Глава 3

Глава 3 часть 1: «Пробуждение» Ночь прошла без сна. Дарккотчай лежал на земле, завернувшись в истрёпанное одеяло, и смотрел в серо-жёлтое небо. Где-то там, за гранью этого мира, его ждали. Но мысли крутились не о доме — о Котчае. О мальчике, который украл Книгу у самого Высшего. О Тени, который пять лет ждал и теперь стоял на границе леса, сжимая винтовку. О сумке, которая лежала рядом с Warlord'ом и с каждым часом становилась всё тяжелее. Она звала. Дарккотчай чувствовал это. Сумка не просто лежала — она пульсировала, как сердце. Тихий, едва слышный зов, направленный куда-то вглубь леса. Книга хотела вернуться к хозяину. И с каждым часом этот зов становился громче. — Ты тоже это чувствуешь? — спросил Warlord, не открывая глаз. — Да. Она зовёт его. — Что будем делать? — Пока — ничего. До рассвета Высший не выйдет из леса. Лес его держит. Но когда взойдёт солнце... не знаю. Может, лес ослабнет. Может, Высший найдёт способ прорваться. — Значит, надо уходить, — Warlord сел, морщась от боли в плече. — Уходить и прятать сумку где-то, где он не найдёт. — Или уничтожить. — Мы не можем её уничтожить. Ты сам говорил — нужно заклинание и особый нож. У нас нет ни того, ни другого. Дарккотчай сел, обхватив колени руками. — Значит, спрячем. Есть идеи? — Тапок, — сказал вдруг Тень. Он стоял у кромки леса, но, видимо, слышал каждое слово. — Сумасшедший строитель. Он живёт в руинах, которые никто не посещает. Если кто и сможет спрятать сумку так, чтобы Высший не нашёл — это он. — Тапок далеко, — возразил Warlord. — Мы шли от него два дня. Сумка с каждым часом тяжелее. Мы не донесём. — Значит, Высший найдёт её раньше, — мрачно подытожил Дарккотчай. — И тогда всё зря. Котчай рисковал зря. Они замолчали. Костёр догорал. Небо на востоке начинало светлеть — серый цвет сменялся грязно-жёлтым. Рассвет в этом мире был таким же уродливым, как и всё остальное. А потом сумка задрожала. Warlord вскочил первым. Сумка на его коленях вибрировала, как живая, и воск на печати начал светиться — не белым, а чёрным светом. Светом, который не освещал, а поглощал. Воздух вокруг сумки стал холодным. Очень холодным. — Он нашёл, — прошептал Дарккотчай. — Он знает, где мы. Из леса донёсся звук. Низкий, вибрирующий гул, от которого земля под ногами задрожала. Деревья на опушке застонали, их ветви закачались, хотя ветра не было. Белое свечение в глубине леса вспыхнуло с новой силой — и на этот раз оно двинулось. Медленно, но верно. К опушке. К ним. — Он идёт, — сказал Тень, вскидывая винтовку. — Он прорвался. — Но лес... — начал Warlord. — Лес его держал, пока он спал. Теперь он проснулся. И он в ярости. Белое свечение приближалось. Теперь можно было разглядеть фигуру — маленькую, худую, с белыми волосами, которые развевались, хотя ветра не было. Котчай. Но не тот Котчай, что говорил с Warlord'ом вчера. Глаза его горели ровным белым огнём — оба. Браслет на руке был чёрным, как уголь, и от него поднимался дымок. Он шёл медленно, но каждый его шаг оставлял на земле выжженный след. И он улыбался. Жуткой, нечеловеческой улыбкой. — Вы, — произнёс он голосом, который был не его. Глубоким, многослойным, с металлическим отзвуком. — Чужаки. Воры. Вы украли то, что принадлежит мне. — Это не тебе принадлежит, — ответил Дарккотчай, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Это Котчай украл у тебя. Потому что ты — паразит. Ты — вор, который украл его жизнь. Высший — а это был уже точно он — рассмеялся. Смех был похож на скрежет металла о камень. — Котчай? Этот слабый мальчишка? Он мой. Он был моим с того дня, как его отец подарил ему браслет. Он — мой инструмент. Моя дверь в этот мир. И ты, чужак, не отнимешь его у меня. — Отниму, — сказал Тень, и его голос прозвучал как выстрел. Высший повернул голову. Белые глаза уставились на Тень, и улыбка стала шире. — А, отец. Я ждал тебя. Пять лет ждал. Знал, что придёшь. Знал, что не выдержишь. Твоя вина — она как маяк. Я видел её издалека. Ты подарил ему браслет. Ты открыл дверь. Ты виноват во всём. Тень не дрогнул. Его винтовка была направлена прямо в грудь Высшего. — Я виноват, — признал он. — Но я пришёл исправить. — Исправить? — Высший расхохотался снова. — Ты не можешь ничего исправить. Ты можешь только умереть. Как и все. Он поднял руку. С кончиков пальцев сорвались белые нити — такие же, как тогда, в катакомбах. Только теперь их были десятки. Сотни. Они хлынули вперёд, как змеи, и воздух зазвенел от их прикосновения. — БЕГИТЕ! — крикнул Дарккотчай. Они рванули в стороны. Warlord — налево, прижимая сумку к груди. Тень — направо, стреляя на бегу. Дарккотчай — прямо, уворачиваясь от нитей, которые врезались в землю там, где он только что стоял. Бой начался. --- Часть 2: «Выстрел» Нити ударили в землю, вздымая фонтаны пепла и сухой травы. Дарккотчай перекатился через плечо, чувствуя, как одна из нитей просвистела в сантиметре от уха — воздух зазвенел, и в голове на секунду помутилось. Он вскочил, хватая камеру. Не оружие — но хоть что-то. Warlord метнулся за большой валун, прижимая сумку к груди. Она стала почти невыносимо тяжёлой, словно внутри была не книга, а кусок свинца. Он выглянул из-за камня, оценивая обстановку. Высший стоял в центре опушки, окружённый ореолом белого света, и нити расходились от него во все стороны, как щупальца медузы. Тень был справа. Он отбежал к деревьям, упал на одно колено и вскинул винтовку. Руки не дрожали. Дыхание было ровным. Пять лет он ждал этого момента. Пять лет тренировался. Пять лет представлял этот выстрел. — В ногу, — прошептал он себе. — Только в ногу. Он ещё мой сын. Он выдохнул. Нажал на спуск. Выстрел прозвучал гулко, раскатисто, и эхо заметалось между деревьями. Пуля прошла сквозь белое свечение, сквозь завесу из нитей, сквозь ореол силы Высшего — и вонзилась в левое бедро Котчая. Мальчик пошатнулся. Белые нити на секунду дрогнули, потеряли концентрацию. Высший опустил глаза, глядя на рану, из которой текла кровь — обычная, красная, человеческая. — Ты... — прошипел он, и голос его был полон ярости. — Ты посмел? — Я попал, — спокойно ответил Тень, уже перезаряжая винтовку. — И попаду снова. Высший рванулся вперёд, но раненая нога подвела — он споткнулся, упал на одно колено. Белое свечение вокруг него запульсировало, как сердце в аритмии. Нити хаотично заметались, некоторые втянулись обратно в пальцы. Контроль ослабел. На секунду. Всего на секунду. И в эту секунду Дарккотчай увидел то, что искал. Один глаз Котчая — левый — перестал гореть белым. Он стал обычным. Человеческим. Испуганным. — Отец? — прошептал Котчай своим, настоящим голосом. — Ты... ты пришёл... — Я здесь! — крикнул Тень, не опуская винтовки. — Я здесь, сынок! Держись! — Я... я не могу долго... Он уже... — Котчай схватился за голову, застонал. Правый глаз всё ещё горел белым, и свечение вокруг него снова начало нарастать. — Уходите! Заберите сумку! Уходите, пока он... Договорить он не успел. Белый свет снова хлынул из его глаз, из браслета, изо рта. Высший вернул контроль. Он поднялся, превозмогая боль в ноге, и его лицо исказилось от ярости. — ДОВОЛЬНО! — взревел он. — ТЫ РАНИЛ МОЁ ТЕЛО, СМЕРТНЫЙ! ТЫ ЗАПЛАТИШЬ! Он выбросил руку в сторону Тени, и из пальцев вырвался не пучок нитей — целая волна. Огромная, белая, ослепительная. Она неслась, как цунами, сметая всё на своём