристалла. Он ранил Элион, ты сама слышала. И по вам может прилететь, если попробуете колдовать. Для вас ситуация патовая, девочки. Вы не сможете вытащить кристалл на поверхность, ведь, чтобы спасти подругу, вам нужно его уничтожить. Этого ваши мятежные стратеги не предусмотрели, не так ли?       — У меня такое чувство, будто ты хочешь что-то предложить.       — Мое предложение простое, Вилл: когда Седрик найдет нас, вы с подругами останетесь рядом с ним. Я же найду и уничтожу эту херь. И все будут счастливы.       — Эй! — вмешалась Ирма. — Элион ранена этим кристаллом. Ты правда думаешь, что мы попытаемся утащить его, а Элю оставим умирать?       — Да. Так я и думаю.       — Ты совсем мудак? Она наша подруга! Если нужно разнести эту горгонскую магию, я сама это сделаю!       — И я должен в это поверить?       — Я не вру, и ты это знаешь, — Ирма уперла руки в бока. — Все, что мы делаем — ради Элион. Никакая меридианская грызня не стоит ее жизни.       Деймос ухмыльнулся.       — Вот уж не думал, что у клоуна будет больше благоразумия, чем у лидера.       — Я с ней согласна. — Вилл среагировала на упрек в свою сторону. — Мы с тобой — да, враги, но нас объединяет Эля. Мы стали Стражницами ради того, чтобы вернуть ее на Землю, к обычной жизни. И все ваши склоки с повстанцами для нас вторичны.       — Вот как? А вы не забыли спросить Элион, хочет ли она возвращаться?       — Захочет, когда поймет, какие вы с Фобосом ублюдки.       — Да что ты говоришь?       — Вы довели меридианцев до голодной смерти. Фобос сел на трон, который по праву принадлежит Элион, и принялся устанавливать свою власть. Твой брат — тиран, который уничтожает собственный народ только для того, чтобы и дальше править. А ты ему потворствуешь. Вы похитили солнце! Вы людям жить не даете! Но стоило появиться Эле, начали разыгрывать перед ней представление, мол вы два лучших брата на свете: один добрее другого.       — Да что ты вообще знаешь о нашем мире? — процедил Деймос. — Ты просто малолетка, которая думает, что все вокруг должны ее уважать.       — Ты прав, я малолетка. Но я хотя бы честна с близкими мне людьми.       — Честность не дает тебе права говорить все, что думаешь.       — И кто мне запретит?       Вместо ответа Деймос снял винтовку с предохранителя и прицелился в Вилл.       — Ты чего делаешь?! Офигел?! — закричала Ирма.       — Хочешь честность, Стражница? Хорошо. Вы обе — мои заложницы и нужны только для того, чтобы обменять вас на сестру. Я понятия не имею, что задумали ваши подружки. Особенно та блондиночка. Уж не знаю, что у нее в голове, но точно ничего хорошего.       — Они не причинят вреда Элион! — Вилл говорила смело, пусть и не была уверена, что сможет уклониться от пули.       — Напрямую — нет, но могут сделать это неосознанно. Может они думают, что если унесут кристалл подальше, проклятие спадет и Элион снова будет здорова.       — А разве не так? Если он блокирует нашу магию, значит действует по определенной области.       — До ранения — возможно. Не забывай: горгоны делали оружие против моей матери. Точечно против нее. Вряд ли они задумывались о каких-то магических ограничителях. Единственная задача кристалла — убить колдуна. Элион уже ранена. То, что она жива — чудо, которое не сможет длиться вечно.       — Тогда я помогу тебе, — кивнула Вилл. — Опусти винтовку, задолбал!       — Что ты сделаешь? Поможешь?       — Помогу. Мы найдем кристалл и уничтожим его.       — Думаешь я поверю малолетке, у которой две правды на неделе?       — Не веришь малолетке — поверь подруге Элион.       — Вы не друзья. Ты ее знала пару часов.       — Зато Ирма знакома с ней несколько лет. И если она говорит, что Эля достойна того, чтобы за нее сражаться, мне этого достаточно.       