Второй Этап: раскрытие истоков (успешно).

Ванденрейх. Время — следующий день после знакомства со звездными рыцарями. Точный час — 11:04. Ичиго проснулся от того, что кто то постучал к нему в дверь. Сначала он ничего не понял, смотря туманный взглядом куда то в сторону белых дверей, а потом его прошиб холодный пот, его будто молоток по бошке огрели. Только он попытался встать, как внутрь вошёл силуэт в темном. Из-под оделяла резко перехотелось вылазить, ведь вместе с пришедшим ушло и все тепло из помещения. Высокий силуэт прошел внутрь, не забыв закрыть за собой дверь, и сразу же было понятно кто это — Яхве. — Доброе утро, сын мой. Как тебе спалось? — его тон был спокойным, ласковым даже, но почему от него хотелось спрятаться под одеяло, прямо как в детстве, прямо как… неважно. Он сдержал порыв этого иррационального страха, откровенно виня себя в трусости. Он так размяк за эти пять дней, что ему даже стыдно за себя. — Нормально, — буркнул сонно подросток, потирая лицо руками, сдирая с себя эту пелену. Послышался лёгкий смешок, а затем, Ичиго почувствовал как кровать прямо рядом прогнулась под тяжестью веса солидного мужчины. Он сразу убрал руки от лица, уставившись на Императора, который предстал перед ним во всей красе, давая рассмотреть себя лучше чем в прежние разы. Довольно вытянутое лицо тронутое морщинами под глазами, отсутствие бровей, острый взгляд винных глаз, ухоженные усы что переходили в аккуратные бакенбарды. Длинные, волнистые волосы, которые немного спадали на лицо и обрамляли острые скулы. Он выглядел как идеальное описание серьезного правителя, но также, Ичиго видел в нём старика Зангецу, только старше. Его "старик" выходит не такой уж и старик, этот явно старше будет, и от этой мысли стало забавно, но не надолго. Мужчина положил руку поверх ног сына, которые были спрятаны под одеялом. Этот старикан явно собирался тайно заморозить рыжего до смерти, ведь какого меноса побери он постоянно касается его своими леденящими руками?! О великий Рей’о, дай ему сил на это всё… и желательно терпения тоже, ну и наверное морозостойкости заодно, ведь иначе он превратиться в глыбу льда такими темпами. — Раз ты выспался, то я жду тебя, переоденься. Мы пойдем в столовую, там тебя накормят лучшей едой, — он улыбнулся, медленно убрав руку, будто не желая этого, и встал на ноги. Его фигура направилась к выходу, растворившись в проеме за открывшимися дверьми. Легкий хлопок, и в комнате стало снова тепло. Ну он явно ходячий кондиционер, потому что Ичиго не знает каким ещё образом он может быть таким ледяным, буквально всасывая в себя все крохи честно заработанного Ичиго тепла. Парень откинул от себя одеяло, приняв сидячее положению на краю кровати. У него настало такое состояние, когда хочется просто посмотреть в стену, подумать о жизни, но вот только знание о ждущем снаружи Императоре ускорили его раздумья, заставив перекочевать к своему шкафу. Тот был сделан добротно, прямо как и все здесь; белый, резной, с золотыми и голубыми элементами, прямо таки роскошь в своем истинном обличии. Ичиго никогда в жизни не видел такого богатства своими глазами, ну, наверное только у Бьякуи в поместье разве что, и то там больше традиционная Японская тематика. Тут же явно все сделано на европейский лад. Открыв резные дверцы, он посмотрел на не особо богатый выбор. Взгляд пал на вчерашнюю форму, которая была довольно комфортной, и напоминала чем то его форму Синигами, только строже. Он снял вещи с вешалок, принявшись одеваться. Пришлось помучаться с плащом и этой штукой на плече, но да ладно, он все таки справился. Закончив переодевания, он посмотрел на себя в полноростное зеркало, оглядывая с головы до пят. Он не узнает себя же: весь в белом, строгий стиль, да и общий интерьер делали из него кого то, кто был больше похож на Бьякуя, чем на него самого. Он горестно вздохнул, сильно скучая по своей родной свободной форме Синигами. Она была такой удобной, ненапряжной… воспоминания хлынули комом, вгоняя в тоску и тильт. Он хочет домой, хочет увидеться с семьей. Мечтает, чтобы это был слишком долгий и детальный сон, не более. Но каждый раз он понимает, что все слишком реально, и что ему придётся слушаться, иначе… иначе ничего хорошего