Глава 3. Первый школьный день

Солнце медленно вставало на востоке. Небо порозовело, и запели первые соловьи. Тёмная гладь озера покрылась бликами: дул лёгкий утренний ветерок. В его глубине располагались подземные общежития Слизерина. Здесь ранним утром, без будильников и напоминаний старост, просыпались самыми первыми. Камелия открыла глаза позже обычного, в половине седьмого. Было жарко и душно. Она откинула одеяло и полог в сторону и спустила ноги вниз. Вокруг неторопливо собирались Вальбурга и Лукреция, к ним присоединялась тоже недавно проснувшаяся Друэлла Розье, невеста брата Вальбурги, Сигнуса Блэка. Она была старше на курс, и в следующем году их семейства уже планировали свадьбу. Друэлла была высокой блондинкой с серыми глазами. Когда она улыбалась, на её щеках появлялись очень милые ямочки, и она казалась бы очень дружелюбной, если бы не холодные, как две льдинки, глаза. — Доброе утро, засоня, — улыбнулась Лу, бросая короткий взгляд на Камелию, прежде чем вернуться к завязыванию галстука. Ами закатила глаза и красноречиво указала на задёрнутый балдахин. Там спала еще одна их однокурсница — Марселла Нотт. Негласная королева всех курсов, кроме седьмого. Красивая, словно вейла, острая на язык и ловко манипулирующая пока ещё не помолвленными Малфоем, Розье и Лестрейнджем. — Душ свободен, — сказала Вальбурга, выходя из неприметной дверцы ванной комнаты. — Доброе утро, Ами. Та кивнула в ответ. — Я иду, — сказала Друэлла и, прихватив с собой сумку с туалетными принадлежностями, скрылась за дверью. Камелия зевнула и потянулась к сундуку с вещами. — Скажи, что скучала по нашей прекрасной школьной форме, — протянула Лу, вертясь у зеркала. — Не то слово, — сказала Ами, выуживая свою плиссированную юбку, рубашку и жакет с форменными плечами. Вальбурга, суша волосы, криво ухмыльнулась. — Не думаю, что профессор Слагхорн оценит то, что ты придёшь без галстука. Лу резко повернулась. — Я сниму его только после завтрака. А зельеварения у нас сегодня вроде не было, — оправдывалась она. Камелия вздохнула и вытащила листочек с расписанием, лежащий рядом с формой. — Сегодня вторник, а значит... зельеварение будет вторым уроком. — Продиктуй всё расписание, — попросила Валли. — Первый урок — Трансфигурация, потом Зельеварение, перерыв, третий урок — ЗОТИ, а затем кто какой предмет выбрал. У меня будут Нумерология, Алхимия и Травология. «Хороший наборчик», — неожиданно прокомментировал демон. — «Самое то для юного зельевара-взрывателя». «Никакой я не взрыватель. И почему ты вдруг проснулся?» — подумала Ами, стараясь следить за лицом, чтобы не выдать себя. «Мне стало скучно. Хочу послушать и поговорить с людьми». «Как хочешь. Но не отвлекай меня на уроках», — улыбнулась Камелия.

***

Трансфигурацию вёл профессор Альбус Дамблдор. Одетый по последней маггловской моде — словно денди, — он возвышался неуместно ярким пятном над кафедрой. Он был деканом Гриффиндора, но весьма тепло общался с деканом змеек, Слагхорном. Кроме этой странности, у профессора Трансфигурации точно был ещё вагон и маленькая тележка других. По крайней мере, об этом говорил его класс. Всюду, на любой подходящей полочке, лежали разные магические механизмы. Они тихо щёлкали, перестукивались, вертелись, прыгали и качались. Никто не имел понятия, для чего они и почему хранятся здесь. Этим утром вторника профессор был чем-то озадачен. Он сидел за столом, заваленным документами, подложив кулак под щёку. Со звонком он оторвался от бумаг и выпрямился. Поток слизеринцев и когтевранцев заструился в класс, тихо переговариваясь и занимая как можно быстрее места в середине. Ами послушно позволила Вальбурге увести себя за вторую парту, оставив Лу с Игнатиусом. Валли пока не могла смотреть на своего новоиспечённого суженого и явно пыталась его избегать. Разговор вчера вечером никак не повлиял на их отношения. И на удачу, именно сегодня он на уроках не появился. — Ты знала, что профессор Дамблдор получил место в Визенгамоте? — прошептала ей Вальбурга. — Нет, — качнула головой Ами. — Вот получил, и, наверное, теперь его иногда не будет в школе. Интересно, найдут ли ему замену... Вальбурга замолчала. Профессор встал и обвёл взглядом класс. — Доброе утро, ребята. Я надеюсь, ваше лето прошло хорошо, вы отдохнули и готовы к учёбе. — Он