Часть 5

Тревога по поводу Алика окончательно отпустила Эльзу только через несколько дней, когда она переступила порог своего дома в Чикаго. Тяжелый перелет остался позади. Америка встретила привычным запахом кондиционеров, ровными газонами и ощущением другой жизни. Без старых призраков, без Алика. Или почти без него. Джош сидел на кухне. Мужчина был высоким, заметно выше большинства окружающих. Широкие плечи натягивали ткань футболки, а крепкое телосложение выдавало человека, который привык поддерживать себя в форме. Светлые волосы, чуть выгоревшие на солнце, небрежно падали на лоб, придавая ему одновременно и суровый, и расслабленный вид. Лицо было словно высечено из камня: прямой нос, выраженные скулы и сильная квадратная челюсть. Легкая щетина лишь подчеркивала мужественные черты. Глаза были внимательные и спокойные. В них не было ни суеты, ни тревоги, только уверенность. Когда он улыбался, суровость мгновенно исчезала. Улыбка получалась открытой и неожиданно теплой, заставляя забыть о внушительном росте и силе. Однако стоило ему нахмуриться или просто посмотреть пристальнее, как становилось ясно: спорить с таким человеком захочет далеко не каждый. — Папочка! Ева первой влетела в дом и тут же бросилась к Джошу. Тот едва успел поставить кружку на стол, как дочь уже повисла у него на шее. — Эй, принцесса! — рассмеялся он, подхватывая её на руки. — Ты стала тяжелее? — Нет! — Тогда это я ослаб. — Эльза! — Джош перевел взгляд на жену. — Почему ты не сказала, что вы прилетаете сегодня? — Извини, не хотела тебя отвлекать. Особенно сейчас. Как дела с коллекцией? Как тебе эскизы, которые я отправила вчера? Она подошла к мужу, обняла его и звонко поцеловала в щеку. Джош выглядел уставшим. Под глазами залегли тени, футболка была помята, а волосы явно проиграли борьбу с рабочей неделей. — Полный провал, — трагически сообщил он. — Без тебя никто не хочет работать. Я не знаю, это твой особый шарм или они тебя просто боятся, но, пожалуйста, вернись и наведи порядок. Эльза тихо засмеялась. — Ты не можешь быть с ними слишком добрым. — Эскизы хорошие, — добавил Джош. — Большинство. Но есть пара спорных решений. Покажу потом. — Он виновато улыбнулся. — И прости, дорогая, но отдыхай побыстрее и возвращайся на работу. Джош поставил Еву на пол и заметил Екатерину Ивановну, которая с интересом разглядывала дом. — Екатерина Ивановна! Очень рад вас снова видеть! Мама тут же широко улыбнулась и энергично закивала. — Что он лепечет? — спросила она у дочери. — Что рад тебя видеть. — Эльза прошла на кухню. — Я вообще-то вже понимаю русский, — ухмыльнулся Джош. — Вот дочитываю Войну и Мир и скоро начну разговарить как они. — Увольте, — улыбнулась Эльза. — Какой бардак, Джош. Где Клара? Она не приходить? — спросила она, открывая холодильник. По всей кухне были разбросаны миски, венчики, упаковки от продуктов и какие-то загадочные кухонные конструкции, происхождение которых даже определить было сложно. — Я готовил завтрак. У Клары заболел ребенок. Несколько дней назад она плакала в чужой спальне. А сейчас стояла посреди своей кухни и ругалась из-за грязной посуды. И от этого почему-то стало легче. — Я быстро испеку блинов. — Моя прекрасная жена, ты не обязана этого делать, — возмутился Джош. — Вы всю ночь были в дороге. — Брось. — Она достала яйца. — Не в эконом-классе же летели. Я выспалась. Ева носилась по дому как маленький ураган. То она показывала бабушке свою комнату, то тащила отца смотреть свои новые игрушки, то снова куда-то исчезала, оставляя за собой только топот маленьких ног и звонкий