пути. Тень отпрыгнул, но волна задела его плечо, отбросив на несколько метров. Винтовка вылетела из рук. — ТЕНЬ! — заорал Дарккотчай. Он рванулся вперёд, сам не зная, что делает. Камера в его руках нагрелась. Он навёл её на Высшего. Щёлкнул. Вспышка. Снимок вылез — и на нём Высший был виден отдельно от Котчая. Два силуэта: один — мальчик, скорчившийся внутри белого кокона, второй — огромная бесформенная тень, обвившая его, как змея. Камера показала правду. Камера показала врага. — Warlord! — крикнул Дарккотчай, размахивая снимком. — Я вижу его! Я вижу, где Котчай, а где Высший! Они разделены на снимке! Мы можем бить прицельно! — Покажи! — Warlord выглянул из-за валуна. Дарккотчай подбежал к нему, сунул снимок в руки. Warlord посмотрел и кивнул. — Понял. Отвлекаем. Тень! Ты цел?! — Цел! — прохрипел Тень, поднимаясь и хватаясь за ушибленное плечо. Винтовка валялась в нескольких метрах. — Но винтовка... — Я подберу! Отвлекай его! Дарккотчай снова навёл камеру. Снова щёлкнул. Ещё один снимок. Ещё одна вспышка. Высший повернулся к нему, и его белые глаза сузились. — Ты думаешь, твоя игрушка может мне навредить? — прорычал он. — Я — древний. Я — сила, которая старше этого мира. Твоя камера — пыль. — Может, и пыль, — ответил Дарккотчай, пятясь и продолжая щёлкать. — Но ты боишься. Ты боишься, что мы видим тебя. Настоящего. Без маски. Высший зарычал и двинулся к нему, прихрамывая на раненую ногу. Но каждый щелчок камеры заставлял его на секунду замедляться, моргать, отворачиваться. Вспышки раздражали его. Или, может, камера действительно причиняла боль — слабую, но реальную. Warlord тем временем обходил его с фланга. Сумка в его руках стала почти невыносимо тяжёлой, но он держал. Тень подобрал винтовку, проверил — не сломана. Перезарядил. — Стреляю снова! — крикнул он. — В ту же ногу! Или в другую! — В другую! — отозвался Дарккотчай. — Пусть упадёт! Тень прицелился. Выдохнул. Выстрелил. И снова попал. Вторая пуля вошла в правое бедро Котчая. Мальчик закричал — своим, настоящим голосом, полным боли. Высший пошатнулся и рухнул на колени. Белое свечение вокруг него задрожало, начало гаснуть. Нити опали, растворились в воздухе. — Сейчас! — заорал Warlord. — Он слабеет! Дарккотчай бросился вперёд, сжимая в руке снимок, на котором были видны два силуэта. Он не знал, что делать дальше. Бить? Но как ударить духа? Высший бесплотен. Но, может, если ударить по тому месту, где он сцеплен с Котчаем... Он замахнулся, целясь в тёмный силуэт на снимке. Но не успел. Сумка в руках Warlord'а взорвалась светом. Чёрным. Она вырвалась из его хватки, словно живая, и взлетела в воздух. Воск на печати растрескался, и из щелей хлынула тьма — густая, маслянистая, живая. Книга внутри пела. Ручка внутри пульсировала. Они звали хозяина. — НЕТ! — крикнул Warlord, пытаясь схватить сумку, но было поздно. Она пролетела над полем боя и упала прямо в руки Высшего. Тот поймал её, прижал к груди, и его лицо озарилось торжеством. — Моя, — прошептал он. — Снова моя. Белый свет вокруг него вспыхнул с утроенной силой. Раны на ногах затянулись мгновенно, словно их и не было. Он встал — легко, без усилия. Глаза горели. Браслет на руке пульсировал чёрным. Сумка висела на плече, запечатанная снова. — Вы думали, что сможете победить? — произнёс он, и его голос гремел, как гром. — Вы, жалкие смертные? Вы, чужаки без сил? Вы — ничто. Пыль. Я уничтожу вас, а потом найду ваш мир и уничтожу его тоже. Он поднял руку. Из пальцев сорвались уже не нити — лезвия. Острые, сверкающие, смертоносные. Они полетели во все стороны одновременно. — БЕЖИМ! — заорал Дарккотчай. И они побежали. Все трое. Прочь от опушки. Прочь от леса. Прочь от смеющегося Высшего, который снова стал непобедим. Позади гремел смех. Позади светился белый огонь. Позади мальчик по имени Котчай снова исчез, растворился в сиянии, стал просто тенью в чужой игре. Но они ещё не проиграли. У них всё ещё были осколки камней. У них всё ещё была камера. У них всё ещё была надежда. И они знали: отступать — не значит сдаваться. Отступать — значит вернуться с новым планом. --- Часть 3: «Отступление» Они бежали. Позади гремел смех, и белый свет заливал опушку, выжигая траву и заставляя деревья стонать. Высший больше не шёл — он преследовал. Медленно, наслаждаясь моментом, как хищник, который знает, что добыча никуда не денется. — В лес! — крикнул Дарккотчай на бегу. — Там он слабее! Лес его сдерживает! — Лес больше не сдержит! — отозвался Тень, прижимая раненое плечо. — Он вернул Книгу! С ней он силён как никогда! — Тогда ищем укрытие! Пещеру! Что угодно! Warlord бежал молча, стиснув зубы. Сумки больше не было — она вернулась к хозяину, и это жгло его изнутри. Они подвели Котчая. Они не смогли сохранить Книгу. Всё было зря. Но он не говорил этого вслух — не сейчас. Сначала выжить. Потом — сожаления. Они нырнули в лес. Здесь было темнее, чем на опушке, — кроны смыкались над головой, создавая подобие крыши. Воздух всё ещё был густым, но теперь он ещё и вибрировал. Словно сам лес боялся того, что преследовало их. Белое свечение позади немного отстало — видимо, Высший действительно двигался медленнее среди деревьев. Или, может, лес всё ещё пытался его удержать. Сопротивлялся. — Сюда! — Тень свернул налево, туда, где среди стволов виднелся скальный выступ. — Здесь был старый бункер, ещё с первой войны. Если он не обрушился, можно спрятаться! Они пробрались через заросли и нашли вход — низкий, заваленный камнями, но не до конца. Тень первым протиснулся внутрь, за ним Warlord, последним — Дарккотчай. Внутри было темно, пахло сыростью и ржавым металлом. Но это было укрытие. Стены из толстого бетона. Пол, покрытый трещинами, но целый. И никакого белого света. Пока. — Он найдёт нас, — сказал Warlord, тяжело дыша и опускаясь на пол. — Он знает, где мы. Он чует. Книга дала ему силы. — Значит, у нас есть время, пока он ищет, — ответил Дарккотчай, доставая камеру. — Надо понять, что у нас есть и что мы можем сделать. Он выложил на пыльный пол всё, что осталось. Четыре осколка камней — зелёный, голубой, жёлтый, синий. Мешочек с пылью их собственных, сгоревших. Фотоаппарат с зелёным индикатором, который теперь пульсировал сильнее. Чертёж Гуд Дарка. Дневник с записями. И всё. — Осколки не дадут полной энергии, — сказал он. — Нам нужны целые камни. — Где их искать? — спросил Тень. — Там же, где искали, — Дарккотчай развернул карту Гууза, которая почти истрепалась, но всё ещё была читаема. — Тапок дал нам осколок. Архивариус Игнис дал ещё три. Целых камней у них не было. Но есть ещё клубы, которые мы не проверили. — Какие? — Warlord подполз ближе. — «Bebnik World». У них своя территория, они не воюют. Может, у них есть что-то. «Шёпот Тени» — мы о них почти ничего не знаем, но они могут знать о камнях. «Железный Кулак» — военный клуб, у них могут быть трофеи. «Громовой Фронт» — если они существуют, как в нашем мире, то это бывшая арена, где тоже могут быть артефакты. — Всё это далеко, — заметил Тень. — А Высший рядом. — Значит, будем искать рядом, — Дарккотчай снова навёл камеру и сделал снимок стены бункера. Снимок вылез мутным, но на нём проступали линии. Они вели вглубь бункера. Под землю. — Здесь что-то есть, — сказал он. — Камера показывает путь. Может, там артефакт. Может, камень. Может, оружие. Не знаю. Но это единственная