побарабанил пальцами по столу и продолжил: — Этот новый учебный год мы начнём с повторения прошлогоднего материала. Но не расстраивайтесь, через две недели мы начнём тему шестого курса — углублённую трансфигурацию живых объектов. Когтевранцы были недовольны. Они-то точно не забыли ничего за лето. Камелия тоже вздохнула, но Дамблдор явно мерил всех по своим гриффиндорцам. — Итак, кто-то помнит формулу превращения цветка в любой другой вид растения? Вверх взлетело с десяток рук. Камелия и Вальбурга остались неподвижны. «И чего это ты не поднимаешь руку? Ты же знаешь ответ», — послышался голос. «Смысла в этом мало. Только репутация зубрилы. Руку стоит поднимать только тогда, когда ответа никто не знает», — ответила ему она. — Да, мистер Грин? — Профессор, формула превращения — flos metamorphosis, а движение палочкой будет такое. Когтевранец нарисовал палочкой нужный узор. — Отлично. Пять баллов Когтеврану. Итак, если все услышали формулу и узор, приступаем к практике! Профессор взмахнул рукой, и на столах появились горшочки с миниатюрными розами. Камелия быстро превратила свои розы в одуванчики и огляделась. У Вальбурги была герань, у Лу светился Veternum Petalis — волшебное растение, которое можно было найти в Запретном лесу на опушках, у Игнатиуса был папоротник, а у Тома Реддла — камелии. Так странно было видеть их таким маленьким деревцем в горшке после столетней высокой камелии в домашнем саду. «Не обольщайся, — предупреждающе зашептал голос. — Человеческий мозг запоминает информацию и потом выдаёт её автоматически». «Я и не думала. Просто это странно. И прекрати шептать, мне щекотно». Демон опять замолчал, а Ами отвела взгляд. Том Реддл кинул быстрый взгляд на повернувшуюся спиной Камелию и коротко усмехнулся. — Камелии, мистер Реддл? Интересный выбор. Пять баллов Слизерину, — сказал проходивший мимо профессор. — Мисс Лукреция, блестяще. Пять баллов Слизерину. Лукреция гордо расправила спину. Вальбурга, Лукреция и Камелия снова оказались вместе, когда Дамблдор объявил работу в группах по трое. — Итак, ребята, сегодня мы будем пробовать новый метод со старым заклинанием. Как вы знаете, трансфигурация может превращать всё что угодно, но не каждому удаётся проследить за этим превращением, так как оно происходит почти мгновенно. Но для лучшего понимания трансфигурации сегодня вы будете делать именно это — поэтапную трансфигурацию. Профессор выдержал паузу и снова встал за кафедру. — Используйте прежнее заклинание, но теперь вы должны будете сосредоточиться на постепенном его применении. Вот так. Альбус Дамблдор поднял палочку, и на его столе появился прежний горшок роз. Оглядев класс внимательным взглядом ярко-голубых глаз, призывая к внимательному наблюдению, он прошептал заклинание. Сначала казалось, будто ничего не происходило, но затем листочки стали вытягиваться, стебель — утолщаться и зеленеть, а цветы — желтеть. Через пару минут перед ними стоял самый настоящий нарцисс. Класс, заворожённо наблюдавший за процессом, синхронно вздохнул. Вальбурга вытянулась, чтобы получше рассмотреть цветок. Камелия перевела взгляд на свои руки, державшие палочку. Для неё это было невозможно: такая тонкая и красивая магия совсем ей не подходила, словно балетная пачка слону. «Ты там о чём вообще думаешь?» — раздражённо появился в её мыслях демон. — «С этим мы с тобой справимся на раз-два. Так что даже не думай ни о чём таком». «Ты можешь мне помочь?» — поражённо спросила его Ами. «Могу, но пока я слаб, а значит, это отнимет у тебя много сил. Так что сейчас работаешь сама и нюни не распускаешь!» Камелия вздохнула и посмотрела на их горшок с розами. — Помните, что кто-то один выполняет заклинание, кто-то говорит вслух, что происходит и что идёт не так, а третий записывает. Всё понятно? Вопросы? Класс покачал головами. — Кто начнёт первым? — спросила Вальбурга. — Давай ты, — сказала Лукреция, растерянно поглядывая на цветок. — Ладно. Тогда ты диктуешь, а Ами будет записывать, хорошо? Вальбурга подняла палочку, но, как только она произнесла заклинание, вместо роз появились сине-фиолетовые розы. — Это должен был быть клематис, — грустно качнула головой Валли. До конца урока они пытались сделать поэтапное превращение. Дальше всех продвинулась Лукреция: её розы поменяли цвет стебля, и на нём