2 Глава.

Драко Малфой вошёл в лифт и прислонился к стенке, закрыв глаза. Он не спал. Совсем. После той ночи в клубе он вернулся домой под утро, рухнул на кровать и просто лежал, глядя в потолок. Перед глазами стоял один образ — женщина в чёрной маске с алыми губами, которая смотрела на него с высоты своего трона. Призрак. Он не знал, кто она. Не знал, как выглядит. Но знал одно: когда их взгляды встретились, его будто пронзило током. Она смотрела на него сквозь толпу, сквозь маски, сквозь расстояние — и в этом взгляде было всё. Вызов. Обещание. Голод. А потом она ушла. И он остался стоять, как идиот, с бешено колотящимся сердцем. Лифт дёрнулся и остановился. Двери открылись. Драко вышел в коридор и нос к носу столкнулся с Гермионой Грейнджер. — Малфой, — сказала она ровно. — Грейнджер, — ответил он автоматически. Их взгляды встретились. И мир снова дёрнулся. Она смотрела на него, и что-то в её глазах... что-то странное. Будто она тоже не спала. Будто у неё тоже была тяжёлая ночь. Под глазами залегли тени, которые она даже не пыталась скрыть. Губы чуть припухшие. И этот запах... тот самый, который преследовал его всю ночь? Нет. Не может быть. Просто показалось. — Ты выглядишь... — начал он. — Как смерть? — усмехнулась она. — Спасибо, Малфой. Твой комплимент согрел мне душу. — Я хотел сказать — по-другому, — поправил он, не отводя взгляда. — Ты выглядишь по-другому. Она приподняла бровь. — По-другому — это хорошо или плохо? — Это интересно. Она усмехнулась, но в глазах мелькнуло что-то живое. — С каких пор ты находишь меня интересной, Малфой? — С тех пор как ты вчера сказала, что способна на многое, — ответил он, чуть наклонив голову. — Я всё думаю, что именно ты имела в виду. Она замерла на секунду. — Много фантазий на эту тему? — Достаточно, чтобы не спать всю ночь. Повисла пауза. Тягучая, как патока. Он смотрел на неё в упор. Она на него в ответ, стараясь не отвести взгляда. Сердце колотилось в груди в бешеном ритме. — Осторожнее, Малфой, — сказала она тише. — А то я решу, что ты ко мне клеишься. — А если я и правда клеюсь? Она усмехнулась, но как-то иначе. Не насмешливо, а почти заинтересованно. — Тогда у тебя плохая стратегия. Я не ведусь на дешёвые провокации. — А на какие ведёшься? Она сделала шаг ближе. Один. Всего один. Но этого хватило, чтобы между ними вспыхнуло что-то неуловимое. — На дорогие, — ответила она. — На очень дорогие. Такие, которые не купишь за деньги. Он смотрел на неё и чувствовал, как сердце колотится где-то в горле. Что ты со мной делаешь, Грейнджер? — Я запомню, — сказал он тихо. — Запоминай, — Она развернулась и пошла по коридору. — И да, Малфой... приведи себя в порядок. Ты выглядишь так, будто тебя всю ночь трахали. Он замер. Она уходила, не оборачиваясь, но он готов был поклясться, что она улыбается. — Грейнджер! — окликнул он. Она остановилась, но не обернулась. — Что? — Ты выглядишь так же. Пауза. — Значит, нам есть что обсудить, — ответила она и скрылась за поворотом. Он остался стоять в коридоре, тяжело дыша. — Блядство, — выдохнул он.