для его семьи и друзей не будет. И что то ему подсказывало, что этот тиран не пожалеет даже его малышек, и от этой мысли стало тошно и страшно. Он не хочет рисковать, ни тогда, когда у него нет никаких сил для сражения. Мальчик вынырнул из цикла тяжелых дум, направившись на выход. За дверьми стоял Яхве, смотревший куда то в даль коридора. Он сразу повернулся к сыну, хмурое и серьезное выражение лица смягчилось, появилась улыбка. Если бы не предыдущие события, он был принял его за постаревшего и довольного старика Зангецу. От сравнения стало снова грустно. Как же он скучает по нему, да и по Пустому тоже как то… — Что же ты, сын мой, такой грустный? Пойдем же позавтракаем, поговорим кое о чем, — последние слова явно отсылали к изначальной беседе, Ичиго сразу сложил два плюс два. Он наконец то узнает хоть что то про мать и про себя, что сразу воодушевило его. Не рассказал кровный отец, расскажет этот. Их путь лежал по длинным коридорам, они то и дело иногда переговаривались о довольно тривиальных вещах, которые Ичиго даже не запомнил. Этот человек стал ему казаться… не таким жутким, а более человечным. Это наверное крайне странно думать так о, по сути, враге, но ощущение родства и знакомый силуэт Зангецу в этом человеке убаюкивал его бдительность, даже если он этого не замечал. Шаги отдавались гулким эхо, оставшийся путь прошел у них в тишине. Перед ними показались большие белые двери, которые медленно открылись при их подходе к столовой. Внутри Ичиго увидел большой стол с разными вкусностями, который просто ломился от количества съедобностей. У парня и глаза на лоб полезли от такого вида, рот заполнился слюной от запаха, что ударил ему в нос. — Присаживайся, Ичиго, — донесся сзади спокойный голос Яхве, который отодвинул искусно сделанный стул, усаживая сына напротив себя. Он последовал примеру сына, присев на стул, который был больше похож на трон. Юноша растерянно смотрел на количество еды перед собой, все таки в глубине души ожидая подвоха. У него появилось ощущение, что его хотят отравить, и все это было лишь долгой прелюдией. — Приступай к еде, сын мой. Еда не отравлена, я могу позвать одного и зольдат для проверки, — этот мужчина словно читал мысли своего отпрыска, что уже начинало напрягать рыжего. Мало ли что ещё он там прочитать может… Он еле отогнал непрошеные мысли из головы, приступая к своей еде. Она была… просто божественна! Вкус был изысканный и нежный, словно это пища истинных богов. Он стал с жадностью уплетать все что видел на столе, отец наблюдал с явным удовольствием. Сегодня повары будут поощрены, это точно. Сам мужчина съел не так много, ограничившись парой стейков и бокалом красного вина двадцатилетней выдержки. Его мальчику было приложено выпить того же вина, на вкус которого парнишка скривился, пожалев что выпил довольно солидный глоток. Мужчина тихо усмехнулся на это зрелище, чувствуя, как сын был явно увлечен поглощением еды. Довольно быстро стол опустел, и на нём ничего не осталось, ведь прислуги успели все давно забрать. Парень чувствовал себя сытым и довольным, и тут же он вспомнил важную тему дня, которая до этого момента была отложена в долгий ящик. — Я хочу узнать про свою мать, — послышался негромкий голос юноши, чей взгляд вмиг посерьезнел. Взор Яхве стал темнее, острее на эти слова. Хм, он знал что его сын вернется к насущной теме, поэтому был готов рассказать, но не все, а лишь часть. — Что же, я готов тебе рассказать. Будь готов, что тебе может не понравится что я расскажу, — Ичиго нахмурился на это, уже ожидая узнать что то неприятное. — Твоя мать, Масаки Куросаки, была чистокровной Квинси. Изначально, она должна была обвенчаться с Рюукеном Исидой. Но после того, как твой родитель Иссин Сиба потерпел нападение модифицированного Пустого, твоя мать попала под удар, укушенная голодной тварью. Процесс пустофикации был необратим, и единственным решением было связать души твоего отца и матери вместе, для того чтобы запечатать Пустого. Так все и вышло, Иссину предоставили специальный гигай из разработок Урахары Киске, после чего твой отец потерял возможность становится Синигами на двадцать лет. — Ичиго слушал это всё крайне внимательно, то и дело в глазах мелькала