Небо

Я проснулась в последний учебный день недели в отличном настроении. Первые два урока — физра. Когда я открыла шкафчик, чтобы достать спортивный костюм, я обнаружила, что на прошлой неделе отложила его в грязное — постирать. Вздохнув, я натянула лосины, надела узкую спортивную майку, едва прикрывающую талию, а сверху — свободную, длинную толстовку на молнии и запахнулась. Обычно я не хожу в школу в лосинах, но на сегодня как-нибудь перебьюсь. Я заплела волосы в две косы «рыбий хвост» и поправила бусины. Сложила в рюкзак школьную форму на потом и нужные учебники — и дело сделано. Спустившись на первый этаж, я поняла, что братья уже ушли. Дом сегодня был довольно пустым. Схватив пару кусочков сэндвича, оставленного для меня на столе, я выбежала из дома. Надевая кроссовки, глянула на часы — вот-вот опоздаю на маршрутку. Ворча, я ускорилась. Моя сонная поездка на маршрутке закончилась в районе. Когда я вышла, за мной увязалась Асена — наконец-то она оторвалась от своего любимого. — Ты сегодня разнос устроишь, Фади, что случилось? Мы проходили мимо Исо, который ждал кого-то, только что выйдя из автобуса. Он мельком окинул меня взглядом, но я даже не сбавила шаг, просто вышла из его поля зрения. — Я спортивную форму не постирала. — А, то есть никакого парня, внимание которого хочешь привлечь, нет? — Эй, у этого блондинистого Исо я разве что жизнь забрать могу. Зачем мне привлекать его внимание? У него и так ума нет. Асена громко рассмеялась рядом со мной. — Это из моего рта вылетело слово «Исо-блондин»? Ты сама его сказала. Я нахмурилась. А ведь и правда — зачем он мне в голову пришёл? Быстро помотав головой, я попыталась закрыть тему. — Что ты привязалась, девочка? Иди к своему парню. Задолбала меня с утра. Она обняла меня за плечо и поцеловала в щеку. — Ладно-ладно, не злись, мой фундучек. Как только вошли в школу, мы сразу перешли в спорткомплекс. Когда мы зашли в раздевалку, все уже сделали свои дела и пошли в зал строиться. Я положила рюкзак в шкафчик и сняла толстовку на молнии. Учительница физры нас точно гонять будет, а потеть не хотелось. У Асены, видимо, уже всё было готово. — Я полетела, — крикнула она мне. — Да-да, я сейчас тоже. Я сложила снятую толстовку и убрала в шкафчик. Поправила задравшуюся вверх майку, прикрыв оголившуюся талию. Было не слишком комфортно, но уже как-нибудь перетерплю. Пару прядей, которые я выпустила из кос «рыбий хвост», убрала за уши и вышла из раздевалки. Как только я открыла дверь и вышла в коридор, я тут же увидела Исо и Мерве, стоящими нос к носу прямо перед мужской раздевалкой. У меня перехватило дыхание, словно под дых ударили. Значит, он ждал её, когда я выходила из автобуса. Меня это вообще не касалось, но пульс гневно забился. К горлу подступила тошнота. Я резко дёрнула дверную ручку, за которую держалась, и дверь громко хлопнула. На шум они оба обернулись. Исо в панике отступил на шаг и закинул руку за голову — расслабленно, мол, ничего особенного. Я сделала вид, что мне всё равно, и ледяным взглядом скользнула по ним обоим. На Мерве я уставилась специально — на Исо смотреть не хотела. Я заговорила отстранённо, холодно, враждебно: — Ой, кажется, я вам помешала? Простите. Моя рука сама собой дёрнулась, сами знаете. Мерве скрестила руки на груди и посмотрела на меня свысока: — Да, красавица деревенская, помешала. Так что иди отсюда потихоньку. В обычной ситуации я бы ей такие слова не спустила, но взгляд Исо, скользивший по мне, заставлял меня чувствовать себя как на иголках. Я сделала движение головой, мол, да с богом, и прошла мимо них. Мои руки сжались в кулаки по бокам. Желудок постоянно сводило, а ноги буквально толкали меня обратно в тот коридор — размозжить этой девице голову. Топая ногами, я вошла в зал. Учительница физкультуры уже выстроила всех по росту. Я встала на третье место с конца. Асена была чуть выше меня, поэтому между нами было два человека. Она подалась ко мне и подмигнула — мол, что случилось? Я только пожала плечами. Прозвучали команды «Смирно!», «Вольно!». Когда мы строились, вошел Исо в серых спортивных штанах, белой