9|| Заколка в виде сесилии.

      Тишина, воцарившаяся в гостиной после шторма, почти оглушительная. Сяо всё еще сидел, откинувшись на край стола, пытаясь вернуть контроль над собственным дыханием. Гань Юй медленно поднялась с колен. Движения были плавными, почти механическими - она поправила платье, стряхнула невидимые пылинки с подола и коротким, точным движением руки убрала волосы с лица. В глазах не было ни тени смущения. Мэйер выглядела так, словно только что закончила сложный, но успешный аудит. – Нам стоит лечь спать, - произнесла она ровным, бесцветным голосом, в котором не осталось и следа от недавней страсти. – Завтра дорога может освободиться рано, и я бы хотела быть в отеле к открытию дневной смены. Сяо поднял на неё взгляд. Глаза всё ещё поблескивали от пережитого удовольствия, но на губы уже возвращалась привычная, кривая усмешка. Он медленно застегнул брюки, не сводя глаз с коллеги. – Ты просто чудо, Мэйер, - в голосе снова зазвучала знакомая ядовитая ирония. – Никаких лишних слов, никакой драмы. За секунду всё вернулось на круги своя, будто мы просто подписали очередной чертов контракт.

– А разве это было чем-то иным? - она подняла с пола его пиджак и аккуратно положила на подлокотник кресла. – Спокойной ночи, мистер Хардман.

Юй развернулась и вышла из гостиной, не оборачиваясь. Стук каблуков по паркету был четким и уверенным.       Утро встретило их ослепительным, холодным солнцем, которое отражалось в лужах на размытой дороге. Шторм ушел, оставив после себя поваленные ветки и запах мокрой земли. В особняке пара почти не разговаривала. Гань Юй пила черный кофе в столовой, просматривая рабочую почту на планшете, пока парень грузил вещи в машину. Дорогу действительно расчистили. Тяжелый маслкар уверенно преодолевал участки с грязью, направляясь обратно в цивилизацию. – В три совещание у генерального, - подала голос Гань Юй, когда впереди показались знакомые очертания Эйшвела. – Нужно подготовить отчет по визиту к Вейну.

– Я уже набросал основные пункты, - отозвался Сяо, не отрывая взгляда от дороги. – Отправлю тебе через час. Добавь туда свою юридическую ерунду и закрывай вопрос.

– Хорошо. Когда машина въехала на подземную парковку, девушка почувствовала странное облегчение. Стерильный бетон, запах кондиционированного воздуха и безупречная чистота лобби возвращали в зону комфорта. Здесь всё было понятно. Здесь она снова была привычно мисс Мэйер, а он - мистером Хардманом. В лифт вошли вместе. Двери закрылись. Сяо стоял в углу, Гань Юй - чуть впереди, дистанция сократилась до 20 сантиметров. – Значит, всё по-прежнему? - негромко спросил юноша, глядя на её затылок. В голосе не было надежды или грусти - только сухой интерес игрока, уточняющего ставки.

– Абсолютно, - голос прозвучал чисто и звонко. – Тут не прощают потери концентрации. У нас много работы.

Двери лифта открылись на нужном этаже. Девушка вышла первой, не оборачиваясь.       Рабочие будни в «Nexsus» потекли своим чередом, словно ливень на побережье был всего лишь коллективной галлюцинацией. Эйшвел жил в бешеном темпе, и отель послушно подстраивался под ритм.       Гань Юй как обычно была той самой безупречной мисс Мэйер: волосы собраны волосок к волоску, костюм сидит идеально, в руках - неизменный планшет. Сяо тоже вернулся к своей роли - холодный, циничный менеджер, чей авторитет в подземных залах непререкаем. Они общались исключительно по делу, соблюдая все мыслимые и немыслимые границы. Но под слоем льда всё равно продолжало искрить.       Поздним вечером, когда дневная суета улеглась, девушка поднялась на этаж администрации. Нужно было занести Сяо физическую копию подписанного контракта с Вейном - чисто формальный жест, который вполне могла поручить стажеру, но почему-то предпочла сделать сама. Она без стука приоткрыла дверь кабинета. Хардман сидел за своим столом в полумраке. Свет от монитора выхватывал его резкие скулы. Он не заметил её появления сразу - внимание было приковано к нижнему ящику стола, который обычно всегда был заперт. В руке зажат небольшой предмет - старая, слегка потертая серебряная заколка в виде цветка сесилии. Сяо крутил её в пальцах с таким выражением лица, какого Гань Юй у него еще никогда не видела. На нем не было ни злости, ни цинизма. Только глухая, застарелая боль и странная, пугающая фиксация. Услышав тихий шорох шагов, Сяо мгновенно среагировал. Одним резким движением сбросил заколку в ящик и с глухим стуком задвинул его. На лицо тут же вернулась привычная непроницаемая маска, но Гань Юй успела заметить, как на секунду дрогнули чужие пальцы. – Мисс Мэйер, - прозвучало сухо. – Научитесь стучать.

