Часть 12 Сердце, что забилось вновь

Лёгкий утренний ветерок ласково щекотал выбравшиеся из-под тёплых оков одеяла ноги. Я слегка поёжилась, пытаясь перевернуться на другой бок, но обнаружила себя неумолимо зажатой между двумя громогласно храпящими телами. Моё лицо упиралось в довольно широкую грудь Эрика, а талию, по моим предположениям, без зазрения совести протно прижимал к себе Арникар. Все пути к столь желаемому отступлению были наглухо обрезаны, и мною было принято одно единственно верное стратегическое решение: - Господа, подъём! Оба парня резко подскочили, даруя мне, наконец, столь желаемую свободу действий. Герцог прижимал руку к сердцу, стараясь одновременно отдышаться и понять, где он сейчас, собственно, находится, а демон, за ночь снова вернув себе черножопый облик, просто сидел по стойке смирно, наверное, ожидая продолжения моего внезапного приказа. И тут началось самое страшное: я, довольно быстро привыкшая к инфернальному облику своего слуги, уже собиралась пожелать юношам доброго утра, если таковое ещё можно было именовать “добрым”, учитывая не сильно приятное пробуждение, но Эрик меня опередил, осознав, что он находится в моей комнате, он, слегка успокоившись, уже потянулся ко мне, чтобы заключить в приветственные объятия, но на полпути встретился глазами с огромной иссиня-чёрной хтонью, которая сонно почёсывала свою кривую костлявую спину длиннющими когтями. Сказать, что кудряш просто испугался, было бы не просто неприлично, а элементарно лживо с моей стороны, так как герцог, сообразив, что всё-таки не спит, и данная тварь ему точно не мерещится, буквально взлетел над кроватью, подобно коту, что учуял на своей территории постороннего, его волосы встали дыбом, изумрудные глаза сверкнули в злобном оскале, отпихнув себе за спину ничего не понимающую меня, ошарашенно наблюдающую за всем этим сюрриалестичным действом, он буквально набросился на ничего не подозревающего Арникара, повалив того на пол. Сил в небольшом теле юноши оказалось столько, что в нём никак нельзя было узнать вчерашнего измождённого мальчишку, он, рыча, подобно дикому зверю, сжимал руки на шее демона. Слуга брыкался, кряхтел что-то, но герцог чётко шёл к поставленной цели и ослаблять хватку явно не собирался. - Ах ты, тварь! - вопил Эрик, из-за всех сил стараясь лишить нечисть последних проблесков жизни. - Эрик, стой! - наконец отмерла я, подскочив к герцогу и хватая его за крепко сжатые пальцы, - это же Арникар! - Я знаю, - сквозь зубы прошипел юноша, с явным наслаждением наблюдая за мучениями инфернальной хтони, - из-за этого гада я вчера почти пожал руку праотцам на том свете! Как тебе, скотина? Нравится, когда тебя специально подвергают смертельным мукам? - после этих слов, обращённых в сторону черножопого, Эрик расслабил руки и позволил демону, наконец, хрипло отдышаться. - Я же тебя потом обратно вернул… - пытался подняться с пола демон, но организм, значительное время пожив без поступления живительного кислорода, значительно ослабел, от чего все конечности слуги изрядно тряслись. - Конечно вернул, иначе тебе Элизабет голову бы откусила! Ты мог и не доводить моё тело до критического состояния, если бы я сразу после обряда принял лекарства. Добродетель он, видите ли! Сам чуть не убил, сам же воскресил, ещё и благодарности ждёт! Глаза б мои тебя не видели… - впервые я наблюдала Эрика в гневе, всё его тело было напряжено до предела, выставляя моему пытливому взору проглядывающие сквозь небольшой слой оставшегося жирочка мощный мышечный каркас, виднеющийся даже сквозь плотную ткань льняной рубашки. Перестав испепелясь содрогающегося на полу демона, герцог повернулся ко мне уже натянув на суровое лицо крайне виноватое выражение, от созерцания которого сердце неумолимо сжалось. - Элизабет, молю, прости, что позволил тебе созерцать подобное, я обычно не лезу в драку сам, но сейчас повод был весомый, ты в порядке? - было видно, как он желает приблизиться ко мне, прижать к себе, успокоить, но считал эти действия весьма поспешными, всё-таки прощение ещё получено не было, а насильно навязываться после подобного юноша явно не хотел. - Всё в порядке, не переживай, - улыбнулась я ему, всё ещё не решаясь подойти поближе, - в какой-то степени он это даже заслужил... - Злые вы, уйду я от вас, - наконец смог