смех. — Осторожно на лестнице! — крикнула Эльза. — Хорошооо! — донеслось уже со второго этажа. Разумеется, никто её не послушал. Джош стоял у кухонного островка с чашкой кофе и наблюдал за этим бедламом с такой улыбкой, будто перед ним разворачивалось величайшее шоу на свете. — Как же я рад, что в доме снова шумно. *** Дверь со старым доводчиком негромко скрипнула. Алик вошёл внутрь неторопливым шагом, оглядывая помещение. Кабинет оказался небольшим, но уютным. Массивный дубовый стол занимал почти половину комнаты. За его спиной стояли шкафы, забитые папками и пожелтевшими архивами. Плотные бордовые шторы были задвинуты, пропуская лишь тонкие полосы дневного света. В воздухе смешались запахи крепкого кофе, дорогих сигар и старой бумаги. За столом сидел мужчина лет сорока. Тёмный костюм, аккуратно уложенные волосы, круглые очки в тонкой оправе. Он что-то внимательно изучал в документах, водя кончиком ручки по строчкам. — Чем обязан? — не поднимая головы, спросил он. Лишь спустя секунду мужчина посмотрел на посетителя поверх очков. — Борис Михайлович? — Да. — Мне вас очень настойчиво рекомендовали. — Алик спокойно опустился в кресло напротив. — Простите, а вы... — Алик. Просто Алик. Я по делу. — Очень приятно. Но, к сожалению, вынужден вас разочаровать. У меня сейчас очень много работы. Приходите через месяц. — Видите ли, Борис Михайлович, я не могу ждать. — Он наклонился вперёд, взял со стола листок и ручку. Несколько секунд что-то писал, после чего молча подвинул бумагу через стол. Детектив машинально подтянул её к себе. Через мгновение его брови едва заметно поползли вверх. Он снял очки, снова надел их и ещё раз посмотрел на цифру, словно опасался, что ошибся. — Впечатляет, — негромко произнёс он. — Это только аванс за ваше внимание, — спокойно ответил Алик. — А если всё сложится удачно, возможно, вас ждёт оплачиваемая командировка в Штаты. Насколько я знаю, вы пришли в эту профессию не ради скучных бракоразводных процессов и слежки за неверными супругами. Вам нравятся истории, в которых приходится копать глубоко. Детектив невольно улыбнулся. Попал. Он резко поднялся из кресла и протянул руку. — Рассказывайте. — Вот это уже деловой разговор. — Алик удобнее устроился в кресле. — Только налейте сразу воды. История длинная, а вы наверняка захотите услышать каждую мелочь. Михаил Борисович молча направился к столику с напитками. Через минуту на столе стояли стакан воды и две чашки свежесваренного кофе. Детектив достал блокнот. — Я слушаю. — Моё имя Александр Волков. В городе меня знают как Алик Афганец. — Ручка детектива замерла. Он поднял взгляд. — Да, вы слышали. Михаил Борисович откинулся на спинку кресла. — Пять лет назад у меня были серьёзные тёрки с Зурабом Нотаровичем. Но сейчас это не главное. Тогда моя невеста Эльза, мечтала переехать в Штаты. Долго меня уговаривала, и в конце концов я согласился. Только вот именно тогда Зураб решил вернуть старый должок. Он сделал это через моего сослуживца и друга — Витю. В тот вечер я сидел в машине и ждал Эльзу, Витя выстрелил в меня в упор. В этот момент из подъезда вышла Эльза. Она видела всё. Официальная версия потом была простой: Витя убил нас обоих, а машину утопил в озере. Но он не задел важные органы. И я выжил. Алик замолчал, сделал глоток воды и несколько секунд смотрел в одну точку. — Когда я пришёл в себя, мне сказали, что Эльза погибла. Я винил себя каждый день. И за все эти годы я так и не смог её забыть. Только оказалось, что она тоже выжила. Детектив перестал делать пометки. — Недавно я случайно встретил её. На лице Михаила Борисовича не дрогнул ни один мускул. — Выяснилось, что свою смерть она инсценировала. Витя пожалел её. Заставил притвориться мёртвой, чтобы Зураб не добрался ни до неё, ни до него самого.  