День 5. Торжество Тьмы

Пятый день встретил город ледяным дождем, который смывал кровь с разбитого асфальта и ржавого железа. Иллюзии разбились. Великие амбиции превратились в прах. Из двадцати пяти игроков на доске остались лишь те, кто стал самим воплощением смерти, маскировки или холодного разума. Локация: Заброшенный завод «Грей Ко». Рассвет Бойня в главном цеху завершилась. Бронированный внедорожник Эмира был изрешечен пулями, повсюду лежали тела штурмовиков. Лорд Катлер Беккет нашел свой конец у конвейерной ленты — Брайан Мозер оказался быстрее его гвардейцев. Сам Мозер, раненный в плечо, исчез в вентиляционных шахтах, оставив своего «брата» Декстера наедине с руинами. Рустем Паша, тяжело дыша и зажимая рану на боку, отступал к выходу. Его дорогая одежда превратилась в лохмотья. Зал Махмуд Ага, верный до конца, прикрывал его спиной, отмахиваясь ятаганом от наседавшего Оливера Саксона. — Уходи, Паша... — прохрипел Зал Махмуд, когда Саксон ловким финтом полоснул его по сухожилию ноги. Рустем выскочил за ворота завода прямо под проливной дождь. На площади перед заводом, оперевшись на капот старого седана, его ждал штандартенфюрер Ганс Ланда. Нацист держал над головой черный зонт, а в его руке была зажженная трубка. — Ах, Рустем Паша! Какое трагическое зрелище, — Ланда покачал головой с притворным сочувствием. — Великий визирь Османской империи, гроза интриг, бежит от человека со скальпелем. Ваша «Империя» мертва. Эмир Козджуоглу ликвидирован в собственном кабинете, Фюсун Асланбей взята под... деликатный домашний арест доктором Лектером. — Ты... ты предал нас, немецкая свинья... — прохрипел Рустем, выхватывая скрытый кинжал. — Ну зачем же так грубо? Это просто оптимизация рисков, — Ланда улыбнулся и сделал шаг назад. Из тени за спиной Рустема бесшумно сорвался Декстер Морган. Его движения были механическими, пугающе точными. Шприц с этиморфином вошел точно в шею Рустема Паши. Паша обмяк, его кинжал со звоном упал в лужу. — Спасибо, Декстер, — Ланда слегка приподнял фуражку в знак уважения. — Старик Крамер будет доволен. У него как раз осталась одна неиспользованная ловушка в подвале театра. Думаю, Паша найдет в ней свое... истинное призвание. Декстер молча взвалил тело Рустема на плечо. Его Темный Попутчик был сыт хаосом этого места, но долг перед Кодексом и Крамером держал его на плаву. Локация: Лесная чаща. Полдень Лес превратился в лабиринт ужаса. Джо Голдберг и Лав Куинн бежали без оглядки уже несколько часов. Обувь Лав была потеряна, её руки были изрезаны ветками, а Джо едва переставлял ноги от усталости. — Джо... я больше не могу... — Лав упала на колени на мокрую траву, тяжело всхлипывая. — Мы должны были быть счастливы. Мы просто хотели защитить наш мир... — Тихо, Лав, тихо... — Джо опустился рядом, обнимая её за плечи. — Мы выберемся. Обязательно. Мы найдем выход из этого проклятого леса. — Вы не найдете выход, мистер Голдберг, — раздался шелестящий, безликий голос из-за вековых сосен. Из тумана проступил силуэт. Мужчина в грубом холщовом балахоне, лицо которого скрывала маска с нарисованным крестом и кругом. Зодиак. В его руке был старый тяжелый револьвер калибра .44 Магнум. Джо заслонил собой Лав, его глаза округлились от ужаса: — Пожалуйста... не надо. Возьми всё, что у нас есть. Зодиак медленно поднял револьвер, целясь Джо прямо в переносицу. Он не искал власти или выгоды — ему нужен был лишь очередной шифр, очередная запись в его кровавом дневнике. Бах! Громкий сухой выстрел разорвал лесную тишину. Но стрелял не Зодиак. Пуля калибра 9мм прошла навылет через шею Зодиака. Тот захрипел, выронил револьвер и рухнул лицом в грязь. Позади него, среди кустов папоротника, стояла Клементина. В её руках дымился пистолет, отобранный у одного из покойных людей Карвера. Её взгляд был абсолютно пустым. Джо и Лав со страхом посмотрели на свою спасительницу. — Убирайтесь отсюда, — глухо сказала Клементина, даже не глядя на них. — Бегите к побережью. Там есть лодки. Если я еще раз увижу вас на своем пути — я выстрелю и не промахнусь. Джо лихорадочно закивал, поднял Лав на руки, и они бросились прочь, исчезая среди деревьев. Клементина подошла к телу Зодиака, хладнокровно пнула его ногой, проверяя, жив ли он, а затем забрала его револьвер и патроны. Она стала полноправной хозяйкой этого леса. Дикой, первобытной силой, приспособившейся к апокалипсису лучше любого маньяка. Локация: Небоскреб «Козджуоглу Холдинг». Верхний этаж. Закат В роскошном кабинете Эмира, где на полу все еще темнело пятно крови, было накрыто на двоих. Горели свечи, из дорогой аудиосистемы лилась умиротворяющая мелодия Баха. Ганнибал Лектер, переодевшись в чистый смокинг, наливал коллекционное вино в хрустальные бокалы. Напротив него, в кресле Эмира, сидела Кэтрин Трамелл. На её коленях лежал открытый ноутбук, на экране которого ровными строчками выстраивалась финальная глава её новой книги под названием «Симуляция». — Изумительный финал, не правда ли, Кэтрин? — мягко спросил Ганнибал, протягивая ей бокал. — Те, кто мнил себя королями и политиками, уничтожены собственными инструментами. Те, кто нес слепой хаос, стали пищей для земли. Остались лишь мы — те, кто ценит эстетику процесса. Кэтрин сделала глоток, её глаза лукаво блеснули в полумраке: — Вы забываете о мужчине с монеткой, доктор. Антон Чигур все еще ходит по улицам. И, насколько я знаю, его невозможно вписать в рамки чьего-то романа или ужина. — О, мистер Чигур — это особая форма прекрасного, — Ганнибал повернулся к окну, глядя на затихающий, погружающийся во тьму город. — Он — математическая неизбежность. Но даже неизбежность иногда берет паузу, чтобы посмотреть на звезды. В этот момент на пороге кабинета появился Ганс Ланда. Он выглядел уставшим, но безумно довольным. Он аккуратно поставил свой зонт в угол и улыбнулся: — Ну что ж, господа. Джон Крамер запустил свою последнюю игру для Рустема Паши и Оливера Саксона. Декстер Морган официально объявил, что его Темный Попутчик уходит на покой, и покинул город на угнанном катере. Мы с вами остались главными акционерами этого увядающего предприятия. Ланда подошел к столу, взял свободный бокал и поднял его вверх: — За чистый разум, господа! Который всегда торжествует над грубой силой. Свечи медленно догорали. Город психопатов, убийц и манипуляторов очистил сам себя, оставив на вершине лишь абсолютных гениев человеческой деструкции, которые, чокнувшись бокалами, праздновали победу разума над безумием на руинах созданного ими ада.