подняться демон, параллельно пытаясь принять более очеловеченный вид. - О, ещё остались силы шутить? Мне повторить? - демонстративно начал закатывать рукава герцог. - Нет! - взвизгнул Арникар, трусливо отступая мне за спину. “Да, прикрываться своей госпожой не каждый рискнёт, я была о тебе лучшего мнения, Арни…” - Ты решил схорониться за спиной невинной девушки? - тяжело вздохнул Эрик, присаживаясь на кровать, - действительно, ни стыда, ни совести у тебя нет, нехристь позорная. - Да если бы не я, то тебя и на свете бы не было! - Если бы не ты, моя жизнь не полетела бы ко всем чертям прямо дьяволу под хвост. Если бы ты не думал всё время только о себе, многих потерь можно было бы избежать. Но твоему бессмертному величеству слишком интересно наблюдать за страданиями смертных, мы же такие забавные, правда? - Ты сильно преувеличиваешь мои прегрешения, - от подобного утверждения демона стало так противно на душе, словно всё, что он мне вчера говорил, всё что делал, было ложью, причём целенаправленной, выверенной для чего-то конкретного. - Ошибаешься, очень даже преуменьшаю, инфантильная ты… - Эрик замялся, посмотрев на меня, выражаться при девушке слишком грязно ему не хотелось, - сволочь… - Ладно, мальчики, - вступила я, заметно отдаляясь от слуги, всё-таки его безответственное поведение вчера ночью было действительно слишком подозрительным, - всё, поцапались и хватит, - я подошла к герцогу и, на глазах возмущённого до глубины души Арникара, присела рядом. Эрик слегка вздрогнул от моей неожиданной близости, но не отстранился, прекрасно понимая, что их давняя война с демоном не должна касаться меня, а следовательно было бы неправильно заставлять меня занять чью-то конкретную сторону, даже если глубоко в душе герцогу этого очень сильно хотелось, - Эрик, как твоё самочувствие? - Чувствую себя довольно оскорблённым, весьма обманутым, непривычно худым, но при этом очень даже живым, так что тебе не стоит за меня волноваться, Элизабет, - он одарил меня своей фирменной тёплой улыбкой, отчего на сердце мгновенно стало чуть-чуть легче, - ты сама-то как себя чувствуешь? Надеюсь, обряд на тебе не сказался? Прости, что вчера не смог быть рядом, сама понимаешь… - Понимаю, - я улыбнулась ему в ответ, но какое-то непонятное внутреннее смущение не давало мне коснуться герцога, - не беспокойся, со мной всё прекрасно, - я понимала, что человек, сидящий рядом является Эриком, но я будто бы знакомилась с ним заново, раньше, когда он был слит с Арникаром, он казался таким лёгким в общении и в действиях, и только сейчас я в полной мере смогла ощутить всю ту боль, что его терзала годами, и которую он был вынужден держать глубоко в себе, чтобы не пугать окружающих. Насколько сильно же я его не знаю? Меня пугало это внезапное осознание, ведь он всё время моего пребывания здесь успел изведать меня вдоль и поперёк, а я просто плыла по течению, не углубляясь в чувства самого герцога… Я отвратительна… Если так подумать, то я сама мало чем отличалась от самого демона, просто наслаждаясь компанией юноши и совсем не задумываясь, что на самом деле творится у него внутри, а он и не углублялся в подобные темы, чтобы лишний раз меня не расстраивать… Он слишком много думает о других, иногда совершенно не беря во внимание свои собственные чувства, от запоздалого осознания этой простой истины на душе сразу стало крайне склизко, будто бы меня обвиняли в самом страшном преступлении, а я была виновна по всем статьям и прекрасно это понимала, морально подготавливая себя к смертному приговору. Но Эрик не стремился обвинить меня в чёрствости, а наоборот, старался как можно сильнее поддержать меня, хотя единственным, кто действительно в этом нуждался, был он сам. - Как тебе одному в теле? - неловко поинтересовалась я, впервые не зная, как стоит поддержать беседу. - Знаешь, - поднял он на меня свои полные безграничной искренности глаза, - я впервые чувствую себя свободным, будто бы меня всё время держали в клетке, а сейчас я выбрался наружу и, наконец, полной грудью могу вдохнуть такой манящий аромат вольной жизни, - он аккуратно, будто боясь, что я могу его отвергнуть, положил свою тёплую ладонь на мою, нежно её поглаживая, будто бы успокаивая, - спасибо тебе, Элизабет, я не перестану благодарить судьбу за то, что ты появилась в