Глава 1. Ей надобно узнать

Принцесса стояла посреди темного отцовского кабинета, почтительно склонив голову. Давили со всех сторон стены, забранные панелями из мореного дуба. Почти все пространство занимал массивный письменный стол, заваленный свитками, надорванными конвертами и картами. Отец-император сидел за столом, сложив перед собой морщинистые руки. В светлых, зачесанных назад волосах терялась седина. В тусклом свете свечей поблескивали глубоко уходившие к затылку залысины. Морщинистое, будто восковое лицо застыло в угрюмой гримасе. Он сидел и сверлил тяжелым взглядом дочь. Та едва заметно теребила рукава и кусала губы. — Ты воображаешь, что мне сообщили сегодня о твоем поведении? — наконец нарушил он затянувшееся молчание. — Я просто купила себе раба, — упрямо вздернула подбородок принцесса. — Вы сами дозволили выбрать подарок к именинам. — Не смей мне дерзить, — сузил глаза император, — ты позволила какой-то черни лизать твои руки! На глазах у простолюдинов! И это в то время, когда я всеми силами ищу тебе достойного мужа. — Мужа? — принцесса дернулась, попятилась от стола и нервно скомкала рукава во вспотевших ладонях. — И кто же… удостоится такой чести? — Любой, кто даст мне армию посильнее. Она пошатнулась. По лицу пробежала тень. Но миг — и принцесса стиснула зубы, выпрямилась, расправила плечи. Только пальцы предательски подрагивали. — Разумно ли это, Ваше Величество? — сдержанно, бесстрастно заговорила она. — Мой супруг станет принцем-консортом и будет править империей от моего имени… разве уместно доверять столь высокий пост тому, кто из достоинств обладает лишь мощной армией? — Проклятая Кайнэ теснит наши границы! — выкрикнул отец, схватил печать со стола и швырнул об стену. — Соседи отказали в поддержке, подлые предатели. Если не найдем армию на помощь, то править будет нечем. — Мы могли бы реформировать свою армию, — тихо, но твердо возразила принцесса. — Генералы давно говорили… — Не твоего ума дело! — обрубил император. — Еще девица мне будет в государственных делах указывать. Твоя забота — улыбаться гостям да чаровать женихов. А в остальное не лезь. — Прошу прощения, Ваше Величество, — прошелестела она, склонила голову и присела в реверансе. — Так-то лучше, — устало вздохнул император, осел в своем кресле и махнул рукой. — Впредь не позорь корону подобными выходками. Можешь идти теперь. *** Малая гостиная принцессы ничем не походила на личный кабинет императора. Стены до середины были отделаны светлыми панелями из персиковой древесины, а верхнюю часть обили нежно-розовым шелком с искусной вышивкой. Дневной свет струился через стрельчатые окна и заливал покои. Цветочные благовония источали легкий сладкий аромат. По полам были рассыпаны лепестки роз вперемешку с травами. Две девушки в углу наигрывали плавную мелодию на арфах. Еще шесть служанок в светлых платьях стояли у дверей в ожидании приказа. Сама принцесса сидела перед высоким, в человеческий рост, зеркалом в изящной раме, отделанной золотом и рубинами. Двери распахнулись. Прогрохотали тяжелые шаги. Двое стражников вошли в покои, толкнули вперед черноволосого раба. Тот качнулся от удара, взмахнул руками, но устоял. Выровнявшись, он тряхнул головой и отвесил поклон. — Ваше Высочество! Его прежние драные штаны сменились на новые, из грубого некрашеного льна. Новой рубахи рабу так и не выделили, так что он, как и на площади, щеголял голой грудью. Теперь, без слоев присохшей грязи, выделялись на коже полосы застарелых шрамов и свежие синяки. Принцесса нетерпеливо поднялась, шагнула к нему, обошла по кругу, придирчиво разглядывая, и затем оглянулась на стражников. — Я, кажется, велела его отмыть. — Все исполнено, Ваше