растерянность, и даже страх. То есть, его Пустой передался ему от матери? И из-за этого отец и может теперь становиться Синигами? Черт, а он не врал что неприятные подробности его истоков… — Также, раз этот разговор был начат, я расскажу тебе и про Пустого. Ховайто… или же Зангецу, как ты его называешь. Ховайто не обычный Пустой, ведь он являлся разработкой Айдзэна. Основой стали мертвые Синигами, став его телом. Само же тело его было идеально белым, но снаружи покрыто прочной броней против физических ударов. Довольно ироничное имя, не находишь? Снаружи черный, но внутри белый. Знаешь, почему твой Пустой так и не захватил твое тело? Все просто – ему это не нужно. Оно является частью твоей души, твоим занпакто. Он всегда лишь защищал тебя, даже если ты этого не понимал. Довольно интересно как вечно голодная тварь может рвать другим глотки за кого то… — на эти слова Куросаки выпал. Он… не ожидал такого, совсем не ожидал что Яхве будет знать так неприлично много про его собственный меч. Но вместе с этими словами, ему начало приходить понимание. Оно было крайне запоздалым, как гром среди ясного неба. Хичиго, или же Зангецу, всегда лишь хотел защитить его. В голове как кинопленка стали прокручиваться все события. А ведь верно, у него было так много шансов захватить его и его разум, забрать контроль! Но почему же он не сделал этого? Ответ был озвучен ему также прямо и четко, как он это все и понял — зачем половине души пытаться захватить другую половину? Ведь вместе они идеальный симбиоз, и это слишком поздно дошло до парня. Вся эта информация была слишком тяжелой для восприятия именно потому, что юноша всегда это отрицал. Ему было проще бояться Ховайто, проще было сорвать маску или заткнуть его голос, говоривший важные и полезные вещи. Все те тренировки были лишь попыткой защищать хозяина, все то время он был так слеп. Лицо упало в раскрытые ладони, из рта вышел протяжный выдох, заглушенный руками. Стало как то невыносимо тяжело на сердце от понимания, что он просто не хотел понять и принять своего Пустого, воспринимая его лишь как угрозу, от которой нужно лишь избавиться. Стало тошно от своей твердолобости. Он же ему прямым языком говорил, что он и есть Зангецу. Хотя, стоп. Тогда кто же старик? Может он и есть его… сила Квинси? Его мать же была чистокровной Квинси, и может быть его силы поэтому приняли облик Яхве? Разве что моложе, естественно. От всего этого голова кипела, не было его привычной взрывной реакции и принятия всего в штыки. Он как то подозрительно легко все принял, и это не было похоже на него. Это место явно меняет его, и пока непонятно: в лучшую ли сторону? Послышался скрип тяжелого стула, тяжелые шаги стали приближаться к нему. Вмиг он ощутил холодные прикосновения, а затем и объятия. Холодные руки отца помогали против этой головной боли, стало легче. Он больше не хотел убежать и спрятаться где нибудь от него, а наоборот, прижаться к этому человеку, и впервые за долгие годы просто разрыдаться. Но порыв эмоций он сдержал, пока что не решаясь показывать их где либо кроме собственной комнаты в родной Каракуре. Хотя и там он больше так не может, а то мало ли, невидимые Синигами решат подсмотреть за его жизнью пока он не знает. Ичиго встал со стула, направляясь прочь из помещения вместе с отцом. На губах последнего играла легкая ухмылка. — Может ты хочешь поговорить со своим мечом? Я думаю тебе это понравится спустя столько времени, — спокойные слова Яхве ввели подростка в ступор. В смысле поговорить с Зангецу? Он же не может попасть во внутренний мир. Он решил теперь поиздеваться? Стоило ожидать наверное. — Ну-ну, не строй такое озадаченное личико. Ты так и не почувствовал? — парень задумался о его словах второй раз. Что почувствовал? Хм. Стоп, до него только сейчас дошло, что он может ощущать холодную реацу вокруг! Не просто общую низкую температуру, но и сами рейши! Но… но как это?… — Еда здесь состоит из реацу. Конкретно эта из крайне мощной – моей, — на это заявление Куросаки чуть воздухом не поперхнулся. Оу, так вот оно что… лучше не задаваться вопросом, как именно они делали эту еду. Самое главное, что он сможет встретиться с Зангецу. Император загадочно улыбнулся, смотря куда то вдаль коридора.

