Глава 7. В крепость к ночи

— Неужто вражеская армия сюда добралась? Это Черозо?! Это он все здесь сжег?! — Орзо! Орзо, будь он проклят! Все — Орзо! — вскричала несчастная женщина, что распласталась на дороге у сожженных полей. — Все сжег, проклятый! Принцесса в ужасе уставилась сначала на нее, а затем на стражников. Те с угрюмым видом отворачивались, избегая ее взгляда. Шут молча сидел в седле позади нее. Только руки сжались сильнее. — Граф Орзо приказал сжечь собственные поля? — в изумлении спросила принцесса. — Но зачем такая жестокость? — Готовится к осаде, — ледяным тоном, который вовсе не походил на его обычную дурашливую манеру, ответил за всех шут. — Если армия Кайнэ доберется сюда и возьмет крепость в осаду, то посевы станут их провиантом. — Но можно было… разве нельзя иначе?.. — пролепетала принцесса, окинула взглядом молчаливых стражников и остановилась на главном в отряде. — Неужели нельзя было иначе? Собрать урожай раньше? — Могли и не успеть, Ваше Высочество, — угрюмо ответил тот, — приказ графа разумен. Ваш отец распорядился о том же. — Что?! Мой отец?! — вскрикнула принцесса. — Он тоже приказал сжечь посевы? — Все вокруг столицы, — коротко кивнул глава отряда и махнул рукой стражникам. — Уберите ее. Нельзя нам на дороге задерживаться. Двое стражников спешились и сноровисто оттащили рыдающую женщину с тракта. Отряд двинулся дальше, мимо черных выжженных полей. Принцесса тихонько всхлипывала и все крутила в голове последние слова главы отряда. Ее отец — добрый и справедливый император! — приказал сжечь посевы. Целый год усердных трудов крестьян, для многих — единственное пропитание на будущий год.

***

Откидной мост крепости с грохотом и лязгом цепей опустился, открывая путь через ров. Принцесса вовсе не глядела по сторонам. Шут еще на подступах к крепости спешился и теперь тащился в хвосте отряда, вертя головой в колпаке по сторонам. Она поглядывала назад, на него, украдкой, но даже себе не смела признаться, что скучала по его теплу и твердым рукам. Встречать их во двор крепости вышел лично граф Орзо. Принцесса прежде видела его на приемах и пирах во дворце. Невысокий, улыбчивый мужчина лет сорока, с добродушным лицом и редеющими светлыми волосами, зачесанными назад. — Ваше Высочество! — громогласно объявил он на весь двор. — Большая честь принимать вас в моей скромной обители! — Благодарим вас за радушный прием, — ответил вместо нее глава отряда. — Жаль, всего своего радушия и гостеприимства выразить мне не удастся, — пробасил граф и развел руками, — времени не было, чтобы подготовить пир, достойный самой принцессы. Та стиснула зубы и прошила его яростным взглядом. Перед глазами так и стояли выжженные поля и рыдающая женщина на тракте. Улыбающийся граф шагнул было к ее лошади, чтобы помочь. Но принцесса демонстративно отвернулась, и тут же как из-под земли выскочил услужливый шут. Она легко соскользнула с седла прямо в его объятия. — Не много ли этот дурак себе позволяет? Граф нахмурился и проследил тяжелым взглядом за шутом, пока тот не отступил почтительно от принцессы. И отряд, и слуги во дворе косились на них двоих. Над крепостным двором повисла тягостная тишина. Один лишь шут ухмылялся беспечно. Он тряхнул головой, заставляя бубенцы громко зазвенеть, и отвесил глубокий поклон. — Неужто вам завидно, Ваша Светлость? — насмешливо поддел он. — Может, тоже желаете дурацкий колпак примерить? — За языком своим поганым следи! — мигом рассвирепел граф. — Пока я тебя на голову не укоротил! Он замахнулся было на смеющегося шута, как вперед выступила принцесса и одним ледяным взглядом осадила его. Чуть слышно прошелестели пышные юбки ее платья, слегка качнулись светлые пряди, льдисто-голубые глаза угрожающе сузились. — Довольно, Ваша Светлость. У вас нет никакого права угрожать моему шуту, — холодно процедила она. — Объяснений ваших я слушать не желаю. Так что извольте приказать слугам проводить меня в покои. Я устала с дороги. Граф опешил, в секунду спал с лица, побледнел и попятился. Руки его затряслись. Он забормотал неразборчиво, крикнул слуг и едва не грохнулся, пока пятился от наследницы задом. Царственным шагом дочь императора покинула двор.