Высочество! — мигом отчитался один из стражников. — В самом деле? Она сузила глаза, подняла руку и грубо царапнула раба по щеке. На щеке остался след, но тот и глазом не моргнул. Под ногтем осталась полоска грязи. Принцесса выгнула бровь, развернулась и ткнула грязным ногтем под нос стражнику. — А это что, по-вашему? — она отвернулась и махнула рукой. — Оставьте нас. И впредь проявляйте больше усердия к моим приказам. Когда за стражей закрылись двери и стихли в коридоре тяжелые шаги, она повернулась к служанкам. — Приготовьте мои личные купальни. — Разве можно, Ваше Высочество? — робко заговорила одна из них. Принцесса дернула губой, обвела служанок тяжёлым взглядом, мотнула головой, отбрасывая за спину светлые волосы, и вскинула горделиво подбородок. — Я принцесса Великой Рише. Мне позволено все, чего я только пожелаю. Ее властный, звонкий голос прокатился по покоям. Служанки вздрогнули, торопливо закивали. Арфистки сбились на миг, мелодия стихла. Жалобно взвизгнули струны. Принцесса поджала губы. — Приготовьте купальни, — она небрежно поправила воздушные юбки платья, отвернулась и, не глядя на служанок, процедила: — Если мой отец узнает об этом, всех вас велю выпороть. *** Императорские купальни поражали размерами и размахом. Огромная чаша, наполненная горячей водой, была утоплена прямо в пол. Размеров она была таких, что можно было бы плавать спокойно. Служанки сноровисто добавляли в воду масла и цветочные лепестки. Принцесса неторопливо прошла по мраморным полам, придерживая платье, чтобы не намочить подол. За нею, как верный пес, следовал ее новый раб. Почти у самого края она остановилась и развернулась к нему. — Раздевайся. Тот усмехнулся, но покорно распустил завязки. Штаны упали, и он спокойно шагнул вперед в одном исподнем. — Все снимай! — приказала принцесса. Даже ее голос чуть дрогнул. Служанки ахнули. Одна выронила флакон с ароматным маслом, другая опрокинула кувшин, и вода расплескалась по полу. Один лишь раб, глазом не моргнув, стянул следом за штанами белье. Принцесса с жадностью уставилась на наготу, ахнула, прикрыла рот ладонью и наконец стыдливо отвернулась. На нежных щеках вспыхнул румянец. — По вкусу ли Вашему Высочеству? — с нескрываемой насмешкой протянул раб и сделал небольшой шаг к ней. — Желаете поближе взглянуть? — Не желаю! — пугливо взвизгнула она, тут же одернула себя и приказала привычным властным тоном: — Полезай в воду. Лишь когда этот нахал отвернулся, она смогла вздохнуть спокойнее и вновь украдкой покосилась на него. Впервые за свои девятнадцать лет принцесса видела голого мужчину. Любопытство в ней боролось со страхом. Она, быть может, и вовсе не решилась бы на такое, если б не нависшая угроза скорого брака. Ей надобно было узнать, каковы мужчины, чего ждать от брачной ночи и как с этими чудовищами совладать. Голый раб покорно спустился в воду, развалился, будто хозяином был в этих купальнях, уложил локти на низкий бортик и вытянул ноги под водой. Принцесса вздохнула, скомкала рукава платья и подошла ближе к краю. Ее ноги почти касались его локтя. Раб повернул к ней голову и улыбнулся лениво. — Надумали еще поглядеть, Ваше Высочество? Он пошире расставил ноги, будто давал ей обзор получше. Щеки ее нещадно горели, руки взмокли. Но она заставила себя смотреть прямо. — Смотри, как бы я не надумала тебя наказать за дерзость, — процедила она и стиснула длинные рукава платья в кулаках. — Может, плетью тебя проучить, чтоб знал впредь, как обращаться к принцессе? Ее раздраженный голос взлетел к высоким мраморным потолкам, отразился эхом, разлетелся по купальне, заполненной густым паром. Служанки ахнули, попятились от воды. И только раб с неизменной