Глава пятая: Новая кровь

Дайте мне ваших усталых, ваших бедных,

ваши сбившиеся в кучу массы, жаждущие дышать свободно…

— Эмма Лазарус, «Новый Колосс»

Следующие шаблоны предназначены для вдохновения, а также для того, чтобы показать разнообразие типов персонажей, которые можно создать по правилам Time of Thin Blood. Однако их также можно использовать как готовых стартовых персонажей для игроков.

ЗОЛУШКА

Цитата: Нет, я не могу прийти в четверг — Никодим хочет, чтобы я покопался в налоговых отчётах… и разгрёб библиотеку. О, я тоже этого выносить не могу — Никодим говорит, что Тореадоры нас ненавидят. В любом случае, просто посмотри на меня… Прелюдия: Ты всегда был застенчивым маленьким мальчиком в очках. Другие дети дразнили тебя за книжность, и чем больше они дразнили, тем сильнее ты замыкался, пока единственная известная тебе жизнь не оказалась в твоём воображении, в историях о страсти и отваге, которые волновали тебя больше всего. «Три мушкетёра», «Смерть Артура», «Властелин колец», «Остров сокровищ»… всё это и многое другое ты проглотил ещё до окончания средней школы. Никто не удивился, когда ты решил получить двойную специализацию по средневековой истории и литературе. Тебе оставалось всего 18 зачётных часов до степени бакалавра, когда Никодим нашёл тебя. Сначала ты знал его лишь как странного старика, который иногда поздно вечером подходил к твоему столу в библиотеке. Он отталкивал тебя внешне, но его первые несколько случайных замечаний показали глубокое понимание творчества Виктора Гюго, которое, как оказалось, было темой твоей статьи. Со временем беседа со странным человеком вошла в привычку. Вы даже втянулись в дружескую джентльменскую игру: каждую неделю каждый из вас предлагал какой-нибудь странный, тёмный вопрос из области редких знаний для другого, а тот, кто первым находил ответ, объявлялся победителем. Поначалу Никодим каждый раз тебя обыгрывал, но, оттачивая исследовательские навыки, ты быстро его нагнал. Ты так и не понял, что тебя обучают, пока не стало слишком поздно. Через несколько месяцев после вашей первой встречи, когда ты отчаянно готовился к выпускным экзаменам, Никодим нашёл тебя за твоим столиком и пригласил выйти передохнуть и выпить чашку кофе. Это было неожиданно, но ты уже давно решил, что он безвреден. Твоя ошибка. Теперь ты знаешь, для какой цели твой сир тебя готовил. Под улицами твоего города существует огромное логово Носферату, а в этом логове находится библиотека, больше, чем городская библиотека в центре и университетская библиотека вместе взятые. Книги датируются от восьмого века до прошлого месяца. Росписи в помпейском стиле, видимые только глазам «Сородичей», покрывают стены гигантским историческим гобеленом. Это поистине прекрасное зрелище — но библиотекари отчаянно нужны, особенно с тех пор, как один определённый вампир-Носферату недавно начал требовать исследовательские отчёты по самым странным и тёмным темам. Никодим наметил тебя как будущего хранителя библиотеки. Он заметил твой интеллект, твою социальную неловкость и любовь к книгам и решил, что ты никогда не станешь скучать по своей смертной жизни наверху. Он недооценил тебя. Что ещё хуже, он переоценил самого себя. Когда он даровал тебе Становление, его слабая кровь вызвала жалкий