– Документы по «Опал Клиффс», - Гань Юй подошла к столу и положила папку на полированную поверхность. Старалась смотреть только на документы, но взгляд невольно опустился к запертому ящику. – Вопрос закрыт. Вейн подтвердил лицензию.

– Отлично, - Сяо даже не прикоснулся к папке. Откинулся на спинку кресла, рассматривая девушку. Напряжение между ними снова сгустилось, превращаясь в тот самый душный, токсичный туман. – Можешь идти. Твоя миссия на сегодня выполнена. Гань Юй помедлила. Перфекционизм и природное любопытство требовали ответов. Этот взгляд, эта заколка... Сяо никогда не выглядел ранимым. Он был разрушителем, но сейчас она почувствовала, что за агрессией скрывается какая-то темная, нераскрытая тайна. – Что это было? - негромкий вопрос, полшага вперед, внимательный взгляд. - В ящике. Сяо усмехнулся - медленно, ядовито. Подался вперед, опираясь локтями на стол, и уставился на неё своими янтарными глазами. В этом взгляде слишком много личного. – Не суй нос не в свое дело, Мэйер. Тебе вредно интересоваться тем, что не входит в твои должностные инструкции.

– Я просто спросила, - равнодушно пожала плечами девушка, пытаясь скрыть легкую досаду.

– Тебе действительно интересно? - Сяо вдруг поднялся. Обошел стол, останавливаясь напротив неё. Посмотрел на аккуратную прическу, на то, как упрямо вздернулся подбородок, защищаясь от близости. И в его глазах на мгновение промелькнуло странное, почти жуткое узнавание. – Ты носишь эту маску так же уверенно, как и она. Те же жесты. Тот же страх показаться слабой. Ты думаешь, что ты особенная, Гань Юй? Девушка замерла. Сердце пропустило удар.

– О ком ты говоришь? - спросила она, чувствуя, как по спине пробежал странный холодок.