усмешкой потянулся в воде, перевернулся на живот и снова сложил руки на бортике. Уткнулся подбородком в согнутый локоть и зыркнул единственным своим черным глазом на разъяренную хозяйку. — Ну, накажи… если так хочется, — лениво, почти насмешливо протянул он. — Какой бесстрашный выискался! А вот возьму и накажу! — она топнула ногой и, не сводя с него взгляда, требовательно протянула руку. — Подайте плетку! В груди у нее клокотало от ярости. Как он посмел вообще, этот жалкий раб, насмехаться над ней? Или не поверил, что она всерьез может выпороть! Щеки горели и от стыда, и от ярости разом. Все кругом мигом пришло в движение. Служанки засуетились, поднялся крик, заплескала вода через бортик, наконец сыскали плеть и с поклоном подали разъяренной принцессе. Ухмыляющегося раба под руки вытянули из воды, и вскоре он уже стоял перед властной юной госпожой на коленях. Намокшие короткие волосы облепили прямой лоб и виски. По лицу на шею и голую грудь бежали струйки воды. Принцесса нахмурила светлые брови и замахнулась. — И теперь не боишься?! — А ты боишься? — он шире растянул губы и подался вперед, точно напрашивался на удар. Плеть со свистом вспорола влажный воздух. Поперек груди вспыхнула красная полоса. Удар вышиб воздух шумным выдохом. Принцесса ахнула, уставилась на собственную руку, затем на раба. Тот упрямо ухмылялся. Влажно поблескивал черный глаз. — Мало тебе, да? — вскрикнула она и ударила второй раз. — Будешь знать! Будешь знать свое место! Удары ложились накрест один за другим. Красные полосы быстро расчертили и голую грудь, и плечи. Кожа вспухла, выступила мелкими капельками кровь. Он шумно дышал через нос и только отводил голову от ударов, но не мешал ей вымещать злость. — На тебе! Еще! За брак этот проклятый! За мужа! Не будет мне никакой муж командовать! Ненавижу! Она уже не видела перед собой ни императорских купален, ни наглого раба, все затмила ярость. Она все била и била, пока наконец не выронила бессильно плеть. Всхлипнула. Пошатнулась, будто все силы разом покинули ее. И в ту же секунду раб оказался к ней вплотную, подхватил на руки и вынес из удушливых, заполненных паром купален. — Ее Высочество душно стало от пара, — неожиданно властным, твердым тоном бросил он служанкам, — уберите все. Руки у него были сильные, горячие. И держал он крепко. Принцесса сжалась, неловко приподняла руку и провела кончиками пальцев по свежим следам от ударов. Она запрокинула голову и исподлобья покосилась на него. — Больно? — Меня в детстве за яблоки ворованные больнее пороли, — фыркнул тот, скосил глаза вниз, на нее, и нахально усмехнулся. — Так что сейчас в покои вас отнесу и сможете меня еще разок наказать. За то что платье вам кровью перемазал. Она насупилась и отвернулась, натянула на пальцы рукава платья. Раб между тем пересек коридор, ногой толкнул резные двери и внес ее в гостиную. Не успела принцесса опомниться, как он уже бережно усадил ее в кресло и сам опустился на колени рядом. Она передвинулась, глубже уселась в кресле, поджала ноги и покосилась на него. — Отчего ты не сердишься, что я тебя избила? — Я ведь говорил уже. На площади, — улыбнулся тот, мягко перехватил ее руку и поднес к своим губам. — Я выносливый. И вернее меня вы пса не найдете. Горячее дыхание, что срывалось с его губ вместе со словами, обжигало нежную кожу. А затем он подался ближе и протяжно лизнул ее руку, от запястья через всю ладонь и до самых кончиков пальцев. __________________________________________________________________________ Также можно подписаться на мой бусти, там много интересных текстов: https://boosty.to/es_darkromanticbooks И канал в ТГ, вдруг вам понравится: https://t.me/BlackRomanticBook