моей жизни, только благодаря тебе я, наконец, являюсь хозяином своего тела и мыслей, ты не представляешь, насколько это для меня важно. - Я тоже очень… - хотела я сказать, что тоже безумно рада, что жизнь свела меня с Эриком, но внезапно встрявший в разговор Арникар нагло меня перебил, разливаясь ревностной тирадой: - А никто не хочет поинтересоваться, как я себя чувствую? Госпожа, вас совсем не волнует, что вашего покорного слугу только недавно жестко пытались лишить жизни, которую вы мне столь благосклонно подарили? А сейчас вы сидите рядом с этим хладнокровным убийцей демонов и слащаво с ним щебечите, совершенно не обращая на меня внимания. Это не кажется вам нечестным?! - Арникар, - мои глаза свирепо блеснули, я всегда думала, что мне одинаково нравятся и герцог, и его демон, но сейчас, когда последний возымел отдельное тело и свободу выражаться как угодно и когда угодно, он стал меня крайне сильно раздражать. Если вчера я ещё и могла проявить к нему сострадание и хоть как-то оправдать его необдуманные действия в прошлом, то сейчас перед собой я видела лишь капризного ребёнка в теле взрослого, который ещё и пытался во всю качать свои права, совершенно не осознавая, что получил нагоняй абсолютно заслуженно, и рискует получить в скором времени добавку ещё и от меня, если продолжит себя вести в том же духе, - вспомни наш вчерашний разговор и пойми, что гнев Эрика полностью оправдан, ты вчера действительно повёл себя крайне необдуманно, человеческая жизнь это не игрушка. - Вы на его стороне? - данное откровение настолько поразило демона, что он невольно отшатнулся от меня, но в тот же момент его глаза гневно сверкнули синем пламенем, а изо рта повалил густой пар, - то есть он достоин вашего внимания, а я нет?! - казалось ещё чуть-чуть и он наброситься на меня, но демон довольно быстро сменил гнев, на голое презрение, - тогда не буду вас отвлекать, госпожа, наслаждайтесь обществом вашего “благородного принца”, раз я тут, оказывается, лишний, - он стремительно направился к выходу и быстро покинул комнату, захлопнув за собой дверь с такой силой, что, казалось, даже кровать под нами невольно подпрыгнула. - Ты уверена, что готова быть его хозяйкой? - спросил герцог, с явным неодобрением посматривая на бедную дверь. - Знаешь, - вздохнула я, в сильном раздумье даже не заметив, что моя наполненная различными нехорошими мыслями голова уже давно мирно устроилась на плече юноши, - я уже ни в чём не уверена. Дальше наш небольшой, но крайне продуктивный диалог состоял из построения планов на ближайшие две недели, чтобы успеть достигнуть нужного веса к приезду невесты герцога. От разговоров в комнате мы плавно перетекли на кухню, откуда весьма сонный повар чуть ли не пинками был отправлен Эриком отдыхать, получив чёткий приказ даже не думать вылезать из кровати ближайшие часа три. Во время авторской готовки герцога было заметно, как юноша выполнял многие действия довольно отстранённо. Да, из-за всего недавно произошедшего и из-за истерики Арникара, общее настроение опустилось ниже некуда, а аппетит так вообще напрочь отсутствовал, голод, конечно, иногда пробивался, сообщая, что организм без топлива долго не потянет, но внезапно проклюнувшаяся головная боль почти полностью заглушала этот отчаянный крик о помощи. Пространство вокруг было намертво погребено под ужасающей тяжестью нагнетающей тишины. Я не знала о чём было бы уместно разговаривать в сложившейся ситуации, а Эрик не стал настаивать на бессмысленных разговорах, давая тем самым мне больше времени хоть как-то прийти в себя и в полной мере осознать, что же мне стоит делать дальше. В голове раз за разом прокручивался вчерашний заплаканный образ Арникара, и его тут же перекрывал сегодняшний скандал, я пыталась понять, где всё-таки скрывалась истинная суть демона, почему он так ко мне привязан и почему так сердобольно пытался отдалить меня от Эрика. Какие у него цели? - Прошу, - Эрик аккуратно поставил передо мной тарелку с дымящейся овсянкой, я не очень любила каши, но еда, выходившая из-под чутких рук герцога, всегда получалась столь вкусной, что я была готова в полной мере дать эту блюду второй шанс, - прости, сделал на скорую руку, что-то совсем никаких сил нет, ни моральных, ни физических. - Она выглядит просто великолепно, - улыбнулась