Акт 2 Глава 12 Корнелия

Корнелия

      Отец Корнелии никогда не отличался строгостью. Гарольд Хейл любил баловать дочь и, когда та оказывалась под домашним арестом, просовывал ей под дверь шоколадки и милые записки. Непреклонен он был только в двух вещах. Во-первых, он настрого запретил Корнелии (а впоследствии и Лилиан) драться. Во-вторых, его дочери никогда не должны были разговаривать с незнакомыми дядями, кем бы те ни представлялись. Им нельзя было доверять, куда-либо уходить вместе с ними и взаимодействовать иначе, кроме как криками о помощи.       Сейчас Корнелия ненавидела себя, ведь ей предстояло нарушить оба эти правила одновременно.       В прошлый раз, когда она пошла за Седриком, змей оправдал возложенное на него доверие и укрыл собой Корнелию и Хай Лин. Не приди он на помощь, Стражницы могли сгореть, а от их тел не осталось бы и головешек. Деймос другой. Он уже дважды пытался убить ее подруг: сначала в Кавигоре, а затем и в Горгонии.       Да и кто будет доверять сорокалетнему мужику с такой отвратительной рожей?       И все же, его навыки были единственным способом помочь Элион. Ради нее Корнелия была готова вытерпеть что угодно, даже присутствие лжеца-Эсканора. Благополучие Эли его не интересовало, в этом Стражница была уверена. У них с Фобосом наверняка были планы на сестру, в которых ей самой уготовано место второстепенного героя.       — Вперед, — шепнула Вилл.       Первый шаг сделал Деймос. Подняв меч, он приготовился рубить горгон. Те и сами жаждали крови. Стоило принцу сделать еще шаг, змеи бросились в бой. Деймос рассек лицо одной, полоснул по груди вторую и вонзил лезвие в плечо третьей.       Пришла очередь Корнелии и Тарани. В иной ситуации они могли бы использовать магию, чтобы испугать горгон и отбросить их в проходы и другие залы, но кристалл лишил девочек такой возможности. Полагаться можно было только на физическую силу.       Кивнув друг другу, Стражницы земли и огня вместе побежали вперед. Обе помнили, что драться с горгонами бесполезно. Пусть каждый оборотень и был слабее одной Стражницы, троих хватит, чтобы повалить обеих на пол. Корнелия выставила вперед плечо, надеясь врезаться в горгону, как герой какого-нибудь нуарного фильма в дверь. Тарани поступила так же. Вдвоем им удалось оттеснить змей назад. Горгоны рычали, из их ртов вылетали фонтаны слюны, а запах стоял такой, будто под языками у чудовищ приютилась вся хитерфилдская помойка.       Корнелия схватила одну из змей за морду и с силой толкнула ее в толпу. Оборотни постарались отползти, надеясь не быть задавленными.       Следом в бой вступили Хай Лин и Ирма. Оттолкнувшись от стен, они перепрыгнули через подруг и влетели ногами в мельтешащих горгон. Оказавшись посреди извивающегося и шипящего роя, девочки начали пробивать Деймосу дорогу.       Принц тоже не отсиживался в стороне. Он воспользовался помощью Вилл, которая толкнула его вперед. Корнелию все еще удивляло, как такие хрупкие с виду девушки могли обладать столь выдающейся силой.       Они были как настоящие феи-супергероини.       Приземлившись за Ирмой, Деймос использовал инерцию, чтобы совершить пируэт и задеть всех горгон вокруг себя. С ним поравнялась и Вилл, которая начала тут же отталкивать оборотней от себя и Ирмы.       До кристалла было слишком далеко. Чтобы даже дотронуться до него, им всем пришлось бы повторить маневр еще трижды. Корнелия поняла, что у них практически нет шансов, когда Тарани прижали к полу несколько оборотней. Хай Лин едва удалось отбить подругу у одичавших горгон, когда повалили уже Вилл. Деймос отсек хвост нападавшему, но этого было недостаточно. Его меч был слишком длинный и, чтобы атаковать, приходилось замахиваться по широкой дуге. Находясь в такой свалке, он мог только резать, но не рубить и уж точно не колоть.       Секунда, и на спине лежал уже Деймос.       — Нас зажимают! — кричала Ирма. — Надо что-то…       Горгоны набросились и на нее.       Им нужна была магия. Без нее Стражницы бесполезны. Оракул и бабуля Лин могли сколько угодно распинаться о гармонии, но в бою от нее толку мало. Чтобы соблюдать этот постулат, нужно было что-то, чем можно гармонировать. Когда на девочек нападали десятки горгон, все, о чем можно было думать — собственные жизни.       