зацепка. — Тогда идём, — Тень поднялся, превозмогая боль в плече. — Только быстро. Он уже близко. Я слышу его. Снаружи действительно доносился гул. Низкий, вибрирующий. Высший приближался. И он был не один — к гулу примешивались ещё звуки. Хлопанье крыльев. Рычание. Скрежет когтей по камню. — Он превращается, — прошептал Дарккотчай. — В животных. В существ. Чтобы искать нас быстрее. Они двинулись вглубь бункера. Коридор вёл вниз, ступени крошились под ногами. Стены были покрыты старой плесенью и какими-то надписями — старыми, довоенными, на языке, которого Дарккотчай не знал. Но камера показывала путь. Зелёный индикатор пульсировал всё быстрее. Коридор кончился железной дверью. Закрытой. На двери был замок — старый, механический, не электронный. Дарккотчай достал Кристальный Ключ Открытий, который всё ещё лежал в рюкзаке. Вставил в замок. Повернул. Дверь открылась с тяжёлым скрежетом. За ней была комната. Небольшая. Со стеллажами, на которых лежали старые ящики. В центре стоял стол, а на столе... — Камень, — выдохнул Warlord. Это был целый камень. Не осколок. Настоящий. Размером с кулак, оранжево-красный, с прожилками золота. Он слабо светился, и свет этот был тёплым, в отличие от холодного белого сияния Высшего. На ящике рядом с камнем лежала табличка: «Образец №7. Извлечён из сектора 14-В. Энергия стабильна. Осторожно — тепло». — Оранжевый, — сказал Тень. — Такого не было в вашем списке. Солнечный, зелёный, голубой, синий, центральный. Оранжевого не было. — Значит, в этом мире камни другие, — ответил Дарккотчай, беря камень в руки. Он был тёплым. Приятно тёплым. — Может, он сможет заменить один из недостающих. Или усилить осколки. Не знаю. Но это лучше, чем ничего. Снаружи раздался треск. Это Высший нашёл вход в бункер. И он не собирался ждать. — Уходим, — скомандовал Дарккотчай, убирая камень в рюкзак. — Дальний выход. Должен быть. В бункерах всегда есть запасной выход. Они рванули прочь из комнаты, в темноту, куда вела следующая дверь. Позади гремели шаги — не человеческие. Слишком тяжёлые. Слишком быстрые. Высший превратился во что-то большое. Что-то опасное. И это что-то шло за ними. Но теперь у них был камень. Целый. И это меняло всё. --- Часть 4: «Второй камень» Запасной выход из бункера вывел их в глубокий овраг, заросший всё тем же сухим кустарником. Сверху доносился треск — Высший пробивался сквозь старые бетонные перекрытия, и каждый удар отдавался дрожью под ногами. Но он замешкался внизу, в темноте, и это дало им фору. Небольшую, но фору. — Он скоро пробьётся, — сказал Тень, тяжело опираясь на винтовку. Плечо ныло, рука плохо слушалась, но он держался. — Надо уходить дальше. — Куда? — спросил Warlord, оглядывая овраг. — Лес теперь — его территория. Бункер мы выпотрошили. Камень у нас. Куда ещё? Дарккотчай развернул карту Гууза. Пальцы дрожали от усталости, но он вглядывался в пометки, пытаясь найти хоть что-то. — Здесь, — он ткнул в точку к юго-востоку от леса. — «Старая арена». Гууз написал: «Не ходить. Опасно. Но там могут быть камни». Это территория «Громового Фронта». — «Громовой Фронт»? — переспросил Warlord. — В нашем мире это клуб, где состоял Валён. Отец Пустоты. — Здесь всё иначе, — ответил Тень. — «Громовой Фронт» — военный клуб. Агрессивный. Они контролируют старую арену уже несколько лет. Говорят, там проходят бои без правил. Кто выигрывает — получает трофей. Может, среди трофеев есть и камни. — Бои без правил, — повторил Дарккотчай. — Значит, можно попробовать выиграть камень. — Ты спятил? — Warlord уставился на него. — Мы едва на ногах стоим. У меня плечо, у Тени плечо, у тебя ожоги до сих пор не зажили. Какие бои? — Бои, которые мы выиграем, — спокойно ответил Дарккотчай. — Потому что у нас нет выбора. С одним целым камнем мы портал не откроем. Даже если центральный камень заменит Монстер с той стороны — нужно хотя бы два. Четыре осколка и один целый — этого мало. Нужен второй. — А если арена — ловушка? Если там нас уже ждут? — Тогда будем прорываться. Но мы должны попробовать. Тень поднялся. Его лицо было бледным от боли, но взгляд оставался твёрдым. — Я пойду, — сказал он. — Я участвовал в таких боях. Давно, ещё до войны. Правила простые: выходишь на арену, сражаешься. Один на один или команда на команду. Если побеждаешь — забираешь трофей. Если проигрываешь... ну, обычно проигравшие не уходят. — Отлично, — буркнул Warlord. — Просто отлично. — Мы не проиграем, — сказал Дарккотчай, и в его голосе прозвучала сталь. — Потому что мы не можем проиграть. Они двинулись на юго-восток. Овраг петлял, выводя их всё дальше от леса, и белое свечение позади становилось всё тусклее. Высший всё ещё преследовал, но медленно — возможно, барьер, который он поставил, имел ограничения по дальности. Или, может, он просто не хотел отходить далеко от места силы. В любом случае, у них снова был шанс. Через несколько часов пути они вышли к старой арене. Это было огромное сооружение — полуразрушенный амфитеатр, сложенный из серого камня. Стены были покрыты трещинами, кое-где зияли провалы от снарядов. Но внутри горел свет. И оттуда доносился шум — крики, звон металла, рёв толпы. — Похоже, бои в разгаре, — заметил Тень. На входе их встретили двое охранников в тяжёлой броне с эмблемой «Громового Фронта» — молот, разбивающий молнию. Один из них, здоровенный мужик с окладистой бородой, оглядел троицу и усмехнулся. — Гляди-ка, ещё бойцы. Вы на арену? Или посмотреть? — На арену, — ответил Дарккотчай. — Трое? Одним заходом? — Да. — Ставка? — Камень. Телепортационный. У вас, говорят, такие есть. Бородач переглянулся с напарником. Потом пожал плечами. — Есть один. Солнечный. Целый. Наш командир Гроза держит его как приз за особый бой. Если хотите его — придётся драться не с обычными бойцами. С чемпионами. — Мы согласны. — Тогда входите. И готовьтесь. Через час ваш бой. Их провели внутрь. Арена изнутри была ещё больше, чем снаружи. Огромный круг, огороженный ржавой решёткой. Трибуны, забитые народом — кто-то в броне, кто-то в лохмотьях, но все с азартным блеском в глазах. Пахло пылью, металлом и кровью. На арене в этот момент двое бойцов сходились в яростной схватке — один с топором, второй с цепью. Толпа ревела. — Чемпионы, — прошептал Warlord. — И они явно не новички. — Мы тоже не новички, — ответил Дарккотчай, доставая камеру. — Давай посмотрим, что они из себя представляют. Он навёл камеру на бойцов. Щёлкнул. Снимок вылез чётким — на нём были видны не только бойцы, но и их слабые места. У одного — колено. У второго — запястье. Старые раны. Не до конца зажившие. — У каждого есть уязвимость, — сказал он, показывая снимок Тени и Warlord'у. — Если бить туда — у нас есть шанс. — Шанс — это всё, что нам нужно, — ответил Тень, проверяя винтовку. — Я не смогу стрелять на арене. Правила боя — только холодное оружие. Но у меня есть нож. — У меня тоже, — Warlord достал клинок, который ему вернули в «Пламени Феникса». — И граната Анти. Но её лучше не использовать — убьём всех, включая нас. — Значит, ножи, — подытожил Дарккотчай. — И всё, что мы умеем. Час прошёл быстро. Их вызвали на арену. Толпа встретила чужаков свистом и улюлюканьем. На противоположной стороне уже стояли трое чемпионов — все как на подбор здоровенные, в тяжёлой броне, с оружием. Один держал двуручный меч. Второй — молот с зазубренными