Глава 2. Демон

      Дженни не могла найти себе места, сон всё никак не шёл. Она в который раз посмотрела на мирно сопящего рядом жениха, протянула руку, чтобы разбудить его и выговориться, но в последний момент что-то останавливало её. Юджун был счастлив, он наконец-таки обрёл брата, и в его жизни началась новая глава, ему предстояло стать бизнесменом. И Дженни не имела права сейчас всё портить.       Девушка вылезла из постели, взяла в руки телефон и вышла на балкон. Теплый летний ветерок подул в лицо, стало немного легче. Найти информацию о Чоне не составило труда, интернет пестрил заголовками, а его фотографии бесконечной лентой тянулись вниз.       «Чон Чонгук объявил о помолвке с подругой детства – Мари Аоки».       «Чон Чонгук отметил свой юбилей на вилле в Испании».       «Новый директор компании: Чон Чонгук вступил в права наследства».       Любопытство пересилило страх, Дженни кликнула по первой ссылке. Подругой детства оказалась симпатичная, скорее даже шикарная азиатка модельной внешности – дочка известного предпринимателя. Однако все новости о помолвке оказались не более чем слухами и предположениями, даже общих фото, за исключением парочки семейных снимков, не оказалось. Почти до самого утра Ким листала ленту, на два раза перечитала биографию и в потоке информации уже с трудом могла представить, где раздутые слухи, а где правда. Когда за окном уже потихоньку становилось светло, она всё же вернулась в постель и проворочалась до самого утра, так и не сумев сомкнуть глаз.       Ближе к обеду Юджун собрался в офис, девушка хотела бы поехать с ним, но понимала, что пока её присутствие будет там неуместным. Стараясь хоть немного сбросить свалившийся на плечи груз, она гуляла по городу в неизвестном ей самой направлении. Петляла между улочек, останавливалась возле дорогих витрин, рассматривала вывески и рекламные афиши. Когда время прогулки показалось ей слишком долгим, Дженни поняла, что окончательно потерялась, впервые в столице, естественно, до ужаса плохо ориентировалась, а теперь напрочь потеряла дорогу до отеля, в котором они остановились. Единственным верным решением оставалось поймать такси или просто повернуть назад, пытаясь вспомнить все свои передвижения. Решив, что время ещё есть, она выбрала второй способ и неспешным шагом направилась вдоль магазинов.       На манекенах пестрили яркие вызывающие наряды, которые раньше Дженни предпочитала не замечать. Её жизнь – это офисные строгие костюмы по средней цене, высокий конский хвост, а по выходным джинсы или шорты. Наряжаться ей было некогда и некуда, парочку вечерних нарядов она приобрела специально для свиданий с Юджуном, но тому в большинстве случаев было всё равно, как она одета.       Ким остановилась возле особенно сильно понравившегося ей платья: короткое, винно-красного оттенка с мерцающим бархатом. Приталенный лиф, квадратный вырез, а юбочная часть украшена металлической бахромой. Посмотрев на ценник, она безразлично подумала, что ей нужно работать год без выходных, чтобы позволить себе это платье. Хотя кто знает, если Юджун справится с бизнесом и они разбогатеют, она потребует у него эту покупку. Дженни уже собиралась пойти дальше, но наткнулась на что-то черное и твердое. Подняв голову вверх, она поняла, что это не что-то, а кто-то. Чон Чонгук.       Дженни попятилась назад, но мужчина больно схватил её за локоть, увидев, как она поморщилась, он немного ослабил хватку, но не отпустил.       — Не бойся, я пришёл извиниться и поговорить. Поедем со мной, — девушка замотала головой, он был слишком страшным, слишком опасным, мысль о том, что ехать с ним куда-то, привела её в панику. Нужно срочно уносить ноги.       — Я обещаю, что не причиню тебе вреда. Посидим в кафе и всё обсудим.       — А нам есть что обсуждать? Можете просто извиниться, и я пойду.       — Ты даже не знаешь, куда идти, очевидно же, что ты потерялась.       — Как вы это поняли? Следили за мной?       — Не обижайся, звёздочка, но у тебя всё написано на лице.       Дженни, конечно, не обиделась, она знала, что иногда её молчание красноречивее любого ответа. Его странное прозвище сбило её с толку, но она ничего не сказала.       — Если ты так сильно меня боишься, мы можем дойти до кафе пешком, здесь недалеко, — поняв, что от мужчины ей не отвязаться, Дженни всё же согласилась дойти до кафе. Правда, им оказался роскошный ресторан, где, как выяснилось, Чонгук был постоянным клиентом и один из столиков всегда принадлежал только ему.       