15 Порода и ржавчина

Серый утренний свет просачивался сквозь щели окна, проявляя бледные контуры Селены. Волосы были растрепаны, из-под рубахи выглядывало плечо с тёмными пятнами от моих пальцев. Одной рукой она вела строку, другой обмахивалась чёрным веером. Из прошлого посыпалось всякое... Не то чтобы я любил копаться в этом навозе, но архив вскрылся без спроса: вот мелкий оборвыш, что доставлял послания и срезал кошельки, лишь бы брюхо не прилипло к спине. Потом - Хранители... Гнилые философы со своим высокопарным вздором о пророчествах. Они вытащили меня из безнадёги и научили «слышать шёпот камней» только для того, чтобы позже дёргать за ниточки. Вычеркнуть себя из их сказок и уйти было самым верным решением. Я всегда работал один, и менять это не собираюсь. В Городе ты либо сам рвёшь глотку, либо её рвут тебе. Контакты сдадут страже, если цена покроет их выпивку на неделю, а наниматели спутают выплату с ударом кинжала. Доверять себе - единственная сделка, в которой меня ещё ни разу не обсчитали. Появившаяся словно из-за угла дочь Рамиреза загадила этот уютный мрак. Иронично: ведь именно я вымел закрома её отца, оставив его с дырой в кармане и петлёй на шее. А Баффорд сидел и ждал, чтобы догрызть остатки и взобраться повыше на костях её семьи. Я был тем самым камнем, который вызвал этот обвал. По-хорошему, девчонка должна была желать моей мучительной смерти. Вместо этого она сидела под боком, как ни в чём не бывало. И это ещё не всё: она, чёрт подери, доказала, что моя смерть не входит в её планы. Как назло, я начал ей верить. Паскудное, липкое чувство. Будто я нашёл на мостовой набитый кошель и вдруг решил догнать владельца, чтобы вернуть потерю. Хороший повод проверить голову у лекаря. Я отложил снаряжение и подошёл к ней. — Хм. Рассудил... Выведу тебя, потому что так надо. Помогу скрыться от Баффорда. На деле. Мои слова вышли кривыми, как сломанная отмычка. Селена отложила письмо. Поднялась, спрятав веер в карман рубахи. — Гарретт, вы даже не представляете, что для меня значит этот момент. Всю жизнь я томилась в клетке, но сегодня оковы наконец пали. Благодарю, что решились довериться мне. Я выдавил подобие ухмылки. Язвить не хотелось, и от этого становилось не по себе. — Оковы ты сорвала, теперь смотри не влети в новые. — Я накинул плащ. — Прогуляюсь по верхам. Сиди тихо. Запру тебя снаружи - для надёжности. — Пожалуйста, будьте осторожны, — прошептала она. — Угу... — натянув капюшон, я шагнул в темень коридора.