краями. Третий — копьё с широким лезвием. — Правила простые! — прогремел голос сверху, с трибуны. Командир Гроза — высокая женщина в кожаном доспехе, с боевым шрамом через щёку — смотрела на них сверху вниз. — Бой до нокаута. Или до смерти. Оружие — любое холодное. Магия и артефакты запрещены. Победители забирают приз. Проигравшие... ну, вы поняли. Начали! Толпа взревела. Чемпионы двинулись вперёд. Дарккотчай, Warlord и Тень переглянулись — и бросились навстречу. Бой начался. --- Часть 5: «Арена» Толпа взревела так, что задрожали стены старого амфитеатра. Дарккотчай едва успел отпрыгнуть — двуручный меч первого чемпиона рассёк воздух там, где он только что стоял. Лезвие врезалось в песок, взметнув фонтан пыли. — Разошлись! — крикнул он, и трое instantly разбежались в разные стороны. Warlord ушёл влево, пригибаясь и петляя. Его противником стал чемпион с молотом — огромный, медленный, но чудовищно сильный. Каждый удар молота сотрясал землю, оставляя в песке глубокие воронки. Warlord уклонялся, выжидая момент. Плечо ныло, но адреналин заглушал боль. Он видел на снимке Дарккотчая слабое место этого здоровяка — левое колено. Старая рана. Туда и надо бить. Тень взял на себя третьего — копейщика. Тот был быстрее остальных, его копьё мелькало, как змеиный язык, нанося быстрые уколы. Тень отступал, парируя ножом, который казался игрушечным по сравнению с длинным копьём. Но Тень не спешил. Он ждал. Как снайпер. Дарккотчай остался один на один с мечником. Тот был огромен — выше его на голову, шире в плечах. Двуручный меч в его лапах выглядел как продолжение тела. Он двигался с неожиданной для такого гиганта скоростью и явно был опытным бойцом. — Чужак, — прорычал мечник, делая выпад. — Слышал, вы из другого мира. Там все такие слабые? Дарккотчай уклонился, чувствуя, как лезвие проходит в сантиметре от груди. — Там все такие вежливые, — ответил он, перекатываясь и вскакивая. — Не то что здесь. Мечник рассмеялся и атаковал снова. Меч описывал широкие дуги, заставляя Дарккотчая постоянно двигаться, уклоняться, отступать. Он не мог контратаковать — нож против двуручного меча это самоубийство. Но он видел то, что показала камера: у мечника было слабое запястье. Правое. Старый перелом, неправильно сросшийся. Если ударить туда — он выронит меч. Вопрос в том, как подобраться. — Warlord! — крикнул он, не оборачиваясь. — Как ты?! — Занят! — отозвался Warlord, снова уклоняясь от молота. Его противник бил методично, как кузнец по наковальне, и каждый удар приближал Warlord'а к стене. Но он уже понял ритм. Удар. Пауза. Удар. Пауза. В паузу можно вклиниться. Он дождался следующего удара, перекатился под самый молот, чувствуя, как ветер от пролетевшего над головой металла рванул волосы, и вонзил нож в левое колено чемпиона. Тот взревел от боли. Молот выпал из рук. Здоровяк рухнул на одно колено, схватившись за рану. Warlord тут же отскочил, не добивая — бой до нокаута, не до смерти. Чемпион попытался встать, но нога подкосилась, и он снова упал. — Один готов! — крикнул Warlord, поднимая нож. — Помочь? — Разберись с копейщиком! — отозвался Дарккотчай. — Я сам! Warlord рванул к Тени, который всё ещё танцевал с копейщиком. Вдвоём они быстро загнали его в угол, и Warlord точным ударом плашмя по голове отправил чемпиона в нокаут. Копьё звякнуло о песок. Тем временем Дарккотчай выжидал. Мечник снова атаковал, и на этот раз Дарккотчай не стал уклоняться далеко. Он шагнул вперёд, пропуская меч над плечом, и ударил рукоятью ножа точно в правое запястье мечника. Раздался хруст. Старая кость не выдержала. Меч выпал из разжавшихся пальцев, и Дарккотчай тут же нанёс короткий удар в челюсть. Чемпион пошатнулся, глаза его закатились, и он рухнул на песок. Тишина. Потом — рёв. Толпа взорвалась аплодисментами. Крики, свист, топот ног. Трое чужаков только что уложили трёх чемпионов. Командир Гроза поднялась со своего места. Её лицо было бесстрастным, но в глазах мелькнуло что-то похожее на уважение. — Победители! — объявила она, и её голос перекрыл шум толпы. — Забирайте приз. Она кинула что-то вниз. Небольшой мешочек. Дарккотчай поймал его, развязал. Внутри лежал камень. Целый. Размером с небольшое яблоко, солнечно-жёлтый, тёплый, светящийся изнутри. Точь-в-точь как тот, что был у них в основном мире. — Солнечный камень, — выдохнул он. — Настоящий. Целый. — Мы сделали это, — Warlord опустился на песок, тяжело дыша. — Чёрт возьми, мы сделали это. Но Тень не разделял их радости. Он смотрел на трибуны. На Грозу. На охранников у выхода. Что-то было не так. — Не спешите радоваться, — тихо сказал он. — Я знаю «Громовой Фронт». Они не любят проигрывать. И они не любят, когда чужаки забирают их трофеи. Словно в подтверждение его слов, Гроза подняла руку, и шум на трибунах стих. — Камень ваш, — сказала она. — Но есть ещё кое-что. Трофей, который мы нашли на этой арене месяц назад. Он вам может быть интересен. Она кинула вниз небольшой свёрток. Дарккотчай поймал его и развернул. Внутри лежали два кольца. Простые, металлические, но на внутренней стороне каждого были выгравированы слова на древнем языке. И от них исходило слабое тепло. — Что это? — спросил Warlord, подходя ближе. — Не знаю, — ответил Дарккотчай, разглядывая кольца. — Но камера, возможно, покажет. Он навёл камеру на кольца. Щёлкнул. Снимок вылез чётким. На нём оба кольца светились мягким золотистым светом, и между ними тянулась тонкая нить — энергетическая связь. И внизу снимка проступили слова, переведённые с древнего: «Одно сердце на двоих. Одна жизнь на двоих. Если один падёт — второй воскресит. Но лишь раз.» — Кольца Второго Шанса, — прошептал Дарккотчай. — Если один из нас умрёт, второй может отдать свою вторую жизнь, чтобы воскресить его. Но после этого кольца сломаются. Одноразовые. — Как Ожерелье Второй Жизни в нашем мире, — сказал Warlord. — Только на двоих. — Берите, — крикнула Гроза сверху. — И уходите. Вы честно выиграли. Но я не гарантирую, что мои бойцы не захотят реванша. Через час здесь будет темно. До темноты вы должны быть далеко. — Спасибо, — сказал Дарккотчай, убирая кольца в рюкзак. — За камень и за кольца. — Не благодари. Просто не возвращайтесь. Они покинули арену под рёв толпы. Теперь у них было два целых камня — оранжевый из бункера и солнечный с арены. Плюс четыре осколка. Плюс кольца. Плюс камера. Плюс чертёж Гуд Дарка. Они были вооружены лучше, чем когда-либо. Но Высший всё ещё преследовал их. Котчай всё ещё был в плену. Луна всё ещё прибывала. И времени оставалось всё меньше. — Куда теперь? — спросил Warlord. — К лесу, — ответил Тень. — Только теперь у нас есть план. Дарккотчай кивнул. Он уже знал, что делать. Камера покажет дорогу. Камни дадут силу. Кольца дадут шанс. А Тень... Тень даст выстрел. Они двинулись обратно к Забытому Лесу. Обратно к Высшему. Обратно к судьбе. --- Часть 6: «Возвращение к лесу» Они шли обратно к Забытому Лесу тем же путём, которым бежали от него. Но теперь всё было иначе. Теперь они не отступали. Теперь они наступали. Дарккотчай шагал впереди, и в его рюкзаке лежали два целых камня — оранжевый из бункера и солнечный с арены. Четыре осколка — зелёный, голубой, жёлтый, синий. Мешочек с пылью их собственных, сгоревших при переходе. Фотоаппарат, который теперь пульсировал ровным зелёным светом. Кольца Второго Шанса — одно на