9 Глава Сделай выбор

После того, как система S стала общеизвестной, все классы, кроме класса B, стали относиться друг к другу по-разному. Вместо того, чтобы просто быть учениками одной школы, они стали соперниками. Поскольку мы были в классе A, многие ученики из классов C и D смотрели на нас с хмурым видом. Вот тут и возникает вопрос... — Получи! — Кушида плеснула водой на одну из своих подруг. — Эй, это несправедливо, Кикё-тян! — шлёпнула по спине девушка с индиговыми волосами, которую, как я слышал, называют «Мии-тян». Как мы оказались в этой ситуации? Сегодня у нас должна была быть обычная физкультура. Но, видимо, из-за отсутствия одного из учителей, классы пришлось разделить на пары. Поскольку один учитель не может в одиночку контролировать 80 учеников, было решено, что сегодня у нас будет просто свободное время в бассейне для «занятий спортом». Честно говоря, единственные, кого я видел и кто действительно плавал, а не играл, — это рыжеволосый парень из класса D и Ёсида Кента из моего класса. Сначала они плавали сами, но прежде чем я это понял, они вдруг начали устраивать соревнования друг с другом. Удивительно, но, несмотря на то, что Ёсида был не таким мускулистым, как рыжеволосый парень, он всё равно смог не отставать. Оба они выиграли примерно одинаковое количество гонок. Впрочем, я по собственному опыту знаю, что физическая форма — далеко не самое важное, когда речь идёт о силе. — Ты что, будешь сидеть и пялиться на девушек, Аянокоджи-кун? Ты не такой невинный, как кажешься, да? — Хашимото подошёл ко мне, а Санада следовал за ним неподалёку. — Я смотрел на парней, если это хоть как-то поможет, — сказал я ему. — Значит, у тебя такие взгляды, да? — спросил Хашимото, садясь рядом со мной. — Не совсем. Я просто смотрел гонки Ёсиды. Я указал на Ёсиду, который только что выиграл очередную гонку. Рыжеволосый парень улыбнулся, что-то сказал Ёсиде, а затем ушёл к своим друзьям. Ёсида же просто продолжил плыть в одиночестве. — У него удивительная выносливость, не правда ли? Неудивительно, что он стал так популярен среди спортивных клубов. Впрочем, Судо-кун такой же, — сказал Санада. — Так вот, рыжеволосого парня зовут Судо. При таком раскладе к концу года я, возможно, буду знать всех в классе D. — Нам действительно нужно поработать над твоим чувством юмора, Аянокоджи-кун. — Санада улыбнулся мне так, что я могу описать эту улыбку только как улыбку, выражающую жалость ко мне. — Думаю, это нормально, в этом часть его обаяния. На принцессу это явно действует, не так ли? — сказал Хашимото с самодовольной улыбкой на лице. — А мне вообще интересно, о чём ты говоришь, Хашимото? — спросил я его. — Да ладно, чувак. Не все в классе это заметили, но у тебя с Сакаянаги довольно странные разговоры. Кажется, вы оба что-то знаете друг о друге, но никогда прямо не говорите, что именно. Это загадочно. — Это просто твоё воображение, — пожал я плечами. — Хорошо, хорошо. Ну что ж, перейдём к более важным темам. Затем Хашимото указал на место в бассейне, где играло много девушек из класса A. Я заметил, что девушки из классов D и A практически не взаимодействуют друг с другом. Единственными исключениями пока были Ёсида и Судо. — Итак, кто тебе нравится? — спросил Хашимото. — Серьёзно, Хашимото-кун? — вздохнул Санада. — Это важно, Санада-кун. Какая девушка могла бы заинтересовать такого парня, как Аянокоджи-кун? Тебе разве не любопытно? — Ну... — Санада на мгновение замялся, а затем снова вздохнул. После этого он пренебрежительно махнул рукой, позволяя Хашимото продолжить допрос. — Итак, кто же так выделяется у тебя