отклик в твоей. Хотя твой сир был Носферату, ты стал каитиффом, поскольку его Кровь не оставила на тебе ни одного из своих уродств. Ты настолько наивен, что по-настоящему не понимаешь, почему Никодим так тебя ненавидит, но он, бесспорно, ненавидит. Он постоянно оскорбляет тебя и принижает твой ум. Он изо всех сил старается сделать твоё существование неприятным: даёт тебе носить только самые грязные, кишащие личинками лохмотья и кормит самой тощей добычей; ты ещё не дорос до рациона из человеческой крови, и тебе не положено покидать безопасные пределы канализации, пока ты не станешь старше, когда бы это ни наступило в вампирском смысле. Он забивает твоё расписание по меньшей мере таким же количеством чёрной работы, как и настоящих исследовательских заданий. Однажды ночью, когда твоё Прорицание достигло той точки, что тебе больше не были нужны очки с линзами как бутылочные донышки, а чтение старых текстов в темноте стало прекрасной практикой, ты выбросил их. Никодим увидел твои лазурно-зелёные миндалевидные глаза в свете лампы и пришёл в бешенство. Он срезал большую часть твоих волос неровными клочьями и изрезал твоё лицо перочинным ножом. С тех пор он много раз повторял это парикмахерское варварство и бойню, наказывая тебя, если ты осмеливался попытаться исцелить раны. Концепт: ты никогда не считал себя одним из красивых людей; по сути, всю жизнь ты считал себя непривлекательным. Но правда в том, что ты был просто неловким, очкастым и плохо одетым. Рядом со своими собратьями-Носферату ты выглядишь как подиумная модель, и они злятся на тебя за это. Несмотря на пристальный надзор, тебе удалось завести несколько знакомых среди Сородичей и смертных за пределами канализации: дружелюбного сотрудника благотворительной миссии и небольшую котерию анархов, которые всё время убеждают тебя отрастить хребет и вернуться в общество. Ты не решаешься это сделать, поскольку знаешь, что случится, если тебя поймают, но время от времени тебя всё же можно уговорить выбраться тайком. Ты слышал чудесные рассказы о силе под названием Стремительность, которая наверняка помогла бы тебе закончить все незавершённые дела до рассвета. Советы по отыгрышу: ты мягкая душа и выполняешь свою работу добросовестно и терпеливо, надеясь, что со временем твоя полезность принесёт тебе признание. Но чем больше ты узнаёшь и чем лучше справляешься, тем ядовитее становятся обитатели твоего логова. С детства ты терпел насмешки и ехидные замечания, а теперь ещё и настоящее насилие, поэтому стал мучительно застенчив. Вздрагивай, когда люди делают резкие движения или пытаются коснуться твоего грязного тела. Ты ничтожное создание. Хотя твоё сердце мечтает о приключениях и благородных делах, пока тебе не хватает смелости надолго покинуть пределы твоего замкнутого мира; твоя истинная Натура почти полностью подавлена. Учти, что ты редко получаешь полную пользу от своего Атрибута Внешности, поскольку обычно ходишь грязный и изуродованный увечьями, нанесёнными твоим сиром. Тебе разрешено держать чистыми только руки — для работы с книгами. Снаряжение: блокнот, хорошая перьевая ручка, преждевременный подарок к выпуску, личная библиотека классики в мягких обложках, спрятанная пачка наличных, снятых через банкомат со старого расчётного счёта.

