Глава 7. Первый танец

      Она думала, что он не придёт. После той фразы на вокале Ёнсон твёрдо решила: если увидит его снова, сделает вид, что не знает. Или скажет что-то холодное. Или просто развернётся и уйдёт.       Но когда она вошла в танцевальную студию «Ritmo caliente» в среду вечером — то же здание, другой этаж, паркет, зеркала и запах канифоли — он уже был там.       Стоял у стены, разминая кисти, и делал вид, что слушает тренера. На нём были свободные чёрные штаны, майка, кроссовки. Волосы влажные — видимо, только что из душа.       Ёнсон замерла у двери. Пульс забился быстрее.       — Опоздали, Ким Ёнсон! — весело крикнула Хана, её подруга по танцам, и помахала рукой. — Идите скорее, мы уже начинаем.       Она заняла место рядом с Ханой, стараясь не смотреть в его сторону. Но в зеркале отражалась вся комната, и она видела, как он переводит взгляд с тренера на неё, с неё на тренера.       — Сегодня у нас пополнение, — объявил тренер. — Несколько новичков. Поэтому начнём с основ. Встаём в пары.       Хана тут же схватила за руку какого-то парня, оставив Ёнсон одну. И прежде чем она успела оглядеться в поисках другой свободной девушки, рядом оказался Ёсан.       — Можно я с тобой? — спросил он, и на этот раз в голосе не было насмешки. Только любопытство.       — Ты умеешь танцевать? — спросила она, не двигаясь с места.       — Пока нет. Поэтому я и пришёл.       Она хотела сказать «найди другую училку», но тренер уже дал команду, и все вокруг начали выстраиваться в пары. Пришлось кивнуть.       Он подошёл ближе. От него пахло чем-то свежим, цитрусовым и немного потом — не противно, а живо, по-настоящему.       — Встань напротив, — сказала она, переходя на деловой тон. — Ноги на ширине плеч. Левую чуть вперёд.       — Это как в дартсе?       — А ты откуда знаешь?       — Я вообще много чего знаю. Просто пока не умею.       Она проигнорировала подкол. Тренер начал объяснять базовый шаг бачаты: в сторону, вместе, вперёд, назад. Ёнсон показала Ёсану движение.       — Теперь ты.       Он сделал шаг, споткнулся, чуть не наступил ей на ногу и рассмеялся — громко, заразительно, без стеснения.       — Тяжело, — сказал он. — Может, ты будешь вести?       — Я? Но обычно…       — Давай, — он протянул ей руку ладонью вверх. — Я за тобой повторю.       Она взяла его за руку. Его пальцы были тёплые, сухие, чуть шершавые. Она положила другую руку ему на плечо, он — ей на талию. Очень лёгко, почти не касаясь.       — Веду я, — сказала она. — Слушайся.       Она шагнула вправо — он сделал то же самое. Назад — он повторил. Вперёд — и вдруг оказался слишком близко, почти вплотную. Ёнсон вдохнула его запах, и голова закружилась.       — Извини, — прошептал он и чуть отстранился.       Они продолжали. С каждым повтором он делал всё лучше. Ёнсон чувствовала, как его рука на талии становится увереннее, как он перестаёт смотреть на ноги и начинает смотреть на неё.       — У тебя получается, — сказала она, когда они прошли простую комбинацию без ошибок.       — Спасибо, учитель.       Он улыбнулся — не ехидно, а по-настоящему, с теплом. И в этот момент музыка изменилась, стала медленнее, чувственнее. Песня Juan Luis Guerra — «Tus besos», тягучая, как мёд. Ёнсон знала этот трек, но раньше он казался ей просто красивым. А теперь, когда его рука лежала у неё на спине, а их бёдра соприкасались, она поняла: в этой песне прячется что-то запретное.       Тренер велел повторить связку ещё раз.       Ёсан придвинулся ближе, чем нужно. Его рука скользнула чуть ниже талии, туда, где начиналась спина. Ёнсон вздрогнула, но не отстранилась.       — Дыши, — тихо сказал он. — Ты зажата.       — Я не зажата.       — Зажата. У тебя плечи напряжены.       Она выдохнула, стараясь расслабиться, и сделала шаг в его сторону. Теперь они соприкасались бёдрами. Она чувствовала жар его тела сквозь ткань одежды.       Их взгляды встретились в зеркале. Ёнсон увидела своё лицо — раскрасневшееся, с приоткрытыми губами. И его — сосредоточенное, с блестящими глазами.       «Как он это делает?» — подумала она. — «Почему от него идёт такой ток?»       Тренер хлопнул в ладоши, объявляя перерыв. Пары распались. Ёнсон отступила на шаг, потом на два.       — Ты быстро учишься, — сказала она, стараясь говорить ровно.       — Хороший учитель, — ответил он.       Она пошла к сумке за бутылкой воды, чувствуя, что у неё дрожат руки.       «Это ничего не значит, — сказала она себе. — Просто танец. Просто новые ощущения».       Но когда она взглянула в зеркало и увидела его в отражении — он стоял, прислонившись к стене, и смотрел на неё с лёгкой улыбкой — она поняла, что врет.       Это значило всё.