Деймос задумался. Вилл догадывалась, какие мысли роятся в его голове. Прожив столько же, сколько ее мама, принц наверняка научился свойству всех людей, приближающихся к сорока годам — недоверию. Мир вокруг — как бы его ни называли — суров, и вера всем подряд была сродни предательству собственного будущего.       Вилл не знала, как поступила бы, окажись в такой ситуации. Вряд ли ей хватит смелости поверить тем, кого враги послали найти оружие против ее семьи.       Возможно, Деймос успел бы дать ответ и согласиться с доводами Стражницы, но ему помешал девичий крик.       — Вилл! Ирма!       Хай Лин показалась из темноты зала. Отделившись от своей группы, она подбежала к подругам и крепко их обняла.       Деймос опустил винтовку.       — Я так рада, что вы живы!       Позади нее шли Корнелия и Тарани. Последняя переставляла ноги так неохотно, будто ее совсем недавно вывели из векового анабиоза. Стражнице земли приходилось держать подругу под руку, чтобы та не упала. Сама Корнелия выглядела не лучше. Ее розовая юбка испачкалась в крови, как и рукава блузки. Седрику тоже досталось. Змей сильно обгорел: где-то слезла чешуя, где-то — целые куски кожи. Ему следовало бы выть от боли, но оборотень молчаливо терпел. В руках он нес побледневшую Элион.       — Что с ней?! — Деймос тут же бросился к сестре.       — На границе жизни и смерти, — ответил Седрик, укладывая принцессу на пол. — Горгоновы чары пронзили ее сердце, но она жива.       — Что произошло? — Вилл встала рядом с Элей. — Почему она колдовала?       — На нас напали змеюки. — Корнелия села около принцессы и погладила ее по волосам. — Зажали со всех сторон. Седрика грызли, меня чуть не придушили. Элион… Воспользовалась силой.       — Вы живы, — выдохнула Эля. — Я все сделала… Правильно.       — Правильно, — подтвердила Корни. — Ты спасла нас.       — Давно это произошло? — поинтересовался Деймос.       — Полчаса-час назад.       Вилл опустила глаза на грудь принцессы. На краях раны, через которую можно было увидеть бьющееся сердце, едва заметно колыхались языки бирюзового пламени.       — Это магия Эсканоров? — спросила она.       — Да, — кивнул принц. — Она поддержит в ней жизнь, но мы должны как можно быстрее добраться до кристалла.       — Тогда пойдем, — Корнелия поднялась с пола. — Чем быстрее мы его уничтожим, тем скорее сможем унести Элю отсюда.       — Согласна, — подытожила Вилл. — Седрик останется с Элион. Мы ищем кристалл. Тара, ты как? Справишься?       — Дай мне пару минут, и я буду как новенькая, — улыбнулась подруга.       — Это все, конечно, хорошо, но мы не знаем куда идти. — Деймос нервно осмотрелся. — Будем петлять вслепую — ничего не найдем.       — Вслепую и не надо, — прорычал Седрик. — Ты забыл правила алхимии? Горгонов кристалл не может черпать силу из воздуха, ему нужно чем-то питаться.       — Если что-то знаешь — говори прямо.       — Он поглотил рассудок горгон, — объяснил змей. — Сначала я думал, что это споры грибов виноваты, но когда на нас напали, я смог рассмотреть сородичей поближе. У них у всех были красные глаза.       — На них воздействует магия, — заключил Деймос.       — Вам нужно на уровень ниже. Именно там я ощущаю десятки сородичей. В сердце бездны они построили гнездо. Найдете его — найдете и кристалл.       Очередной спуск вниз уже не казался чем-то страшным, но Вилл все равно было боязно. Горгония воплотила в себе многие из ее детских страхов, и тьма неизвестности находилась на одном из первых мест.       Но Вилл уже давно не ребенок. На ее плечах лежит ответственность. Она — хранительница Сердца Кондракара и защитница миров.       И если для спасения Элион придется переступить через себя, Вилл постарается сделать этот шаг.

