6 Вторая выплата

Мой закон - промысел и выживание. Лезть обратно в поместье было не самым лучшим решением, но долг - это поводок, и я предпочитаю срезать эту дрянь со своей шеи. План простой: пробраться в поместье, вытащить её до того, как люди Баффорда устроят там побоище, и расстаться на добром слове. Чтобы при следующей встрече, вскрывая замки на её сундуках, я не чувствовал себя обязанным. Ещё на подходе к владениям Рамиреза стало ясно: прежние правила здесь больше не действуют. Вместо вышколенной стражи у ворот развалилась пьяная банда. Воздух потяжелел от дешёвого эля, табака и предчувствия крови. Стражники даже не пытались делать вид, что охраняют поместье - расселись вокруг бочки и хлопали по ней картами. Среди прочих я заметил своих старых знакомых - Джейкоу и Квинса. Первый лениво протирал лук, поглядывая на окна верхнего этажа. Идеальный момент, чтобы выразить ему благодарность за «меткость». Я устроился в густой тени прямо за их скамьёй. Пальцы вытягивали из его колчана стрелу за стрелой. Потешься хлопками тетивы, когда начнётся резня... — Слышь, — Квинс икнул и потянулся за очередной порцией. — Нам же пора... типа на смену на первый этаж. Служба, все дела. Джейкоу загоготал и начал собираться. — Ты как всегда прав, старина, — заученным жестом он вскинул плечо, подтягивая пустой колчан за спиной. — Пойдём, а то пропустим делёж «добавочного жалования». Попасть внутрь через окно было пустой формальностью. В коридорах уже вовсю потрошили хозяйское добро. Слуги тащили всё, что не сопротивлялось их трясущимся рукам. Служанки в слезах паковали узлы, а повара, судя по запаху, уже начали дегустировать винный погреб. Я поднялся по верёвочной стреле на балки в большой зале. Отсюда всё семейство было как на ладони. Без золота и власти Рамирез превратился в обычного испуганного толстяка. Он врос в кресло, из-под распахнутого камзола вываливалось потное брюхо, а руки судорожно вцепились в подлокотники. Он хрипел, как дырявые кузнечные меха, выкрикивая приказы, которые никто не выполнял. От Велветт осталась одна оболочка: покачиваясь, она гладила пустоту в шкатулке и бормотала что-то о приёмах. Единственным живым человеком в этом склепе была Селена, стоявшая в центре залы. — Джейкоу! — она рявкнула. — Если ваши люди ещё раз посмеют переступить порог восточного крыла без моего разрешения, я лично прослежу, чтобы вам выплатили жалование сталью. Наёмник, вошедший в залу, зацепил большие пальцы за ремень и осмотрел её сверху вниз. — Леди Селена, — протянул он с издевкой, — у вашего папаши закончились монеты. А мы - народ простой. Нет кругляшек - нет службы. Теперь мы здесь вроде как... смиренные опекуны, хе-хе. Селена оборвала спор коротким разворотом. — Хватит дрожать, отец! Неужели в вас не осталось и капли мужества? Перестаньте позориться этим убогим трепетом! Рамирез поднял на неё мутный взгляд. — Селена... Золотые слова. Ты - самое ценное, что у меня осталось. Мы ещё можем всё вернуть! Послушай, у лорда Солаццо есть слабость к таким девицам, как ты. Пару обещаний, правильный подход - и он даст нам стражу. Мы заставим Баффорда умыться кровью! Смердело здесь похлеще, чем в Стоунмаркете. Рамирез готов был продать дочь первому встречному, лишь бы его собственная туша осталась целой. — Вы опоздали на десять лет, отец, — устало ответила она. — Ныне ваши козни не стоят и стёртого медяка. Если вы хоть наполовину тот человек, за которого себя выдавали, оставьте эти стенания и вспомните, что вы лорд, а не мокрая крыса. Рамирез сорвался на бессвязный ор, Велветт завыла, а наёмники в углу захохотали. Власть над сбродом была потеряна безвозвратно... Но как ни странно, лицо Селены оставалось на редкость невозмутимым. Либо она не понимала, что её ждёт, либо она знала какой-то чёрный ход из этой передряги, который я проглядел. Мне нужна была удобная лазейка. Всего один просвет, когда она отлепится от своры похотливых наёмников и своих полоумных родичей. Я начал перемещаться по пыльным стропилам. Селена вышла из залы и направилась к спальням. Следом, не скрывая наглой ухмылки, тащился стражник. Когда дверь её покоев захлопнулась, он привалился к косяку, поглаживая рукоять тесака с таким видом, будто уже щупал её за бёдра. Я засел на балке напротив двери. Никакого геройства. Просто выплата по счёту.