на фоне остальных, Аянокоджи-кун? Мой взгляд сначала упал на Ямамуру. Не из-за какого-либо физического влечения, а скорее потому, что она единственная девушка в бассейне, которую я знаю. Если бы я хотел пойти по лёгкому пути, я мог бы сказать, что моё внимание привлекла Сакаянаги, но её даже не было в бассейне по очевидным причинам. Она сидела в стороне, полностью одетая в школьную форму, вместе с двумя девочками из класса D. Она даже не смотрела на бассейн, а просто сидела в телефоне, пока две девочки из класса D разговаривали друг с другом. — Мрачные девушки вроде Ямамуры-сан, понятно. — Даже не ответив на его вопрос, Хашимото каким-то образом догадался, что я в первую очередь обратил внимание на Ямамуру. Не могу сказать, удивляет меня это или, наоборот, впечатляет его способность замечать такие мелочи. — Ну, я оставлю вас двоих одних. Нужно убедиться, что нашей принцессе не будет слишком одиноко, — сказал Хашимото, вставая и направляясь к Сакаянаги. Оставив меня и Санаду одних. — Ты не собираешься плавать, Аянокоджи-кун? — спросил Санада. — Я предпочитаю не мочить волосы, да и это не обязательно. Если мне хочется позаниматься спортом, я лучше побегаю или займусь чем-нибудь подобным. — У тебя очень специфические предпочтения и антипатии, не так ли? — сказал Санада. — Думаю, да. Я просто знаю, что мне нравится, а что нет. — Это, безусловно, лучше, чем колебаться по любому поводу. — Говоришь из собственного опыта? — Ага, вроде того. — Санада неловко усмехнулся. Интересно, что он имел в виду. После того странного разговора мы с Санадой просто продолжали наблюдать за всеми в бассейне. Я особенно обратил внимание на членов класса D, которые могли выделяться из толпы. Кушида и Хирата были очевидными подозреваемыми, находясь в центре внимания. Девушка, с которой я мельком познакомился ранее, Каруидзава, тоже начала привлекать к себе внимание. Но это было в основном потому, что она вела себя довольно фамильярно с Хиратой. — Для класса, который в этом месяце не получил ни одного балла, они кажутся довольно спокойными, — сказал Санада. — Неужели тебе так важно нам об этом напомнить, Коусей? — Ах... — Санада в панике обернулся и увидел позади себя парня с фиолетовыми волосами. Учитывая, что я его не знал, это кто-то из класса D. Хотя он мне кажется на удивление знакомым... — Акито... ха-ха, извините... — Санада извиняюще почесал затылок, когда парень из класса D сел рядом с ним. — Всё в порядке, ты всё равно не ошибаешься. Думаю, большинство из нас просто пытаются отвлечься от недостатка баллов. 1 мая в нашем классе царил хаос. — К слову, в тот день в нашем классе тоже были немаленькие проблемы, — вздохнул Санада, прежде чем посмотреть на меня. — Точно! Аянокоджи-кун, позволь мне тебя представить. Это Мияке Акито из класса D. Мы оба записались в клуб стрельбы из лука в этом году, и, поскольку мы были единственными новыми членами клуба, мы довольно быстро познакомились. — Так скоро по имени, да? Мне завидовать? — саркастически заметил я. Честно говоря, я никогда по-настоящему не понимал, зачем обращаться к кому-то по имени. Если бы кто-то из моих друзей попросил меня обратиться к нему по имени, я бы, наверное, и не стал долго раздумывать. — Вряд ли, это просто как-то само собой получилось, — усмехнулся Санада. — Приятно познакомиться, Аянокоджи-кун, — Мияке протянул мне руку, которую я пожал. — Мияке, мне тоже приятно познакомиться. Я удивлён, что ты готов поговорить с классом A. Кажется, твои одноклассники, кроме Судо, не разделяют твоих чувств. — На самом деле, я думаю, Судо-кун просто слишком увлёкся