я, чтобы хоть как-то поддержать изрядно приунывшего юношу, - огромное тебе спасибо, сама бы я так точно не смогла, так что, считай, что ты мой кулинарный герой. - Это мелочи, - отмахнулся герцог, не скрывая своё резко поднявшееся настроение, - я только рад готовить для тебя, - он отхлебнул из кружки немного ароматного чая, - не знаю почему, но всегда, когда ты рядом, жизнь будто бы наполняется смыслом, и все обыденные дела начинают играть более яркими красками. Так что это тебе спасибо. Его искренние слова невольно меня смути, из-за чего я быстро положила в рот ложку ещё довольно горячей каши, чтобы хоть как-то отвлечься от милого выражения лица юноши и хоть немного успокоить чувствительное сердце, что уже начало свой неудержимый забег. Овсянка оказалась очень вкусной, в меру сладкой, с приятными сливочными нотками, но настолько горячей, что всё содержимое рта пришлось отправить обратно в тарелку, чтобы окончательно не сжечь свою бедную слизистую. - Боже, Элизабет, - юноша тут же подскочил ко мне, где-то мгновенно раздобыв стакан прохладной воды, которую судорожно сунул мне в трясущиеся руки, - на кашу же дуть нужно, она же только с плиты. - Плофто она была тафой вкуфной, фто я не фмогла уделфаться, - шепелявила я, как только живительный глоток воды слегка притупил неприятную распирающую боль, от которой голова, почему-то стала раскалываться ещё сильнее. - Глупышка, - по-доброму усмехнулся Эрик, терпеливо ожидая, пока я прикончу стакан. - Я не глупышка, - надулась я, демонстративно насупив нос, - просто я не ем каши, и слегка подзабыла, как их следует правильно употреблять, - от высказанной мысли я мгновенно покраснела, никогда не любила признавать свои ошибки или незнания, но это умиротворённое выражение лица герцога работало на мне похлеще сыворотки правды, безбожно заставляя сознаться даже в самых сокровенных тайнах. - Тогда, позволь, я тебе подую? - изумрудные глаза заботво заблестели, никак не желая отводить от моего надутого лица пристального взгляда. Я, отставив всю свою гордость в сторону, нехотя кивнула, осознавая, что в данной ситуации, отказаться от помощи было бы элементарно глупо. Он лёгким движением зачерпнул ложку овсянки и, придвинув, её к своим пухлым губам, начал тщательно охлаждать её тонким потоком воздуха. Закончив это довольно залипательное действо, герцог придвинул остывшую ложку к моим губам, из-за чего моё лицо покраснело окончательно, я растерялась, не понимая, как мне следует ответить на подобный жест. - Не бойся, открой рот, она уже не горячая, обещаю, - от такой неземной милоты устоять было сложно, так что я довольно быстро подчинилась, и каша, обладая уже приятной теплотой, была полностью мною поглощена. В таком виде она оказалась ещё вкуснее, мягко обволакивая гортань и оставляя за собой нежное послевкусие. - Ну как? - широко улыбнулся Эрик, наблюдая как я невольно щурюсь от удовольствия. - Как всегда, выше всяких похвал, - проглотив кашу, огласила я, пока герцог оперативно охлаждал следующую ложку, - Эрик, мне не пять лет, дальше я могу есть и сама. - Жаль, - наигранно расстроился он, округляя и так весьма немаленькие глаза, чтобы как можно эффективнее надавить на жалость, - я мне так понравилось ухаживать за тобой. - Мне очень приятно, - я твёрдо забрала у него ложку, - но тебе стоит, наконец, подумать о себе тоже, и поесть самому. - Иногда так хочется с тобой поспорить, но никак не могу себя заставить сопротивляться твоему неземному обаянию, - герцог не спеша вернулся на своё место, довольно нехотя продолжая трапезу, всё-таки мой отказ его слегка огорчил. - Не понимаю, как вы умудряетесь находить во мне обаяние. - А я и не ищу, ты и так его во всю излучаешь, просто пытаешься максимально его скрыть под толстым слоем вредности и сарказма. - Ой, да ну тебя… Дальше наша с ним беседа лилась непринуждённо и даже забавно, в некотором роде. Пока речь снова не зашла про неугомонного демона. - Я совершенно не понимаю, что делать, - ковырялась я ложкой в остатках уже давно остывшей каши, - с одной стороны мне его жаль, что он не ощущал тепло в своей довольно долгой жизни, а с другой, - я сделала скомканную паузу, стараясь собрать в кучу плавающие мысли, - такое ощущение, что он хочет от меня чего-то конкретного: реакций, поступков, независимо от ситуации