пальце, второе в кармане. И сумки с Книгой больше не было — она вернулась к Высшему. Но это не значило, что они проиграли. Это значило, что битва ещё впереди. Warlord шёл вторым. Плечо после боя на арене снова ныло, но он не жаловался. Он думал о словах Грозы: «Не возвращайтесь». Они возвращались. И на этот раз они были готовы. Тень замыкал цепочку. Его винтовка была заряжена, патронташ полон. Плечо всё ещё болело после удара белой волной, но он держал оружие твёрдо. Он думал о сыне. О том, как тот прошептал: «Отец? Ты пришёл...» Всего два слова. Но этих двух слов хватило, чтобы Тень понял: он не зря ждал пять лет. Он не зря шёл через этот чужой мир. Его сын жив. Его сын борется. И он вытащит его. Чего бы это ни стоило. К вечеру они снова вышли к опушке Забытого Леса. Деревья стояли тёмной стеной, и белое свечение в глубине пульсировало, как сердце. Высший знал, что они вернулись. Он ждал. — Он чует нас, — сказал Тень, останавливаясь у кромки деревьев. — Пусть чует, — ответил Дарккотчай. — Мы не прячемся. Мы пришли за ним. Он достал камеру, навёл на лес. Щёлкнул. Снимок вылез чётким — на удивление чётким, словно камера сама хотела показать им путь. На фотографии были видны линии, ведущие вглубь леса. К центру. К поляне, где они ещё не были. И на поляне — две фигуры. Одна — белая, огромная, бесформенная. Вторая — маленькая, скорчившаяся на земле, с браслетом на руке. — Он держит его там, — сказал Дарккотчай, показывая снимок. — В центре леса. Там, где барьер самый сильный. Нам нужно пройти через весь лес, добраться до поляны, сломать браслет и открыть портал. Всё одновременно. И до того, как взойдёт полная луна. — И до того, как Высший нас убьёт, — добавил Warlord. — Это само собой. Они вошли в лес. Воздух снова стал густым, но теперь он ещё и дрожал. Словно весь лес был натянутой струной, готовой лопнуть в любой момент. Деревья скрипели, хотя ветра не было. Ветки тянулись к ним, цепляясь за одежду, за волосы. Лес не хотел их пускать. Но они шли. — Он пытается нас задержать, — сказал Тень, перешагивая через корень, который выполз из земли прямо перед ним. — Пусть пытается. Мы всё равно дойдём. Через час пути они наткнулись на первое препятствие. Не Высшего — его слуг. Из-за деревьев вышли фигуры. Белые. Полупрозрачные. С горящими глазами. Такие же, как та, что преследовала их в катакомбах. Но здесь их были десятки. Они стояли между деревьями, загораживая путь, и смотрели. Ждали. — Тени Высшего, — прошептал Warlord. — Он создал их, чтобы охранять лес. — Значит, прорвёмся, — ответил Дарккотчай, доставая камеру. — Они боятся энергии другого мира. У нас есть камни. У нас есть камера. У нас есть всё, что нужно. Он навёл камеру на ближайшую тень. Щёлкнул. Вспышка. Тень задрожала, её очертания поплыли. Она не исчезла, но отступила на шаг. Дарккотчай щёлкнул снова. И снова. Каждая вспышка заставляла тени отступать. — Камера работает как оружие, — заметил Warlord, сжимая нож. — Кто бы мог подумать. — Гуд Дарк, — ответил Дарккотчай. — Если мы выберемся, я лично пожму ему руку. Они двинулись сквозь строй теней, и Дарккотчай щёлкал камерой без остановки. Каждая вспышка отбрасывала тени на шаг назад. Warlord и Тень прикрывали его с флангов, отбиваясь от тех теней, что пытались зайти сбоку. Ножи и приклад винтовки проходили сквозь них, но заставляли замедляться, рассеиваться на секунду. Этого хватало. Они прорвались. Тени остались позади, но Дарккотчай знал: они вернутся. Они всегда возвращаются. Пока жив Высший, его слуги будут охотиться на них. Но сейчас это не имело значения. Потому что впереди уже виднелась поляна. Она была огромной. Круглая, идеально ровная, словно кто-то вырезал её в лесу гигантским ножом. Земля была чёрной от пепла. В центре стоял алтарь — большой плоский камень, покрытый древними символами. И на этом камне сидел Котчай. Он выглядел хуже, чем в прошлый раз. Белые волосы потускнели, кожа стала ещё бледнее. Браслет на его руке пульсировал чёрным, и от него поднимался дымок. Глаза были закрыты. Он не двигался. — Спит, — прошептал Тень. — Высший спит. Поэтому он нас не атакует. — Или ждёт, — предостерёг Warlord. — Может, это ловушка. — Может. Но у нас нет выбора. Они вышли на поляну. И как только их ноги коснулись чёрной земли, глаза Котчая открылись. Оба. Белые. Горящие. — Вы вернулись, — произнёс Высший голосом, который гремел, как гром. — Глупцы. Вы думали, что сможете победить меня здесь? В моём лесу? В моём барьере? — Мы не думаем, — ответил Дарккотчай. — Мы знаем. Он достал камеру. Тень вскинул винтовку. Warlord сжал нож. Битва за Котчая началась. --- Часть 7: «Битва на поляне» Высший поднялся с алтаря. Движение было плавным, почти грациозным, но от него веяло такой древней, первобытной силой, что воздух на поляне сгустился до состояния воды. Дарккотчай физически ощутил давление — на грудь, на плечи, на голову. Словно сама гравитация здесь работала иначе. — Вы жалки, — произнёс Высший, и его голос разнёсся по поляне многократным эхом. — Вы пришли в мой лес с ножами и камерой. Вы думаете, это оружие? Я пережил сотни ваших миров. Я видел, как рождаются и умирают звёзды. А вы — пыль. — Пыль, — повторил Дарккотчай, делая шаг вперёд. — Но пыль, которая украла твою Книгу. Пыль, которая выжила после твоих атак. Пыль, которая стоит здесь и не боится. Высший рассмеялся. Смех был похож на скрежет разрываемого металла. — Не боится? Ты боишься, чужак. Я чувствую твой страх. Ты боишься за своего друга. Ты боишься за старика с винтовкой. Ты боишься за мальчика, который сидит внутри меня. Ты пропитан страхом, как губка — водой. — Страх — это не слабость, — ответил Дарккотчай, поднимая камеру. — Страх — это топливо. Он щёлкнул. Вспышка осветила поляну. Высший поморщился — самую малость, но Дарккотчай заметил. Камера работала. Энергия другого мира, собранная Гуд Дарком из маны этой вселенной, причиняла Высшему боль. Пусть небольшую. Пусть раздражающую. Но боль. — Тень! Warlord! Сейчас! Тень выстрелил. Пуля прошла сквозь белое свечение вокруг Высшего и ударила в плечо Котчая. Мальчик пошатнулся, и Высший на секунду потерял концентрацию — белое сияние дрогнуло, стало менее ярким. Warlord рванулся вперёд, целясь ножом в браслет. Он знал, что внутри барьера браслет не сломать, но можно попытаться ослабить связь. Высший отреагировал мгновенно. Он взмахнул рукой, и из земли вырвались корни — чёрные, извивающиеся, с острыми шипами. Они хлестнули Warlord'а по ногам, опрокинув его на землю. Ещё один корень ударил Тень, выбив винтовку из рук. Только Дарккотчай успел отскочить, продолжая щёлкать камерой. — Вы думали, что сможете победить меня физической силой? — Высший поднял Котчая в воздух, и мальчик повис, окружённый белым коконом. — Я не тело. Я — дух. Я — идея. Я — страх, который живёт в каждом из вас. Ты, — он указал на Тень, — боишься, что потерял сына навсегда. Ты, — он указал на Warlord'а, — боишься, что подвёл друга. Ты, — он указал на Дарккотчая, — боишься, что никогда не вернёшься домой. Ваш страх — моя пища. — Тогда подавись! — крикнул Дарккотчай, и камера в его руках вспыхнула особенно ярко. Он нажал на спуск не один раз — он жал его снова и снова, как будто это был не фотоаппарат, а оружие. Каждая вспышка вырывала из белого кокона куски. Каждый снимок показывал правду: вот Котчай, скорчившийся