***

Во внутреннем мире Ичиго был какой то апокалипсис, менос побери. То буря настоящая, то солнышко светило. Их уже раз пятнадцать затопило, и это только за пять дней! За полтора года такое было ну от силы раз семь наверное, что же у него там такого произошло? — Тенса, как думаешь, что у него сейчас там происходит? — лениво проскрежетал Ховайто, распластавшись на окне одной из высоток. Над ними парили тяжелые тучи, казалось, вот-вот и ливанет как из ведра. Хичиго мысленно приготовился к этой участи. — Что то явно интересное… — задумчиво отозвался мелкий, ложась рядом с товарищем по несчастью. Встала недолгая тишина, которая была нарушена громом где то в дали. — Менос побери, да там явно что то очень интересное, — с явным сарказмом отозвался белобрысый, протяжно выдыхая через нос. Хотелось увидеться с Королем, даже если тот захочет прикончить его, он будет рад даже такому поводу, лишь бы узреть его живым и невредимым… естественно он не признается об этом никому. Хотя, старикан, или уже не старикан, все равно об этом знает. Они по сути одно целое в его душе, так что тот все и без слов знает. — Слушай, тебе не кажется, будто что то изменилось? — вдруг подал голос Тенса, резко приняв сидячее положение и запрокинув голову к небу. Он пристально смотрел на облака, будто ожидая ни то дождя, ни то что то другое. — Хм, когда ты об этом сказал, то я начал это ощущать, — Пустой лениво последовал примеру коллеги, усевшись на задницу. Зоркий глаз белобрысого уставился на появившийся силуэт вдали. Ховайто резко вскочил на ноги, не зная что и думать. Ичиго? Это Король там? Он сорвался в сонидо, появившись в паре метров от юноши, которым и вправду оказался его партнер. Только вот одет он был иначе, а глаз зацепила символика Квинси. Чем он там занимался то? Успел этих идиотов бросить чтоли? Ну, он и не жалуется, давно бы уже бахнул в них серо на самом деле. Рядом появился мелкий Тенса, комично большими глазами смотря на хозяина этого мира. — Йо, Король. Вижу ты решил к нам пожаловать? — в привычной манере подшутил Хичиго, растянув губы в заученной безумной улыбке. Парень подозрительно молчал, отчего его улыбка слегка спала. Что это с ним? Уже бы начал мечом махать, ну или ударить попытался бы. — Привет, партнер. — Эти слова сразу даже и не обработались в сознании Пустого, а когда до него дошло, то он удивленно вскинул брови. — Что-то ты сегодня в хорошем расположение духа смотрю, чего это с тобой? — не унимался тот, в скрежетавшем голосе слышен искренний вопрос. — Просто понял, что я полный идиот. И все таки, здравствуй, Зангецу. — Ховайто так и встал на месте, брови поползли ещё выше. Улыбка окончательно слезла с лица, оставив искренне ошеломленную моську. Ичиго зашелся в заливистом смехе, который звучал лишь когда его мать была ещё жива. Он сделал первый шаг, затем второй, а потом бросился на своего духа меча, крепко обняв. Хичиго постоял в шоке пару секунд, а затем, на лицо вернулась улыбка. Только вот теперь она стала искренней, такой человечной и теплой. Его руки сцепились вокруг туловища Короля, лицо подобному первому уткнулось в плечо. — Здравствуй, Король. — Тихо отозвался Зангецу, крепче прижимая свою половину души. Сквозь свинцовые тучи пробился первый лучик света, а за ним второй и третий. Тучи рассеялись, осветив собой три фигуры внизу. Ичиго раскрыл одну руку, без слов приглашая в эти объятия старика-не-старика Зангецу. Тенса улыбнулся, сразу прижавшись к обоим. Это был поистине самый счастливый день для всей души одного маленького Принца…