футболке и накинутой сверху синей кофте с капюшоном, и Мерве — несмотря на холод, она выглядела почти раздетой, в шортах и укороченном топе. Исо снова окинул меня взглядом с ног до головы. Я выпрямила спину, игнорируя мурашки, пробежавшие по коже. Его брови были нахмурены. Сначала он направился было ко мне, но в последний момент шагнул на четвёртое место с начала — по росту. Мерве встала где-то посередине. Класс построился. — Я вам тысячу раз говорю — не опаздывайте! Ну кому я говорю? — наша учительница физкультуры, Чагры, относилась к своему предмету очень серьёзно. Когда мы выстроились перед ней как струнка, она сначала заставила нас сделать разминку на растяжку. Убедившись, что мы достаточно разогрелись, она дала свисток. — С конца шеренги в начало: пусть подойдут по одному человеку, будем делать упражнения парами. Айшегюль с конца подошла к стоящему первым Мурату. Когда пришла моя очередь, я подошла к Джевдету, который был третьим с начала, — я оказалась прямо перед Исо. Я толкнула локтем Джевдета, до которого едва могла дотянуться, и поздоровалась. Он был сыном брата Идриса, владельца магазина в нашей деревне. Мы любили и уважали друг друга. — О-о, роза Кочари мне досталась. Какой же я счастливый парень. Я усмехнулась: — Хорошо ли это? Я уж не знаю. Ни один удалец из этого класса ещё не смог за мной угнаться. Хоть я и не особо дружила со спортом, бегать я любила. Он обнял меня за плечо и прижал мою голову к своему корпусу. Мы росли как брат с сестрой, поэтому в моих глазах он был совсем как мои братья. — Эй, ты, коротышка, ты правда веришь, что сможешь догнать меня? Я ущипнула его за живот и высвободилась из его хватки. Из-за того, что он меня дёрнул, моя майка совсем чуть-чуть оголила талию, мне стало неудобно, и я тут же одёрнула её вниз. Я легонько стукнула его по руке — так, по-дружески. — Рост — он и у верблюда есть, коротышка. Поправляя упавшие на лицо пряди, я стояла лицом к Джевдету справа от меня, но могла видеть и Исо слева от себя. Он смотрел на меня с нахмуренными бровями. Я не стала на него смотреть. Он просунул голову между нами. Я инстинктивно отодвинулась. — Вашу болтовню, — он сделал паузу на секунду. — Я прерву. Но может быть, вы посмотрите вперёд? Мы сейчас начнём. Я оглянулась через плечо на остальной класс. Учитель Чагры отчитывала нескольких человек без спортивной формы, остальные всё ещё пытались построиться. Джейда встала рядом с ним всего минуту или две назад. Ничего ещё не начиналось. Джевдет посмотрел на него сердито, но только вздохнул — мол, отстань. Он был очень спокойным, скромным парнем. Если его специально не провоцировать, он в драку не лез. В наши разборки между Фуртуной и Кочари он обычно ввязывался, чтобы нас защитить. — Ты лучше за собой следи, Фуртунчик. Я указательным пальцем оттолкнула его голову назад. Он отстранился, но, отступая, сказал: — Если вы мне не будете мешать, я и посмотрю. Его серьёзный взгляд скользил по моему лицу. Опухоль после нашей последней драки уже прошла, на щеке осталась только небольшая краснота. Его взгляд задержался на этой красноте, и я вспомнила, как два дня назад он прижимал лёд к моему лицу. Я сглотнула. Потом перед глазами всплыла картина — сегодня, он и Мерве, стоящие вплотную друг к другу. Мои брови невольно нахмурились, и я отвернулась от него. В зал вбежал запыхавшийся Эюпхан, сильно опоздавший. Чтобы преподавательница не заметила, он подбежал к нам с целью встроиться в шеренгу. Хлопнув Джевдета по плечу, он направил его вперёд, а сам встал на его место — рядом со мной. Обычно ему полагалось быть где-то в середине шеренги. Когда Джевдет сдвинулся вперёд, строй снова нарушился. Эюпхан, стоящий рядом, окинул меня взглядом с ног до головы, и мне стало не по себе. Я немного отодвинулась и скрестила руки на груди. Он нахмурился и наклонился ко мне: — Это что такое, Фадиме? Я равнодушно перевела на него взгляд: — Что тебе, Эюпхан? Он взглядом показал на мои лосины. Я вообще не понимала, откуда он брал смелость указывать мне. — Спрашиваю я, во что ты одета, — сказал он гневно. Этот парень меня не столько