появилось несколько дубовых листочков. Со звонком все студенты поспешили к выходу. В классе остался только Том Реддл — профессор попросил его задержаться. Камелия кинула мимолётный взгляд на его парту. Там стояли, гордо покачиваясь на длинных ножках, амариллисы. Кажется, Том продолжал доказывать свой талант к магии, первым выполнив такое сложное задание профессора. «Если бы ты больше старалась, стояла бы рядом с ним», — несколько недовольно пробился в её мысли голос. Но Ами решила его проигнорировать. Вальбурга и Лукреция уже обогнали её, и она побежала их догонять. Дорога в подземелья, где проходило зельеварение, прошла в молчании. Все девочки слишком устали для разговоров. Зельеварение проходило всегда легко. Слагхорн писал на доске рецепт, а потом ходил между партами, комментируя ошибки и отпуская безобидные шутки. Ами почти никогда не ошибалась. С детства она постоянно крутилась в лаборатории отца. Тот, конечно, не подпускал её к котлам, но движения помощников-зельеваров и самого отца Камелия навсегда запечатлела в своей памяти. Аккуратные и точные. Ами пока не представляла, кем станет в будущем. Не находя нужного у родителей, она просто хотела быть кем-то, кого любят просто так. Не за то, что она дочь Муэров и Лонгботтомов, не за её навыки в зельеварении, а просто потому, что она была именно такой и никакой другой. Отдельный вопрос был кем же она являлась на самом деле?..

***

Класс ЗОТИ был большим — вдвое больше аудитории Дамблдора. Посередине была оборудована площадка для спаррингов, а вокруг, как в греческом театре, шли ряды столов. ЗОТИ вела знаменитая мракоборец Аврора Гастингс. Она стояла посреди тренировочной площадки, когда прозвенел звонок и студенты начали занимать места. Её было нетрудно отличить от обычной женщины. Профессор Гастингс была невысокого роста, чуть ниже Камелии, и всегда носила форму, похожую на маггловскую форму для фехтования, только чёрного цвета. Она заплетала волосы в толстую тёмную косу, что заставляло её казаться моложе — профессору было около сорока лет. — Добрый день, ученики, — поздоровалась она, когда шум стих и все обратили взгляды на неё. — Сегодня мы начнём с разминочных поединков. Лето сделало из вас квашеную капусту, и не спорьте, я вижу вашу нетвёрдую походку и хилую осанку. Итак, сейчас я разобью вас на пары. Это будут нечётный номер с чётным из списка. Профессор Гастингс уткнулась в бумаги. Пуффендуйцы боязливо покосились на слизеринцев. Первые были не очень сильны в спаррингах, так как большинство из них были либо полукровками, либо маглорождёнными. — Это будут отдельно два факультета, не переживайте, — усмехнулась она. Слизеринцы переглянулись. Обычно все преподаватели старались смешивать два факультета. — Итак, начнём, пожалуй, с этой пары... Абраксас Малфой и Эдвард Лестрейндж. Потом Вальбурга Блэк и Этельред Розье. Третья пара — Игнатиус Пруэтт и Марселла Нотт. Четвёртая — Камелия Муэр и Том Реддл. И пятая... Кто хочет второй раз устроить разминку? Все слизеринцы посмотрели на Игнатиуса Пруэтта. О его взрывном характере весь факультет знал не понаслышке. — Ладно, если никто не хочет, я выберу Тома. Ты же не против, Том? Тот качнул головой, вежливо улыбаясь. «На зельеварении ты была хороша, так что я помогу тебе не ударить в грязь лицом перед этим красавчиком», — заинтересованно проговорил демон. — Ну спасибо... — протянула Камелия и тут же закрыла рот рукой. Вроде бы никто не услышал, но Реддл бросил на неё короткий взгляд, оставшийся, впрочем, незамеченным Ами. — Первая пара, на площадку! Гастингс хлопнула в ладоши. Площадка расширилась и стала похожа на целый тренировочный плац. Абраксас, устало завязывая длинные светлые волосы в хвост, вышел на площадку. Более собранный Эдвард Лестрейндж пружинистым размашистым шагом направился к середине. — На счёт три нападайте! — прокричала профессор. Её голос, усиленный заклинанием, отскакивал с лёгким эхом от стен. — Раз, — спарринг-партнёры поклонились. — Два, — развернулись и сделали первый шаг. — Три! Оба одновременно обернулись и выпустили «Экспеллиармус». Абраксас больше не выглядел таким расслабленным: его хватка палочки стала боевой, а поза напоминала хищного зверя. Эдвард внешне почти не изменился, только его глаза больше не рассматривали плац, а были полностью сосредоточены