Часть 22

Ночная Коноха кардинально отличалась от дневной. Когда шумные толпы исчезали, деревня погружалась в обманчивую тишину, где каждый шорох контролировался патрулями АНБУ. В эту ночь Наруто решил оценить свою главную цель. Оставив храпящих в дешевой гостинице напарников, он бесшумной тенью скользил по крышам, выслеживая чакру Джинчурики Однохвостого. Оболочка Белого Зецу надежно скрывала его собственное присутствие, делая Наруто буквально невидимым для сенсоров. Он обнаружил Гаару на крыше высокого здания на окраине деревни. Генин Песка сидел, скрестив ноги, и смотрел на полную луну. Его брат и сестра благоразумно спали в здании под ним, стараясь держаться как можно дальше от своего младшего родственника. Наруто замер в густой кроне дуба метрах в пятидесяти от цели. Дистанция была абсолютно безопасной. Он не издавал ни звука, не излучал жажды крови, его дыхание сливалось с порывами ветра. И вдруг Гаара медленно повернул голову. Его пустые, обведенные черными кругами глаза безошибочно уставились точно в ту точку мрака, где прятался Наруто. Песок в его тыкве зловеще зашуршал, словно готовясь к броску. «Невозможно, — холодная мысль молнией пронзила разум Наруто, хотя его тело не дрогнуло. — Он не мог меня ни услышать, ни почувствовать. Моя чакра подавлена оболочкой Зецу на сто процентов». Но тут низ живота Наруто обдало странным, фантомным жаром. Печать на его животе, скрытая под слоями одежды и маскировочной плоти, едва заметно пульсировала. Это не было физическим ощущением — скорее, глухим, первобытным эхом, отдающимся в подсознании. Ответ пришел мгновенно. Дело было не в навыках сенсорики Гаары. Дело было в демонах, запечатанных внутри них. Девятихвостый Лис и Однохвостый чувствовали присутствие друг друга сквозь любые барьеры и маскировки. Это был инстинкт высшего порядка, резонанс чистой, первородной ненависти, связывающий хвостатых зверей. Гаара не видел шиноби Дождя в ветвях — он чувствовал отголоски Девятихвостого. Наруто медленно, не делая резких движений, отступил глубже в тень, разрывая зрительный контакт. Песок Гаары неохотно успокоился, хотя красноволосый еще долго сверлил взглядом пустоту. Остаток ночи Наруто провел, наблюдая за Джинчурики с еще большего расстояния, вне зоны прямого демонического резонанса. То, что он увидел, вызывало лишь холодный, прагматичный расчет. Гаара не спал. Вообще. Ни на минуту. В его глазах читалось постоянное, изматывающее безумие. Он то и дело хватался за голову, тихо бормоча что-то о крови и приказах матери. Его аура представляла собой хаотичный, рваный поток агрессии. «Печать Скрытого Песка нестабильна и примитивна, — анализировал Наруто, наблюдая за мучениями подростка. — Демон медленно пожирает его разум, сводя с ума из-за невозможности уснуть. Этот парень — не шиноби, он ходячая, сломанная бомба с часовым механизмом, которая ненавидит всё живое». В этот момент в голове Наруто окончательно сформировалось оправдание его миссии. Изначально приказ Пейна захватить Джинчурики воспринимался им как тяжелая задача, подразумевающая убийство носителя. Но, глядя на то, во что превратилась жизнь Гаары, Наруто понял одну вещь. План «Глаз Луны», о котором рассказывал Мадара, был единственным выходом. Если Акацуки извлекут из этого сломанного ребенка демона, чтобы создать мир без войн и боли, это не будет жестокостью. Для Гаары это станет милосердием. Жизнь, полная нескончаемого психоза и жажды крови, не имела ценности. Смерть ради великой цели была лучшим исходом, который этот мир мог ему предложить. Несколько дней спустя. Академия Ниндзя, аудитория 301. Воздух в просторном кабинете был густым от напряжения. Десятки генинов из разных стран враждебно сверлили друг друга взглядами. Наруто, натянув на себя привычную маску Кенджи, сутулился за одной из задних парт. Его глаза испуганно бегали по сторонам, а пальцы нервно теребили воротник куртки. Горо и Рен сидели неподалеку, брезгливо стараясь не смотреть в сторону своего «слабого» напарника. Двери с грохотом распахнулись. В аудиторию вошел крупный мужчина в черной бандане и темном плаще. Его лицо было испещрено глубокими шрамами, а взгляд не обещал ничего хорошего. — Заткнулись, кучка недоносков! — рявкнул Ибики Морино, Экзаменатор первого этапа. — Вы не на прогулке! Начиная с этой секунды, вы играете по моим правилам. Экзамен начался с раздачи письменных тестов. Правила, озвученные Ибики, казались строгими: балльная система выбывания и угроза дисквалификации всей команды за попытку списывания. Как только Наруто перевернул лист с заданиями, его карие глаза быстро пробежались по строчкам. И тут он осознал неприятный факт: он не знал ответов ни на один из вопросов. Задания касались продвинутой баллистики, расчета силы сопротивления ветра по сложным формулам и многоуровневой криптографии. Обито учил его пробивать грудную клетку врага, выживать в диких условиях, проводить допросы и манипулировать людьми. Но никто и никогда не учил его решать теоретические задачи на бумаге. В реальном бою Наруто чувствовал траекторию куная инстинктивно, без всяких уравнений. Но для Наруто это оказалось неожиданной ловушкой. Чтобы списать незаметно от десятков натренированных джонинов, нужно было использовать техники — ниндзюцу, гендзюцу или сенсорику. Однако любое использование чакры могло нарушить идеальную маскировку