внутри. Вот Высший, обвивший его, как змея. Вот барьер, пульсирующий чёрным по краям поляны. — Тень! — крикнул он, не оборачиваясь. — Снимки! Смотри на снимки! Там видно, где он уязвим! Тень подполз к рассыпанным фотографиям, хватая их одну за другой. На каждом снимке Высший был виден по-разному: то он сжимался вокруг головы Котчая, то вокруг груди, то вокруг руки с браслетом. Но на одном из снимков — том, где камера выхватила момент сразу после выстрела — браслет был виден отдельно. И на нём была трещина. Крошечная. Почти незаметная. Но трещина. — Браслет повреждён! — крикнул Тень. — Пуля задела его! Если бить туда снова и снова, он сломается! — Даже внутри барьера? — спросил Warlord, поднимаясь и отряхиваясь от грязи. — Барьер защищает Высшего, но не браслет! Браслет — это связь с Котчаем! Если разорвать связь, барьер может ослабнуть! Высший услышал это и взревел. Белое свечение вокруг него стало ослепительным, и из земли вырвались новые корни — десятки, сотни. Они хлестали во все стороны, заставляя троих отступать к краю поляны. — ВЫ НЕ ПОСМЕЕТЕ! — гремел Высший. — ЭТОТ БРАСЛЕТ — МОЯ СВЯЗЬ С МИРОМ! БЕЗ НЕГО Я СНОВА СТАНУ ТЕМ, ЧЕМ БЫЛ! — И чем же ты был? — крикнул Дарккотчай, продолжая щёлкать камерой. Высший замер на секунду. Его белые глаза уставились на Дарккотчая, и в них мелькнуло что-то новое. Не ярость. Не презрение. Страх. — Тьмой, — прошептал он, и его голос на секунду стал тихим. — Я был тьмой. Бесформенной. Бесконечной. Я провёл в ней вечность, прежде чем нашёл первый браслет. Я не хочу обратно. Я НЕ ВЕРНУСЬ! Он выбросил руку вперёд, и из ладони вырвался луч белого света — не нити, не корни, а именно луч, прямой, как копьё, направленный в сердце Дарккотчаю. Тот не успел бы увернуться. Но в последний миг перед ним встал Warlord. Луч ударил его в грудь. Warlord отлетел на несколько метров, врезался в дерево и рухнул на землю. Дарккотчай закричал. Закричал так, как не кричал никогда — ни когда падал в портал, ни когда горел, ни когда прощался с детьми. Этот крик был полон ярости, боли и чего-то ещё. Чего-то, что заставило камеру в его руках взорваться светом. Вспышка была такой яркой, что Высший закрыл лицо руками. Корни опали. Белое свечение сжалось до размеров Котчая. А Дарккотчай уже бежал к Warlord'у, падая на колени перед другом. — Warlord! Warlord, открой глаза! Не смей! Слышишь?! Не смей умирать! Warlord открыл глаза. С трудом, но открыл. Его лицо было бледным, на губах пузырилась кровь. — Кажется... я поймал луч, — прохрипел он, пытаясь улыбнуться. — Какой я дурак. — Ты не дурак! Ты спас меня! Лежи, не двигайся! — Поздно... двигаться... — Warlord закашлялся, и кровь потекла по подбородку. — Дарккотчай... если что... передай Белуге... что я рад, что вспомнил его... — Сам передашь! — Не думаю... Его глаза закрылись. Дыхание стало прерывистым. Дарккотчай схватил его за руку — и почувствовал, как пальцы Warlord'а слабеют. — Кольца, — прошептал он. — Кольца Второго Шанса! Он достал кольцо из кармана. Надел на палец Warlord'а. Сжал его руку в своей. — Если один падёт — второй воскресит, — произнёс он слова, которые камера показала на снимке. — Давай, работай! Работай, чёрт тебя подери! Ничего не происходило. Warlord лежал неподвижно. Его дыхание остановилось. Сердце Дарккотчая ухнуло в пропасть. А потом кольца засветились. Сначала слабо, потом ярче, потом ослепительно. Золотой свет хлынул из обоих колец — с пальца Дарккотчая и с пальца Warlord'а. Свет обвил их руки, их тела, их сердца. И Дарккотчай почувствовал, как что-то вытекает из него — не кровь, не сила, а что-то иное. Сама жизнь. Он отдавал её другу. Warlord вздрогнул. Его спина выгнулась дугой. Глаза распахнулись. Он сделал судорожный вдох — такой глубокий, словно вынырнул из-под воды. — Что... — прохрипел он, оглядываясь. — Я... я жив? — Жив, — выдохнул Дарккотчай, падая рядом. — Ты жив, идиот. Кольца сработали. Оба кольца на их пальцах потускнели и покрылись трещинами. Они сломались. Одноразовые. Но они сделали своё дело. На поляне воцарилась тишина. Высший смотрел на них, и его лицо — лицо Котчая — было искажено удивлением. Он не ожидал, что смертные могут воскреснуть. Он не ожидал, что у них есть артефакты этого мира. Он не ожидал многого. — Интересно, — произнёс он наконец. — Очень интересно. Вы сильнее, чем я думал. Но этого недостаточно. — Достаточно, — ответил Дарккотчай, поднимаясь на ноги. — Потому что пока мы тут сражаемся, время идёт. И луна... уже почти полная. Он посмотрел на небо. Сквозь кроны деревьев было видно, как серо-жёлтое небо темнеет, а на горизонте поднимается огромный бледный диск. Луна. Почти полная. Ещё немного — и связь между мирами оборвётся. — Тень! — крикнул он. — У нас мало времени! Мы должны открыть портал! — А Котчай?! — Тень всё ещё держал винтовку, и его лицо было искажено мукой. — Я не уйду без него! — И не надо! Мы возьмём его с собой! Но сначала — браслет! Высший снова расхохотался. — Взять его? Вы не можете взять его! Он мой! И пока этот браслет цел, он всегда будет моим! — Значит, сломаем браслет, — сказал Дарккотчай. И в этот момент луна над лесом стала полной. Серо-жёлтое небо потемнело до чёрного. Время истекло. И теперь — или сейчас, или никогда. --- Часть 8: «Полная луна» Луна взошла. Огромная, бледная, идеально круглая, она висела над Забытым Лесом, как глаз, который смотрел на мир и ждал. Ждал, когда связь между мирами оборвётся. Ждал, когда портал закроется навсегда. — Полная, — прошептал Дарккотчай, глядя на небо. — В нашем мире она, наверное, тоже полная. Если мы не откроем портал сейчас, мы не вернёмся никогда. — Сначала — браслет, — сказал Тень, не опуская винтовки. — Пока браслет цел, Котчай не свободен. — А Высший? — А Высший подождёт. Высший, всё ещё висевший в воздухе в белом коконе, расхохотался. Смех был похож на скрежет металла по стеклу — резкий, пронзительный, от него закладывало уши. — Вы всё ещё думаете, что можете сломать мой браслет? — произнёс он, и его голос гремел, как гром. — Глупцы. Вы видите луну? Через несколько минут она достигнет зенита. И тогда связь между мирами оборвётся навсегда. Вы останетесь здесь. Со мной. Навечно. — Мы не останемся, — ответил Дарккотчай, поднимая камеру. — Мы уйдём. И Котчай уйдёт с нами. Он нажал на спуск. Вспышка. Ещё вспышка. Камера работала на пределе, выплёскивая остатки маны этого мира в каждом снимке. Высший морщился, отворачивался, но не атаковал. Вместо этого он начал отступать. Медленно, шаг за шагом, он отходил к самому высокому дереву на краю поляны — огромному дубу с раскидистой кроной, чьи ветви уходили в самое небо. — Что он делает? — спросил Warlord, всё ещё держась за грудь. Кольца Второго Шанса сделали своё дело, но он был слаб. Очень слаб. — Не знаю, — ответил Дарккотчай. — Но мне это не нравится. Высший достиг дерева. И вдруг его тело — тело Котчая — преобразилось. Белое свечение сжалось, изменило форму, и через секунду на ветке сидела птица. Огромная, белая, с чёрными прожилками на крыльях и горящими глазами. В клюве она держала сумку. Сумку с Книгой. — Он превратился, — прошептал Тень. — В птицу. Птица взлетела на самую верхушку дуба, туда, где ветви сплетались в подобие гнезда. Там она снова превратилась в Котчая. Мальчик сидел на ветке, свесив ноги, и в его руках была Книга. Раскрытая. Ручка с оранжевым