на Малфое. Наблюдая за ними, Камелия почувствовала знакомое чувство страха. Оно неумолимо поднялось со дна живота и, словно змея, раскручивало свои кольца, подбираясь к дрожащему подбородку и подрагивающим ресницам. Она хотела сбежать. Она не хотела повторять прошлые поединки, когда её вытирали о песок тренировочного поля на глазах у всех учеников. Не хотела чувствовать боль. Боль физическую и боль душевную. Когда ей казалось, будто все помнят её позорные падения и поражения и даже в коридорах смотрят на неё с усмешкой. Бой закончился через несколько минут. Победителем вышел Абраксас. Вынудив Эдварда перейти в позицию нападения, он одним точным ударом из-за защиты лишил того палочки. — Неплохо, — кивнула ему профессор Аврора. — Твои щиты остались такими же сильными, как раньше, но не забывай, что кто-нибудь может додуматься использовать заклинание помощнее или вообще трансфигурацию окружающей среды. Малфой кивнул. Противники снова поклонились друг другу и покинули плац. — Вторая пара: Вальбурга Блэк и Этельред Розье! Этельред Розье был кузеном Друэллы Розье. Он был так же красив, как сестра, но не брутален, как Игнатиус, и не холоден, как Реддл. Скорее он напоминал принца из далёкой заморской страны. Разрез глаз, цвет волос и овал лица не были похожи на обычные английские. Вальбурга медленно поднялась и трансфигурировала юбку в брюки, а пиджак сняла и оставила на спинке стула. «Скажи Вальбурге, пусть бьёт в ноги. Мальчишки никогда не следят за нижней частью. А ещё лучше — в пах», — кровожадно зашептал демон. — Валли, — Камелия потянула её за рукав рубашки, — бей ему в ноги. Вальбурга вскинула брови, но кивнула. Оба повторили ту же дуэльную процедуру, но нападать сразу не стали. Вальбурга, выставив палочку фирменным блэковским хватом, сверлила тяжёлым взглядом оппонента. Молниеносный росчерк. Быстрый шёпот. И заклинание полетело прямо в ноги Розье. Тот не успел среагировать, упал, и в тот же миг Блэк бросила финальное заклинание. Палочка была у неё. — Молодец, Вальбурга, — похвалила профессор. — Шёпот — хорошая замена невербальному заклинанию. Но в следующий раз не выжидайте так долго. Ваш противник может оказаться более подготовленным к неожиданным атакам. Валли вернулась на место, снова трансфигурируя брюки в юбку и накидывая пиджак на плечи. — Что-то я не поняла, Муэр. Когда это ты начала увлекаться дуэлями? Глаза Вальбурги были как рентген, не знавший пощады. Но Камелия выдержала взгляд и улыбнулась как можно виноватее. — Просто небольшое наблюдение. Вальбурга явно ей не поверила, но больше ничего не сказала. — Третья пара: Игнатиус Пруэтт и Марселла Нотт! Лукреция хлопнула Игнатиуса по плечу и что-то прошептала, заговорщически улыбаясь. Марселла со вздохом поднялась с места, улыбнулась Лу и заняла своё место на плацу. В поединках Нотт часто не хватало фантазии. Она использовала одни и те же атакующие и защитные заклинания. Марселлу было легко прочитать, и Игнатиус этим быстро воспользовался. Поединок закончился победой Пруэтта. — Молодец. Читать соперника — хороший навык, — сказала ему профессор и повернулась к девушке. — А тебе, Марселла, стоит пополнить арсенал новыми заклинаниями. Даже если они будут получаться через раз, это хотя бы на мгновение дезориентирует соперника. Оба быстро вернулись на свои места. Лу снова хлопнула Игнатиуса по плечу. Марселла закатила глаза и по-детски показала им язык. Камелия больше ничего не слышала. Её мир сузился до одной точки внизу — тренировочной площадки, покрытой мелким рыжим песком. Тем самым песком, который она так часто счищала со школьной формы после каждого занятия по ЗОТИ. «Эй, эй, ты куда поплыла?» — ворвался голос демона в её мысли. — «Помнишь, я обещал тебе помочь?» «Но пока ты будешь подсказывать, меня раз десять опрокинут и извозят в этом песке», — отчаянно ответила Ами. «Ты мне не веришь? Будь спокойна. Мы уделаем его, и тогда это он будет пытаться заговорить с тобой, а не наоборот», — уверенно проговорил демон. Камелия оглянулась, приободрённая его словами. Вся аудитория смотрела на Реддла. На Камелию же поглядывали с сочувствием. А некоторые даже с жалостью. Она, конечно, никогда не сможет одолеть Реддла. Но с демоном, возможно, её поражение окажется не таким позорным. — Четвёртая пара: Камелия Муэр и Том Реддл!