Решение пришло быстро.       Корнелия должна использовать волшебство так же, как и Элион. Ее сердце пронзит красный луч, но это будет не страшно: через секунду все кончится.       Пробравшись к Деймосу, Стражница растолкала осадивших его тварей и, схватив за шиворот, подняла на ноги.       — Я распихну их. Приготовься! — крикнула она.       — Не вздумай!       Корнелии не было дела до его слов.       Никто не помешает ей спасти Элион. Ни ее брат, не полуживые оборотни. Она — Стражница, и всегда будет стоять на страже тех, кто ей дорог. Даже если для этого придется испытать чудовищную боль.       Корнелия сложила ладони в молитвенном жесте. Ничего связанного с религией в ее мыслях не было. Ей пришлось концентрировать силы, преодолевая невидимые ментальные препятствия. Кристалл подавлял волшебство, работая как пин-код на сломанном телефоне: требовалось пробиться через эту защиту, и тогда получится сотворить заклинание. Одно. Потом ее сердце разорвется изнутри.       Риск того стоил.       Почувствовав прилив энергии от Сердца Кондракара, Корнелия пожелала, чтобы земля оттолкнула горгон от подруг.       И стихия послушалась.       Из пола выросли каменные блоки, которые разъехались в разные стороны, отодвигая оборотней и прижимая их к стенам.       Кристалл заискрился. Только сейчас у Стражницы сработал инстинкт самосохранения.       — Корни! — кричала Ирма.       Все понимали, что произойдет дальше.       Смирившись с уготованной ей судьбой, Корнелия закрыла глаза.       Ее обдало волной жара. Даже сквозь опущенные веки она различила красный всполох, который должен был разорвать ее грудь.       Сердце билось быстро, но совсем не болело.       Корнелия открыла глаза. На пути луча встал Деймос. Загородив Стражницу собой, он выставил вперед левую руку, позволяя браслету превратиться в невидимый щит.       — Ебанутая! — рявкнул принц. В правой руке он все еще держал меч. Отступив на шаг назад, Деймос кинул оружие вперед, поближе к кристаллу. — Вилл! Уничтожь его!       «Не уничтожай», — подумала Корнелия. — «С помощью него мы победим Фобоса».       Она тут же отогнала от себя эти мысли. Разрушение кристалла — единственный способ спасти Элион.       Прижавшись грудью к спине Деймоса, Корнелия вытянула руку, обхватив пальцами мускулистое предплечье. Из пола вырос кусок камня. Коснувшись локтя принца, он покрыл защитой его кулак и всю руку, оставив открытым только браслет.       — Вместе! — воскликнула Корнелия, создавая из каменной брони настоящую павезу.       Почуяв магию, луч усилился. Он был похож на поток воды под давлением, который больше ничего не сдерживало. Луч стал толще и напирал все сильнее, раскаляя и без того горячий воздух. Каменный щит, выросший на руке Деймоса, как на фундаменте волшебной арматуры, рассекал пылающий поток. Корнелия знала, что все дело в браслете принца, но и ее вклад значительный. Без этой глыбы он ни за что не смог бы удержать бушующую магию.       Вилл потребовалось несколько секунд, чтобы отойти от шока. Только поняв, о чем попросил Деймос, она бросилась к мечу. Подхватив его на бегу, Стражница оттолкнулась и рванула вперед. Скорость придала ее замаху еще больше сил.       Клинок из кахендринской меди рассек кристалл надвое. Тот хрустнул и вспыхнул бирюзовым светом за мгновение до того, как Вилл ударила второй раз. Горгоны, прижатые к стенам, отчаянно завопили. Их стенания были похожи на рокот турбины на крыле самолета.       Смертельный луч прекратил свой напор. Растворившись, он позволил воздуху заполнить образовавшуюся на его месте пустоту. Каменная павеза, удерживаемая Корнелией и Деймосом, обуглилась и слегка повредилась, но еще держалась.       — Получилось? — спросила Хай Лин, помогая Тарани подняться.       — Да! — захлопала в ладоши Ирма. Ее крылышки затрепетали, поднимая Стражницу в воздух.       Тара попробовала поджечь кулаки. Огонь вспыхнул, осветив гнездо горгон. Теперь Корнелия видела, как змеи сами прижимались к стенам, пытаясь спрятаться за возведенными Стражницей каменными блоками.       Они боялись.       — Это было круто, Корнелия! — похвалила ее Вилл. — Деймос. Спасибо, что защитил ее.       — Пожалуйста, — выдохнул принц. — Раз уж вы снова можете чародеить, отпустите меня.       — Не беспокойтесь, мистер морж, — Ирма похлопала его по плечу. — Сейчас наша принцесса освободит ужасного рыцаря.       Корнелия лишь улыбнулась на такое предположение.       — Пусть рыцарь еще немного помаринуется.       Заметив ее кривую ухмылку, Вилл воткнула меч в пол и скрестила руки на груди.       — Мы не так договаривались.       — Договаривалась ты и яйцеголовый, — бросила Корнелия, подходя к разбитому кристаллу. Как она и думала, он разлетелся на десятки осколков поменьше. — Я шла сюда, чтобы уничтожить эту штуку и спасти Элион. Этот старпер тоже.       — Так дела не делаются, девочка, — отозвался принц. — Думаешь, твоя магия меня остановит?       — Эта — остановит.       Деймос попытался высвободиться из каменного плена, но не смог даже согнуть руку в локте.       — Браслет твоей мамочки рассеивает магию, которая должна тебе навредить, — объяснила Стражница земли. — Но я-то пыталась помочь. А сейчас в этой экспозиции никакой магии нет. Или это был перфоманс?       — Ты чего делаешь? — подошла к ней Хай Лин. — Он же спас тебя!       — Ох! — Корнелия поклонилась. — Благодарю покорно, милый принц.       — Дрянь, — сплюнул Деймос.       Корнелия не стала ему ничего отвечать, лишь подмигнула. Проведя пальцами по осколкам кристалла, она взяла один из них в руку. По размерам он напоминал небольшой колышек, используемый в походах, чтобы закрепить угол палатки. Осколок так слабо реагировал на ее внутреннюю магию, что Корнелия решилась использовать силу. Взмахнув рукой, она заставила трещину, идущую по потолку, затянуться.       Томительное ожидание то ли взрыва осколка, то ли конвульсии в пальцах, ни к чему не привело. Магия работала идеально.       — Возьмите себе по осколку, — предложила Стражница земли. — Без них мы Фобоса не победим.       — Это неправильно, — отозвалась Тарани.       — Что именно? Обманывать обманщика? Как по мне, нельзя позволять двум взрослым мужикам называть себя родственниками Элион. Мало ли что они могут с ней сделать.       От этих слов Корнелии становилось не по себе. Она прекрасно понимала, что лишь выдумывала оправдания своим действиям.       Не было никаких сомнений: Деймос — брат Элион. Она совершенно точно была рождена в Метамире и владела той же магией, что и королевы Эсканоров. Даже Кондракар прямо называл ее принцессой.       Но какое это имело значение, если в уши Эли кукурузным сиропом заливали сладкую ложь, а вокруг нее вертелись десятки фарисеев? Все это представление, все игры в семью нужны были только для того, чтобы Фобос смог претворить свой план в жизнь. Пока что Корнелия не знала, чего именно желал темный принц, но она обязательно это выяснит.       — Ирма! — Корнелия бросила подруге осколок, который держала сама.       Стражница воды поймала его и взглянула на Деймоса. Тот ожидал, как поступит его новая знакомая.       — Ты хотел застрелить Вилл, — объявила она. — Ты сам виноват.       — Как удобно, — засмеялся принц. — Сначала притворяетесь, что спасаете Элион, а затем забираете то, что чуть не убило ее. Лицемерки сраные!       — Мы не лицемерки, — воспротивилась Вилл.       — А кто вы, блядь? Пятерка блаженных?       — Мы — Стражницы, а твой брат творит зло. И мы должны остановить его. — В подтверждение своих слов Вилл взяла один из осколков.       — Это твоя честность, Вилл?       — Именно она.       От злости Деймос ударил по каменной преграде.       — Спасибо, девочки, — улыбнулась Корнелия. — Тара, Хай Лин?       Стражница воздуха неуверенно подошла к постаменту из мусора и достала крошечный, размером с ноготь, осколок. Тарани же отказалась.       — Я не стану этого делать.       — Почему?       — Не хочу причинить вред Элион. Мы не знаем, как эта штука работает.       Неожиданно зал начал наполняться другим, белесым светом. Сначала крошечные солнца появились в углах. Первые пару секунд они едва горели, но со временем зал лишился тусклых красок от огня Тарани. Внутри словно включили десяток лампочек.       — Какая штука? — Элион спрыгнула с рук запыхавшегося Седрика. — Что здесь происходит?       Ее удивление быстро сменилось шоком. Поняв, что Деймос заперт в каменной конструкции, Эля подбежала к нему и коснулась свободной руки.       — Смотри, — сказал он. — Вот зачем сюда явились твои подружки.       