злил, сколько утомлял. — Займись своим делом, сын дяди, — сказала я, отводя взгляд и разглядывая стены зала. Он схватил меня за руку и попытался развернуть к себе. Я выдернула руку, но уже в тот же миг, гневно уставилась на его лицо. — Моё дело и забота — это ты. Он мой родственник, поэтому я терпела, но всему есть предел. Я нарочно шагнула к нему, пнула по ноге и сильно наступила ему на ступню, перенеся весь вес на эту ногу. От неожиданного удара его лицо исказилось. — Не испытывай моё терпение. Не заставляй меня делать то, чего я не хочу, Эюпхан. Я убрала ногу с его ступни. Я старалась игнорировать взгляд, который чувствовала на своей спине. Чагры дала предупредительный свисток — мы были готовы бежать. — По первому свистку первые два круга бежим ритмично по периметру площадки. По второму свистку начинаете увеличивать темп с каждым кругом. Всего десять кругов. У кого здоровье не позволяет, на пятом круге может выйти, не мешая тем, кто бежит справа. Свисток, и мы побежали ритмично. Первые два круга прошли без проблем. На втором свистке темп увеличился. До финиша круга оставалось несколько шагов, когда Эюпхан получил сильный удар сзади по ноге и отлетел в сторону. Я пыталась понять, что случилось, продолжая бежать. Когда место рядом со мной освободилось, Исо, бывший слева сзади, сделал пару шагов и заполнил пустоту. Насколько я поняла, это он ударил Эюпхана сзади и сбил его. — Эй, чего тебе опять надо, костлявый? — я поправила рукой капюшон на его голове, и мы продолжали бежать рядом. Только начался третий круг. — Чего мне надо, четверть мафии? У этого придурка Эюпхана просто выносливость слабая. Я рассмеялась. Эюпхан ковылял на другой стороне площадки, хромая и направляясь к трибунам. — То есть ты не бил его по ноге? На его лице появилась победоносная улыбка. Обычно меня это бесило, но сейчас я была очень зла на Эюпхана. — Смотри, может, и ударил. Когда мы начали пятый круг, половина класса уже выбыла. Исо, продолжавший бежать рядом со мной с очень ровным дыханием, удивлял меня. Обычно он как-то увиливал от таких активностей. Видимо, он заметил, что я на него смотрю, потому что его глаза сфокусировались на мне. — Чего смотришь? — Смотрю, откуда в тебе столько лёгких. — Ты многого обо мне не знаешь, дочь Кочари. Я заметила ногу, тянущуюся к моей сзади, подпрыгнула и в последний момент не споткнулась. Оглянувшись через плечо, я увидела Мерве у себя за спиной и от злости прибавила скорость. — Извини, красавица деревенская, это нечаянно, — хотя она сама еле дышала, она не только не отставала, но и пыталась меня подставить. На моём лице расползлась хитрая улыбка. Я провела языком по верхней губе. Я сделала вид, что резко останавливаюсь, и Мерве в панике замерла позади, чтобы не врезаться в меня, но я продолжила бежать. Те, кто бежал сзади, наткнулись на неё, и они попадали как домино. — А вот я сделала нарочно, крашеная голова. Я крикнула ей, продолжая бежать. Она возилась с толпой, пытаясь подняться с земли. Я мельком глянула на неё, распростёртую на полу, и расхохоталась. Когда мы — те немногие, кто смог продолжить без падений, примерно в одной линии с Исо — вошли на последний круг, Чагры дала свисток. — Последний круг! Стройтесь в одну колонну! Ускорение! Кто первым добежит под баскетбольное кольцо — тот и победил. Исо отделился от меня и пошёл на разгон. Нас бежало пятеро. Ноги горели, но мне было плевать. Я прибавила ходу, обогнала двух девчонок, но Джевдет и Исо были впереди меня. Решив, что в гонке все средства хороши, я потянулась к капюшону Джевдета, который был наискосок от меня, и дёрнула. Он потерял равновесие, метнулся вправо, чтобы не упасть, и вылетел из гонки. Остались я и Исо — в двух шагах впереди. Он сбавил скорость и дал мне догнать его. — Ты чего делаешь? — Хочу компенсировать своё преимущество в росте, — сказал он и позволил мне победить. Я запыхалась. Не успевая затормозить, я слегка ударилась о мягкую стену за кольцом, останавливая себя. Он ударился рядом со мной и прислонился спиной к стене. Я упёрлась руками в колени и согнулась. Внутри всё горело, ноги тоже горели