ДАМПИР-БЕСПРИЗОРНИЦА

Цитата: Это её фотография. Она красивая, да? Папа говорил, что у меня её глаза… О, я не хожу никуда с незнакомцами. Правда? Ну, если вы уверены, что видели её там. Прелюдия: Как бы ты ни напрягалась, пытаясь вспомнить самое раннее детство, о матери ты не помнишь ничего. Папа всегда говорил тебе, что она умерла от СПИДа. Потом он и сам от него умер. Тебе повезло — ты ВИЧ-отрицательная, — но социальные работники, которые взяли твою жизнь под контроль, всё равно обращались с тобой так, будто ты больна. Никто не хотел удочерять нескладную, щербатую восьмилетнюю девочку смешанного происхождения. Тебя перебрасывали из приюта в приёмную семью и обратно больше раз, чем ты могла сосчитать. В школе ты умудрялась проваливать почти все предметы, но была такой своевольной и упрямой, что учителя обычно переводили тебя в следующий класс просто ради того, чтобы от тебя избавиться. Хотя в каждой школе, где ты училась, за тобой быстро закреплялась репутация задиры, правда состояла в том, что половину времени ты просто защищалась. Так что эти мальчишки очень расстроились, когда выяснили, что ты умеешь толкаться сильнее них. Бу-ху. В следующий раз, может быть, подумают дважды. А потом, в один прекрасный день, за тобой приехала тётя. Она сказала, что искала тебя много лет, но твой папа столько переезжал, что она потеряла его след. Она и твой дядя были так добры к тебе, что тебе почти стало стыдно за тот раз, когда ты стащила пятёрку из её сумочки. Они кормили тебя нормальной едой и даже отвели к стоматологу, чтобы поставить брекеты, но они не могли дать тебе того, чего ты хотела больше всего: рассказов о твоей мёртвой маме. Они ничего о ней не знали, говорили они. Она была просто какой-то дешёвкой, которую твой отец подобрал на дороге. Ты не захотела им верить и начала рыться в их вещах, когда их не было рядом. В одном из запертых ящиков дядиного стола ты наконец нашла то, что искала: письма от папы к твоей тёте. Он писал, как встретил прекрасную, ангельскую женщину, которая любила его и собиралась помочь ему завязать с наркотиками и выпивкой. Он даже прислал её фотографию, дешёвый поляроидный снимок. Она была молочно-белой, именно такой, какой, как ты всегда подозревала, она и должна была быть, с впалыми щеками и россыпью веснушек поперёк носа. И всё же в ней была какая-то истощённая красота. Письма становились всё печальнее и короче. Его тест оказался положительным. Он не мог найти концертов. Она плохо себя чувствовала. Нет, она была беременна. Снова и снова в письмах он просил денег. Твоё рождение было описано одной сухой фразой, а в следующей фразе содержалась страшная правда: мама не умерла, она ушла. Она оставила тебя, десятидневную, с твоим бедным, больным папой. Куда она делась? Он не знал; она иногда говорила, что у неё есть родня в Чикаго. Ты знала, что должна сделать. Самым лучшим своим почерком ты написала тёте и дяде записку, объяснив, куда уходишь и почему. Ты даже простила их за ложь. Потом, с фотографией в руке, села на следующий автобус. Концепт: ты почти ничего не знаешь о своём сверхъестественном наследии. Силы, которыми ты обладаешь, развились инстинктивно, и обычно ты используешь их только в драке или иной напряжённой ситуации. Но ты быстро учишься. Более того, недавно ты вспомнила несколько странных вещей, которые отец говорил на последних стадиях слабоумия, и это направило твоё расследование в новую сторону. Хотя ты этого не понимаешь, и несмотря на твоё жалко недостаточное образование, ты становишься вполне способной маленькой сыщицей. Беда в том, что ты, скорее всего, наткнёшься на то, чего тебе не следовало бы знать, задолго до того, как будешь готова с этим справиться. Советы по отыгрышу: в тринадцать лет ты ещё не до конца избавилась от детской пухлости. Взрослые смотрят на твои косички и круглые щёки и видят в тебе невинное дитя. Во многом ты и правда такая; но за свою короткую жизнь ты уже пережила много горя и боли и заботишься о себе столько, сколько себя помнишь. Подыгрывай взрослым, вся такая сахарная и пряная, пока они не встанут у тебя на пути. Тогда сожми челюсти, скрести крепкие руки и покажи им всем, с какой маленькой чертовкой они на самом деле имеют дело. Снаряжение: выцветшая фотография, поясная сумка, набитая ксерокопиями окружных архивных записей, плеер Walkman, опасно-выглядящий боевой нож, номер телефона тёти, которая отчаянно тебя ищет.