Чон не сводил с девушки глаз. Сегодня в своей расклешенной юбочке она выглядела ещё лучше, чем вчера, а её страх подпитывал его эго сильнее, чем что-либо. Как же такому болвану, как его братец, удалось завоевать сердце столь невинного ангелочка?       — Я прошу извинить меня за то неловкое происшествие, — начал Чонгук, когда официантка принесла еду. Джен выгнула бровь и несмело, но тем не менее с вызовом спросила:       — Значит, для вас это всего лишь неловкое происшествие? Позвольте уточнить, оно неловкое, потому что я отказалась, верно? — на его губах расцвела удовлетворённая улыбка. Его звёздочка умела кусаться.       — Вовсе нет, пойми меня правильно, бизнес — дело нелёгкое. Я не был уверен, что ты не подставной человек моего новоиспечённого братца. Это была проверка, и ты её прошла. Дженни не поверила. Но решила закрыть тему, раз он извинился, значит, больше ничего подобного не произойдёт. Наверное.       Чонгук заказал для неё шоколадный десерт и капучино, сам же потягивал виски, и девушка опасливо спросила:       — Вы ведь за рулём...       — Ничего страшного, от одного бокала со мной ничего не будет, машину я хорошо вожу в любом состоянии, — она в этом не сомневалась, не было, наверное, ничего в этой жизни, что смогло бы преградить этому человеку путь. Он своевольный, властный, всегда сам себе на уме, никто ему не ровня и не помеха. Дженни ненавидела таких людей.       — Кстати, совсем скоро у одного моего знакомого пройдёт закрытая вечеринка недалеко отсюда, я достал для вас с Юджуном приглашения, — он вынул из кармана пиджака два небольших билета и протянул девушке. Первое, что бросилось в глаза, — по пояс голая модель в маске из кружевной ткани, закрывающей верхнюю половину лица. «Частная вечеринка в честь ещё одного успешного денежного года. Господин Ли». Дженни была далека от вечеринок, а если точнее, от закрытых тайных вечеринок в обществе богатых извращенцев, где ты обязательно вляпаешься в неприятности. Она покачала головой, протягивая пригласительные назад, но мужчина жёстко накрыл её ладонь своей, останавливая. Дженни замерла, его рука была тёплой и сильной. Дрожь прошлась по её телу.       — Я думаю, отказываться неразумно, для вас с Юджуном это отличная возможность наладить связи и контакты, союзники вам сейчас не помешают, надеюсь, ты понимаешь это. Скоро ты станешь женой успешного бизнесмена, такие мероприятия должны стать твоей обыденностью. Нужно привыкать.       Дженни не нашла, что ответить. Он был прав, и у неё не было аргументов против. Ей действительно стоит привыкать, когда они с Юджуном поженятся, возникнет много вопросов о том, почему его жена пропускает светские мероприятия и почти не появляется на публике. А новые знакомства могут оказаться полезными для них обоих. Особенно для бизнеса. Девушка несмело убрала пригласительные в сумку, тихо поблагодарив. К еде она не притронулась, Чонгук — брат её жениха, это неправильно вот так сидеть с ним в ресторане за его счет.       — Юджун весь день в офисе, должно быть, тебе одиноко в чужом городе?       — Всё в порядке, я привыкла, — Дженни заметила, как на её слова Чонгук удивлённо выгнул бровь. Наверное, не стоило ему этого говорить.       — Привыкла? И это девушка, которая скоро выходит замуж?       — Нет, дело не в Юджуне, просто в одиночестве мне комфортнее. Наверное, поэтому мы с ним никогда друг от друга не устаём, — губы мужчины тронула усмешка, казалось бы безобидная, но Дженни не удержалась и передёрнула плечами.       — Спасибо за приглашения, мне пора, — девушка поднялась из-за стола, её спешка была заметна слишком сильно, и Чонгук едва сдержался, чтобы не рассмеяться. Его звёздочка очень осторожна и очень пуглива. Любое неосторожное действие, и хрупкий мост между ними рушится со скоростью света.       — Подвезу тебя.       — Спасибо, не стоит. Вы занятой человек, не нужно тратить на меня время.       — На тебя у меня время найдётся всегда, — и после небольшой паузы мужчина всё же добавил:       — Всё-таки скоро мы станем одной семьей.       Она и подумать не могла, с каким подтекстом были сказаны эти слова.       Чонгук подвёз её домой быстро, без долгих ненужных разговоров, попрощались они неловко, и Дженни поспешила поскорее уйти. Лишь когда дверь закрылась, она смогла спокойно выдохнуть. Сердце бешено колотилось где-то в горле, она прижала ладонь к груди, пытаясь унять дрожь. Почему он так на неё действует? Нужно срочно принять ванную и успокоиться. Чон ведь ничего не сделал, всего лишь извинился и даже достал приглашения для них. Но почему тогда ей так страшно? Почему она не чувствует этой его заботы, которую он так тщательно пытался показать ей сегодня?       