Сяо подошел еще на шаг. От него пахло тем же виски, что и в поместье, но сейчас эта близость больше не казалась игрой. Он протянул руку, и пальцы почти коснулись чужой шеи, но замерли в паре миллиметров. – Ни о ком, - тихо, почти зловеще. – О призраке. О девушке, которая тоже думала, что сможет контролировать всё в этом городе, пока Эйшвел не сожрал её целиком. И знаешь что? Ты чертовски на неё похожа, когда пытаешься казаться ледяной. - Он отступил назад, возвращаясь к своему безразличному тону. – Забирай свои документы и уходи. Гань Юй ничего не ответила, развернулась и быстро вышла из кабинета. Но поднимаясь на лифте к своей квартире, в голове крутился только один вопрос: кем была эта девушка? И почему Сяо, этот невыносимый, грубый эгоист, смотрит на неё так, словно пытается разглядеть кого-то другого? Впервые в жизни Гань Юй почувствовала, что их странная, токсичная связь - это не просто случайный сбой. Это ловушка, в которую её затягивало чужое, темное прошлое, о котором ничего не известно. И эта интрига пугала куда сильнее, чем любой шторм на побережье. Тяжелый ком закрутился в груди.       Гань Юй стояла в своей идеально пустой гостиной, глядя на отражение в панорамном окне. В руках сжат стакан ледяной воды. Слова Сяо про «девушку, которая тоже думала, что сможет всё контролировать» ввинчивались в мозг, как ржавые шурупы. Её, мисс Мэйер, лучшего менеджера «Nexsus» , только что назвали... копией? Вторичным продуктом? Вся гордость, весь выверенный годами образ уникального, незаменимого винтика дал трещину. Задело не то, что у Сяо кто-то был - это было бы странно для такого человека. А то, что всё это время, в моменты самой грязной близости, он, возможно, искал в ней не Гань Юй. Искал знакомые жесты. Знакомый наклон головы. Проецировал свою старую драму. Она не была для него особенной. Скорее просто удобным сосудом для ностальгии. Девушка резко поставила стакан на столик. Память, проклятый, безупречный инструмент, вдруг выдала нужный файл. Три года назад. Она тогда только пришла в Виндхейм младшим ассистентом. В отделе маркетинга работала девушка - молодая, яркая, амбициозная, с таким же ледяным спокойствием и пугающей работоспособностью. Была звездой отеля до того, как Мэйер сдвинула её с этого места. И всегда носила в волосах одну и ту же странную деталь - заколку в виде белого цветка сесилии. Такие не росли в Эйшвеле, их привозили под заказ. Девушку звали Люмин. На следующее утро в конференц-зале было душно от запаха дорогого кофе и мужского парфюма. Шло ежемесячное совещание по доходам казино. Сяо сидел во главе стола, демонстративно игнорируя отчеты, которые зачитывал финдиректор. Гань Юй сидела напротив. Она видела, как под столом его правая рука привычно нырнула в карман. Он думал, что никто не видит, но Гань Юй заметила характерное движение пальцев. И поняла. Хардман снова крутил её - ту самую заколку в виде сесилии - большой палец поглаживал лепестки с какой-то больной, автоматической нежностью. Когда совещание закончилось и люди начали расходиться, девушка не спешила уходить. Лишь медленно собирала свои бумаги, дождавшись, пока они останутся вдвоем в тяжелой тишине зала. Сяо поднял на неё взгляд - холодный, пустой, выжидающий. – Что на этот раз, Мэйер? Еще один параграф из устава отеля? - бросил он, не вынимая руки из кармана. Гань Юй аккуратно застегнула папку. Подошла к нему почти вплотную, опираясь ладонями о край стола. Лицо было воплощением безмятежности, но в глазах плясали опасные искры. – Я просто подумала, мистер Хардман, - начала она вкрадчиво, почти шепотом. – Что вам стоит обновить свои аксессуары. Эта заколка выглядит... поношенной. Как и ваши попытки найти в живых людях то, что давно сгнило на кладбище амбиций Эйшвела. Сяо замер. Рука в кармане сжалась так сильно, что, казалось, лепестки сейчас хрустнут. – Что ты несешь? - процедил он, и голос стал похож на рычание. Девушка наклонилась еще ниже, так, что дыхание коснулось чужой щеки. Она позволила себе легкую, ядовитую усмешку. – Сесилии - красивые цветы, Сяо. Но они очень быстро вянут, если их не поливать ничем, кроме алкоголя и самобичевания. Передавай привет призракам, но постарайся не назвать меня Люмин, когда в следующий раз решишь «сбросить напряжение». Это портит мою статистику. Гань Юй выпрямилась, наслаждаясь тем, как Хардман побледнел. Его зрачки сузились до предела, а челюсти сжались так, что на скулах заиграли желваки. Она ударила точно в цель - самую тщательно охраняемую рану. – Ты... - начал он, приподнимаясь с кресла, и в этом движении было столько неконтролируемой агрессии, что любой другой бы отпрянул. – Хорошего дня, мистер Хардман, - перебила девушка, разворачиваясь. – И проверь почту. Я прислала тебе новые графики. Они куда интереснее, чем прошлое. Гань Юй вышла из зала, чувствуя невероятный прилив адреналина. Теперь квиты. Он лишил её уникальности, а она лишила его святилища. Это была война, и впервые за долгое время девушка чувствовала, что ведет в счёте. Но где-то глубоко внутри всё еще кололо осознание: Люмин была первой. А Гань Юй...Гань Юй просто заполнила пустоту. И эта мысль была тем ядом, который теперь должно было научиться переваривать каждый день в стенах «Nexsus».