Принцесса перевела взгляд с брата на Стражниц. Она сразу же заметила осколки кристалла за их спиной.       — Как?.. Вы что, правда?..       — Элион, послушай меня, — Корнелия вышла вперед. — Все не то, чем кажется.       Стражница лицемерила, и эта ложь болью отдавалась в ее сердце. Когда-то давно она пообещала Эле не врать. Такое же обещание она дала отцу. До сегодняшнего дня держать слово было несложно, но теперь от этой полуправды зависела судьба ее лучшей подруги.       — Ты запаковала меня в камень! — огрызнулся Деймос. — Ты держишь в руках оружие, созданное, чтобы убивать нашу семью! Ты подстрекаешь остальных напасть на Фобоса! Что тут кажется «не тем»?       — Заткнись! — рявкнула Стражница. — Закрой свой рот!       — Корнелия… — Элион отступила на шаг назад. — Это правда?       — Эля…       — Это правда?! — крикнула подруга.       Седрик, до того державшийся позади, подполз к Деймосу. Одним движением руки змей оторвал часть камня, сковавшего принца, и принялся аккуратно раскалывать остальное.       Это был идеальный способ напасть на них обоих, но если Корнелия сделает это сейчас — Элион никогда ее не простит.       Им придется поговорить. В этот раз ни одна из них не сможет закрыть уши и притвориться, что второй не существует.       — Как ты могла? Я поверила тебе! — крикнула Эля, едва сдерживая слезы.       — Да у тебя семь пятниц на неделе! — ответила Корнелия. — То ты ненавидишь меня, то снова разговариваешь как с лучшей подругой.       — Я думала… Я надеялась, мы сможем помириться. Что ты поймешь меня. Но ты думаешь только о себе!       — Где? Где я думаю о себе, Эля? Я ночами не сплю, потому что ты не выходишь у меня из головы! — Стражница ударила себя кулаком в грудь. — Это я пробираюсь через грязь и тьму, чтобы спасти тебя!       — Ты делаешь все это ради себя! Тебе нужна не я, а возможность владеть мной! Как ебаной вещью! Я не хочу так! Не хочу…       Ирма попыталась вмешаться, но Вилл остановила ее.       — Пусть поговорят. — Она качнула головой. — Им обеим это нужно.       К тому моменту Деймос был свободен от оков. Отряхнувшись, он взялся за винтовку. Они с Седриком встали перед Элион, защищая ее от возможного нападения.       — Перестань это повторять, — прошипела Корнелия.       — Нет. Ты — именно такая! И всегда была такой!       — Не была.       — Хватит лгать! Хоть себе признайся!       — Да еб твою мать, Элион, я всю жизнь хотела быть похожей на тебя!       Эля тяжело вздохнула, будто хватала ртом воздух. Она попыталась что-то ответить, но Корнелия заговорила раньше.       — С самого детства я смотрела, как ты ведешь себя с другими, как честна со мной и с собой. Я стала меняться ради тебя и из-за тебя. Ты думаешь, мне не стыдно, что я тогда ударила тебя? Да я до сих пор мучаюсь от этого! Я хотела, чтобы ты гордилась мной. Не родители, а ты! Я… Я…       Корнелия поняла, что к ее горлу подступил ком. Глаза намокли, но она зажмурилась и стерла те слезы, которые уже полились по щекам.       — Я была рядом с тобой, что бы ни происходило. — Стражнице едва удалось сдержать всхлип. — Когда ты влюблялась или когда влюблялись в тебя. Когда училки ставили плохие оценки просто так. Когда прыщи появились. Когда с предками ругалась. Фигурное катание не забросила, потому что ты просила не сдаваться. Я котов у себя держала, которых тебе запрещали. Все потому, что я не могу без тебя! Ты — лучшее, что есть в моей жизни!       — Я так не считаю, — спокойно ответила Элион.       Корнелия поняла, что не сдержит стон. Она заплакала, но продолжила смотреть на подругу. Сколько бы раз ей ни пришлось вытереть лицо, взгляда она не отведет.       — Ты использовала меня, а себя убеждала во всей этой чепухе.       — Да как ты можешь такое говорить… Я ведь тебе…       — Что? Душу открываешь? — протиснувшись между своими защитниками, Элион вышла вперед. Корнелия видела, как подруге тоже хотелось разреветься, но Эля держала себя в руках. — Где же была твоя душа, когда ты была так нужна мне? А? И почему она появилась теперь, когда я счастлива?       — Ты правда счастлива?       — Правда! — крикнула принцесса. — Без тебя и твоей нервотрепки! Ты уже давно перешла черту, но тогда, на Земле, я боялась тебе что-то сказать. Мне хотелось играть в эту дружбу так же, как играла ты…       — Я не играла…       — …но давай честно: ты никогда не была мне подругой. Как и я тебе.       