Он опасен. Он ни о ком не заботится. Это его игра, а они в ней – пешки.       Стук в дверь, и Дженни испуганно подпрыгнула на месте. Кто это мог быть? Горничная уже убиралась утром, Юджун стучаться не станет, у него есть ключ от номера. Девушка несмело открыла дверь, оказалось, это всего лишь женщина со стойки регистрации, Дженни тут же расслабилась.       — Прошу прощения, меня попросили передать это лично вам в руки, — она протянула небольшую коробку и тут же ушла, не дав возможности задать вопросы. Прежде чем раскрывать неизвестный подарок, а сомнений в том, кто его подарил, совершенно не было, девушка отправилась в ванну. Час пролежав в теплой воде, она обернулась полотенцем и принялась распаковывать коробку, точно зная, что просто вернёт её потом Чону и попросит больше не дарить ей ничего и никогда. Чтобы добраться до содержимого, пришлось преодолеть почти четыре слоя упаковки, словно изначальной задумкой было посильнее понервировать её перед тем, как она увидит, что же там. И вот когда очередная бумага была разорвана, Дженни застыла, сидя на кровати, пялясь на содержимое. То самое платье с витрины, которое она разглядывала незадолго до того, как они встретились с Чонгуком.       «...И следить за тобой нет никакого смысла». Ложь. Он солгал. По спине пробежался холод: как долго он наблюдал за ней? И были ли извинения его единственной причиной для этого?       Будто нарочно сверху на платье лежал чек: пятьсот тысяч долларов. Это была насмешка над ней, девушка почувствовала себя грязно, как будто она была зависимой содержанкой богатого идиота. Сумма на чеке так и говорила: ни ты, ни твой жених не можете себе позволить такую покупку, а я могу. Вы зависите от меня, как и ваши жизни. На обратной стороне чека от руки была надпись: «Ты будешь восхитительно выглядеть в этом платье, хочу, чтоб ты надела его на вечеринку. Чон».       Дженни отодвинула коробку подальше, залезла голой под одеяло и свернулась в клубочек. Она не хочет играть в такие игры, она не хочет здесь находиться. Ужасно хотелось домой, вернуться в свою спокойную серую жизнь, до того момента, когда Юджун узнал об этом проклятом наследстве.

* * *

      Когда вечером в отель вернулся жених, произошла ссора. Дженни настаивала на том, чтобы вернуть платье назад, она не собиралась его надевать и уж тем более куда-то идти в нём. Юджун на это отреагировал крайне негативно.       — Ты с ума сошла? Нас пригласили на закрытую, мать её, вечеринку! В чем ты туда собралась идти? В штанах? Или в своей офисной юбке? Дженни, я не хочу позориться перед людьми, хочешь быть там белой вороной? — его слова больно ударили по самооценке. Она практически всегда носила брюки и юбки, уж извините, платья за такие деньги жених ей не покупал! Но сейчас его слова прозвучали как оскорбления её внешности. Юджун и так никогда не говорил ей о том, как хорошо она выглядит, а сейчас и вообще обидно стало до слёз. Значит, если она не оденется в подачки его брата, то опозорит его? Что ж, тогда ей лучше вообще там не появляться, у неё не модельная внешность, не богатые родители, одень её хоть в платье Мэрилин Монро, она всё равно останется девушкой из провинции – Ким Дженни.       Продолжать было бессмысленно. Мужчина заявил, что если девушка не готова меняться вместе с ним и идти этот трудный путь рука об руку, то может возвращаться домой, у него и так куча работы, и терпеть её истерики без причины он не намерен. Пришлось успокоиться, сейчас просто трудное время, сейчас в бизнесе всё наладится, Юджун освоится, и у них будет своё жилье. Они станут жить как раньше, в мире и согласии.       — Тебя не смущает, что твой брат дарит мне такие дорогие подарки?       — Если ты имеешь в виду, не ревную ли я, то нет. Прости, Джен, но это же Чон Чонгук, вокруг него такие девушки крутятся... Вкусы и требования у него совсем другие, — Дженни промолчала на такой ответ. А что будет потом, когда и они поднимутся на другой уровень? Вкусы Юджуна тоже изменятся, а девочка из офиса уже не будет подходить под требования? Ладно, он говорит правду. Чону всё это нужно, чтобы потешить своё эго, не стоит обращать внимание, ничего страшного не произойдет, если она наденет платье на вечеринку, а потом всё равно придумает, как его вернуть.