соревнованием и не заметил, что разговаривает с кем-то из класса A. Не то чтобы я его винил, и мы ведь не прямые конкуренты. Особенно с разницей почти в 1000 баллов между нами. — Я до сих пор не могу поверить, что ваш класс потерял все баллы. Что именно происходило у вас изо дня в день? — спросил Санада. Мияке неловко улыбнулся. — Многим из нас было всё равно. Для нас стало обычным делом, что все проводят целые уроки за телефонами или игровыми приставками. Нетрудно понять, как мы их всех потеряли. — Если так, то у вас, ребята, дел по горло с подготовкой к промежуточным экзаменам в следующем месяце, да? — сказал Санада. — Если вам нужна помощь, я могу немного с вами позаниматься. Я не могу помочь всему вашему классу, но я хотя бы могу предотвратить отчисление моего друга. — Санада похлопал Мияке по спине. — Я учту это, — благодарно улыбнулся Мияке. — Ты... Всплеск Прежде чем я успел даже попытаться присоединиться к их разговору, меня внезапно накрыла волна воды. Мы сидели прямо у бассейна, и я оставался относительно сухим… по крайней мере, до этого момента. — Ах, мне очень жаль! Это было… э-э? Я вытер глаза и увидел знакомое лицо, которое смотрело на меня с лёгким удивлением. — Аянокоджи-кун! Простите! Мне следовало вас здесь увидеть, — сказала Кушида. — Всё в порядке, не волнуйся, — сказал я ей. — Ты знаешь Аянокоджи-куна, Кушида-сан? — спросил Мияке. — Ага! В первый день ему по ошибке доставили мои вещи, и он помог мне перенести их обратно в общежитие. Кушида поднялась из бассейна. Я, может, и провёл большую часть своей жизни взаперти, но я всё ещё парень. И мои гормоны всё ещё такие же, как у любого другого парня моего возраста. — Ах, вся эта путаница? В итоге мне пришлось забирать свои вещи у Ичиносе-сан из класса B. Это было слишком для моего второго дня в кампусе, — вздохнул Мияке, слегка покраснев. — Ах! Кушида разговаривает со своим парнем! В следующий раз представь его нам как следует! — я посмотрел мимо Кушиды и увидел, как Каруидзава кричит в нашу сторону, что привлекло внимание в основном парней из класса D. — П-парень?! — пробормотал заикающийся мальчик с каштановыми волосами. — Чёрт возьми! Не прошло и месяца! Сдохни, ты, отличник! Она в нашем классе! Мы первыми забираем! — крикнул другой мальчик. — К-Каруидзава-сан! Это не так, я же тебе уже говорила! — Кушида пыталась оправдаться, но безуспешно, это только подстегнуло Каруидзаву к дальнейшим поддразниваниям. Девушки так всегда поступают? Или это только Каруидзава так делает? — П-прости, Аянокоджи-кун. Я попробую поговорить с ней об этом позже. — Всё в порядке, меня это особо не беспокоит. — Э-э?! — Кушида сильно покраснела. Хорошо... возможно, это было не совсем уместно в той ситуации. Я понимаю, как это могло быть неправильно истолковано. — Я имею в виду, что меня это особо не беспокоит, так что тебе не нужно извиняться. Однако тебе следует поскорее разрешить это недоразумение. — П-хорошо! Я так и сделаю, не волнуйся, — с этими словами Кушида отправилась к своим друзьям. — Аянокоджи-кун, ты можешь быть неожиданно обаятельным в самые неожиданные моменты, — сказал Санада. — Я не ставил перед собой такой цели, если это хоть как-то улучшит ситуацию. — Мне кажется, это только усугубит ситуацию... — вмешался Мияке. Хлопок Внезапно через бассейн раздался громкий звук, и все обратили на него внимание. Даже Сакаянаги на этот раз оторвалась от телефона. — Хочешь повторить это ещё раз, правонарушитель?! — Не зазнавайся, блять, только потому, что тебя подняли на вершину! Судо дрался с кем-то из нашего класса. Я не смог как следует