***

Большой переговорный зал. Длинный стол из тёмного дуба. Десять человек — главы отделов, секретари и Кингсли во главе. Драко сидел напротив Гермионы. Ровно напротив. Так, что стоило ему поднять глаза — он видел её. Видел, как она хмурится над бумагами. Как покусывает кончик пера. Когда она вообще начала это делать? Как заправляла выбившуюся прядь за ухо. Он должен был слушать доклад отдела международных связей. Вместо этого он смотрел на её ресницы. — Малфой? — голос Кингсли ворвался в его мысли. — Твой отчёт по Парижу? Драко моргнул. Собрался. — Всё в порядке, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Объект взят, артефакты изъяты. Нотт может подтвердить. — Мисс Грейнджер уже проверила документы? — Кингсли кивнул в её сторону. — Всё чисто? Гермиона подняла глаза. Их взгляды встретились. И в комнате будто стало на пять градусов жарче. — Всё чисто, — ответила она, не отводя взгляда. — На удивление. — На удивление? — Драко приподнял бровь. — Ты сомневалась в моей компетентности? — Я всегда сомневаюсь в твоей компетентности, Малфой. Это вопрос профессиональной привычки. — И как часто твои сомнения оправдываются? — Чаще, чем хотелось бы. — Значит, я даю тебе повод? — Ты даёшь мне много поводов, — она чуть наклонила голову. — Но не все из них касаются работы. Кингсли кашлянул. — Если вы закончили... обмениваться любезностями, может, продолжим? — Конечно, — Драко откинулся на спинку стула, но взгляд не отпустил. — Я весь во внимание. Гермиона вернулась к бумагам, но Драко видел: она не читает. Её пальцы чуть сжимали перо сильнее, чем нужно. Её дыхание стало чуть чаще. Он улыбнулся про себя, сделав мыслено заметку о её плохом сне или его отсутствии. Дальше был доклад о бюджете. Скучные цифры, графики, прогнозы. Драко не слышал ни слова. Он смотрел на неё. На то, как она кивала в такт словам докладчика. Как записывала что-то в блокнот. Как облизнула губы, когда никто не смотрел. В какой-то момент она, видимо, почувствовала его взгляд. Подняла голову. Их глаза встретились снова. Он не отвёл взгляд. Она тоже. На столе, невидимо для остальных, происходило что-то, что не имело никакого отношения к бюджету. Драко медленно, очень медленно, опустил руку на стол. Ладонью вниз. Пальцы чуть расставлены. Она смотрела на эту руку секунду. Две. Потом её рука тоже легла на стол. Медленно. Почти незаметно. Между их пальцами оставалось сантиметров пять. Воздух между ними, казалось, потрескивал. Докладчик говорил о чём-то важном. Кингсли делал пометки. Никто не замечал. Драко чуть наклонился вперёд. Всего на пару сантиметров. Но этого хватило, чтобы сократить расстояние. Четыре сантиметра. Три. Её пальцы дрогнули. Он видел, как участилось её дыхание. Как на шее, там, где билась жилка, выступила капелька пота. Два сантиметра. Она не убирала руку. Один. Он почти касался. Почти. Воздух между ними стал плотным. . — Малфой, — голос Кингсли прозвучал как выстрел. — Ваше мнение по этому пункту? Драко моргнул. Откинулся назад. — Согласен, — сказал он, даже не поняв, о чём речь. Гермиона убрала руку со стола. Спрятала под стол. Сжала в кулак. Он видел это краем глаза. И знал: она сделала это не от злости. А чтобы не коснуться его первой. — Хорошо, — Кингсли кивнул. — Тогда переходим к следующему вопросу. Драко посмотрел на неё. Она смотрела в бумаги, но щёки её чуть порозовели. И это было лучше любого признания.

