Часть 11

Мэй проснулась от того, что ее выкинули из спального мешка. Она испугалась такой неожиданности и тут же вскочила, затем попятились, теряя равновесие. Несколько ночей они провели верхом на лошади, отдыхая только днем. Теперь они добрались до Нара и обосновали небольшой лагерь, как и планировали. Сукуна стоял перед ней. Солнце ещё не село, а он уже поднял её. Ураумэ ещё спал. — Что происходит? — пробормотала она, протирая слипающиеся глаза. — То, что я тебе пообещал — тренировка. — Вот прям... так? Сукуна вскинул брови: — У тебя какие-то проблемы? — Нет, Сукуна-сан, никаких проблем. — За мной. Он побежал в лес, Мэй, ещё не отошедшая ото сна, ринулась следом, спотыкаясь и ловя лицом ветки. Бежали долго, на возвышенность, девушка еле успевала, чтобы не терять его из вида. Они вышли на холм, огороженный деревьями. Мэй оперлась руками о колени, переводя дыхание. — Ты неправильно дышишь. Выпрямить, дай рёбрам полностью раскрыться. Она подчинилась. — Начнем с того, что если ты будешь при смерти, то ни я, ни Ураумэ не будем тебя спасать. Потому что то, чему я тебя научу, поможет тебе выбраться живой из любой битвы. И если ты не справилась, значит ты плохо меня слушала. Я буду учить, повторять и бить, пока не увижу то, что хочу от тебя увидеть. Я буду тебя ломать и строить. Можешь рыдать, можешь ненавидеть меня или пытаться убежать - мне все равно. Помни, что ты сама это выбрала. Тебе все ясно? — Да, мне все ясно. Жестокость Сукуны ее не напугала. По крайней мере, до того момента, пока она не пропустит от него удар в первый раз. Сукуна встал в стойку, Мэй повторила за ним. Он тут же вздохнул, выпрямился. Мэй посмотрела на него вопросительно. Мужчина подошёл, поправил ее руки и ноги. — Локти ближе к туловищу, колени согни. Вот так. Запомнила? Встань. Снова в стойку. Нет — он хлопнул ее по спине — ещё раз: встань... Снова в стойку. Уже лучше — хлопок по спине уже стал сильнее — повтори. Хорошо. Дальше... Они занимались, пока Ураумэ не принес им еду. К этому моменту на теле Мэй уже были синяки: спина, руки, ноги — и это они ещё не дрались, а только ставили удар. Ели быстро, Сукуна не собирался рассиживаться. Они снова приступили к тренировке и ладонь Сукуны снова ударила по руке Мэй. Он оскалился. — Ещё. Раз — прорычал он. Мэй вздрогнула, попробовала снова. — С первого раза нельзя было это сделать? Ударь. Ещё раз. Быстрее. Ещё быстрее. Следи за дыханием, Мэй — он положил ей руки ей на живот. — Ударь — надавил на живот— выдыхай резче, теперь вдохни. — Некомфортно. — Это нормально, женщины обычно дышат ребрами, а надо животом. Ты просто ещё не привыкла. Следи за этим. Мэй продолжила отрабатывать удары до самого утра. Вернулась в лагерь она без сил. Поела быстро и тут же уснула. Следующая ночь так же началась с того, что Сукуна резко разбудил и заставил бежать за собой. Спустя неделю таких подъемов Мэй перестала вставать с первого пинка и Сукуна, разозлившись, вылил на нее воду. Всю тренировку Мэй пришлось заниматься в обледенелой одежде. Так прошел первый месяц. В одну из ночей, Сукуна, заметив ее успехи, решил сделать перерыв раньше времени. Мэй упала на снег, охлаждая раскалённое тело. Звёзды и Луна мерцали на далёкой небесной сфере. — Чему вы научите меня ещё? — переведя дух, спросила Мэй. — Уворачиваться и не попадаться в захват. — Зачем? Я же научилась драться. — она села. — Руки и плечи у мужчин сильнее. Поэтому, если тебя схватят, то считай, что уже мертва. Мэй кивнула и поднялась на ноги. — Я буду ловить тебя, а ты уклоняйся. Пихай, бей, прыгай — не важно, главное не дай себя ухватить. — Это смешно. — Мэй скривилась. — Смешно будет, когда я тебя схвачу и ударю. Очень смешно — он заулыбался, предвкушая ее разочарование, которое