или моего настроения. Он действительно не понимает, что говорит, или что делает что-то не так. - Его всегда заботили ощущения, - выражение лица Эрика значительно помрачнело, - он пытался вывести людей на те или иные эмоции любыми возможными ему способами только ради самих реакций, а не для какой-то конкретной цели. Не знаю, есть ли у него вообще какая-нибудь жизненная цель и минимальные моральные устои. Он словно просто делает, что хочет, а когда не получает желаемого, крайне сильно раздражается. С одной стороны я очень рад, что он заключил с тобой контракт, это хоть как-то сможет присмирить его пыл, но я очень переживаю за тебя, - он поднял на меня полные самым искренним беспокойством глаза, - я вижу как ты страдаешь, а самое страшное - коришь в его безрассудстве саму себя, хотя ты даже косвенно ни в чём не виновата. - Но я же как-то привязала его к себе, что он теперь не может понять, почему я не уделяю ему достаточно внимания… - Элизабет, я не хочу навязывать своё мнение, поэтому просто дам тебе одну мысль для дальнейшего рассуждения: “кто Арникар для тебя?” - я замерла, осознавая, что действительно не могу дать ответ на этот вопрос сразу, даже самой себе, - только ответив на этот вопрос, ты сможешь понять как стоит действовать дальше. Я неуверенно кивнула головой, которая почему-то начала болеть ещё сильнее, но я решила разобраться с ней немного позже, всё-так она сейчас волновала меня в последнюю очередь. Идя по коридору после завтрака я почти не разбирала дороги, полностью погрузившись в собственные мысли. А действительно, кто он для Арни? Слуга? Возможно да, но я как будто бы не нуждаюсь в его помощи, так, иногда можно проконсультироваться о некоторых метаморфозах, а больше он ничем мне услужить не сможет. Другом? Не могу отрицать, что иногда с ним бывает весело поговорить и обменяться колкостями, но он точно не то существо, к которому можно подойти за советом или поплакаться в плечо, ведь у него нет эмоций, следовательно и эмпатии тоже, он элементарно не сможет понять моих чувств, а следовательно и поддержать не сможет. Люблю ли я его? Почему-то именно этот вопрос заставил меня задуматься, а что вообще есть эта “любовь”? И как её отличить от простой симпатии? Да, демон, конечно, красивый, иногда умеет завладеть вниманием и даже как-то заставить сердце биться чаще, но способен ли он на большее? И способна ли я на большее в его адрес?.. Мои глубокие раздумья прервала разливающаяся по коридору музыка, кто-то играл на фортепиано в гостинной. Я как можно тише подошла к полуоткрытой двери и вгляделась в небольшую щёлочку. Демон сидел на инструментом и сосредоточенно перебирал длинными пальцами клавиши, да, быстро, да, абсолютно правильно, но чувствовалось, что он играет заученную до дыр мелодию, совершенно ничего в неё не вкладывая, ни чувств, ни души, казалось, что даже в музыкальной шкатулке больше нежной чуткости, чем в практически монотонной игре Арникара. “Вот оно, - я стояла, прильнув спиной к стене, и почти не вслушивалась в сухое исполнение, - он как эта музыка, абсолютная пустотой внутри, но в идеально выверенном оформлении. И сейчас, понимая это, я начинаю осознавать, что сама как-то умудрилась убедить себя в симпатии к нему, только почему и зачем? Может, он мне нравился только потому, что тогда он был частью Эрика? Не знаю… Как же всё это сложно, ещё и голова неистово болит, нужно поскорее принять пилюлю”, - с этими мыслями я не спеша направилась в свой кабинет, пока мозг окончательно не взорвался изнутри. В свою алхимическую обитель я заходила уже судорожно держась за стены, в голове словно кто-то назойливо копошился, вдобавок бедро и плечо в местах размещения печатей начали болезненно печь, словно из меня наружу пытался вырваться неудержимый поток расплавленного металла. Перед глазами практически плыло, я старалась нащупать спасительный пузырёк в ящике стола, но, к сожалению, его там не оказалось. Я еле стояла на ногах, всеми силами стараясь сохранить равновесие, и надеясь, что хоть кто-то сможет заметить моё состояние ещё до того, как моё сознание окончательно решит оставить этот бренный мир. - Элизабет, прости, что без стука. Я хотел у тебя уточнить… - Эрик на мгновение оцепенел, видя моё предобморочное состояние, но, тут же всё осознав, кинулся ко мне, аккуратно