огнём. У него сил было не намного больше. Видимо, из-за того, что вспотел, он скинул капюшон. Учительница приближалась к нам с нахмуренными бровями. — Оба получаете наказание. Мы уставились друг на друга, мол, вот так раз. Она же сама сказала соревноваться? Мы и соревновались. — Исмаил, у Эюпхана на ноге отпечаток твоей подошвы, парень. Она разгневанно повернулась ко мне: — А ты, Фадиме, вместе с Мерве уронила ещё пятерых, а мало тебе — так ещё и Джевдета за капюшон дёрнула! Я так и стояла согнувшись, глядя на неё с выражением «ну и что?». — Оба шагом марш к контрольной! — сказала она, указывая пальцем то на него, то на меня. И развернулась, направляясь к классу, сидящему на трибунах. — Эй, я вообще не понял, что мы такого сделали? — сказал Исо, уставившись вслед уходящей учительнице. Я скривилась с отсутствующим видом. — Честно, в этот раз я тоже не поняла. Чагры оглянулась, увидела, что мы всё ещё стоим на том же месте, и дала свисток, делая нам знак рукой — идите сюда. Я закатила глаза, оторвалась от стены, к которой прислонилась, и выпрямилась. Одна рука машинально потянулась к талии — поправить майку, хотя она и так не задралась. Мне было непривычно ходить в школу в лосинах, и меня постоянно тянуло что-то поправить. Я поняла, что он идёт за мной, по его тихим шагам. Мы молча пошли вместе. Когда мы остановились в шаге от учительницы, расстилавшей маты, Исо встал на шаг позади меня. — Ваши товарищи совершили все действия, которые не должен совершать джентльмен-спортсмен, и превратили сегодняшний урок в кровавую баню, поэтому они наказаны. Будут сдавать контрольную. Я вздохнула и скрестила руки на груди. Сзади ко мне наклонился Исо, его дыхание коснулось моей щеки. Я вздрогнула. — Где, скажи на милость? Кто превратился в кровавую баню? Сютлачхан? Он здоров как бык, упаси господи. Я нашла взглядом Эюпхана среди ноющих на трибунах одноклассников — он закатал штанину до колена. Мерве, сидевшая на соседнем кресле, дула на свои ободранные колени. — Ага, у крашеной головы ноги не отвалились, всё ещё при ней. Я повернула к нему голову, и кончик носа слегка коснулся его щеки — он стоял ко мне очень близко. Наши глаза встретились, я в панике сглотнула и отвернулась вперёд. Он сразу же выпрямился и отодвинул своё тело от меня. Ну, «кровавая баня» — это, может, и громко сказано, но мы снова умудрились устроить переполох. Моя рука потянулась к кулону на шее, я начала теребить его туда-сюда. У Чагры, видимо, всё было готово. — Так, Фадиме, дамы вперёд. Сделаем пятнадцать отжиманий? — сказала она. Я не привыкшая, но, наверное, смогу. Я кивнула — мол, давай. Весь класс смотрел на меня, когда я встала в позу для отжиманий. Почувствовав, что поясница оголилась, я опустилась обратно на колени. Лосины и так создавали чувство дискомфорта, а тут ещё и все на меня уставились. — Давай, Фадиме, мы не можем ждать тебя до утра, — сказала Чагры. Я уже открыла рот, чтобы возразить, как сбоку на меня упала кофта. Я приподнялась на коленях и подняла её. Надо мной стоял Исо, он снял с себя кофту и отдал мне. «Как он понял, что мне неудобно?» — подумала я. Он одной рукой взъерошил свои волосы. — Не смотри на меня как баран. Завязывай вокруг талии, давай. У меня ещё наказание. Я хотела было возразить, но не могла злиться на то, что он заметил, что мне неудобно, даже без моих слов, и помог. Я отвела взгляд и взяла его кофту. Какое-то непонятное желание внутри потянуло меня поднести её к носу и вдохнуть его запах, но я сглотнула и завязала рукава кофты у себя на талии. Когда я снова приняла позу для отжиманий, Чагры-ходжа дала свисток. После пятого подъёма мои руки начали трястись как припадочные. Противный голос Мерве: «Учитель, она же не касается пола!» — разозлил меня, и моя мотивация только выросла. Я опускалась почти касаясь грудью пола и снова поднималась. — Эй, остынь, четверть мафии, не заводись, попадёшь в больницу! — насмешливый голос Исо, стоящего надо мной, заставил меня взяться за дело с ещё большим рвением, и я как-то сделала последнее отжимание. Хотелось просто рухнуть лицом в пол, но при стольких враждебных