Всхлип.       — Мы с тобой просто играли роли, которые сами на себя повесили. Как две актрисы. И каждая боялась признаться в том, что наша дружба — одна большая ложь.       — Я всегда была рядом, — повторяла Корнелия. — Всегда была рядом… Помогала тебе… Поддерживала тебя… Что тебе еще нужно, Элион?       — Правды.       — Да какой, блядь, правды? Я никогда тебе не лгала, что бы ты там себе не напридумывала. Я… Я…       Всхлип.       — Я была твоей подругой! Твоей лучшей подругой! Я никогда не оставляла тебя наедине с трудностями! Всегда любила тебя!       — Да?! Тогда почему я всю жизнь одна?! — Теперь Эля ударила себя по груди. Прямо по шраму, который успел затянуться. — Почему?! Отвечай?! Почему ты не обращала на меня внимания, когда мне было действительно плохо?! Когда я хотела лезть в петлю, никого из вас рядом не было! Родителям было плевать! И тебе было плевать!       — Это неправда!       — Отстань от меня уже! Отстань! Отстань! — Принцесса не сдержалась и тоже разрыдалась.       Всхлип. Всхлип.       — Даже тут, на Меридиане, ты отравляешь мою жизнь! Думаешь, только ты не можешь спать? Я уже начала умолять, чтобы ты ушла из моей головы! И только это получилось, ты снова тут! Сколько можно?! — Элион стерла слезы и набрала побольше воздуха. — Уйди из моей жизни, пожалуйста! Я не хочу тебя видеть! Не хочу тебя знать! И прощать тоже не хочу!       Этих слов Корнелия боялась сильнее прочих.       Неужели она стала так отвратительна Эле, что та готова легко отказаться от прошедших шести лет?       Корнелия не понимала, где же ошиблась. В каком моменте повернула не в ту сторону и потеряла связь с той единственной, кому готова была доверить все свои секреты?       Она не хотела уходить вот так. Не хотела прощаться навсегда. Но и противиться сил не осталось. Слова Элион разрывали душу с мощью цепной бензопилы.       Всхлип.       Корнелия сделала шаг вперед, но поняла, что ноги ее не слушаются. Упав на колени, она позволила отчаянию захлестнуть себя. Одна из девочек хотела подойти к ней. Шаги прекратились немедленно: кто-то остановил сердобольную.       И правильно.       Сейчас Корнелии нужна была не поддержка, а прощение.       — Прости меня, — стонала она. — Прости… Пожалуйста, прости…       Кристалл больно впился в руку. Стражница откинула его с такой силой, что маленький осколок обратился в пыль, едва коснулся пола.       Кто-то положил руку на макушку Корнелии. Подняв голову, она увидела Элион, стоявшую перед ней. Подруга тоже плакала. Этот разговор им обеим дался очень тяжело.       — Однажды ты поймешь меня, — шептала принцесса. — Может быть лет через десять все наши склоки забудутся. Так говорил Фобос. Но сейчас… Сейчас не хочу тебя знать.       — Элион, умоляю, прости меня. Умоляю…       — Ты — обычная девчонка, Корни. А я — принцесса. От меня зависит будущее этого мира. Однажды ты сможешь понять меня… Я верю, что поймешь.       Оставив Корнелию плакать, Элион прошла мимо. Поначалу казалось, что она пойдет к остальным девочкам, но ее целью был меч Деймоса. Выдернув его из пола, принцесса передала оружие брату.       — Я унесу нас отсюда, — сказала она. — Не хочу тут больше находиться ни секунды.       — Давай, — кивнул Деймос.       У Корнелии не осталось сил молить о прощении. Лишь надеяться, что крики унесут ее назад, в ту жизнь, где не было ни Меридиана, ни Стражниц, ни Кондракара, ни Фобоса. Все это — череда случайностей, которая привела Корнелию в подземелья Горгонии.       Но подругу она потеряла из-за собственной глупости.       Неужели она настолько слепа? Так глупа? Наивна?       Эгоистична?       Три фигуры перед ней засияли ярким светом и растворились, будто миражи. Элион могла и так. И созидать тоже могла. А Корнелия — лишь разрушать.       Согнувшись, она вспомнила обещание, данное Эле: никогда не лгать. Самой себе — тоже.       Лгать и правда больше не хотелось.       Корнелия залилась истошным криком. Она проклинала себя, бормотала что-то нечленораздельное и кричала.       Кричала без остановки.       А четверо подруг обнимали ее, надеясь, что смогут исцелить разорванную душу.