придерживая сзади, чтобы я окончательно не поздоровалась с полом, - господи, что с тобой?! - Всё тело… - я задыхалась, пульс подскочил, а внутреннее давление то неумолимо падало, то вновь пыталось проломить мне череп, - болит, сильно… - Я пошлю за лекарем, ты только держись, молю, - наблюдая, как моё лицо постепенно белеет, герцог уже чуть ли не плакал, - хотя нет, я тебя сам отвезу, прямо сейчас, только позову Грегори, пусть подготовят карету и самых быстрых лошадей, - он резво подхватил меня на руки, словно я абсолютно ничего не весила, и аккуратно положил на диван, заботливо положив под голову подушку. - Не думаю, что лекарь здесь сможет помочь, - чуть слышно прохрипела я почти одними губами, - мои печати… Герцог тут же всё понял и одним точным движением задрал мне юбку, чтобы осмотреть самую доступную на данный момент печать. - Боже… - я видела как руки юноши затряслись, а глаза блеснули в неподдельном ужасе. - Что там? - я как могла старалась удерживать себя в сознании. - Она… - не успел он закончить фразу, как Арникар влетел в кабинет подобно разъярённому урагану, сначала я решила, что он почувствовал мою боль, поэтому прибежал, чтобы осведомиться о моём здоровье, но как же я в нём ошибалась… Увидев нависающего надо мной герцога и мою непристойно задранную юбку, демон побагровел, принимая свою истинную форму. Не знаю, как можно было сразу не понять, что я находилась почти при смерти, но окутавшая разум Арникара ненависть не была способна к критическому мышлению. Он оттолкнул от меня Эрика с такой силой, что тот впечатался спиной в стену, издав приглушённый всхлип из-за резко сжавшихся лёгких. Невзирая на свою немощное состояние и ведомая резко возросшим в крови адреналином, я довольно резво подскочила к старающимуся прийти в себя юноше, помогая тому подняться на ноги. - Так вот оно как, госпожа?! - тело Арникара было напряжено до предела, сквозь тёмную кожу просматривались вспученные лиловые вены, белки глаз налились кровью, а зубы, казалось, стали ещё острее, - как побыть со мной, так вы не хотите, а как отдаться Эрику, так пожалуйста, конечно! Я так и знал, что вам на меня наплевать, что вам нужно было только смазливое личико этого проклятого аристократа! Чем он лучше, меня?! Он слабый, податливый, он никогда не сможет удовлетворить вас так, как это могу я! Я же лучше его, я же вам нравился, а теперь, как только я отделился от этого смертного, так сразу стал вам неинтересен?! Или я, может, слишком тощ и уродлив для вас?! - Причём тут вообще твоя внешность?! - пыталась я остановить подолом своего платья стремительно вытекающую из носа герцога кровь, - он в отличие от тебя хотя бы считается с моими чувствами! - А чем же я хуже?! Я тоже делаю только то, что вам нравится! - О нет, - я встала на трясущийся ногах, чтобы как можно глубже заглянуть в бесстыжие глаза слуги, - ты пытаешься искусственно вынуть из меня то, что ТЕБЕ нравится! Ты не думаешь обо мне как о человеке, тебе же просто интересно со мной. А самое мерзкое, что от этой твоей вечной “скуки” тебе просто хочется меня отыметь, и больше ничего. - А вы разве этого не хотите? - он даже слегка опешил, из-за чего у меня внутри словно что-то взорвалось. - Мне в жизни сполна хватило насилия и жестокости, я просто хочу, чтобы меня любили, а не использовали как какую-то забавную вещь! - То есть вот он любить умеет?! - демон с явным отвращением ткнул пальцем в сторону еле дышащего Эрика. - А что для тебя любовь, Арникар? - он молчал, - вот, ты и сам не знаешь ответ. - Но у меня точно есть к вам чувства. - Какие?! - Я не знаю, но они точно есть, - этот разговор уже изрядно начал действовать мне на нервы, я будто бы разговаривала с непробиваемой стеной, которая никак не понимала, за что на неё вообще повышают голос. - Ничего в тебе нет, Арникар. Я думала, что полюбила вас обоих, но сейчас я совершенно не могу этого утверждать. - Да вы же просто не понимаете, единственный, кто нам мешает полностью отдаться друг другу, госпожа, так это Эрик. - Погоди, в каком это смысле “мешает”? - Всегда, когда он появляется рядом, всё ваше внимание приковано только к нему, как будто на нём свет клином сошёлся! - Ты… - наконец, пришло ко мне яркое осознание, - так ты вчера специально не дал ему лекарства вовремя, чтобы он отключился, и не мешал