***

Драко шёл к лифту, прокручивая в голове сегодняшний день. Совещание. Её рука на столе. Её дыхание. Её взгляд. Что это было? Он нажал кнопку вызова. Двери открылись. Он шагнул внутрь и уже собирался нажать на свой этаж, когда услышал: — Подожди. Он замер. Гермиона вбежала в лифт за секунду до того, как двери закрылись. Запыхавшаяся. С папкой в руках. С выбившейся прядью, которую она даже не пыталась поправить. — Чуть не опоздала, — выдохнула она. Двери закрылись. Лифт поехал вниз. Они стояли рядом. Слишком близко. Вдвоём в маленьком пространстве. — Ты на первый? — спросил он. — Да. — Я тоже. Тишина. Гул мотора. Её дыхание. Его бешено колотящееся сердце. Он чувствовал её запах. Ваниль, пряности и что-то тёмное. Тот самый запах, который преследовал его всю ночь после клуба. — Ты сегодня... — начал он. — Если ты скажешь "по-другому", я тебя ударю, — перебила она, но в голосе не было злости. — Я хотел сказать — молчаливая. — Я всегда молчаливая. — Нет. Обычно ты язвишь. Она повернула голову, посмотрела на него. — А ты обычно не смотришь на меня так. — Как? — Как будто... — она запнулась. — Неважно. — Как будто что? Она не ответила. Лифт ехал. Медленно. Слишком медленно. Драко сделал шаг. Всего один. Но в этом пространстве он стал ближе, чем позволяли приличия. — Грейнджер. — Что? — Ты не ответила. Она подняла глаза. Они были совсем рядом. Если бы она чуть подалась вперёд, если бы он чуть наклонился... — Как будто ты хочешь меня съесть, — сказала она тихо. Он сглотнул. — А если я хочу? Пауза. Она смотрела на него. В её глазах было что-то, чего он никогда раньше не видел. Не страх. Не насмешку. А... любопытство. Голод. То же самое, что жгло его изнутри. — Тогда тебе придётся постараться, — ответила она. — Я не лёгкая добыча. — Я не охочусь на лёгкую добычу. Она усмехнулась — нервно, сбивчиво. — Слышала, ты теперь свободен. Пэнси выскочила замуж. И как тебе? Обидно? Он замер. — Откуда ты знаешь? Она усмехнулась. — У меня есть свои источники. И вообще, весь магический Лондон только об этом и говорит. Рита Скитер уже написала колонку: «Малфой брошен. Кто следующая?» Он сжал челюсть. — Чушь. — Вот и я думаю. Только вот вопрос... — она наклонила голову, глядя на него почти с любопытством. — Ты уже нашёл ей замену? Повисла пауза. Он смотрел на неё. Она смотрела на него. В её глазах — вызов. В его — что-то, чему она не могла дать имя. — А что, — сказал он тихо, чуть наклонившись вперёд, — хочешь попытать своё счастье? Она не отвела взгляд. Но в её глазах мелькнуло что-то — удивление, напряжение, опасение. — Неужели, — протянула она, — сам Малфой опустится до грязнокровки? А как же твои предрассудки? Она сказала это как вызов. Как пощёчину. Как напоминание о том, кем он был. Он шагнул к ней. Теперь они стояли почти вплотную. Он поднял руку и упёрся ладонью в стену лифта — прямо за её плечом. Секунда и он навис над ней, запер её в маленьком пространстве между своим телом и стеной. Её дыхание сбилось. Он наклонился к самому её уху. — К чёрту предрассудки, Грейнджер. Его голос был низким, хриплым и в нём не было прежней насмешки. Только жар. — К чёрту всё. Она смотрела на него широко открытыми глазами. Её грудь тяжело вздымалась. — Малфой... — выдохнула она. — Что, Грейнджер? — он чуть отстранился, глядя на неё в упор. — Испугалась? — Нет. — Тогда чего ты ждёшь? Лифт дёрнулся и остановился. Двери открылись. Первый этаж. Они стояли, глядя друг на друга. Никто не вышел. В коридоре послышались голоса. Шаги приближались. Гермиона выдохнула и в этом выдохе было всё: и раздражение, и желание, и страх. — Увидимся завтра, Малфой, — сказала она и шагнула к выходу. — Грейнджер. Она обернулась. Он всё ещё стоял в лифте, с рукой на стене, с этим бешеным огнём в глазах. — Ты так и не ответила. Она смотрела на него секунду. Две. И вышла. Оставив его без ответа. Двери закрылись. Драко откинулся к стенке лифта и закрыл глаза. — Блядство, — выдохнул он. — Что это было? Сердце колотилось так, будто он пробежал марафон. Он не знал, что она сейчас стоит в коридоре, прижавшись спиной к стене, и пытается отдышаться. И что она думает о том же.