Она рассказала, что сейчас живёт в США. Приехала сюда продать квартиру и забрать мать. Сказала, что у неё семья, муж и дочь. Я видел эту девочку. — И? — Что и? — Вы ей не верите? — Всё не так просто. Поймите, Эльза слишком многое пережила из-за меня. Все эти годы она скрывалась, потому что знала: я бы её никогда не отпустил. Если бы она решила уехать, я бы поехал следом.  — Он замолчал на секунду. — В ту ночь она была напугана до смерти. И этот страх никуда не делся. Она до сих пор боится. Моего прошлого. Моего образа жизни. И я думаю… — Алик вздохнул. — Что она может скрывать то, что дочь от меня. — Сколько лет девочке? — В том то и дело. Я не знаю. Эльза сказала, что ей три года. — Как вы думаете? — Я ничего не думаю, думать это ваша работа, тем более за такие деньги, — раздраженный Алик поднялся с кресла и медленно прошёлся по кабинету. — Ева выглядит на три года. Но я хочу знать больше. Как Эльза познакомилась со своим мужем? Почему так быстро вышла за него замуж и родила Еву? Там что-то не чисто. — Не верите или не хотите верить? — Михаил задумчиво постучал ручкой по столу. — Вы психолог или детектив? — Детектив. Поэтому и задаю вопросы. Мне нужно понять, ищем мы факты или ваши надежды. Есть хоть какие-то доказательства? — Косвенные, — Алик вернулся в кресло. — Когда мы встретились, мы… провели ночь вместе. Она говорила, что любит меня. — То есть она изменяла мужу с вами? — Ручка детектива замерла. — Нет, то есть да. Я о том, что это странно. Зачем она тогда с ним? — Возможно она ошиблась, что она сказала после? Вы просили её остаться? — Конечно. Вместе с дочерью. — И? — Она отказалась. Сказала, что боится. Что нам всё ещё может угрожать опасность. Что она не имеет права рисковать ребёнком. — Почему вы просто не поговорите с ней? — Потому что они улетели. Я даже не знаю, в каком штате живут. И она ясно дала понять, что не хочет меня видеть. Алик достал бумажник из кармана штанов, оттуда старую фотографию и положил её на стол. Детектив взял снимок. — Её имя Елизавета Гончарова. Для всех — Эльза. Её мать, Екатерина Ивановна, учительница литературы в третьей школе. Отец умер от инфаркта. Жили на улице Кирова, двадцать пять, квартира тринадцать. Михаил внимательно посмотрел на фотографию. — Мать сейчас тоже в Штатах? — Да. Эльза забрала её с собой. Квартира продана. Я проверял. — Значит, мать вряд ли поможет. — Не поможет. — Почему вы так уверены? — Потому что она пять лет покрывала дочь. Я навещал её. Она делала вид, будто пережила горе потери дочери и живет дальше. Детектив сделал пометку. — Подруги? — Насколько знаю, все уверены, что она умерла. — Алик задумался. — Или… не все. — Детектив выжидающе смотрит на Алика, тот поясняет. — Эльза постоянно рассказывала мне про одноклассницу, которая умотала в Штаты еще раньше… как же её, — он щёлкнул пальцами. — Даша. Фамилию не знаю. Зато знаю, что её мать жила по соседству с семьёй Эльзы. — Вот это уже похоже на зацепку. — На лице Михаила появилась первая настоящая улыбка. Он закрыл блокнот и резко поднялся из-за стола. — Думаю, начнём именно с неё. Я по связям пробью её имя. — Думаете, разговорится? — Все разговорятся. Вопрос только в том, сколько времени на это потребуется. — В его глазах уже появился знакомый азарт охотника, почуявшего след. Детектив накинул пиджак и протянул Алику руку. — Оставьте свой номер. Буду держать вас в курсе.