* * *

      В ночь перед вечеринкой девушке не спалось, она ворочалась, и проклятая тревожность не давала расслабиться. Зато жених рядом спал как убитый. Юджун сильно уставал в офисе, а ещё было видно, что ему нравилась его новая работа, новая жизнь, он был в предвкушении тех изменений, которые ждали впереди, он был счастлив. Дженни думала, что вся её нервозность наверняка от безделья, может, вечеринка к лучшему, она пообщается с кем-то, немного развеется и будет потихоньку привыкать к этому образу жизни.       Впрочем, тревога только усилилась перед предстоящим вечером. Пока Дженни собиралась, стараясь как можно лучше уложить сегодня волосы, постоянно поправляла платье, макияж, жених долго разговаривал с кем-то по телефону. Дженни примерила туфли на каблуке, единственные из её гардероба, которые более-менее сочетались с платьем, в это время в комнату вошел Юджун.       — Воу, Джен, а я говорил тебе, что это платье шикарное, а ты ещё спорила со мной и не хотела его надевать, — только он мог сделать комплимент платью, а не ей. Дженни в очередной раз почувствовала, как вся её уверенность понемногу падает вниз.       — Я хотел предупредить, в офисе устроили одно очень важное незапланированное собрание, мне нужно там быть. Поезжай на вечеринку пока что одна, я присоединюсь к тебе позже, — это заявление как кость в горле. Насколько глупо она будет выглядеть, если заявится туда одна?       — Может, я поеду в офис вместе с тобой, а потом вместе поедем на вечеринку?       — Я бы рад тебя взять, но ты будешь там посторонним человеком, а у нас совещание, как думаешь, как на меня посмотрят?       — Но я могла бы просто погулять возле офиса...       — Джен, это не обсуждается, ты едешь на вечеринку и знакомишься с новыми людьми, а потом я приезжаю, и мы вместе хорошо проводим вечер. Прошу, давай без твоих истерик, не порти нам обоим планы, — Ким неуверенно кивнула, поджимая губы. Всего лишь потерпеть один вечер, она как-нибудь справится. Должна справиться, в конце концов, не съедят же её там?       На такси они уехали вместе, офис находился недалеко, сначала завезли Юджуна, мужчина похлопал Дженни по плечу, приободряя и желая удачи на вечеринке, слабо улыбнувшись, она проводила взглядом, как силуэт мужчины исчезает за дверьми дорогого здания, машина тронулась, и вот тут страх накатил с новой силой.       Дженни не переставала сжимать в руке пригласительное, изображение на нём не предвещало ничего хорошего, на такие мероприятия люди ходят вовсе не для светских бесед. Место, где будет проходить веселье, оказалось большим загородным домом в часе езды. Даже если Юджун освободится раньше, быстро добраться не получится, девушка готовила себя минимум к трём часам одиночества в неуютной компании.       Такси остановилось перед резными воротами, сквозь них виднелась веселящаяся толпа народа у бассейна. Рядом небольшой фонтан, мужчины и их спутницы стояли с бокалами шампанского в руках, официанты сновали туда-сюда, изредка скрываясь за дверьми величественного дома. Дженни без особого восхищения посмотрела на особняк; главный вход, обрамленный колоннами из полированного мрамора. Массивные дубовые двери, украшенные искусной ковкой, она скользнула взглядом по каменным львам у входа – пафосность и отчуждение наверняка как и у хозяина вечеринки. Юджун был бы в восторге, но только не она. Ещё даже не выйдя из машины, Дженни уже знала: ей не влиться в эту компанию.       Стоило ей только потянуться к ручке двери, как та внезапно распахнулась, и к ней потянулась мужская рука, в нос ударил запах табака вперемешку с древесным шлейфом, неосознанно Дженни вдохнула поглубже, так пахли уверенность и контроль. Так пах он. Чонгук помог ей вылезти из машины, стоило девушке неловко встать в полный рост, как его глаза, казалось, уже просканировали каждую деталь её образа.       — Дженни, это просто... Ты потрясающая... — Чонгук смотрел на неё совсем не так, как Юджун. Он застыл, медленно обводя взглядом женское тело, пожирая его глазами. Во взгляде читалось желание, восхищение. Похоть. Дженни бы соврала, если бы сказала, что ей это не понравилось, ещё ни один мужчина не смотрел на неё так.       Телефон в сумочке зазвонил, прерывая молчаливый контакт, на экране высветилось имя возлюбленного, облегчение волной смыло напряжение и весь эффект от встречи с Чоном. Наверняка Юджун уже едет, и этот вечер они проведут вместе.       — Джен, ты уже на месте? Я не смогу приехать, коллеги мне предложили присоединиться к ним в баре сегодня после совещания, — девушка почувствовала, как у неё кружится голова, она ощутила себя глупо, неловко и растерянно. Он бросил её, зная, что она здесь чужая, не своя. Пальцы сжали телефон с такой силой, что костяшки побелели, а вспышка гнева на жениха быстро утонула в растерянности. Что теперь ей делать? Извиниться перед Чоном, отдать пригласительное и уйти? Боже, она столько времени потратила на сборы и сейчас выглядела как дура, которая зря собиралась добрых полдня.       — Если тебя не будет, тогда мне стоит вернуться домой, одна я точно буду там как белая ворона, — девушку порадовало, что такси ещё не успело уехать, она уже взялась за ручку, чтобы открыть дверь, но теплая мужская рука мягко обхватила её за кисть.       — Не будешь, по крайней мере со мной, — его хрипловатый уверенный голос действовал почти гипнотизирующе, доносившиеся слова Юджуна из трубки не шли с этим ни в какое сравнение.       — Не отказывайся, расслабься и хорошо проведи время, Чонгук составит тебе компанию, я вернусь домой поздно, не жди, если что, — он сбросил трубку.       «Проклятье!» — подумала Дженни. Что-то внутри неё неприятно шевелилось, подсказывая, внезапное совещание с последующим продолжением появилось не просто так. Юджун явно был не удивлён, что Чонгук уже рядом с ней. Впрочем, наверное, они просто договорились о встрече здесь заранее.       — Не волнуйся, вечер пройдет хорошо, если будешь меня слушаться, — Дженни не успела спросить, что значат эти слова, мужчина взял её за руку и повёл в гущу разговоров, событий, чужих судеб. На каменных выступах возле фонтанов танцевали девушки в купальниках, на лицах их были тканевые кружевные маски. Кто-то целовался прямо в центре танцующей толпы, а кто-то позволял себе гораздо больше, чем просто поцелуи. Девушка стыдливо следовала за Чонгуком, на длинных каблуках в коротком дорогом платье она чувствовала себя несуразной и неуклюжей. Мужчина с легкостью передвигался между столиков, иногда здороваясь с кем-то, кому-то кивая, Дженни то и дело смотрела под ноги, боясь споткнуться, сутулила спину по привычке, стараясь никого не задеть. Лишь когда они оказались в небольшой летней беседке в уединении ото всех, она смогла наконец-то выдохнуть.       — Расслабься немного, — мужчина протянул ей бокал шампанского, пить девушка не решалась, от алкоголя она пьянела очень быстро, а сегодня ей как никогда нужна была ясная голова.       — Там возле машины ты сказал, что я должна тебя слушаться, что ты имел в виду?       — Ты и сама, думаю, догадываешься, что такие вечеринки не самые безопасные. Алкоголь, наркотики, проститутки, невменяемые ребята, которым много всего интересного может прийти в голову. Не делай глупостей и не отходи от меня лишний раз.       Глупостью было прийти сюда. Глупостью было надевать это платье, соглашаться на эту дерьмовую вечеринку. Но пути назад уже не было, из вежливости можно потерпеть пару часов, потом сослаться на головную боль, вызвать такси и уехать. Пока что Дженни придерживалась этого плана.       Чонгук залпом выпил бокал шампанского и принялся за второй, в то время как девушка всё еще неуверенно держала свой в руке и не знала, как бы ненавязчиво поставить его на стол. Но у Чона явно были другие планы, он поднес свой бокал к её, приятный звон растаял в громкой музыке.       — Выпьем за Юджуна, чтобы у него всё получилось, — Дженни пришлось всё же сделать пару глотков, после чего она наконец поставила бокал подальше от себя. На вопросительный взгляд мужчины она ответила, что для того, чтобы не делать глупостей, не стоит злоупотреблять алкоголем. Музыка тем временем сменилась на более медленную, опустошив очередной бокал с шампанским, Чонгук пригласил её на танец. Вернее, его рука уверенно опустилась на её талию, и они молча покинули беседку. Уверенности Дженни никогда не хватало, чтобы сказать «нет», а сейчас, когда она дрожала от страха, то, наверное, согласилась бы на что угодно, лишь бы её только отпустили домой как можно скорее.       — Я вижу по твоим глазам, как сильно ты хочешь уйти отсюда, — Чонгук смотрел ей прямо в глаза, взгляд был трезвый, но голос хмельной. От него пахло алкоголем вперемешку с парфюмом, Дженни не знала, куда деть взгляд, в их танце, если это можно было так назвать, она почти не двигалась, они с Юджуном никогда не танцевали.       Мужские руки медленно накрыли её и, подняв, нежно опустили себе на шею. Тела соприкасались друг с другом, его ладони медленно водили узоры на ее талии и словно иногда едва ощутимо опускались ниже.       — Ты брат моего жениха, мы не должны так танцевать, — она попыталась отстраниться, но он не дал ей даже на миллиметр увеличить расстояние.       — Ты ещё хочешь за него замуж? — вопрос оказался шокирующим и неожиданным. Дженни потупилась, прежде чем ответить.       — Конечно, мы встречались пять лет, я его люблю.       — Дженни... — как он произнёс её имя, не произнёс, а практически прошептал. По коже побежали мурашки. — Мне так жаль, что ты потратила на этого придурка пять лет своей жизни.       Эти слова словно водой окатили её с ног до головы, теперь она сделала решительный шаг назад, его хватка ужесточилась, Дженни пискнула, когда рука на её талии болезненно сжалась, наверняка оставляя синяки, а затем расслабилась, аккуратно поглаживая пальцами больное место.       — Тише-тише, не пугайся. Я ничего не знаю о любви, но раз ты знаешь, то, наверное, сможешь показать мне, что это такое, — сердце застучало как бешеное, ноги задрожали. В голове сиреной орал сигнал SOS, нужно убираться отсюда, не стоит ждать от этого человека ничего хорошего, не нужно было его слушать, надо было сесть в машину и уехать. Дженни снова предприняла попытку освободится из его опасных объятий, на этот раз он не стал удерживать, схватив сумочку, она понеслась прочь. Спотыкалась, задевала людей, извинялась, но не останавливалась, адреналин вместе с паникой неудержимо гнали вперед. Наконец-то показались спасительные ворота, сейчас она отбежит подальше, вызовет такси и уедет отсюда. Но спасение оказалось от неё дальше, чем она предполагала, ворота оказались заперты.       — Не могли бы вы открыть? Мне срочно нужно домой! — обратилась девушка к стоящему охраннику.       — Простите, был приказ никого не выпускать до трех часов ночи, — безучастно ответил мужчина, Дженни достала из сумочки телефон, сейчас только одиннадцать. Истерика подкатывала к горлу, руки тряслись.       — Если у вас что-то случилось, могу связаться с хозяином дома, — Дженни закивала. Хозяин дома — некий господин Ли, она расскажет ему слезливую историю о несчастном случае своих родных, и он распорядится открыть ворота, тогда она сможет наконец уехать отсюда. Охранник поговорил по телефону с хозяином дома, затем проводил Дженни в особняк, сказав ожидать, пока господин Ли придёт и выслушает её. Оказалось, что с закрытой вечеринки уйти не так-то просто, особенно если учитывать, что Дженни здесь практически посторонняя.       