глазах я не могла позволить себе расслабиться. В последний раз опираясь на руки, я села. Обхватила руками согнутые колени. — Исмаил, тебе, может, двадцать сделаем? — Без проблем, учитель, можете и пятьдесят. Пока я сидела на мате и пыталась отдышаться, мой взгляд упал на Асену. Я сделала ей жест — воды. Она кивнула и бросила мне неоткрытую бутылку. Я пила воду из брошенной Асеной бутылки, а он рядом на соседнем мате встал в позу для отжиманий. Моё тело трясло от усталости, я перегрузила мышцы. У меня не было сил даже встать. Я то и дело поглядывала на легко отжимающегося рядом Исо, но в голове не укладывался тот факт, что его кофта всё ещё обмотана вокруг моей талии. Я пыталась убедить себя, что стук в сердце — от усталости. Должно быть, он закончил, потому что, в отличие от меня, он легко рухнул лицом вниз и зарыл голову в руки. Я посмотрела на его напряжённую спину, которая местами просвечивала через белую футболку. Если присмотреться, кожа была довольно отчётливо видна. Я перестала его разглядывать и сосредоточилась на бутылке в своей руке. — Я не хочу, чтобы кто-нибудь ещё кого-нибудь толкал или создавал нечестную конкуренцию! — после того как Чагры, сфокусировавшись на нас двоих, сделала нам последнее предупреждение, она занялась теми, кто был на трибунах. Прозвенел звонок на перемену, класс начал подниматься. — На втором уроке вы свободны, но заходить в школьное здание запрещено, — крикнула нам Чагры в последний раз, собрала свои папки и вышла. Трибуны потихоньку пустели. Я поставила наполовину выпитую бутылку между двух матов. Мне нужно было вставать, но не было сил. Я оглядывалась в поисках того, кто мог бы меня поднять. Лежащий рядом Исо сначала перекатился на спину, потом сел. Он согнул ноги к себе и, когда сел, его взгляд повернулся ко мне. Мы сидели друг напротив друга на соседних матах. Он оглядел меня так, будто спрашивал, почему я всё ещё сижу. — Чего, ждёшь, когда я тебя подниму? — сказал он с озорной улыбкой на лице. Я насмешливо посмотрела на него. — Я только над могилой твоей и буду стоять, Фуртунчик. Он улыбнулся, кивнул и потянулся к бутылке, которую я поставила рядом. Я смотрела на него удивлённо: «Ты чего делаешь?» — не успела я спросить, как он открыл бутылку, приставил ко рту и задрал голову. Он пил мою воду? Он допил остатки и бросил пустую бутылку к моим ногам. — Что, пить захотелось, — сказал он так, будто сделал что-то совершенно обычное. Я всё ещё пыталась осмыслить то, что он сделал, как он перевёл тему совсем в другое русло. — Скажи мне лучше: если тебе было так неудобно, зачем ты вообще это надела? Значит, ему было так заметно, что я чувствую себя некомфортно? Но у меня сейчас не было сил скрывать смущение. Поэтому я, собрав последние силы, упёрлась рукой в пол и поднялась. — Ты что, мой личный советчик? Мои слова, сказанные чтобы отмазаться, видимо, не удовлетворили его. Он сидел и смотрел на меня снизу вверх нахмурившись. — Нет, я владелец кофты, которую ты повязала вокруг талии. Моя рука потянулась к кофте на талии. Я, хоть и не хотела, развязала узел. — На, возьми свою кофту. Я вообще не поняла, зачем ты мне её дал. Когда я, скрепя сердце, протянула ему снятую кофту, он взял её без колебаний. Исо натянул её на себя и снова накинул капюшон. — Я снял её, потому что вспотел. А ты, оказывается, с самого начала так хотела мою кофту, дочь Кочари. Синяя кофта очень сильно оттеняла цвет его глаз. Они были такими голубыми, что смотреть на них было всё равно что смотреть на небо. Я быстро захлопала ресницами, отгоняя навязчивые мысли. — Упавший в море за Фуртуну хватается, Фуртуново отродье, — сказала я, уходя. Он крикнул мне вслед: — Это значит, что ты хочешь меня обнять, Фадиме Кочари? Я хотела насмешливо посмотреть через плечо на этого парня, который сидел там и пытался меня достать, но какое-то необъяснимое чувство прошло внутри меня. Не знаю, насколько оно отразилось на моём лице, но его взгляд тоже изменился. Я быстро взяла себя в руки и отвернулась. Уходя, я крикнула ему, удаляясь: — Только в твоих снах, только в твоих с-на-а-ах, Фур-тун-чи-и-ик!