***

За стрельчатыми окнами-бойницами непроглядная тьма сгустилась. Крепость стихла, погрузившись в глубокий крепкий сон. Принцесса в тонкой кружевной сорочке сидела на краю постели и крутила в руках кожаную плетку. Шут расхаживал по покоям, совал нос в каждый угол и даже не глядел в ее сторону. Вот он стянул со стола подсвечник, попробовал на зуб, прищурился и поглядел на оставшийся след. — А граф-то наш не бедствует, — задумчиво протянул он, оглянулся на узкое оконце и поправил колпак. — Налоги не доплачивает или еще чем промышляет? — Ты нынче сильно оскорбил его, — заговорила принцесса, обманчиво спокойно поначалу, и переложила плетку из одной руки в другую. — Благородного человека, между прочим. — Какой я негодник, — насмешливо бросил шут, даже не оглянувшись на нее, и вернул подсвечник на стол. — Надо было еще пинка ему отвесить. — Ты вовсе не слушаешься меня, — с нажимом продолжила принцесса, — а должен подчиняться беспрекословно! — Нет мне прощения, — с притворным сожалением воскликнул он, метнулся тягучим движением от стола к настенному гобелену и поскреб его ногтем. — Хороша работка. Да еще нитью золотой. Весьма недурно наш дорогой граф устроился… — Ты меня даже сейчас не слушаешь! — прикрикнула на него принцесса и босой ножкой топнула. Тот замер, развернулся на пятках и расплылся в лукавой улыбке. Под пристальным взглядом принцессы он медленно шагнул вперед, к постели, навис над своей госпожой и уперся одной рукой в мягкую перину. — И чего же желает Ваше Высочество от скромного шута, — низким, мурлыкающим голосом протянул он почти у самого ее лица, — который так дурно себя вел? — А если… — она сглотнула, чуть отпрянула от него и сильнее стиснула в руке плеть. — Если я наказать тебя хочу? Он шире растянул губы в лукавой улыбочке, подцепил свободную ее руку, поднес к губам и невесомо поцеловал. Теплое дыхание прокатилось по чувствительной коже, отчего мурашки побежали. Принцесса сглотнула, закусила губу и уставилась на него. — Из прекрасных рук Ее Высочества даже наказание принять за счастье, — тем же завораживающим вкрадчивым голосом протянул шут. Принцесса нервно отдернула руку. Состроив строгое лицо, она ткнула его плетью в плечо и чуть отпихнула назад. — Я хочу тебя выпороть! — дрожащим голосом сказала она, изо всех сил пытаясь придать фразе твердости. — Посмотрим, как тебе такое счастье понравится! Он со смешком потянул через голову рубаху, бросил ее на пол и опустился прямо перед принцессой на колени. Взгляд сам собою упал на его голую грудь, исчерченную выцветшими росчерками застарелых шрамов. Дыхание перехватило. Принцесса нервно обвела губы кончиком языка. — Так вам удобно, Ваше Высочество? — с издевательской любезностью спросил шут и подался немного вперед, к ее ногам. Она нервно кивнула, замахнулась и опустила плетку на подставленную грудь. Первый удар выбил из шута сдавленный вздох. — Вот так! Не такой ты и самоуверенный! Принцесса, самодовольно улыбнувшись, тут же ударила вторично. Но в этот раз он, видно, был уже готов и не издал ни звука. — За то, что не слушаешься! Ты подчиняться мне должен! Во всем! Она нахмурилась и ударила сильнее, еще и еще. Хлесткие удары ложились один за другим, расцвечивая алыми росчерками подставленные плечи и грудь. — За графа! За герцога! За брак этот дурацкий! Принцесса раскраснелась, тяжело дышала и хлестала все быстрее, в яростном исступлении. Она сама не замечала, как слезы текли по щекам, слова обвинений путались, мешались в неразборчивое яростное шипение. — За мужа!.. чтоб он в столице умер! За долг! За империю! Шут стоял неподвижно на коленях, лишь голову уводил из-под ударов. Наконец она с протяжным истомленным вздохом рухнула на постель и отбросила плетку. Шут, чуть сбивчиво дыша, качнулся вперед и уселся на постели прямо у ее ног. Бесстыдная рука скользнула под сорочку, по колену и выше. — Вот так, моя принцесса, — шептал шут у самых ее ног, и теплое дыхание щекотало чувствительную кожу. — Муж сделает тебе больно в первую ночь, так оно устроено. А потом, если пожелаешь, выпорешь меня. Она приподнялась на локте, слегка раздвинула ноги, подпуская шута ближе, и смерила его цепким взглядом. — Ты вправду останешься со мной, если меня выдадут замуж? — Я останусь, пока ты желаешь меня, — с неизменной лукавой усмешкой ответил тот.

***

Утро обрушилось на крепость отчаянным ржанием коней, лязгом доспехом, грохотом и гулом мужских голосов. Принцесса подорвалась в постели, вцепилась в одеяло и с ужасом заозиралась спросонья. — Что за шум? На крепость напали?! И тут же кто-то заколотил в ее дверь. __________________________________________________________________________ Также можно подписаться на мой бусти, там много интересных текстов: https://boosty.to/es_darkromanticbooks И канал в ТГ, вдруг вам понравится: https://t.me/BlackRomanticBook