ПРОВИДИЦА

Цитата: Берегись, могущественный князь! Твоя гибель уже на горизонте. У неё три головы, и пять ног, и два языка. Она придёт в твой город и подружится с твоими врагами, которые знают… которые знают путь к… проклятье. Связь пропала. Я могу попробовать снова позже, если моему князю будет угодно. Прелюдия: Ты всегда хотела верить в экстрасенсорное восприятие. Более того, значительную часть юности ты провела, вместе со своими друзьями и их друзьями пробуя всё сверхъестественное: проводила спиритические сеансы с доской Уиджи и раскладывала Таро. Все хотели, чтобы именно ты делала им расклады, потому что ты казалась поразительно точной. У тебя никогда не хватало духу признаться им в своих сомнениях. Да, карты обычно ложились подходящими узорами, но их прямые значения были достаточно расплывчаты, чтобы подходить к множеству толкований. И никакой таинственной силы, которая замыкала бы за тебя недостающую связь, ты тоже не ощущала. Насколько ты могла судить, у тебя просто было хорошее «чутьё на людей». Ты очень старалась принять сверхъестественное на веру, как все твои жутковатые друзья, но какая-то скептическая часть тебя всё равно требовала доказательств. Тем временем ты взрослела. В конце концов житейские заботы высосали из тебя всю энергию для мистического. Твоё чутьё на людей хорошо тебе служило — на убийственно обыденной работе бортпроводницы. А потом, однажды ночью, ты работала на небольшом пригородном рейсе. Пассажиров было всего трое, и двое из них, мутноглазые бизнесмены, уснули уже через пять минут после вылета. Третьим был очень привлекательный молодой мужчина с усами и лёгким ирландским выговором. От нечего делать ты разговорилась с ним. Он утверждал, что занимается исследованиями паранормального. Его истории тебя заворожили. Похоже, твой интерес его забавлял — и возбуждал. Он сказал, что вечером у него встреча, но если ты собираешься не ложиться допоздна, он с удовольствием выпил бы с тобой после неё. Ты согласилась. Пять или шесть часов спустя ты была в его гостиничном номере, больше чем наполовину пьяная, и пыталась пройти тест с картами Зенера. Ты понятия не имеешь, насколько хорошо справилась, скорее всего, не слишком, да вы в любом случае не стали его заканчивать и вместо этого легли вместе в постель. Любовь была поразительно нежной. Со временем начало происходить нечто странное. Воспоминания твоей жизни возвращались к тебе вспышками, и ты ощущала его присутствие в своём разуме: он разделял эти воспоминания с тобой. Это отвлекало тебя от телесного наслаждения, но переживание столь близкого соединения с другим человеком с лихвой это искупало. Прежде чем потерять сознание, ты услышала, как он прошептал слова, которых ты всю жизнь жаждала услышать: «У тебя есть дар». Смутные кошмары преследовали тебя, пока ты проспала весь день и следующий