камнем светилась в его пальцах. — Он пишет, — сказал Дарккотчай, вглядываясь сквозь камеру. — Он записывает заклинание. Для браслета. Если он закончит, мы не сможем сломать браслет никогда. — Останови его! — крикнул Warlord. Тень вскинул винтовку. Прицелился. Выстрелил. Пуля прошла сквозь белое свечение, но не задела ни Котчая, ни Книгу. Высший даже не дрогнул. Он продолжал писать. Ручка скользила по странице, оставляя светящиеся строки, которые впитывались в бумагу, как вода в песок. И с каждой новой строкой браслет на руке Котчая пульсировал всё ярче. — Я не могу попасть! — крикнул Тень, перезаряжая. — Свечение слишком сильное! Оно отклоняет пули! — Тогда лезь наверх! — ответил Дарккотчай. — Мы с Warlord'ом отвлечём его! Тень бросил винтовку — бесполезную сейчас — и рванул к дубу. Ствол был покрыт толстой корой с глубокими трещинами, и Тень карабкался, цепляясь за них, подтягиваясь, превозмогая боль в раненом плече. Он не думал о том, что делает. Он думал только о сыне. О том, что тот сидит там, наверху, и что через минуту может быть поздно. Внизу Дарккотчай и Warlord делали всё, что могли. Дарккотчай щёлкал камерой без остановки, каждая вспышка заставляла Высшего отвлекаться от письма, поднимать голову, морщиться. Warlord, превозмогая слабость, подбирал с земли камни и швырял их вверх. Камни не долетали, падали обратно, но Высший всё равно дёргался — не от ударов, а от раздражения. — Быстрее! — кричал Warlord. — Он почти закончил! Тень добрался до середины ствола, когда Высший дописал последнюю строку. Книга захлопнулась. Браслет на руке Котчая вспыхнул чёрным светом, и от него по телу мальчика побежали тёмные прожилки — как вены, наполненные тьмой. Заклинание вступило в силу. Теперь браслет был защищён. Теперь сломать его было невозможно. — Поздно, — произнёс Высший, глядя вниз, на Тень, застывшего на полпути. — Ты опоздал, отец. Браслет теперь — часть меня. Навсегда. Твой сын — часть меня. Навсегда. И ты ничего не можешь с этим сделать. Тень не ответил. Он смотрел на сына, и в его глазах стояли слёзы. Но руки не дрожали. Он медленно полез дальше. — Я не опоздал, — сказал он, и его голос был тихим, но твёрдым. — Я здесь. И пока я жив, я буду бороться. Высший засмеялся. Но в его смехе больше не было торжества. Было что-то другое. Беспокойство. Потому что внизу, на поляне, Дарккотчай делал то, чего Высший не ожидал. Он не стрелял. Не кидал камни. Он чертил. Круг. На чёрной земле, используя осколки камней, он выкладывал круг. Такой же, какой рисовал в своём мире перед порталом. Вертикальная линия. Горизонтальная. Камни на концах. — Что ты делаешь?! — крикнул Высший, и его голос дрогнул. — Открываю портал, — ответил Дарккотчай, не поднимая головы. — Ты думаешь, мы пришли сюда только за тобой? Нет. Мы пришли сюда, чтобы уйти. И мы уйдём. С Котчаем или без него. Но уйдём. — У вас нет всех камней! — Высший почти кричал. — У вас нет центрального! Портал не откроется! — Центральный камень, — сказал Дарккотчай, и на его губах мелькнула слабая улыбка, — придёт с той стороны. Он поднял голову к небу. К луне. И прошептал то, что знал только он: — Монстер... давай. Пора. И в тот же миг небо над поляной разорвалось. Белая вспышка — не холодная, как у Высшего, а тёплая, золотистая — осветила лес. В центре поляны, прямо внутри круга, который начертил Дарккотчай, начало открываться окно. Портал. С той стороны кто-то держал его. Кто-то, в ком билось Сердце Тени. Кто-то, кто носил пустой браслет и помнил, что значит бороться с тьмой. Монстер. Он держал портал. И времени оставалось совсем немного. --- Часть 9: «Портал» Портал открывался медленно. Словно сама реальность сопротивлялась, не желая пропускать чужаков обратно в их мир. Золотистая вспышка в центре круга расширялась, пульсировала, и в ней уже можно было разглядеть очертания — не поляну, не лес, а что-то другое. Комнату. Или зал. Там, с той стороны, кто-то стоял. Кто-то маленький, худой, с пустым браслетом на руке. Монстер. Он держал портал. Его лицо было напряжено, но глаза горели решимостью. Рядом с ним были другие — Белуга, Пустота, GOD/VIRUS в форме духа. Они ждали. Они верили. — Портал! — крикнул Warlord, всё ещё лёжа на земле и держась за грудь. — Они открыли его! С той стороны! — Вижу! — отозвался Дарккотчай, не отрываясь от круга. Камни, которые он выложил, светились — оранжевый, солнечный, осколки зелёного, голубого, жёлтого, синего. Они резонировали с энергией, идущей из портала. Этого хватало. Еле-еле, но хватало. Наверху, на ветвях дуба, Высший закричал. Не засмеялся — именно закричал. В его голосе больше не было торжества. Был страх. — НЕТ! — гремел он, и его белое свечение заметалось, как раненый зверь. — ВЫ НЕ УЙДЁТЕ! ЭТОТ МИР — МОЙ! ВЫ — МОИ! Я НЕ ОТПУЩУ! Он спрыгнул с дерева — не полетел, не превратился в птицу, а просто спрыгнул, приземлившись на ноги с такой силой, что земля под ним треснула. Книга в его руках была открыта, Ручка горела оранжевым. Он начал писать. На ходу. Не останавливаясь. Строки ложились на бумагу, и реальность вокруг портала начинала искажаться — края золотистой вспышки темнели, съёживались, словно кто-то сжимал их невидимыми пальцами. — Он закрывает портал! — крикнул Тень, спускаясь с дерева. — Он пишет заклинание против портала! — Останови его! — крикнул Дарккотчай. Тень выстрелил. Пуля попала Высшему в плечо — в то же плечо, что и раньше. Тот пошатнулся, но не остановился. Кровь текла по руке, но Ручка продолжала скользить по бумаге. Строки становились всё быстрее, всё яростнее. — Я НЕ ОСТАНОВЛЮСЬ! — ревел Высший. — Я ЗАКРОЮ ЭТОТ ПОРТАЛ! ВЫ ОСТАНЕТЕСЬ ЗДЕСЬ! ВЫ ВСЕ ОСТАНЕТЕСЬ ЗДЕСЬ! Warlord попытался подняться, но ноги не держали. Слабость после воскрешения всё ещё сковывала его. Дарккотчай продолжал держать круг, чувствуя, как энергия портала уходит, как золотой свет тускнеет под напором заклинания Высшего. Тень перезаряжал винтовку, но было ясно: он не успеет. Ещё несколько строк — и портал схлопнется. И тогда сверху, с дерева, упал Котчай. Не Высший. Котчай. Его тело на секунду вырвалось из белого кокона, и он рухнул вниз, ударившись о землю. Браслет на его руке мигнул — белый, чёрный, снова белый. Борьба внутри него достигла пика. Он поднял голову, и один глаз его был обычным. Человеческим. — Отец... — прохрипел он. — Я... я держу его... Недолго... Сделай... что-нибудь... Тень бросил винтовку. Подбежал к сыну. Упал на колени, схватил его за плечи. — Я здесь, — сказал он, и его голос дрожал. — Я здесь, сынок. Я никуда не уйду. — Уходи... — прошептал Котчай. — Забери... своих друзей... и уходи... Я не смогу... долго... — Я не оставлю тебя! — Придётся... — Котчай улыбнулся. Слабо, едва заметно, но улыбнулся. — Я... я горжусь... что ты мой отец... Передай маме... и Дарку... и Мятной Тени... что я их люблю... Иди... Тень не двигался. Слёзы текли по его лицу, падали на чёрную землю. Он смотрел на сына, которого искал пять лет. На сына, который боролся с древним духом и не сдался. На сына, который сейчас жертвовал собой, чтобы они могли уйти. — Я вернусь, — сказал он. — Клянусь. Я найду способ. Я спасу тебя. — Знаю... — ответил Котчай. — А теперь... беги... Высший взревел. Белое свечение снова хлынуло из браслета, и Котчай закричал — закричал от боли, схватившись за голову. Контроль снова ускользал. Тень отступил