было неотъемлемой частью его победы. Мэй фыркнула, встала в стойку, готовая к нападению. Он протянул руку, Мэй пригнулась и он ухватил ее за хвост. Она взглянула на Сукуну. Кажется, тот был удивлен не меньше нее. Его лицо скривилась, он приложил ладонь к губам. Мэй услышала смех, который он пытался подавить. Девушка вспыхнула от стыда. Даже удар по телу не вводил ее в такую краску, как его издевательская усмешка. Он отвернулся. — Эй! — она схватила его за руку, которая впилась в ее волосы. — Это не смешно! — она злилась, чтобы скрыть волнение. — Это действительно не смешно. Я думал, что схвачу тебя с третьего раза. — он все ещё пытался не рассмеяться в голос. Она впилась ногтями в его кожу, зарычала от бессилия. Сукуна убрал руку, но Мэй не отпустила его. Она смотрела впритык, задетая за живое, супилась, тяжело дышала. Сукуна перестал улыбаться, наконец повернулся, ответив на ее пристальный взгляд. Мэй почувствовала, как ее сердце стало биться чаще, содрагая грудь. Злость сошла с лица. Воздух в лёгких стал горячее, жар спускался по телу. Она отпустила его руку, попятились, чтобы скрыться от этого всепоглощающего ощущения. "Что это было? Страх?" — она нахмурилась. — Продолжим. Я закрою глаза на твое недоразумение. В этот раз. Сукуна ей явно начал поддаваться и схватил Мэй только с пятого раза. Сжал ее одежду, подтянул к себе, ударил ладонью в живот. Мэй выплюнула воздух из легких, но быстро восстановилась. Он отпустил ее. Мэй показалось, что Сукуна все равно был доволен ей. Маг не был щедр на похвалы, поэтому девушка угадывала его мысли и настроения по лёгким изменениям в лице. То, как вздрагивают его брови, как напрягаются губы, скрывая улыбку. Но более откровенным было его дыхание: сдержанные вздохи или, наоборот, хорошо различимые. Мэй заметила, как часто начала обращать внимание на мелочи, которые говорили больше слов. Хотя, некоторые знаки его тела до сих пор оставались для нее загадкой. После тренировки она совсем была выбита из сил. Когда села на мешок, то сразу уснула. Ураумэ пытался ее разбудить, чтоб та поела. Мэй, не выходя из полусна, проглотила содержимое тарелки и уснула. Проснулась она рывком, услышав приближающиеся тяжёлые шаги. Она посмотрела вверх, на Сукуну, широко распахнутыми глазами. Тот кивнул, направился в лес и Мэй подскочила за ним, все ещё собирая лицом ветки. И с этого дня Сукуна перестал ее будить, лишь проходил мимо ее лежанки, чтоб та услышала его шаги. Вскоре к захватам и ударам прибавились прятки и догонялки. После уроков по уворотам, в ее голову больше не приходили мысли о глупости этих занятий, потому как обычные детские игры с Сукуной превращались в попытку выжить. Они прятались друг от друга попеременно и Мэй приходилось вслушиваться в ветер, который доносил дыхание, шорох веток, шаги. Она припадала к земле, чтобы ощутить гул, издаваемый биением крови в его теле, переступанием с ноги на ногу. Бегали они ещё чаще. Потому что мало было просто найти друг друга, необходимо было догнать свою цель и поймать. Она побеждала только в моменты, когда Сукуна сам ей позволял, сбавляя скорость, подавая сигналы ногой громче, чтобы она нашла его быстрее. Мэй было обидно, но вида старалась не подавать, чтобы в очередной раз ощутить, как она хватает его за руки, плечи и торс, крепко прижимась к нему. После ночного "обеда", который принес им Ураумэ, Сукуна попросил его остаться и позаниматься с Мэй. Сам сел на краю полянки, чтобы было удобнее наблюдать. Они раздобыли себе ветки, как в прошлый раз, но Мэй знала, что они долго не протянут и Ураумэ перейдет к ближнему бою. — Мэй, — начал он, встав перед ней — без обид. — Без обид. — она почувствовала, как тело начало покалывать от предвкушения скорого реванша.