разглядеть, кто это, поэтому мы с Санадой и Мияке встали и пошли посмотреть, что происходит. И, к всеобщему удивлению... шум поднял Тоцука. — Ладно, хватит об этом. Что здесь происходит? — Хашимото быстро встал между ними, взяв на себя роль посредника. — Я случайно столкнулся с этим парнем, и он тут же начал ко мне приставать, — сказал Судо. — Потому что ты не хочешь извиняться! Ты должен знать своё место! Ты на самом дне, уважай тех, кто выше тебя! — Пока Судо говорил лишь с лёгким раздражением в голосе, Тоцука кричал во весь голос. — Ладно, хватит. Тоцука, это не было сделано специально, просто... Не успел Хашимото договорить, как Тоцука схватил его за руку и бросил в бассейн. — Это не моя вина, Хашимото! — закричал он. Ладно, с меня хватит. Прежде чем кто-либо успел что-либо предпринять, я подошёл к Тоцуке и схватил его за запястье. — А? Что ты делаешь, Аянокоджи? Я посмотрел на его запястье, затем в глаза. И, не отрывая взгляда, начал сжимать. — Эй, а ты что делаешь? Не отвечая, я медленно усилил хватку. — А-Аянокоджи. Серьёзно, прекрати! — Тоцука начал нервничать и пытался освободиться другой рукой. Но я не остановился. — О-ой! Аянокоджи! — наконец он начал морщиться от боли. Я удерживал его руку под этим давлением около пяти секунд, прежде чем отпустить. — Тоцука, я понимаю, что ты гордишься тем, что учишься в классе A. Но позволь мне сказать тебе кое-что. Весь класс, включая меня, ужасно устал от твоего поведения. Ты ведёшь себя как маленький ребёнок. Так что, может, ты наконец успокоишься? — Но... — Тоцука. Достаточно. — Наконец к нам подошёл Кацураги и вмешался. — Судо-кун, я прошу прощения от имени Тоцука-куна. Он не должен был так поступать. Кацураги поклонился и заставил Тоцуку сделать то же самое, придерживая его голову. — Да ладно, — фыркнул Судо, повернулся и направился к раздевалкам. После этого к нам подошла учительница и приказала всем отправиться в раздевалки, так как урок всё равно скоро заканчивался. — Откуда это взялось, Аянокоджи-кун? — спросил меня Санада, когда мы переодевались. — Я просто действовал от имени класса, — пожал я плечами. — Хотя это и могло быть правдой, я знаю, что Тоцука никому на самом деле не нравится, но выражение твоего лица было... пугающим, чувак. — Моего лица? — Да, словно ты был безжизненным. — Понимаю... Извините. — Тебе не нужно извиняться. Просто убедись, что больше не будешь устраивать подобных сцен. Я понимаю, ты хотел заставить Тоцуку замолчать, и, поверь, это сработало. Но были и лучшие способы. Уверен, есть способы получше справиться с таким типом. Но этот показался мне самым эффективным. Тоцука — это пример того, как можно много говорить, но мало делать. Если бы Судо вступил с ним в спор, думаю, он в конце концов сдался бы и просто извинился. Обычно я бы не вмешивался, но Тоцука меня начинает раздражать. То, как он цепляется за Кацураги, словно паразит, как он обращается с Сакаянаги как с мусором только потому, что она староста класса, а не его «хозяйка». Он ведёт себя так, будто он важная персона, хотя на самом деле это не так. Думаю, люди будут какое-то время обсуждать это, а потом забудут через несколько дней. Если бы инцидент был ничем не спровоцирован, всё было бы иначе. Но в нашем классе это чувствовалось: каждый раз, когда Тоцука создавал проблемы или привлекал к себе внимание, все дружно закатывали глаза. Остаток дня прошёл без особых проблем. Несколько одноклассников подошли ко мне и поблагодарили за то, что я разобрался с Тоцукой, поскольку он молчал весь остаток дня. Но кроме этого, никто особо ничего не сказал по этому поводу.