тебе со мной уединиться? Это и был твой план с самого начала?! Это поэтому всё это время ты так яростно настаивал на разделении?! - Я хотел как лучше для нас с вами, госпожа, поверьте, нам он не нужен, - Арникар хотел приблизиться ко мне, чтобы обнять, но я жёстко оттолкнула его, на всякий случай прикрывая спиной медленно проходившего в себя Эрика. - Да ты хотел, как лучше для себя любимого! Ты даже не думал, что он может умереть. - Я всё рассчитал, он бы точно не умер. - Рассчитал, говоришь?.. Я так и знала, думала, от чего же мне кажутся твои откровения такими подозрительными, да ты же просто выводил меня на нужные эмоции, разыграл весь этот чёртов спектакль только для того, чтобы мною завладеть?! - Но вам же это нравилось в Эрике. - Да потому что он искренен, чёрт возьми, а кто ты без всего этого напускного подражания? Молчишь? А я вот скажу: просто скучающий ребёнок, который не понимает, почему его “игрушки” не желают плясать под его дудку. Человеческий век слишком короток, я не готова потратить свою жизнь на игры с бесчувственной сволочью, которая дальше своих плотских желаний ничего не видит! И чтоб ты знал, чёрт озабоченный, - я подставила герцогу своё плечо, чтобы помочь ему подняться на ноги, походу своим ударом демон задел у юноши какой-то орган, никогда ему этого не прощу, - Эрик сейчас пытался мне помочь, так как я уже держусь из последних сил, печати сейчас буквально расплавят меня изнутри. Где эта твоя хвалёная чуйка, а? Как ты не почувствовал мою боль с такого близкого расстояния?! - Я… э… - от данного вопроса Арникар будто бы даже уменьшился в размерах. - Боже… - вырвался у меня нервный смешок, - и тут ты мне соврал… - я, убедившись, что герцог твёрдо стоит на своих двоих, сползла по стенке на пол, прикрывая лицо руками, "Как я сразу то не догадалась?.." - Никакой связи с нами у тебя нет, верно? Так в ту ночь, мы просто оставили Эрика одного, хотя в любой момент его сердце могло остановиться, и мы бы даже этого не узнали?! На какие ещё ухищрения ты способен только ради развлечений?.. Ты монстр… Правильно говорил Эрик, ты воистину опасен… - Госпожа, но я же люблю вас! - кинулся в мою сторону Арникар, но был тут же отброшен от меня мощным ударом по лицу от расверипевшего герцога. - Заткнись! - выпалил он, хватая, демона за грудки, словно тряпичную куклу, - ты никогда не любил никого, кроме самого себя, - он с презрение швырнул его на пол, тут же подлетев ко мне и бережно беря моё изрядно ослабевшее от криков тело на руки, - ты её не достоин, - закончил Эрик, как вдруг мою голову словно пробили ржавым мечём насквозь. Я затряслась в мелких конвульсиях, печати жгли с такой силой, что я уже не чувствовала в пространстве собственного тела, по ощущениям в одно мгновение оно превратилось в огромный воспалённый пульсирующий ком, каждое прикосновение к которому отдавалось острой пронзительной болью. - Элизабет! - слышала я сквозь надвигающуюся пелену голос герцога, я чувствовала, как он переложил меня на диван и что-то кричал демону. До меня долетали лишь обрывки их разговора, из которых я смогла понять, что юноша старался заставить Арникара осмотреть меня и что-то сделать с моим состоянием, на что демон оправдывался, говоря, что абсолютно не понимает, что со мной происходит. - У неё печать на бедре уже гангрену напоминает, трепло ты бессовестное! Ты понимаешь, что даже если она и не умрёт, то лишится и руки и ноги?! - А что, тебе так важна её внешность?! - пытался уколоть герцога слуга, но, судя по звукам тут же отхватил звонкую пощёчину. - Да причём тут я вообще?! Я буду любить её, даже если она останется лишь воспоминанием в моём сердце, но ведь она сама будет страдать без конечностей, как ты сам этого не понимаешь?! - Ладно! - в сердцах выкрикнул Арникар, начиная водить по печати на моём бедре рукой, от чего я сдавленно застонала, сознание снова кто-то сместил, но у меня уже не было сил сопротивляться… - “Я есть ты в зеркальном омуте пылающей воды, - вырвался из моих пересохших губ чей-то грубый голос, - верни мне плоть, что хладом озариться в потоке прискобно сгинувшей души”, - после этих слов я ощутила, как чьи-то руки заботливо успокаивали меня изнутри, не давая мне потерять сознание, стало почему-то так легко, даже боль уже не так сильно ощущалась. - Ой… - сорвался