***

      Двадцать минут Стражницы и принц Меридиана плутали по галереям и залам, напоминавшим лабиринт минотавра. Седрик указал только примерное местоположение логова горгон. Сам змей пообещал, что присоединится к ним, если к Элион вернутся силы и она сможет идти.       Вилл смутно представляла, как можно было подняться на ноги, когда у тебя в груди зияла открытая рана.       Впервые с момента знакомства Деймос и Корнелия были солидарны: они подгоняли остальных, считая каждую минуту. Оба беспокоились об Эле и были готовы перешагнуть через любую горгону, которую смогут найти.       Долго искать не пришлось. Совсем скоро Вилл услышала запах нечистот и сгнившей еды.       — А что они едят? — поинтересовалась Ирма.       — То, что смогут найти. А если не смогут — друг друга.       Словам Деймоса быстро нашлись десятки подтверждений: разбросанные кости и черепа устилали пол галготских тоннелей. Стражницы, которые думали, что их уже ничем не удивить, закрыли рты руками. Вилл показалось, что ее вот-вот вырвет. Она прижалась к стене и согнулась, надеясь выпустить из желудка воздух.       — Привыкайте, — сказал Деймос, совсем не щурясь от зловония. — В других мирах и не такое увидите.       Зал, в который их привела галерея, был измазан застывшей кровью. Повсюду горгоны разбросали разодранную одежду своих жертв, кучами лежали шахтерские и крестьянские инструменты, несколько мечей и железных шлемов. На самой большой их таких куч покоился один из солдат, что пришел вместе с Элион.       — Аякс, — произнес принц, когда навел на него фонарик.       Галгот был мертв. Деймос подошел к нему, чтобы в этом убедиться. Издалека он не мог рассмотреть того, что видели Стражницы.       Бедняге отгрызли ноги, распороли живот и вытащили оттуда часть внутренностей. Деймос осознал это, только когда наступил на растянувшийся по полу кишечник.       — Блядь, — выдавила из себя Тарани.       Ее вырвало на пол. Ирму с Хай Лин тоже. Вилл и сама готовилась попрощаться с завтраком, но Корнелия успела схватить ее за руку. Подруга стояла молча, закрыв глаза и сглатывая тошноту. Вилл чувствовала, как дрожит ее ладонь.       Корнелии было страшно, но она держалась. Вилл тоже должна. Хотя бы ради остальных.       Сорвав с плеча галгота что-то, очень напоминавшее кокарду, Деймос спрятал вещицу в карман.       — Идемте, — сказал принц.       Он провел Стражниц по следующему коридору. Там было куда меньше мусора и костей, но запах становился только сильнее. Деймос тоже это заметил и теперь держал винтовку наготове.       Вдалеке послышалось шевеление. Это была не одна или две горгоны, а целый выводок. Звуки напоминали улей, только вместо жужжания доносилось шипение, а маткой выступал старый кристалл. Деймос поднял фонарик. Его света хватило, чтобы заглянуть в зал, к которому тянулась галерея.       Внутри десятки почерневших хвостов переплетались между собой, создавая иллюзию бесконечно затягивающихся узлов. Горгоны знали, что на них смотрят. Некоторые поднимали головы в рефлекторном порыве убедиться: действительно ли посторонние проникли в их обитель.       Но они не нападали. Что-то сдерживало неукротимое желание броситься на чужаков и разорвать их так же, как остальных.       — Вот и наш макгаффин. — В подтверждение Деймос указал лучом от фонарика на красный кристалл, поставленный на пьедестал из мусора и гнили.       Издалека он чем-то напоминал цветок лилии, с изогнутыми лепестками и тянущимися к потолку четырьмя кольями.       — Какой план? — спросила Хай Лин.       — Зайдем внутрь, — предложила Тарани. — Коридор слишком узкий. Пока мы без магии, нас быстро зажмут.       — Согласен, — подтвердил принц. — У меня осталось двадцать три патрона.       — А ты не можешь просто выстрелить и распугать их? — взглянула на него Вилл.       — Вряд ли тут даже половина всего выводка. Если остальные горгоны почувствуют вибрации рядом с гнездом, сюда слетятся вообще все. Придется стрелять либо точечно, либо никак.       — Тогда никак. — Тарани подошла к принцу и опустила дуло винтовки. — Надо действовать тише.       Деймос кивнул. Опустив флажок предохранителя, он перекинул ремешок винтовки через себя и покрепче его затянул, чтобы оружие не болталось. Пришло время для двуручного меча. Только сейчас Вилл заметила, что ножны, которые Деймос носил на спине, необычные: у них не было одного ребра, что позволяло принцу доставать клинок без каких-либо сложностей.       Закрепив фонарик на самодельном креплении на плече, Деймос медленно пошел вперед.       — Идите за мной, — сказал он. — Они нас видят и рано или поздно набросятся. Вам нужно проложить мне путь к кристаллу.       — Эх, какой рыцарь, — съехидничала Ирма. — Обычно воины должны защищать дам, а не наоборот.       — Вы не сможете уничтожить эту штуку. А я — смогу.       — Он прав, — согласилась Корнелия.       — Мы возьмем горгон на себя, — подтвердила Вилл. — Сколько тебе нужно времени?       — Секунды две. Хватит одного удара.       — Ты уверен, что железо сможет хотя бы поцарапать кристалл?       — Этот меч сделан из кахендринской меди.       — А рукоятка — из хвостов тарапупелов? — ухмыльнулась Ирма.       Вилл любила подругу за то, что она могла шутить даже когда было очень страшно.       — Пердохрапов, — ответил Деймос. — Такие клинки любую горгонскую дрянь разрежут.       — Будем надеяться. Шанс у нас только один, — напомнила Вилл.       Принц остановился в двадцати футах от зала. Горгоны оживились, будто почувствовали присутствие не простого чужака, а одного из детей Вейры. Переплетающаяся между собой куча хвостов ускорилась. Из глубины комнаты начали высовываться морды. Такие же, как у Седрика, только с потухшими глазами, почерневшими масками и опавшей кожей. Змеиный рой зашелся шипением. Он чем-то напоминал кошачью угрозу: «остановись и ближе не подходи».       — Я атакую первым. — Деймос встал в фехтовальную стойку. — Затем нападаете вы — по двое. Вилл — ты держишься рядом со мной. Когда я замахнусь, чтобы разбить кристалл, ты прикроешь мою спину.       — Хорошо.       — Помните, девчонки: вы их оттесняете, а не избиваете.       Подруги кивнули.       Кажется, это был первый раз, когда Деймос обратился к ним не по званию. Случайно или нет, но в тот самый миг они не были для него просто «Стражницами».       Пусть и ненадолго, все шестеро стали боевыми товарищам.       Вилл испытала прилив адреналина.       Однажды тренер по плаванию сказал ей странную вещь:       «Чтобы по настоящему подружиться с человеком, нужно подраться либо с ним, либо вместе с ним».       Тогда Вилл посчитала это очередной глупостью, которой балуются взрослые, лишенные возможности найти друзей. Их время прошло, и светлые воспоминания остались в семидесятых, где можно было выбить соседскому мальчику зуб, а на следующий день считать его едва ли не братом.       И вот теперь, стоя бок о бок с девочками, которых она знала от силы месяц, Вилл начинала верить в слова тренера. С каждой опасностью, преграждающей Стражницам путь, их связь крепла все сильнее. Даже Деймос, такой пугающий и чужой, в те секунды казался самым надежным человеком во Вселенной.       — Вперед, — шепнула Вилл.       Она не верила, что кто-то ее послушает.       Принц сделал шаг. Он поднял меч, готовясь разрубить первую же горгону, рискнувшую встать у него на пути.       Стражницы устремились за ним.       От адреналинового возбуждения у Вилл задрожали колени.       Она тоже последовала за принцем, которого совсем недавно считала врагом и готова была биться за девочку, которую совсем не знала. Но Вилл не боялась, ведь рядом были ее верные друзья.