В комнате, где ждала Дженни, было уютно: столик, диван, маленькое окно выходило на сад. Несколько глубоких вдохов помогли унять дрожь, нужно было позвонить Юджуну и попытаться объяснить ситуацию, его брат не тот, каким он его видит. С ним опасно, не нужно ему доверять, нужно держаться подальше.       Когда дверь открылась, она инстинктивно встала с места, на котором сидела, приготовившись рассказывать свою речь. Однако в комнату вошёл совсем не тот, кого она хотела видеть.       Чонгук медленно приближался к ней, его белая рубашка была до половины расстёгнута, между пальцев зажата сигарета, затянувшись, он выдохнул дым совсем рядом с девушкой. Волнение накатило на Ким с новой силой.       — Что ты здесь делаешь? — дрожащий голос вызвал у него усмешку. Её страх напитывал мужчину и разливался по телу приятной эйфорией. Сигарета была потушена в небольшой пепельнице на столе.       — Ты хотела поговорить с хозяином дома, я здесь. Говори, — Дженни почувствовала, как ладони у неё потеют, а его давящий взгляд опустился на её плечи, мозг отчаянно искал пути отступления.       — Господин Ли...       — Ах, да. Забыл предупредить, Господин Ли – это мой своеобразный псевдоним ещё со времён школы. В детстве я был очень жестоким ребёнком, и ребята стали звать меня Господин Ли – в честь какого-то там жестокого аристократа, — маленький осторожный шаг назад не укрылся от мужчины, внутри у Дженни всё вопило от ужаса, но оцепенение оказалось в разы сильнее адреналина. В голове раз за разом проносились худшие сюжеты этого вечера, но представить такой она не могла бы, даже если бы очень постаралась...       — Я сейчас вызову такси и уеду... — она хотела сказать это уверенно, но дрожь в голосе выдавала её с потрохами. Мысли крутились только вокруг спасения, разбираться в том, зачем ему был нужен этот спектакль, она будет позже.       — Разве я куда-то тебя отпускал? — его голос обманчиво нежен, его шаги медленные, он издевается, проверяет её пределы, и то, что он видит, ему нравится: беззащитная, напуганная, потерянная, она потихоньку ломается рядом с ним, а ведь он даже ещё не сделал её своей...       — Зачем вы меня пугаете? Зачем устроили всё это? — ей отчаянно хотелось верить, что всё это просто чтобы её попугать, показать, кто здесь главный, что никакого вреда он ей не причинит, надежды тлели, оставляя после себя пепел.       — Я расскажу это всё Юджуну... — Дженни успела только вскрикнуть, когда мужчина, медленный и опасный, в мгновение повалил её на диван своим телом, навис сверху. Его губы были опасно близки, его руки держали в плену. Паника усилилась, слёзы полились по щекам.       — Расскажи. Расскажи ему, как тебе было страшно, как я загнал тебя в угол, расскажи ему, как я целовал твою красивую шею... — последние слова он произнёс почти шёпотом, его губы спустились ниже, девушка попыталась ударить его руками в грудь, но никаких успехов это не принесло, он с лёгкостью блокировал все её движения своим весом.       Дженни дёрнулась, когда его губы коснулись кожи, язык оставил мокрый узор, а затем зубы аккуратно прикусили место поцелуя.       — Пожалуйста... Не надо, — Чон поднялся и заглянул ей в глаза. Мокрые от слёз. Его девочка никогда в жизни не была так напугана.        — На сегодня это всё, ты неплохо слушалась меня, Дженни. Надеюсь, так будет и впредь.       — Ни за что на свете! — Дженни дёрнулась, Чонгук на удивление легко поднялся и отпустил её.       — Ворота откроются в три, но ты уйдёшь сейчас, и только потому, что я тебе разрешаю. Мой водитель отвезёт тебя домой.       Запереть — дать надежду — уничтожить — отпустить. Его ловушка сработала идеально, тревога и ужас прочно укрепились в сознании Дженни, но пока что она не до конца понимает масштаб всего этого. А всё нужно было для того, чтобы в следующий раз она вернулась сама. А она вернётся.        Реакции на слова Чона не последовало, на дрожащих ногах Ким выбежала из комнаты, слёзы катились бесконечным градом, а позади слышался только его удовлетворённый смех.