Глава 6. Полина Сергеевна всё замечает

— Макаров, к доске. Он даже не услышал. Сидел, подпирая рукой щёку, и смотрел в окно. — Макаров! Весь класс уже смеялся. Максим вздрогнул: — А? Полина Сергеевна медленно подняла бровь. — Повторяю вопрос: о чём вы так глубоко задумались? Сзади тут же прошипел Трофимов: — Об Алине. Взвод заржал. — Трофимов, вон из класса. — За правду страдаю… Полина Сергеевна едва заметно улыбнулась. А Макаров впервые в жизни почувствовал себя неловко. По-настоящему. --- После урока Ольховская остановила его у двери. — Максим. — Да, Полина Сергеевна? Она внимательно посмотрела на него. Слишком внимательно. — Что происходит? — Ничего. — Вы впервые за два года не услышали, что вас вызывают к доске. — Устал просто. — Макаров. Он отвёл взгляд. Полина Сергеевна вздохнула. — Девушка? Максим чуть не подавился воздухом. — Что?! Она улыбнулась уже открыто. — Всё понятно. — Да ничего не понятно. — Тогда почему вы краснеете? — Я не краснею. — Конечно. Макаров нервно провёл рукой по затылку. Почему-то именно перед ней врать было тяжелее всего. — Это не ваше дело, — буркнул он. — Уже лучше. — В смысле? — Значит, всё-таки есть девушка. Он обречённо закрыл глаза: — Господи… Полина Сергеевна неожиданно стала серьёзной. — Только не делайте больно человеку, которому доверитесь, Максим. Он нахмурился. — С чего вы взяли, что это я кому-то делаю больно? Она смотрела спокойно. Мягко. И именно поэтому её слова ударили сильнее: — Потому что вы привыкли, что от вас уходят первым. Тишина. Макаров резко отвёл взгляд. Попала. Слишком точно. И это разозлило. — Можно идти? — Идите. Он почти вышел из кабинета, когда услышал: — И, Максим… — Что? — Она вам правда нравится. Не вопрос. Утверждение. Макаров ничего не ответил. Потому что впервые сам начал этого бояться.