на шаг. Потом ещё на шаг. Потом развернулся и побежал к порталу. Дарккотчай и Warlord уже были там. Золотистый свет едва держался — портал сужался, съёживался под напором заклинания Высшего. Но всё ещё был открыт. — Быстрее! — крикнул Дарккотчай, хватая Warlord'а за руку. — Тень! Быстрее! Тень добежал до круга. Остановился на границе. Обернулся. Посмотрел на сына, который корчился на земле, разрываемый битвой с Высшим. Посмотрел на лес, который стал ему домом на пять лет. Посмотрел на всё это — и шагнул в портал. Не потому, что хотел. Потому, что обещал сыну. Потому, что должен был выжить, чтобы вернуться. — Я ВЕРНУСЬ! — крикнул он, и его голос заглушил шум портала. — СЛЫШИШЬ?! Я ВЕРНУСЬ! Портал схлопнулся. Золотистая вспышка осветила поляну — и погасла. Лес снова стал тёмным. Тихим. Мёртвым. Высший остался стоять в центре поляны. Книга выпала из его рук. Заклинание, которое он писал, оборвалось на полуслове. Портал исчез. Чужаки ушли. Котчай лежал на земле, тяжело дыша, но живой. Всё ещё одержимый. Всё ещё пленник. Но теперь — пленник, который знал, что отец вернётся. — Они ушли, — произнёс Высший, и его голос был странным. Не торжествующим. Не яростным. Скорее — задумчивым. — Они ушли в другой мир. И забрали с собой часть этого. Он поднял голову. Посмотрел на небо, где только что сияла полная луна. И улыбнулся. — Частицу этого мира, — повторил он. — Камни. Камеру. Энергию. Маленькую, но связь. Очень слабую. Почти незаметную. Но я чувствую её. Я могу следовать за ней. Медленно. Год за годом. Сон за сном. Он посмотрел на Котчая, который всё ещё лежал на земле, приходя в себя. — Твой отец думает, что сбежал, — сказал он, обращаясь к мальчику. — Но он оставил дверь. Приоткрытую. И однажды... я войду. Котчай не ответил. Он закрыл глаза — один белый, один человеческий — и позволил тьме поглотить себя. Не навсегда. Только до следующего раза. До следующей битвы. А где-то далеко, в другом мире, на каменном полу ПУСТОШИ, трое путников открыли глаза. Они были дома. Израненные, обожжённые, но живые. И в рюкзаке Дарккотчая лежали осколки телепортационных камней, один целый оранжевый камень и камера — та самая, что работала на мане чужого мира. Связь осталась. Тонкая, как паутина. Но пока — незаметная. Пока — безопасная. Пока... --- Часть 10: «Побег» Тишина после закрытия портала длилась всего секунду. Потом лес взорвался. Высший закричал — не голосом, а всем своим существом. Белое свечение вокруг Котчая задрожало, запульсировало и начало меняться. Сначала оно сжалось в точку, как гаснущая звезда. Потом расширилось — но уже не белое. Чёрное. Густое. Маслянистое. Из тела мальчика хлынула тьма — та самая, которую Дарккотчай видел в катакомбах, но в тысячу раз сильнее. Она растекалась по поляне, поглощая свет, поглощая воздух, поглощая всё. — Он превращается, — прошептал Тень, всё ещё стоя у закрывшегося портала. — В нечто. Как тогда... — Бежим! — крикнул Дарккотчай, хватая его за руку. — Портал ещё можно открыть! Монстер держит его с той стороны! Нам нужно только добежать! — Куда?! — спросил Warlord, оглядываясь. Поляна была окружена лесом, и тьма Высшего уже подбиралась к деревьям, обвивая стволы, заставляя их стонать и трескаться. — Туда! — Дарккотчай указал на противоположный край поляны, где золотистая вспышка всё ещё мерцала. Портал не закрылся до конца. Монстер с той стороны держал его из последних сил, и край окна всё ещё светился, как уголёк в золе. — Второй круг! Я начертил его раньше, на всякий случай! Они побежали. Тьма сзади ревела, и в этом рёве можно было различить голос Высшего — искажённый, множественный, как хор безумцев: — ВЫ НЕ УЙДЁТЕ! Я НАЙДУ ВАС! Я НАЙДУ ВАШ МИР! Я ВЫПЬЮ ЕГО ДО ДНА! Из тьмы вырвались щупальца. Десятки. Сотни. Тонкие и толстые, быстрые и медленные, они хлестали по поляне, по деревьям, по воздуху. Одно из них ударило Warlord'а по ногам, и он упал. Дарккотчай рванулся к нему, подхватил, потащил дальше. Другое щупальце хлестнуло по тому месту, где они только что стояли, оставив в земле глубокую борозду. — Быстрее! — кричал Тень, стреляя на бегу. Пули уходили в тьму и исчезали без следа, но каждая вспышка выстрела на секунду замедляла щупальца. — Я прикрою! Бегите к порталу! Они добежали до второго круга. Он был меньше первого — Дарккотчай начертил его наспех, пока Высший писал заклинание на дереве. Камни были расставлены кое-как: осколки зелёного, голубого, жёлтого, синего, и в центре — оранжевый целый камень. Не хватало центрального. Но с той стороны его заменял Монстер. — Вставай в круг! — крикнул Дарккотчай Warlord'у. — Оба! Быстро! Warlord, превозмогая боль, вполз в круг. Тень встал рядом, перезаряжая винтовку. Щупальца уже окружили поляну. Отступать было некуда. — А ты?! — крикнул Тень, глядя на Дарккотчая. — Я сейчас! — Дарккотчай рылся в рюкзаке. Достал дневник. Протянул Тени. — Возьми. Здесь всё: записи о камнях, о порталах, о Высшем. Чертёж Гуд Дарка. Всё, что я узнал. Пригодится. Тень взял дневник. Потом Дарккотчай снял с пальца сломанное кольцо — одно из пары Второго Шанса — и протянул ему. — И это возьми. Они сломаны, но, возможно, их можно восстановить. Или использовать как-то иначе. Ты остаёшься здесь. Тебе нужнее. — Ты... ты отдаёшь мне это? — Ты будешь бороться. А я... я вернусь домой. К детям. К Пустоте. К Белуге. К Монстеру. — Он сжал руку Тени. — Спасибо тебе. За всё. Тень кивнул. Слёз не было — только решимость. Только холодная, твёрдая сталь во взгляде. — Иди, — сказал он. — И передай им... всем... что я буду ждать. Если понадоблюсь — я приду. Через любой портал. Через любую тьму. Дарккотчай встал в круг. Золотистая вспышка с той стороны стала ярче. Портал снова открывался — Монстер почувствовал, что они рядом, и вложил последние силы. — ДАВАЙ! — раздался его голос оттуда, из другого мира. — ОТЕЦ! WARLORD! БЫСТРЕЕ! Щупальца рванулись к кругу. Тень выстрелил. Раз. Другой. Третий. Каждый выстрел задерживал тьму на секунду. Дарккотчай схватил Warlord'а за руку. Они шагнули в портал. Мир закружился. Замелькали образы: лес, поляна, Тень, стоящий с винтовкой, щупальца, тянущиеся к ним, лицо Котчая — искажённое, но на секунду спокойное, словно он знал: отец остался. Отец будет бороться. А потом всё исчезло. Был только свет. Золотой. Тёплый. Домашний. Они упали на камни. Не на чёрную землю — на серый бетон ПУСТОШИ. Вокруг стояли люди. Белуга. Монстер. Пустота. GOD/VIRUS в форме духа. Тапок. Пабло Дикстер. Все, кого они оставили. Они вернулись. Израненные. Обожжённые. Сломанные. Но живые. Тень остался в лесу. С винтовкой. С дневником. Со сломанными кольцами. С надеждой. А где-то в Забытом Лесу Высший снова сжался до размеров мальчика. Котчай открыл глаза — один белый, один человеческий. И улыбнулся. — Они ушли, — сказал он, обращаясь к тому, кто сидел внутри. — А я остался. И знаешь что? Ты проиграл. Ты не смог их остановить. Ты — древний дух, а они — просто люди. И они победили. — Заткнись, — прошипел Высший. — Я найду их. Я найду их мир. Я... — Конечно, найдёшь, — перебил Котчай. — Но когда ты это сделаешь... там уже будет мой отец. И его друзья. И их дети. И все, кто верит в лучшее. Готовься. Высший замолчал. Лес снова погрузился в тишину. Только где-то далеко, за холмами, эхом разносился одинокий выстрел. Тень не сдался. Он только начал. --- КОНЕЦ 3 ГЛАВЫ