***

Когда я пришёл домой, я лёг на кровать. У меня не было настроения готовить или делать домашнее задание. Наверное, закажу что-нибудь с доставкой. Умный ли это способ потратить мои баллы? Не совсем, но я буду рассматривать это как бонус за то, что я учусь в классе A, где у меня ещё сохранилась большая часть баллов. Я это заслужил. Прямо перед тем, как я собирался заказать еду, я вдруг услышал, как зазвонил мой телефон на прикроватной тумбочке. Я взял трубку и увидел незнакомый номер. Мне совсем не хочется сейчас с этим возиться. «Отклонить звонок...» Как только я сбросил, телефон зазвонил снова. Тот же самый номер. Я снова отклонил. Подождал несколько секунд... Тишина. Если бы кому-то действительно понадобилась моя помощь, я уверен, он бы оставил голосовое сообщение или продолжал звонить, поэтому я попытался игнорировать это и просто заказал еду. Я возился с телефоном около двадцати минут, прежде чем услышал звонок в дверь, и подошёл, чтобы забрать свой заказ. Однако, когда я его открыл... — Доставка для Аянокоджи-куна, фуфу. — Сакаянаги стояла там в школьной форме, держа в руках пластиковый пакет с логотипом ресторана, в котором я заказывал еду, и моим адресом, написанным маркером сбоку пакета. — Я не знал, что ты занимаешься доставкой. Тебе нужно столько баллов, что даже для водителей класса A не дают достаточного бонуса? — спросил я её. — Я случайно встретил курьера в лифте и сказал ему, что еду в твоё общежитие. Он, кажется, был более чем рад переложить на меня свои обязанности. — Это кажется крайне неуместным. — Ну, это же твоя вина, что ты заказал еду из этого ресторана, правда? Если я правильно помню, у него рейтинг 2,5 звезды в приложении для доставки в нашем кампусе? — Я подумал, что это довольно средний балл для ресторана, — пожал я плечами. — Большинство людей избегали бы ресторан с таким рейтингом, как чумы, Аянокоджи-кун, — усмехнулась Сакаянаги, направилась в мою комнату, сняла обувь и пошла в гостиную. — Ты не отвечал на мои звонки, — сказала она. — Так это ты? Как ты раздобыл мой номер? — У меня свои методы. — Это то, как сейчас называют болезнь Хашимото? — Фуфуфу~ Она села за стол посреди комнаты и начала выкладывать на него еду из пакета. — Разве это не слишком много еды для одного человека? — спросила она. — В ресторане была минимальная сумма заказа, мне нужно было как-то её выполнить. Я просто собирался заморозить остальное на потом. — Мне трудно представить, чтобы эту еду можно было есть в свежем виде, не говоря уже о замороженном. Как бы мне ни хотелось это признать, она была права. Еда... выглядела не очень. Выглядела неплохо, и я не особо привередлив. Я бы, конечно, всё съел, но получил бы от этого удовольствие — уже другой вопрос. — А может, ты поможешь мне закончить, а взамен я позволю тебе рассказать, почему ты пришла в моё общежитие, вместо того чтобы выгнать тебя? — сказал я. Сакаянаги усмехнулась. — С этим я смирюсь. Тогда принеси мне тоже тарелку, Аянокоджи-кун. Я кивнул и направился на кухню. Там я взял две тарелки, две пары одноразовых палочек для еды и начал заваривать чай. Если еда окажется невкусной, то напиток, который я буду пить вместе с ней, точно будет хорош. Я поставил всё на стол и дал Сакаянаги подушку, чтобы ей было удобнее сидеть. После этого мы оба принялись за еду. Однако после нескольких жеваний... — На вкус оно точно такое же, как и выглядит, — прокомментировал я. — Пресная и размокшая? — спросила Сакаянаги. Хотя она изо всех сил старалась скрыть своё недовольство, человек на многое не способен. Думаю, у нас обоих было очень похожее выражение лица. — Безвкусная и размокшая, — согласился я. Мы оба молча ели. Полагаю, Сакаянаги изначально собиралась рассказать мне, зачем она сюда пришла, во время ужина, но никто из нас не ожидал, что всё окажется настолько ужасным. — Ты можешь не доедать, если не хочешь, Сакаянаги. — Не смотри на меня свысока, Аянокоджи-кун. Я не настолько неблагодарна, чтобы выбрасывать еду только потому, что она не очень хорошая. Я всё равно её съем. Мои слова почему-то разозлили её и только укрепили решимость доесть. Неловкость на её лице мгновенно исчезла, сменившись самодовольной улыбкой, когда она заметила, что я всё ещё не привык к странному вкусу. После мучительно долгих двадцати минут мы оба доели свою еду, и я убрал со