Глава 11: Боггарт в пробирке

Лабораторный корпус MI5 располагался в неприметном здании к югу от Темзы — бетон, стекло и колючая проволока под напряжением. Гермиона бывала здесь лишь однажды, да и то проездом, но Малфой ориентировался в коридорах с уверенностью человека, который провёл в них не один месяц. Он кивнул охраннику на входе, приложил пропуск к турникету и провёл её через три двери с кодовыми замками, прежде чем они оказались в нужной лаборатории. Доктор Элис Ким уже ждала их. Она стояла у вытяжного шкафа, за стеклом которого поблёскивали пробирки с образцами, и что-то записывала в планшет. На ней был белый халат, волосы собраны в тугой пучок, а на лице застыло выражение крайней сосредоточенности — такое, какое бывает у людей, которые только что обнаружили нечто важное и теперь пытаются понять, как об этом рассказать.       — Я закончила анализ токсина, — сказала она, не тратя времени на приветствия. — Это не просто ботулотоксин. Это гибрид.       — Мы уже поняли это на месте преступления, — заметил Малфой.       — Вы поняли, что он гибридный. — Элис подняла глаза. — Но вы не знали, насколько. Я выделила активный компонент. Базовая структура — ботулотоксин типа А, модифицированный на генетическом уровне. Но к нему добавлен второй компонент. Магический. Или, точнее, то, что вы называете магическим. Она повернула планшет так, чтобы им было видно. На экране вращалась трёхмерная модель молекулы — длинная белковая цепочка, обвитая чем-то, напоминавшим серебристую спираль. Спираль пульсировала, как живая, и Гермиона сразу узнала этот ритм.       — Боггарт, — сказала она.       — Именно. — Элис увеличила изображение. — Эта структура не является веществом в привычном смысле. Она не имеет массы, не вступает в химические реакции. Но она присутствует в образце и взаимодействует с нейромедиаторами так, как будто материальна. Если бы я не видела это своими глазами, я бы сказала, что это невозможно.       — Но вы видите, — сказал Малфой.       — Я вижу. — Элис поджала губы. — И это меня... беспокоит.       — Почему?       — Потому что тот, кто создал это, понимает биологию лучше, чем большинство моих коллег. И одновременно разбирается в магии, которую я даже не могу описать научными терминами. — Она посмотрела на Гермиону. — Это не просто гибридное оружие, мисс Грейнджер. Это заявление. Его создатель хочет показать, что границы между наукой и магией не существует. Что всё это — просто инструменты. В комнате повисла пауза. Гермиона думала о том же, о чём, кажется, думали все трое: если человек, создавший токсин, прав, то всё, на чём держался Статут Секретности, вся система разделения миров — это просто бюрократическая условность. А если так, то Кассиан не безумец. Он реформатор. Опасный, безжалостный — но реформатор.       — Мне нужно в магический архив, — сказала она наконец. — Двадцать лет назад Отдел Тайн проводил эксперименты над боггартами. Программа называлась «Химера». Если токсин основан на их разработках, я должна найти след.       — А я подниму старые контакты в фармацевтической разведке, — добавил Малфой. — Кто-то должен был поставлять оборудование для синтеза токсина в таких количествах. Это не подпольная лаборатория в подвале — это промышленный уровень.       — Я продолжу анализ, — сказала Элис. — Возможно, удастся выделить маркер, который укажет на место производства. Они разошлись в разные стороны, но Гермиона знала: к вечеру все трое снова соберутся в одном кабинете, чтобы сложить куски пазла. Так у них теперь было заведено. Магический архив Отдела Тайн встретил её привычной пылью и запахом старого пергамента. Квигли, всё такой же тощий и бесцветный, выдал ей папку с грифом «Проект „Химера“ — закрыто» и растворился среди стеллажей, прежде чем она успела задать вопрос. Гермиона села за стол и раскрыла папку. Проект «Химера» был запущен в 1998 году, сразу после войны. Идея была простой и пугающей одновременно: научиться использовать магических существ как источник биооружия. Боггарты, дементоры, мантикоры — всё, что обладало уникальными магическими свойствами, подвергалось изучению. Отдел Тайн пытался выделить «активный магический компонент» и синтезировать его в лабораторных условиях. Цель — создание оружия, которое могло бы противостоять как магам, так и магглам. На случай «следующей войны».       — На случай следующей войны, — пробормотала Гермиона, перелистывая страницы. — Как будто первая была недостаточно ужасной. Эксперименты над боггартами начались в 2000 году. Учёные Отдела Тайн пытались заставить их принимать форму не индивидуального страха, а общего — того, что боится большинство людей. Смерти. Боли. Безумия. Результаты были нестабильными: боггарты либо погибали, либо выходили из-под контроля. В 2003 году проект закрыли, а все материалы опечатали. Официальная причина — «неэтичность». Неофициальная — страх, что оружие попадёт не в те руки. Гермиона пролистала приложения — списки сотрудников, отчёты о расходах, акты об уничтожении образцов, — и на одной из последних страниц нашла фотографию. Это был групповой снимок. Десять человек в белых лабораторных мантиях стояли на фоне кирпичной стены — видимо, какого-то исследовательского корпуса. У большинства были уставшие, невыспавшиеся лица. Но один человек выделялся. Он стоял с краю, чуть в стороне от остальных, и смотрел не в камеру, а куда-то мимо. У него были светлые волосы и очень тёмные глаза — на чёрно-белой фотографии это выглядело особенно резко. На обороте снимка — список фамилий. И одна из них обведена карандашом. «Вейл, К.» Гермиона замерла. Она смотрела на фотографию и чувствовала, как внутри что-то холодеет.       — Вейл, — прошептала она. — Ты работал над этим. Выходило, что Кассиан Вейл был не просто финансистом и стратегом. Он был одним из создателей гибридного оружия — ещё тогда, двадцать лет назад. Его не просто обидели. Его выкинули из проекта, который он, возможно, сам и придумал. Она захлопнула папку, сунула её в сумку и почти бегом направилась к выходу из архива. Нужно было рассказать Малфою. Общий кабинет встретил её привычным запахом кофе и озона. Малфой уже был там — сидел за своим столом, закинув ноги на край, и просматривал какие-то распечатки. Зачарованный стул играл гимн Хогвартса, но он, кажется, давно перестал это замечать.       — Ты долго, — сказал он, не поднимая глаз.       — Я нашла кое-что. — Она бросила папку на стол. — Кассиан Вейл работал в проекте «Химера». Двадцать лет назад. Он был одним из учёных, которые экспериментировали над боггартами. Малфой опустил ноги и потянулся к папке. Просмотрел страницы, задержался на фотографии.       — «Вейл, К.», — прочитал он. — Кассиан.       — Да. И судя по тому, что его фамилия обведена, кто-то проявлял к нему особый интерес.       — Возможно, тот, кто закрывал проект. Или тот, кто его возобновил. Гермиона опустилась в своё кресло и потёрла виски.       — Есть ещё кое-что, — сказала она. — Я нашла в отчётах упоминание лаборатории. Не в Британии — здесь только разрабатывали теорию. Практические испытания проводили где-то за границей.       — Где именно?       — В отчёте сказано: «Полевая база № 3, регион Арекипа». Это Перу. Малфой отложил папку и посмотрел на неё долгим взглядом.       — Ты понимаешь, что это значит?       — Понимаю. Лаборатория в Перу — не гипотеза. Она существует. И там, вероятно, до сих пор производят токсин.       — Тогда летим.       — Прямо сейчас?       — А чего ждать? — Он встал и начал собирать оборудование. — Пока появится следующий труп? Пока Кассиан решит, что мы недостаточно расторопны, и пришлёт нам приглашение на собственные похороны? Гермиона встала тоже. Внутри у неё боролись два чувства: азарт охотника, который наконец взял след, и смутная тревога, которую она не могла объяснить.       — Перу — это не Исландия, — сказала она. — Там нет портального пункта. Придётся лететь самолётом.       — Значит, летим самолётом. — Он накинул пиджак. — Я займусь билетами и маггловской логистикой. Ты — магическим прикрытием. Нужно, чтобы местные власти знали о нашем присутствии, но не мешали.       — Договорились. У двери он остановился.       — Грейнджер.       — Да?       — Ты выглядишь так, будто тебя переехал гиппогриф. Она невольно улыбнулась.       — Ты говоришь это в третий раз.       — Потому что это снова правда. Поспи перед вылетом. В Перу будет жарко, влажно и опасно. Мне не нужен напарник, который клюёт носом в джунглях.       — Я не клюю носом.       — Клюёшь. Просто делаешь это интеллектуально, так что никто не замечает. Он вышел, и дверь за ним мягко закрылась. Гермиона осталась стоять посреди кабинета, глядя на закрытую дверь и чувствуя странное тепло где-то под рёбрами. Она не знала, было ли это раздражение, благодарность или что-то третье, чему она пока не хотела давать имя. Вместо того чтобы пойти домой и лечь спать, она села за стол и начала составлять список всего, что нужно взять с собой в Перу. Магические репелленты от насекомых. Амулеты от ядов. Охлаждающие чары на мантию. И, возможно, подумала она с лёгкой усмешкой, запасной стул для Малфоя. На случай, если его собственный вдруг забудет слова гимна. Через три дня они вылетели из Хитроу. Впереди были перуанские джунгли, лаборатория, которой не должно было существовать, и человек, чьё имя было обведено карандашом в старом отчёте. Человек, который, кажется, начал эту войну задолго до того, как они вообще узнали о его существовании.