Часть 4

Всю ночь горожане были в панике. Из‑за отсутствия контроля кто‑то устраивал дебоши. Бились стёкла, летели песни, совершались нападения, были попытки убежать из уже ненадёжного стеклянного шара — весь город был до отказа пьян свободой. Те, кто не участвовал в разбое, прятались дома, из‑за чего в некоторых домах были выбиты окна и даже двери. Всех пострадавших удалось спасти. Основные генераторы энергии были уничтожены, как и половина запасных, так что те 4 часа были похожи если не на ад, то на армагеддон точно. *** Лия вернулась домой, почти не думая о Бруте, — пусть она и слышала звуковой сигнал. Подумаешь, браслет золотого часто сбоит. Он бывает эмоционален рядом с ней. Дома не горел свет. Значит, Икар снова ушёл. Это последнее, о чём сейчас хотелось думать. Ей это всё уже надоело. Почему он всегда неизвестно где? Почему она всегда должна терпеть? Пора всё менять. И она уже знает, как мстить. Каждую секунду в голове зажигались всё больше идей. Какие‑то сразу потухали, какие‑то перетекали к основному, уже сложившемуся плану, дополняя его. Уже через несколько минут она зачёркивала в рамке сердце Икара. Стоило немалых усилий воткнуть кухонный нож прямо в отмеченную точку, но оно того стоило. Теперь дело за мастерством грима. Благо в юности девушка ходила на подготовительные курсы в школе моды, а там учили буквально всему — и рисовать открытые раны тоже. С помощью красного лайнера, синей и жёлтой пудры и бурого контуринга девушка «вспорола» вены на руке. Она быстро промокнула марлей какое‑то красное вино и положила поверх руки, не забыв, конечно, попутно выхлебать большую часть этого вина. В опьянении уставшая девушка сразу погрузилась в сон. Но поспать ей удалось недолго. Через полчаса над головой послышался оглушительный взрыв. Потом ещё один, и ещё. Свет отключился. Загорелся красный — везде. Аварийный свет с новым взрывом тоже стал мигать, браслеты всех орали чуть ли не громче взрывов, а потом всё затихло. Прогремел последний взрыв — он вывел из строя абсолютно все электростанции. Все браслеты были отключены. На улице была тишина. А потом вышли медные. Они из‑за отсутствия контроля стали агрессивней и не на шутку пугали. Лия сидела в ванной, в истерике забившись в самый дальний угол. Дичайший страх поглотил все звуки. Слышны были только собственные хрипы и падение слёз на плитку, что казалось невероятно громким. За всеми, на самом деле не такими громкими шорохами, по‑настоящему громкие шаги слышны не были. Кто‑то, по всей видимости немалых размеров, проник в дом. В Полисе больших было немного: Икар, Тесей и ещё пара очень злых парней… Икар её бросил, Тесею она подавно не нужна… Дверь в ванну резко распахнулась. На пороге стоял весь красный, потный и обеспокоенный Икар. Он тут же подлетел к золотой и прижал её к своей груди. Слёзы лились рекой из всех глаз. Страшно было неимоверно, но в руках — пусть уже и не такого любимого, как раньше, — было спокойней. Лия вжалась в тело гения и впилась острыми ногтями в его предплечья. Рыдания тихо заканчивались, крики на улице потихоньку стихали. Сколько прошло времени? Линия горизонта окрасилась красным. Рассвет? Или самый мощный взрыв, звук которого не слышен, ведь они уже оглохли? Браслеты резко начали перебо́йно мигать, через пару секунд обновились и стали гореть как раньше. Страх тут же пропал, как и все другие эмоции. Казалось, в момент Лию просто выжали, как губку, и в ней ничего не осталось, хотя сейчас это и неплохо. Усиленный контроль за эмоциями сейчас, наверное, единственный правильный путь. После всего пара, не говоря ни слова друг другу, легла спать. *** Ближе к 9 часам Лия, проснувшись, в постели Икара не обнаружила. После того ужаса, что произошёл ночью, единственное, что хотелось, — так это побыть рядом с тем, кого знаешь и кому хоть и с трудом, но довериться можно. Золотая нащупала телефон на тумбочке и набрала номер. Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети. Отлично. Значит, нужно звонить Бруту — он всегда отвечает и всегда знает, где Икар. Она снова набрала номер. Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети. А вот это напрягает. Брут никогда не расстаётся со своим телефоном, никогда не допускает недостатка средств или зарядки. Лия решила, что если уж что‑то случилось, Деметра наверняка расскажет об этом в новостях. Телевизор вместо привычной сине‑голубой картинки показал чёрно‑серые развалины генераторов: красные дороги, разбитые стёкла и выбитые двери. Валяющаяся посреди дороги окровавленная табличка с адресом «дом 14. ул. Фемиды». Что‑то знакомое — это адрес Брута. Сердце девушки пропустило удар, да и лёгкие затормозили работу. Она побежала на улицу в чём была — а это, в целом, была обычная одежда. Золотую знала, где находилась лаборатория Икара и Брута. Добежала она быстро: охраны на постах не было, поэтому и пройти внутрь труда не составило. Побродив немного, Лия заметила открытую дверь. — Икар! Божечки… — Девушка обняла его сзади. — Лия… Лия? — Он повернулся на кресле с очень озадаченным лицом. — А где… — Брут?… Я у тебя спросить хотела. Он не берёт трубку. — …Нам нужно к Тесею. Гений даже не выключил компьютер. Схватил золотую за руку и потянул к выходу. Снял свою куртку с вешалки, накинул на Лию и побежал вперёд. Бежать пришлось аккуратно и постоянно глядя под ноги: везде было разбросано стекло, кровь, режущие и колющие предметы и многое другое — даже какие‑то разбитые браслеты. Добежав до главного здания Полиса, Икар понял, что забыл удостоверение, а в нём была карта, открывающая проход в здание. Икар — гений, об этом знает весь город и даже лагерь за куполом. Поэтому он, даже не думая, перебросил самую крупную модель Полиса через турникет и перепрыгнул сам. В общем, это даже и не нужно было — с учётом того, что гения все знают даже за городом. И физиономия его всем известна, так что его бы просто пропустили. Ну да ладно, есть причуды у каждого гения, их понять не под силу чужому уму. — Икар, а почему мы бежим к Тесею, а не в полицию? — Вдруг остановила его Лия. — Если Брут каким‑либо образом не в городе, то по браслету определить местонахождение может только Тесей, и то не точно. А полиция сначала ещё три дня ждать будет. Платиновый без стука ворвался в кабинет, за ним сразу — запыхавшаяся и красная Лия. — Брутуса нет в Полисе, — в один голос сказали они, переглянувшись.