стола. Я не забыл наполнить наши с Сакаянаги чашки чаем, который, безусловно, был изюминкой ужина, и снова сел. — Итак, не могла бы ты наконец рассказать, зачем ты сюда пришла? — Я просто зашла проведать тебя, неужели так трудно в это поверить? — Вполне, Сакаянаги. — Фуфуфу, ладно, ладно. Мне просто стало любопытно. — И что же это может быть? — Как там твоя спокойная жизнь, Аянокоджи-кун? Уверен, сегодняшняя физкультура стала прекрасным шагом на пути к осуществлению этого плана, — усмехнулась она. — Мне бы хотелось думать, что обычный студент поступил бы так же. Тоцука не входит ни в чьи-либо личные предпочтения. — Значит, в этом случае насилие стало решением? — Зачем ты на самом деле здесь, Сакаянаги? — Фуфу, ты действительно не ходишь вокруг да около, правда? Я ничего не ответил, вместо этого ожидая, что она продолжит. — Мне было любопытно узнать твои мотивы. Сложно представить, что это часть какого-то твоего коварного плана. Скорее наоборот, я бы предположила, что ты постараешься какое-то время оставаться в тени. — Почему? Я ведь ничего такого не делал, что привлекало бы внимание людей. — Кажется, президент студенческого совета тобой очень интересуется, не так ли? — улыбка Сакаянаги стала шире. — Значит, это ты сообщила ему о моих оценках? Мне было интересно, как он об этом узнал. Хотя, безусловно, существовала вероятность того, что Хорикита просто просматривал дела случайных первокурсников, вероятность того, что он проверил моё дело, а затем провёл более тщательное изучение результатов моего вступительного экзамена, была крайне мала. Я пытался понять, как он это узнал, но понятия не имел… до сих пор. В конце концов, я должен был это предвидеть. Но тогда я ещё не знал о том, что Сакаянаги знает о Белой комнате. Поэтому я не стал слишком об этом задумываться. — И зачем ты мне это говоришь, Сакаянаги? — В этом нет особого смысла. Я просто хочу кое-что прояснить. — Она взяла свою чашку и сделала небольшой глоток, после чего снова встретилась со мной взглядом. — Независимо от того, твоими руками или моими, в конце концов ты станешь более известным в нашем классе, и тебе придётся выбрать сторону, Аянокоджи-кун. — Ты имеешь в виду отношения между тобой и Кацураги? — Фуфу, как всегда, острый. Сакаянаги сделала ещё один глоток чая. — Хотя Кацураги-кун пока отказался от идеи стать старостой класса, он обязательно попробует снова. Если студенческий совет в будущем примет его заявку, наверняка найдётся больше желающих присоединиться к нему. — Значит, ты признаёшь, что твои методы не всем в классе нравятся? — Даже у самого лучшего лидера не все на его стороне, Аянокоджи-кун. Важно то, как лидер поступает с повстанцами. — Итак, теоретически, если бы я встал на сторону Кацураги, как бы ты отреагировала? — Я была бы вне себя от радости. В конце концов, это значит, что мне предстоит сразиться лицом к лицу с шедевром Белой комнаты. Как я могла не быть в восторге? — Ты впервые прямо об этом упомянула, я удивлён. — Я знаю, ты не глупый, Аянокоджи-кун. Я могла бы упомянуть об этом во время нашего разговора в кафе-мороженом несколько недель назад, и у тебя было бы ровно столько же информации, сколько есть сейчас, когда я ничего не сказала. — Полагаю, это правда. Сакаянаги сделала последний глоток из чашки и поставила её на стол. Затем она взяла свою трость и медленно поднялась. — На сегодня достаточно. Спасибо за еду, Аянокоджи-кун. Хотя в следующий раз, когда мы будем ужинать вместе, я выберу, где мы будем заказывать, хорошо? — Как тебе удобнее, — я встал и последовал за ней к входной двери, чтобы выпустить её. — Я буду ждать, когда ты примешь решение, Аянокоджи-кун. Присоединишься ли ты ко мне и покажешь нашему классу, на что ты способен? Или же ты присоединишься к Кацураги-куну и попытаешься противостоять мне? — Нам обоим придётся подождать и посмотреть, не так ли? — Фуфу, именно так~ После этого Сакаянаги наконец ушла, и я остался один на ночь. Надеюсь, никто её не заметит, когда она вернётся в свою комнату в общежитии. Комендантский час ещё не наступил, но уже опасно приближался к нему. И видеть девушку, уходящую из мужского общежития так поздно, произведёт не самое лучшее впечатление. Однако одно стало совершенно ясно: если я хочу, чтобы моя мирная жизнь продолжалась, мне придётся найти способ справиться с Сакаянаги.