***

      Когда слезы закончились, а в душе не осталось ничего, кроме пустоты, Корнелия поднялась с колен. Ее магия давно не прижимала горгон к стенам. Самих оборотней тоже нигде не было. Видимо, они так сильно испугались, что поспешили как можно дальше убраться от сокровища, коему поклонялись все эти годы.       — Надо улетать отсюда, — сказала Тарани. — И побыстрее. Не хочу, чтобы меня сожрали на завтрак.       — Никто нас не сожрет. Мы снова можем колдовать, — напомнила Ирма. — Но сваливать надо. Мне капец как не по себе от этого места.       — Летите, — сказала им Корнелия.       — А ты здесь заночуешь?       — Я должна найти еще кое-что.       — Корнелия, не глупи. — Вилл подошла к ней. — Тут ничего больше нет.       — Есть. Когда мы с Калебом разговаривали, он рассказал о какой-то подвеске. Якобы горгоны не были волшебниками и не смогли бы создать это, — Стражница указала на осколки кристалла. — Джулиан считает, что у них был источник магии.       — Тогда почему он не сказал об этом остальным?       — Мне откуда знать?       — Может, он не хотел нас запутать? — предположила Хай Лин.       — Или что-то скрывает, — добавила Ирма.       — Как бы то ни было, эту подвеску нужно найти.       — Ладно. — Вилл закатила глаза. — Как она выглядит?       — Как бирюзовая капля. Должно быть, это какая-то ювелирка. Может, кулон или инкрустированное ожерелье.       — Я извиняюсь! — Ирма подняла руку. — Ты предлагаешь нам искать брюлики в грязной, воняющей экскрементами и смертью канализации? Девчонки, я не хочу параноить, но это невозможно.       — Я бы не торопилась с выводами. — Тарани коснулась подбородка. — Калеб не говорил, зачем его отцу эта подвеска?       — С помощью нее он хочет спасти Элион.       — Как?       — Не знаю. Может, это какой-то волшебный амулет, который использовали горгоны.       — Так, стоп. — Вилл перебила подругу. — Давайте действовать по порядку: найдем эту штуку и отнесем ее в Кондракар. А там уже пускай разбираются, что и кому отдавать. Идет?       Девочки кивнули. Корнелия тоже. Судя по всему, Джулиан попросил отыскать важную вещицу. Оракул не отдаст ее кому попало.       — Он хоть дал намек, где искать? — спросила Хай Лин. — Иначе это реально затянется на пару недель.       Корнелия посмотрела на постамент. Подойдя к нему, она начала разбирать красные осколки.       — Раз горгоны не могли колдовать, а эта штука умеет…       Расчищая слои мелких сколов, Стражница наткнулась на что-то гладкое. Смахнув пыль, она увидела половину бирюзовой капли.       — Так мне не показалось, — сказала Вилл, когда Корнелия протянула ей находку. — Когда я разрезала кристалл, он вспыхнул не красным, а вот таким цветом. — Стражница указала на каплю.       Сжав гладкий обломок в кулаке, Корнелия попросила Вилл развоплотить их и собрала несколько красных осколков в сумку. После каждого прикосновения они оставляли неприятное ощущение, будто на коже вот-вот вспыхнет пламя. Вернув подругам облик Стражниц, Вилл подняла Сердце Кондракара на уровень лица и вслух попросила его переместить девочек в Кондракар.       Исчезнув в голубой вспышке, они оставили после себя лишь тьму, еще не догадываясь, что вскоре она поглотит весь Метамир.

Конец второго акта.