вечер. Ты проснулась и обнаружила, что тебя запихнули в огромный мусорный пакет и бросили в мусорный контейнер в переулке. Ты была голая, и под проливным дождём должна была ещё и замерзать. Добыть одежду оказалось чертовски трудным приключением; к счастью, кто-то наконец вызвал полицию, и полицейские, едва взглянув на твою холодную, бледную кожу, решили, что ты не можешь делать это нарочно. Тебя отвезли в участок, дали одеяло и старую спортивную одежду. Ты дала показания, но странное чувство под ложечкой подсказало тебе отказаться от госпитализации. Несмотря на их предупреждения о переохлаждении, ты отправилась искать телефонную будку, чтобы заблокировать кредитные карты. Жизнь, или, точнее, не-жизнь, с тех пор становится всё страннее. Концепт: ты прирождённый коммуникатор. У тебя сверхъестественное чутьё на людей, теперь дополненное ненадёжной, но мощной силой твоих видений. Что важнее всего, ты умеешь понимать, у кого в любой ситуации есть рычаг давления. Когда ты знаешь, что у тебя есть ценная информация, добивайся за неё лучшей возможной цены. С момента твоего Становления к тебе обращалось множество странных людей. Пока что ты вежливо отклонила все предложения стать жрицей культа или мессией по найму. Ты сама выбираешь себе часы работы и приходишь и уходишь, когда пожелаешь. Иногда, чтобы сохранить эту независимость, требуется немного шантажа или ложного соблазна, но особых угрызений совести ты из-за этого не испытываешь. В конце концов, они ужасные вампиры, которые просто хотят использовать твои дары для своих злых замыслов. Даже забавно заставлять их суетиться. Большинство Сородичей презирают тебя как противоестественного урода, но и что с того? Несколько князей соперничают между собой, пытаясь нанять тебя личной советницей. Хотя ты всё ещё надеешься, что твой сир объявится, шансы на это кажутся довольно слабыми. Очевидно, он счёл тебя мёртвой, иначе не избавился бы от тебя таким способом. Советы по отыгрышу: держись немного самоуверенно. Ты на самом деле не понимаешь, в какие серьёзные неприятности потенциально себя втягиваешь. С другой стороны, тебе совершенно не хочется, чтобы на тебя разозлилась кучка могущественных вампиров, поэтому обычно ты стараешься понравиться тому, кто, как кажется, здесь главный. Ты никогда не признаёшь, что кем-то манипулируешь; всё, что ты делаешь, подаётся как часть твоих «посланий из-за грани». Не то чтобы ты лгала о том, что видишь в видениях: это было бы злоупотреблением твоим драгоценным даром. Просто иногда ты сообщаешь выборочно; эй, нужно же как-то себя защищать. Когда ты остаёшься одна, ты исписываешь сложные дневники своими пророческими снами. Ты уверена, что у тебя действительно есть ответ… где-то. Снаряжение: гадательное зеркало, кристаллы, благовония, колода Таро, завёрнутая в бархат, сигареты с гвоздикой.