виноватый писк с губ демона. - В каком смысле “ой”? - сквозь зубы прошипел Эрик, подходя ближе к Арникару. - Есть две новости, - дрожащим голосом пролепетал слуга, - одна хорошая, вторая не очень… - С хорошей. - Я знаю, что с ней, и мы можем её спасти. - Слава богу, - чуть выдохнул Эрик, - а вторая? - На всё про всё у нас не больше часа, прежде чем огонь Преисподней сожжёт её изнутри окончательно. - Что?! - Похоже каким-то образом, госпоже удалось нарушить одну из договоренностей между демоном и его хозяином, так что сделка расторгнута, и теперь демон стремиться покинуть тело госпожи самым прямым способом - уничтожив своего смертного носителя… - Быстро, чёрт пропащий, что нужно, чтобы это остановить?! Говори! - Травы я найду у госпожи в кабинете, книгу заклинаний там же, но ещё нужен свежий труп, желательно женский. - Где я тебе тут труп найду?! До города два часа езды! - Вы же хотите, чтобы она выжила? Придумайте, что-нибудь, - голос Арникара звучал так непринуждённо, словно возможная смерть его госпожи не являлась для него абсолютно никакой проблемой. Дальше ко мне был приставлен Грегори, а судя по образовавшейся в кабинете абсолютной тишине, парни ушли набирать всё необходимое для будущего обряда. Не знаю, на какие ухищрения пришлось пойти Эрику, но примерно через полчаса, по моим внутренним ощущениям, дворецкий был отпущен на все четыре стороны, а в кабинете уже лежало тело юной девушки. Арникар чертил мелом круг на полу, что-то параллельно нашёптывая, а Эрик всё это время держал меня за руку, нежно поглаживая и боясь отпускать, словно от этого зависела моя жизнь. Когда всё было сделано, демон что-то скомандовал герцогу, на что тот поднял меня с дивана и со всей присущей ему нежностью опустил внутрь свежей печати рядом с бездыханной незнакомкой и ворохом каких-то трав. - Ты уверен, что точно сработает? - даже по голосу ощущалось сильнейшее волнение герцога, что нельзя было сказать о демоне, не видя смысла в имитации хоть каких-то эмоций, он звучал монотонно и даже отстранённо: - Или это ей поможет, или она умрёт, третьего не дано. Я чувствовала, как Арникар приблизился ко мне и шепнул на ухо что-то неразборчивое, хотя, может, это просто был другой язык. Тут же моё тело затрясло сильнее, и нежные руки, что всё это время не давали мне провалиться в небытие, разжались, а всё моё тело разом ощутило небывалую лёгкость и даже некий прилив сил, хотя пошевелить конечностями всё равно было крайне трудно. Так только внешний шум стих, я услышала сухое, но крайне утвердительное: - Жива. И тут же я почувствовала, как чьи-то сильные руки подхватили моё тело и крепко прижали к себе, увенчая мою ещё слегка побаливающую макушку россыпью нежных поцелуев. Моё платье тут же слегка намокло от чьих-то пылких слёз. - Элизабет, - дрожащий голос Эрика заставил меня слегка приоткрыть глаза, герцог держал меня на руках, а его сверкающие чистотой слёзы неумолимым градом катились по слегка угловатым щекам, - прости, что раньше не заметил, прости, что медлил, я заставил тебя так долго мучиться от боли, я не знаю, сможешь ли ты когда-нибудь простить мне мою чудовищную халатность, но я… я просто слишком рад, что ты жива. Я не представляю, чтобы со мной было, если бы твоё сердце остановилось снова, и уже навсегда… - Эрик, - я смогла кое-как совладать со своими ослабевшими мышцами, чтобы улыбнуться герцогу и хоть чуть-чуть, но смахнуть ладонью алмазные слезинки с его покрасневшего лица, - я уже говорила, что ты мой герой? - сердце облегчённо колотилось, от моего прикосновения Эрик зарыдал с новой силой, снова захватывая меня в крепкие объятья. За чувственным воссоединением мы с герцогом не заметили, как труп белокурой девушки, приобретая здоровый румянец, открыл свои большие тёмные глаза и медленно поднялся с пола, попутно отряхивая подол испачканного в кладбищенской грязи платья. - Ну, здравствуй, Альдэгерр, - прошипел сквозь зубы Арникар, пристально наблюдая, как девушка постепенно меняла свой облик, становясь подозрительно похожей на человеческую форму демона, если бы тот оказался женщиной, - а я уж надеялся, что ты сдохла где-то в выгребной яме ещё лет двадцать назад. - Взаимно, - в ярости скрипела заострившимися зубами девушка, буравя инфернального оппонента яркими сапфировыми глазами, - дорогой братец.