оболочки Зецу и выдать его настоящую личность. Быть беспомощным перед обычным листком бумаги было странным, почти унизительным чувством для того, кто привык тотально контролировать ситуацию на поле боя. На мгновение он почувствовал растерянность. Но прагматизм взял верх. Рисковать провалом глобальной миссии Акацуки ради ответов на школьный тест он не собирался. Раз он не может списать, значит, остается только одно. Наруто решил полностью довериться удаче и мифическому «десятому вопросу», о котором говорил Ибики. Внешне «Кенджи» схватился за голову. Он закусил губу так сильно, что та едва не пошла кровью, и начал истерично трясти ногой под партой, изображая панику глупца, который вот-вот расплачется от страха. На этот раз ему даже не пришлось сильно переигрывать — его бланк действительно оставался абсолютно девственно чистым. Его напарники, Горо и Рен, уже покрылись холодным потом. А пока Наруто «паниковал», сквозь приоткрытые веки он внимательно фиксировал происходящее в аудитории. Вон там Джинчурики Песка сидит с закрытыми глазами, а вокруг чужого бланка незаметно формируется крошечный глаз из песка. Неподалеку Учиха Саске активировал Шаринган, методично копируя движения руки впереди сидящего студента. В другом конце класса член побочной ветви клана Хьюга, используя Бьякуган, нагло просвечивал тела сидящих впереди, считывая мышечные сокращения и ответы. Парень из Песка, лицо которого было разрисовано фиолетовыми линиями, что-то незаметно шептал своему экзаменатору, словно кукловод, манипулирующий марионеткой. Время неумолимо текло. Наконец, тяжелый голос Ибики разрезал тишину аудитории, заставив многих вздрогнуть. — Время вышло! Переходим к десятому вопросу. Ибики обвел взглядом побледневших генинов. Его лицо исказила жесткая, почти садистская усмешка. — Но прежде чем я его задам, вы должны выбрать: будете ли вы на него отвечать. Если вы откажетесь, то потеряете баллы, ваша команда выбывает, и вы сможете попытаться снова в следующем году. Но если вы согласитесь и ответите неверно... — Ибики выдержал театральную паузу. — Вы навсегда лишитесь права сдавать экзамен. Вы останетесь генинами до конца своих дней! Наруто внутренне усмехнулся. Психологическая давка. Примитивная, но эффективная для детей, чья жизнь и амбиции вращались вокруг системы рангов Скрытых Деревень. «Остаться генином навсегда? — холодная мысль мелькнула в его разуме. — Какая жалкая угроза. Мой Учитель развязал войну, а организация, на которую я работаю, планирует перекроить этот мир. Ранги — это лишь ошейники для покорных собак. Я бы с удовольствием провалил этот тест, если бы это не мешало моей миссии». Но для «Кенджи» эти слова должны были стать абсолютной трагедией. Наруто вцепился в свои волосы, издав тихий, отчаянный писк, словно его мир только что рухнул. Рен и Горо, сидевшие неподалеку, нервно переглядывались. Горо уже потянулся было поднять руку, чтобы сдаться, как вдруг... — Я... я не сдамся! — пискнул Наруто, резко вскакивая с места и ударяя дрожащими ладонями по парте. Взгляды всей аудитории, включая тяжелый, подавляющий взор Ибики, скрестились на нем. Наруто специально сделал так, чтобы его колени предательски затряслись. — Я стану великим ниндзя Дождя! Я не боюсь ваших глупых вопросов! Даже если я останусь генином, я... я всё равно буду сильным! Ибики смерил крикливого паренька холодным взглядом. Для опытного следователя Листа этот генин выглядел как кусок истеричного мяса, держащийся исключительно на слепом упрямстве и юношеском максимализме. Абсолютный ноль. Ибики мысленно поставил на нем крест и перевел взгляд на остальных. Тем не менее, слова Наруто послужили катализатором. Один за другим слабовольные генины, не выдержав давления, начали поднимать руки. Экзаменаторы выводили из кабинета целые команды. Но Наруто, продолжая трястись всем телом и тяжело дышать, остался стоять. Его бланк лежал перед ним абсолютно пустым. Когда поток сдающихся иссяк, в аудитории воцарилась гробовая тишина. Оставшиеся напряженно ждали приговора. Ибики медленно обвел взглядом выживших. Его суровое лицо внезапно смягчилось, а шрамы растянулись в легкой улыбке. — Отличный выбор. Все те, кто остался в этом кабинете... вы сдали первый этап экзамена! Аудитория взорвалась возмущенными и радостными криками. Наруто громко выдохнул и картинно растекся по парте, словно желе, бормоча слова благодарности всем известным богам. «Итак, первый барьер пройден, — хладнокровно резюмировал он, закрыв лицо руками. Но расслабляться было рано. Внезапно переднее окно аудитории с оглушительным звоном разлетелось вдребезги. В облаке пыли, прорвав защитный брезент, появилась женская фигура. — Радоваться будете потом, червяки! — прокричала куноичи в сетчатой майке и бежевом плаще, эффектно разворачивая огромный плакат. — Я — Анко Митараши, экзаменатор второго этапа! Завтра вас ждет Полигон номер сорок четыре, также известный как Лес Смерти. И поверьте мне, больше половины из вас оттуда живыми не вернется! Наруто, неуклюже прикрыв голову руками от осколков стекла, бросил короткий взгляд на Джинчурики Песка, который даже не шелохнулся при появлении новой экзаменаторши. «Лес Смерти, — мысленно повторил Наруто, и уголки его губ под маской оболочки едва заметно дернулись. — Идеальное место. Закрытая территория. Я должен буду захватить однохвостого в этом лесу.