ПАПА-ВАМПИР

Цитата: Сынок, думаю, нам нужно поговорить о хранении семейных тайн. Прелюдия: Она называла себя донной Фелисой. Когда той ночью ты открыл дверь, она очаровательно улыбнулась, подняла тебя и швырнула через комнату. Когда ты пришёл в себя, твоя жена и дети были связаны, словно индейки на День благодарения. Донна Фелиса объяснила, что Шабаш хочет получить твой город. Как самый успешный агент по недвижимости в округе, ты должен был подобрать жильё. Она сожалела, что ты не сможешь пройти истинные ритуалы Создания, но ей было нужно, чтобы в грядущие ночи твой разум оставался ясным. Может быть, позже. Пока твоя жена смотрела, донна Фелиса осушила тебя и сделала вампиром. Ты проснулся голодным… но именно поэтому эта тварь и оставила твою семью в живых. Невероятным усилием воли ты удержался от того, чтобы убить кого-либо из них. Донна Фелиса рассмеялась. «Может быть, позже, когда узы братания изменят твою верность», — сказала она. Если ты будешь хорошо служить, пообещала она, её стая повысит тебя из раба до равного через нечто, называемое ритусом. Слава Богу, твой сосед Фил зашёл вернуть газонокосилку. Решив, что дома никого нет, он открыл дверь гаража ключом, который ты дал ему прошлым летом, чтобы он мог кормить твоего пса Бастера. Лучи позднего послеполуденного солнца полностью залили донну Фелису. Она проснулась ровно настолько, чтобы один раз закричать, прежде чем сгорела в пепел. К счастью, ты спал за верстаком, и крик разбудил тебя. Ты сказал Филу закрыть дверь, а потом подняться наверх и освободить твою семью. У Фила было много вопросов. Сначала ты попытался объяснить. Потом ты просто велел Филу посмотреть тебе в глаза. Донна Фелиса умела гипнотизировать людей; она показала это, когда… играла… с твоей женой. Оказалось, ты тоже так можешь. Ты велел Филу забыть всё случившееся, и он забыл. Каким-то образом тебе удалось снова собрать свою — жизнь? — воедино. Ещё немного гипноза стёрло хотя бы часть кошмаров из памяти твоей семьи. Ты уговорил начальника в агентстве недвижимости позволить тебе показывать дома по ночам. На самом деле некоторые клиенты были даже довольны: днём они были заняты на работе. С Бастером пришлось расстаться, но несколько клеток с кроликами на заднем дворе дали тебе альтернативу питанию от жены и клиентов. Потом у твоей жены случился нервный срыв. Ты ведь не мог позволить ей рассказать врачу правду? Снова гипноз, а когда этого оказалось недостаточно, ты трижды накормил её своей кровью — именно так, как донна Фелиса хотела поступить с тобой. И вот твоя жена снова улыбалась, когда ты входил в комнату. Потом девушка Бобби увидела слишком много, и тебе пришлось загипнотизировать её, чтобы заставить забыть. Бобби это расстроило. Может быть, поэтому он попытался вогнать в тебя кол. Время гипноза для Бобби. Теперь учительница маленького Джастина хочет поговорить с тобой о диких историях, которые он рассказывает в школе. И сколько ещё жалких объяснений ты уже дал своим любопытным соседям за стеной? Может быть, им тоже нужно немного «посмотри-глубоко-мне-в-глаза». Едва проходит неделя без какой-нибудь новой нелепой передряги. Иногда тебе приходится смеяться над своим существованием, потому что единственной альтернативой был бы крик. А если ты однажды начнёшь кричать, то, возможно, уже никогда не остановишься. Концепт: Помнишь сверхъестественные ситкомы шестидесятых вроде «Моя жена меня приворожила» и «Я мечтаю о Джинни»? Твою не-жизнь можно было бы назвать «Папа-вампир». Ты обычный семейный человек среднего класса, которого превратили в вампира. Всё, что у тебя есть для выживания в этом ужасном тайном мире чудовищ, — твой ум и способности, которые ты развил как искусный риелтор. К счастью, ты великолепный продавец, а это даёт тебе невероятную склонность к Доминированию. Ты можешь заставить почти любого поверить почти во что угодно… на какое-то время. Вероятно, этот навык очень пригодится, когда объявятся друзья донны Фелисы. Советы по отыгрышу: Ты хороший парень. Да, это часть твоей работы: никто не покупает дом у ворчуна. Ты всегда жмёшь руки, хлопаешь по плечу и улыбаешься так широко, как можешь. Но ты и правда дружелюбен, и таким ты собираешься остаться. Хороший парень, хорошая работа, хороший дом в хорошем районе, хорошая семья. Тебя по-настоящему тревожит, когда приходится насиловать чей-то разум, чтобы сохранить свою тайну, но однажды, каким-нибудь образом, ты снова превратишь эту ужасную пародию в настоящую счастливую семью. Снаряжение: риелторский пиджак, портфолио домов для показа, награды за продажи, трубка, которую ты никогда не зажигаешь, и прекрасный дом в пригороде. Оружие? Какое оружие?

ИНЦЕПТОР

Цитата: Я придумываю это по ходу дела. Прелюдия: Тебя всегда недооценивали. Родители, учителя, друзья — никто из них, похоже, не думал, что из тебя когда-нибудь выйдет что-то путное. По правде говоря, ты и сам полагал, что они, скорее всего, правы. Но старый родной город как раз переживал небольшой подъём, когда ты окончил школу, а если у парня были бицепсы и он знал, как ими пользоваться, строительные бригады были в нём заинтересованы. Тебе нравилась твоя работа. Тебе не приходилось носить щегольской костюм или проводить день под кондиционером, но когда ты ставил вещь на место, она там и оставалась. А ещё лучше было то, что ты знал: она будет там ещё долго после того, как ты о ней забудешь. В конце концов работа иссякла. Ты начал переезжать с места на место, но и везде прочем добыча была скудной. Работы становились всё хуже и хуже, а профсоюз всё так же откусывал солидный кусок от твоей зарплаты. Наконец ты оказался на одной стройке, где секция шатких лесов рухнула и отправила троих мужчин в реанимацию. Об этом написали на четвёртой полосе. Ты уволился с отвращением. Друзья сказали тебе, что на востоке есть работа, и ты решил добираться автостопом. Ты был чертовски удивлён, когда ради тебя остановилась хорошенькая девушка в автодоме. Ты спросил её, не боится ли она, что ты окажешься каким-нибудь безумным насильником, но она только рассмеялась. В итоге вы свернули в кемпинг у шоссе. У неё в автодоме был телевизор, и вы устроились вместе на крошечной кровати, чтобы смотреть его и разговаривать о жизни. У неё был миллион историй; похоже, она уже три года моталась по стране. Ты сказал ей, что вести машину будет легче, если делить дорогу на двоих. Она снова рассмеялась. Когда ты попытался к ней подкатить, она сказала, что любит делать это только под звёздным светом. Тебя это устроило. Ты даже не успел зайти дальше первого шага, когда она вонзила клыки тебе в горло. Ощущение было потрясающим, но она выпила из тебя столько, что тебе стало по-настоящему плохо. Потом она просто поднялась и начала уходить, по-деловому, словно ничего не случилось. Кем она себя возомнила, бросая тебя здесь, когда тебе, вероятно, нужна была реанимация? Ты с трудом поднялся на ноги и поплёлся за ней, намереваясь преподать ей урок, но она удерживала тебя так, словно ты был младенцем. Наконец она покачала головой и сказала, что собирается сделать то, о чём, вероятно, пожалеет. Так ты стал вампиром. Она осталась с тобой ровно настолько, чтобы обучить основам, а затем сказала тебе adieu. Гангрелы — что бы это, чёрт возьми, ни значило — время от времени встречаются, заверила она, и ты ещё увидишь её снова. Только к тому времени тебе лучше иметь при себе хорошие истории. Ты намерен их раздобыть. Концепт: ты довольно самостоятельный тип и никогда не просил ни у кого поблажек. И всё же ты не можешь не замечать, что куда бы ты ни пришёл, молодые вампиры, похоже, получают паршивую долю. Ты понятия не имеешь, почему они это терпят, и прямо им об этом говоришь. Им не нужны эти иссохшие старейшины; они сами могут научиться пользоваться своими силами. Чёрт, ты ведь научился. Иногда те из них, у кого взгляд поживее, просят присоединиться к тебе, и ты позволяешь им — ненадолго… пока они не освоятся и не смогут держаться сами. Ты стараешься распространять эту мысль всеми малыми способами, какие только находишь. Сомнительная награда? В своём уголке мира ты становишься чем-то вроде народного героя для каитиффов. Советы по отыгрышу: ты понятия не имеешь, что ты каитифф; твой одиночный образ жизни неотличим от образа жизни Гангрелов, от которых ты, как считаешь, происходишь. Да и они пока не имеют настоящего представления о твоём «отклонении», хотя вряд ли обрадовались бы, узнав. Двигайся и говори с тихой уверенностью. Излучай дорожную мудрость. Разумеется, всё это вампирское дело всё ещё немного тебя тревожит: например, ты пока не осмелился зайти в церковь и стараешься ограничиваться животной добычей так долго, как позволяет самообладание. Но ты терпелив. Ты знаешь, что ответ должен прийти сам, своим путём и в своё время. Примечание: Дисциплина, отмеченная на твоём листе персонажа как «Моя Сила», — ну, именно это она и есть: твоя уникальная сила, которую ты, как игрок инцептора, должен подробно описать. Поговори со своим Рассказчиком и договоритесь о том, что эта Дисциплина делает на каждом из четырёх уровней, которых ты можешь достичь, какие броски нужно совершать, чтобы её использовать, и так далее. Чем бы ни была «твоя сила», тебе удалось обучить её первой точке нескольких каитиффов, встреченных в странствиях; ты также был старшим братом для других Бесклановых, работавших над собственными новыми Дисциплинами. Подробнее о персонажах-инцепторах см. в Главе Третьей. Снаряжение: спальный мешок, рюкзак, профсоюзный билет — ты всё ещё работаешь в ночных бригадах, мотоцикл.