Глава 4. Папочка не научил?

Примечание: Все что написано, написано для себя любимой, без попытки в серьезность и правила повествования. Эстетики, концепты, спойлеры, чат и многое другое можете найти в телеграм канале: https://t.me/dusty_shelfi Приятного чтения.

***

Глава 4. Папочка не научил?       День упорно не хотел заканчиваться, и самое неприятное заключалось в том, что сразу после обеда по расписанию значился очередной урок, которого Лютера совершенно не ждала. Обременять себя полетами на метле казалось ей пустой тратой драгоценного времени, однако правила Хогвартса были непреклонны даже к представительницам древнейших магических династий. Уже по пути к выходу из замка она заметила впереди знакомые платиновые волосы и невольно ускорила шаг, чтобы нагнать однокурсника.       — Я слышала, что ты считаешься одним из лучших ловцов в Хогвартсе, Малфой, — ровным, светским тоном произнесла Лютера. Драко чуть повернул голову, едва она упомянула квиддич. В его точеных, бледных чертах лица на мгновение мелькнуло едва заметная непоколебимая уверенность человека, который привык быть по-настоящему хорош в своем деле.       — «Один из» звучит почти как оскорбление, Блэк, — он усмехнулся, однако в серых глазах зажглись живые искры. — Да, я ловец Слизерина. На мгновение его привычный высокомерный тон разительно изменился, став заметно легче и даже живее. Казалось, сама тема спортивных состязаний и полетов мгновенно снимала с него ту тяжелую, навязанную статусом маску напряженности, которую обязан носить единственный наследник рода Малфоев.       — И капитан команды в этом году, — добавил он, устремив взгляд вперед, вдоль залитого дневным светом коридора, а затем нехотя обронил: — Хотя Поттер, к сожалению, действительно хорош. В этот момент снизу, со стороны выхода из замка, послышались до боли знакомые, шумные голоса. Золотое трио Гриффиндора, Гарри, Рон и Гермиона, спускались со ступенек, отставая от них всего на несколько. Уизли, как обычно, что-то эмоционально и громко рассказывал, активно размахивая руками и едва не задевая прохожих. Грейнджер с привычным рвением спорила, поджимая губы и ссылаясь на очередное школьное правило. Гарри заметил слизеринцев почти сразу, и судя по короткому, цепкому взгляду, который Избранный бросил сначала на Лютеру, а затем перевел на Драко, бурный мыслительный процесс в его растрепанной голове все еще не подошел к концу, после предыдущего урока. Ему не давало покоя поведение Блэк, его проницательность и интуиция говорили больше, чем он мог понять сам. Разумеется, Малфой тоже не упустил эту деталь из виду.       — Вот видишь, — тихо протянул юноша, не оборачиваясь к гриффиндорцам полностью, споминая прошлый их разговор: — Он опять смотрит. Но вместо привычной ядовитой колкости или надменного раздражения в его аристократичном голосе сейчас отчетливо прозвучало нечто иное. Искреннее любопытство, ему самому стало безумно интересно, чем именно в конечном итоге закончится это затянувшееся, молчаливое столкновение Лют с национальным героем магического мира. Девушка лишь одобрительно и сдержанно кивнула, когда Драко упомянул о своем капитанстве. В ее понимании все так и должно было быть, она приняла это известие как абсолютное должное, ведь Блэки и Малфои всегда рождались, чтобы возглавлять и вести за собой остальных. Однако его замечание насчет Поттера заставило девушку тихо, обреченно вздохнуть.       — А ты, Малфой, никак начал считать его взгляды? И сколько уже насчитал за сегодня? — поддразнила его Лют, упрямо не оборачиваясь назад, к преследователям. А затем, желая немного смягчить свою ироничную реплику, добавила более серьезно — Думать о действиях других людей слишком затратно, когда есть прекрасная возможность тратить это время на развитие самого себя. Впереди уже отчетливо виднелись массивные дубовые двери, ведущие прямо на просторное тренировочное поле. Снаружи вовсю дул прохладный, резкий ветер, стремительно разгоняя серые облака над высокими остроконечными башнями Хогвартса. Откуда-то со стороны поля уже доносился характерный, глухой свист рассекающих воздух метел. Они синхронно толкнули тяжелые створки, и перед ними во всем великолепии открылось огромное изумрудное летное поле. Лютера была искренне рада свежему воздуху и бодрящей прохладе после душных замковых помещений, но ее точно не радовала перспектива взмывать ввысь на шатком деревянном древке.       — Драко… — вдруг тихо, едва слышно произнесла она, впервые за все время их знакомства обратившись к нему исключительно по имени. Она намеренно понизила голос до едва различимого шепота, чтобы идущие следом студенты ни в коем случае не смогли уловить смысл фразы: — Я очень плохо летаю на метле. Малфой, который уже набрал в легкие воздуха и собирался отпустить очередную язвительную шутку в адрес Поттера, но от этих слов замер прямо у самого выхода на траву. Он медленно, словно не веря собственным ушам, повернул к ней голову. На секунду на его лице отразилось подлинное, неподдельное удивление. И вызвано оно было вовсе не тем фактом, что чистокровная волшебница чего-то не умела. Драко поразило то, что гордая Лютера Блэк вообще снизошла до признания собственной слабости. Да еще и перед ним. Резкий порыв ветра растрепал светлые, идеально уложенные пряди его волос, пока вокруг них нескончаемым потоком тянулись остальные ученики, шумно выходя на поле и разбиваясь на небольшие группки. Кто-то из парней уже вовсю спорил о технических характеристиках новых гоночных моделей, девчонки весело смеялись, а старосты спешили занять места поближе к мадам Трюк. Но Драко в упор смотрел только на стоящую рядом Лют. А затем его губы дрогнули, и он вдруг тихо, бархатисто усмехнулся.       — Блэк, которая умудрилась напугать добрую половину школы просто появлением и без труда может заколдовать любого, банально боится высоты и метлы? — он слегка наклонился к ее уху, бдительно следя, чтобы их разговор оставался приватным. — Это, пожалуй, мое лучшее и самое интригующее открытие за сегодняшний день. Впрочем, почти сразу выражение его лица сменилось на куда более серьезное и внимательное. Парень стремительно огляделся по сторонам, лично убеждаясь, что никто из посторонних не прислушивается к их беседе, особенно вездесущие сокурсники-слизеринцы. И только после этого спокойно, наставительно произнес:       — Не паникуй раньше времени, Блэк. Полет куда легче, чем заклинания — Он сделал короткую, весомую паузу. — Нужно абсолютное доверие к себе и метле. Эти слова прозвучали на удивление искренне, начисто лишенные привычной аристократической наигранности. Но развить мысль Драко не успел, с центра поля уже донесся резкий, оглушительный свисток мадам Трюк.       — Быстрее, шевелитесь! И если кто-то из вас сегодня снова умудрится врезаться в каменную башню совятни, как в прошлый раз, я лично привяжу нарушителя к земле до конца текущего семестра! Малфой перевел оценивающий взгляд на длинный, идеально ровный строй одинаковых школьных метел, аккуратно разложенных на сочной траве, затем снова посмотрел на Лют. Она мысленно выдохнула, радуясь, что он отреагировал на ее маленькую тайну без сцен, хотя в глубине души она все же немного удивилась тому, как серьезно Малфой воспринял ее слова.       — Я не боюсь, Малфой. Я просто предпочитаю куда более цивилизованные и комфортные способы перемещения в пространстве, — отрезала Лют, и это чистая правда. Высшая аристократия магов не жаловала полеты на метлах в повседневной жизни, лорды и леди предпочитали передвигаться в роскошных каретах. Однако для самой Лютеры настоящая причина крылась в том, что вместо деревянного древка она предпочитала использовать свои собственные, маленькие крылья, которыми обладала ев форме анимага. Она обреченно вздохнула, глядя на лежащий инвентарь и на остальных студентов, которые без какого-либо труда и даже с видимым энтузиазмом разбирали древки, весело делясь на группы. Поле вокруг гудело от голосов, смеха и свиста усиливающегося ветра. Разумеется, шестикурсники уже давно переросли уровень базовых, скучных подъемов метел с земли. Специально для их уровня над стадионом высоко в небе парили огромные зачарованные кольца, хаотично меняющие свое положение прямо в воздухе. Вдоль кромки поля выстраивались сложные магические препятствия, а над трибунами медленно и зловеще двигались тускло светящиеся сферы, имитирующие непредсказуемые траектории шаров.       — Если все же начнешь падать, — негромко, одними губами произнес Драко, — постарайся хотя бы делать это максимально достойно. Мне потом придется смотреть на этот позор и как-то оправдывать факультет. Мадам Трюк явно не собиралась давать спуску старшим курсам.       — Сегодня мы детально работаем на скорость вашей реакции в воздушном пространстве и жесткий контроль высоты! — ее зычный, натренированный голос эхом разнесся над стадионом. — И я напоминаю, если кто-то из присутствующих решит впечатлить меня своим самоубийственными виражами, я не впечатлюсь, а выпишу путевку на больничную койку! Несколько гриффиндорцев на этих словах дружно рассмеялись. Драко перевел взгляд со сложной, извилистой воздушной трассы на стоящую рядом Лютеру. И теперь по ее напряженному силуэту, блондин наконец-то осознал истинный масштаб проблемы. Блэк действительно всем сердцем не хотела здесь находиться. Но времени для расспросов у них не оставалось. Мадам Трюк уже вовсю начала распределять учеников по тренировочным зонам.       — Малфой! Поттер! Вы, как обычно, пойдете в финальной, усложненной группе. И постарайтесь сегодня обойтись без незапланированных гонок без моего официального разрешения! Рон Уизли от этих слов тихо, злорадно прыснул. Гарри лишь устало потер переносицу под очками, явно слыша подобные предупреждения от преподавательницы далеко не в первый раз за годы учебы. Драко в ответ лениво кивнул, словно подобные выволочки давно стали неотъемлемой частью его рутины. А затем строгий взгляд мадам Трюк остановился на Лютере.       — Мисс Блэк. Поскольку вы присоединились к нашему курсу значительно позднее остальных, вы начнете освоение с базового тренировочного маршрута. — Женщина сделала короткую паузу, оглядывая слизеринцев. Так как Драко стоял рядом, ее глаза остановились на нем — Мистер Малфой, будьте добры помочь новенькой. Половина Слизерина от такого вердикта мгновенно оживилась и зашепталась. Пэнси Паркинсон лишь выгнула бровь. Блондин очень медленно, с каменным выражением лица повернул голову в сторону преподавательницы.       — Профессор, — протянул он своим фирменным, идеально вежливым, но сквозящим иронией тоном, — вы сейчас либо оказываете мне безграничное доверие, либо изощренно наказываете за прошлые проступки. Мадам Трюк лишь коротко, понимающе фыркнула.       — И то, и другое, мистер Малфой. Приступайте. По рядам студентов прокатился дружный смешок. Лютере в руки бесцеремонно вручили стандартную школьную метлу, крепкую, но, разумеется, в разы уступающую по своим скоростным характеристикам дорогим, новейшим спортивным моделям старшекурсников. Драко тем временем уже уверенно перехватил свой собственный «Нимбус». Даже держал он его совершенно иначе, чем остальные, привычно, словно это дорогое дерево было естественным продолжением его собственного тела. Он изящным движением крутанул метлу в руке и посмотрел на притихшую девушку очень внимательным взглядом.       — Ладно, Блэк, — тихо, вкрадчиво произнес он, пока остальная толпа отвлеклась на повторный инструктаж мадам Трюк. — Насколько в действительности все плохо? Она лишь молча уставилась на бескрайнее поле, упрямо дожидаясь, пока остальные ученики первыми начнут прохождение трассы. Ей меньше всего хотелось, чтобы толпа ротозеев глазела на ее позорные попытки совладать со школьным инвентарем. Наконец, шумно вздохнув, Лютера перехватила древко обеими руками, сделав это с явным, нескрываемым пренебрежением. Издевательски закинув ногу, она слегка оттолкнулась носками от мягкой травы. Метла нехотя, со скрипом подчинилась, приподняв свою наездницу всего на какие-то жалкие пятьдесят сантиметров от земли. Лют сидела идеально ровно, держа спину по всем канонам благородной осанки, и сжимала дерево мертвой хваткой, однако несчастная метла под ней все равно продолжала мелко и предательски дрожать.       — Это всё. — процедила Лютера, нервно оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что никто из гриффиндорцев не видит этой жалкой картины. Драко молча созерцал эти мучения в течение нескольких долгих секунд. А потом вдруг резко отвернулся в сторону пустых трибун и судорожно прикрыл рот ладонью, делая вид, будто глубоко задумался о стратегии полета. Но было слишком поздно. Лют успела заметить, как предательски дрогнули его губы. Он сдерживал смех, причем отчаянно.       — Мерлин… — очень тихо, надрывно выдохнул блондин себе под нос. Однако когда он вновь повернулся к Лютере, его лицо уже приняло маску абсолютного, убийственного спокойствия. Ну или почти абсолютного. Выдавали его лишь серые глаза, которые по-прежнему лучились предательским, искрящимся блеском.       — Блэк, — произнес он с непроницаемым видом заправского профессора, — ты сейчас выглядишь в воздухе, будто эта несчастная школьная метла удерживает тебя в заложниках. В этот самый момент где-то неподалеку резко, с оглушительным свистом взмыл ввысь Гарри. Он сделал это так уверенно и плавно, будто его метла являлась живым существом и сама прекрасно знала конечную цель маршрута. Вслед за своим лидером в небо потянулись и остальные гриффиндорцы. Лютера же продолжала парить над землей на позорной высоте обычного садового табурета. Но вместо того чтобы разразиться очередной порцией издевательских шуток, Драко неожиданно совершил поступок, которого от надменного Малфоя никто бы не ожидал. Он плавно подлетел ближе, так, чтобы со стороны это выглядело исключительно как рабочая помощь опытного капитана Слизерина новой, неопытной ученице своего же факультета.       — Слушай меня внимательно, — тихо произнес он, и его тон мгновенно разительно переменился, став собранным и спокойным. — Ты слишком сильно зажата. Он слегка наклонился корпусом вперед, играючи удерживая свой «Нимбус» в воздухе с такой поразительной легкостью, словно гравитация вообще не имела над ним никакой силы.       — Не пытайся подчинить её грубой силой рук. Это не магическая дуэль на палочках и не трансфигурация. Ты не берешь метлу под контроль, ты должна почувствать ее. Ветер нещадно трепал тяжелые полы его зеленой мантии, пока вокруг них над изумрудным полем вовсю разворачивались тренировочные пролеты студентов через светящиеся кольца.       — Опусти и расслабь плечи. — Драко внимательно, придирчиво оглядел ее пальцы, до белизны суставов сжимавшие старое дерево. — Иначе сама метла решит, что ты действительно боишься. — На его губах снова появилась короткая, мимолетная усмешка — У тебя, слишком высокомерное и гордое лицо, для того, кто боится инвентаря. Лютера уже открыла было рот, собираясь изощренно выругаться в ответ на его усмешку, но вдруг поймала себя на удивительной мысли, это был первый раз, когда она видела улыбку Драко Малфоя. Пусть она была не полной, а лишь намеком, но этого оказалось вполне достаточно, чтобы умерить ее пыл. Поэтому Блэк лишь недовольно поджала губы, слегка нахмурив соболиные брови.       — Это ни разу не смешно, Малфой, — буркнула она, хотя в глубине души понимала, что со стороны вся эта сцена действительно выглядит комично. Когда он подлетел еще ближе, Лютера слушала его наставления очень внимательно, устремив на него взгляд, полный абсолютного понимания. Но мётлы ей от этого нравиться не начали. Превозмогая внутреннее сопротивление, она нехотя расслабила побелевшие пальцы, затем плавно опустила плечи, хотя до самого конца избавиться от сковывающего напряжения ей так и не удалось. Но для первого шага этого было вполне достаточно. Драко заметил что смотрит она по другому, взгляд был напрочь лишенный того привычного, ледяного и оценивающего высокомерия потомственной Блэк, которым она обычно мерила окружающих ее людей, ей было некомфортно и почему-то именно эта мимолетная обнаженность заставила его окончательно прекратить свои колкие выпады. Он чуть выровнял свою метлу, расположив ее параллельно ее древку.       — Дальше ты перестаешь сидеть на ней с таким лицом, — Его голос оставался ровным и почти ленивым, но теперь в нем отчетливо сквозил богатый опыт ловца, который действительно понимал каждую деталь полета. — Метла чутко реагирует на малейшее заметное движение твоего корпуса. Если ты зажимаешься всем телом она начинает хаотично дергаться вместе с тобой. Чтобы продемонстрировать свои слова наглядно, он слегка наклонился вперед, и его «Нимбус» послушно и плавно скользнул в сторону, словно прочитав мысль хозяина еще до того, как последовала физическая команда.       — Никогда не думай о возможном падении, Блэк. Всегда смотри только туда, куда конкретно ты хочешь прилететь. В этот самый момент где-то над дальним концом поля кто-то из студентов слишком резко и неосторожно вошел в крутой вираж. Раздался истошный, испуганный крик, и мадам Трюк тут же оглушительно заорала на весь стадион:       — ФИННИГАН! Я КЛЯНУСЬ ВСЕМИ БОГАМИ, ЕЩЕ ОДИН ТАОЕ ДВИЖЕНИЕ, И Я— Договорить ей не дал глухой взрыв, раздавшийся в небе. Драко даже бровью не повел и не обернулся на шум. Он лишь устало, мученически прикрыл глаза.       — Гриффиндор…— обреченно выдохнул он, а затем снова сфокусировал всё свое внимание на Лютере. — Попробуй просто плавно двинуться вперед, медленно и без резких рывков корпусом. И учти, если ты все-таки рухнешь на газон, я сделаю вид, что мы незнакомы. Но тут же, едва различимо, почти неуловимо для завывающего ветра, добавил:       — Но ты не упадешь, Блэк. Это прозвучало удивительно тихо, с такой непреклонной уверенностью, что у Лют просто не осталось выбора. Сделав глубокий вдох, девушка плавно подалась корпусом чуть вперед, и метла наконец послушно сдвинулась с места, устремляясь по прямой. Однако испугавшись набранного темпа, Лютера инстинктивно захотела затормозить и резко потянула рукоять вверх, словно это были кожаные вожжи строптивого животного. От этого опрометчивого движения метла свечой взмыла ввысь, стремительно набирая приличную высоту.       — Да как же эта чертовщина работает! — в панике выкрикнула Лют, отчаянно пытаясь спуститься обратно к безопасной земле. Она слишком резко опустила нос метлы вниз, выбрав чересчур острый, критический угол, и дерево камнем понеслось к траве. Осознав ошибку, девушка снова судорожно дернула рукоять на себя, устремляясь к облакам. Лишь совершив серию таких рваных, хаотичных и пугающих движений, Лютере кое-как удалось поймать относительный баланс и зафиксировать метлу на высоте нескольких десятков метров над полем. Снизу некоторые ученики уже вовсю начали оборачиваться, привлеченные столь эксцентричными и опасными маневрами новой студентки. Чья-то метла в толпе гриффиндорцев даже резко вильнула в сторону, когда зазевавшийся слизеринец отвлекся, чтобы воочию понаблюдать, как высокомерная наследница рода Блэк пытается не убиться в воздухе в первые же минуты урока. Гарри тоже смотрел на происходящее, но слишком серьезно и внимательно. В его зеленых глазах читалось искреннее непонимание и попытка осознать, каким чудом эта странная девушка вообще продолжает удерживаться в воздухе. Но Драко среагировал быстро. Уже через секунду Малфой оказался вплотную к ней.       — Блэк! Тормози не руками, черт бы тебя побрал! — его хриплый голос резко и четко прорезал свист ветра. Драко грязно, сквозь зубы выругался, напрочь забыв о своем изысканном воспитании. А затем он просто решительно протянул руку и намертво перехватил старое деревянное древко ее метлы чуть ниже ее собственных ладоней, насильно выравнивая. На одно бесконечное мгновение они зависли в воздухе вплотную друг к другу высоко над стадионом.       — Ты упорно пытаешься управлять ей, словно дикой лошадью, — произнес он уже гораздо тише, — Метла реагирует не на физическую силу твоих рук, она слушается твоего центра тяжести. Его собственная метла при этом держалась в воздухе абсолютно неподвижно и спокойно, несмотря на то, что одной рукой Малфой умудрялся удерживать и свой «Нимбус», и одновременно частично стабилизировать чужой школьный инвентарь. Только теперь Лют в полной мере осознала, насколько феноменально и виртуозно этот парень умеет летать. Он аккуратно, но настойчиво сместил ее онемевшую ладонь чуть ниже по рукояти.       — Чувствуешь это? — тихо спросил Драко, заглядывая ей в глаза. Под ними с шумом проносились резкие порывы ветра, зеленые трибуны стадиона отсюда казались совсем крошечными, а весь остальной гомон летного поля сделался приглушенным и далеким. Внизу мадам Трюк уже вовсю наблюдала за ними, сильно прищурив глаза, однако вмешиваться не спешила. Она прекрасно видела, что Малфой полностью контролирует критическую ситуацию. Девушка, несмотря на внутреннее раздражение, отчаянно пыталась сохранить свое привычное ледяное и безразличное лицо, но получалось у нее, откровенно говоря, из рук вон плохо.       — Зато я не упала — попыталась было огрызнуться она, но так и не договорила, потому что Драко по-прежнему крепко сжимал ее метлу своей рукой, попутно накрывая пальцами её ладонь. Блэк невольно перевела взгляд на его руку, тепло которой она запомнила на предыдущем уроке, а затем на него самого. Ветер нещадно развевал его платиновые волосы, полностью открывая взору безупречные черты лица. Изумрудная мантия развевалась за его спиной, в этот момент Малфой был похож на какое-то древнее магическое существо, а вовсе не на обычного школьника на метле. Лютера внезапно поймала себя на том, что смотрит на него слишком долго и пристально. Сделав глубокий, размеренный выдох, девушка попыталась заново сосредоточиться на полете. Она постаралась мысленно нащупать тот самый пресловутый центр тяжести, к которому всегда прибегала, находясь в своей анимагической форме. И, о чудо, это сработало. Драко, заметив изменения, медленно отпустил ее метлу вместе с рукой. Лютера осторожно скользнула корпусом влево и получилось на удивление плавно. Подалась вправо, тоже весьма неплохо.       — Ладно, кажется, мне наконец удалось взять под контроль эту штуку, — с явным облегчением выдохнула Лют, устремив взгляд на тренировочную трассу. Однако Драко совсем не спешил отлетать в сторону своей группы. Он продолжал неотступно держаться рядом, внимательно анализируя каждое ее мимолетное движение. Когда Лютера наконец окончательно выровняла траекторию и спокойно, без суеты выполнила несколько маневров подряд, уголок его губ снова одобрительно дернулся.       — «Эта штука», Блэк, — протянул он своим привычным ленивым тоном, — Является всего лишь метлой. Но в его голосе больше не было и следа прежней язвительности. Скорее, в нем отчетливо слышалось искреннее удовлетворение от того, что Лютера смогла перебороть себя и поймать это капризное управление. Ветер упрямо бил в их мантии, вокруг то и дело с шумом проносились другие студенты, а впереди уже вовсю манили зачарованные кольца воздушной трассы. Некоторые из них двигались подчеркнуто медленно, другие резко меняли свою высоту. Именно в этот момент мадам Трюк вновь оглушительно свистнула:       — Малфой! Раз уж мисс Блэк до сих пор жива и невредима — будьте добры, прогоните её через первую тренировочную линию препятствий! Снизу со стороны газона тут же послышались ехидные смешки гриффиндорцев. Драко картинно закатил глаза с таким видом, словно он уже очень давно и бесповоротно смирился с существованием всего глупого человечества как разочаровывающего явления. А затем он снова посмотрел на Лютеру, и в его серых глазах вдруг с новой силой мелькнуло нечто азартное.       — Ну что, Блэк, — тихо, заговорщицки произнес он, плавно разворачивая свой «Нимбус» по направлению к кольцам, — давай посмотрим на практике, насколько ты закрепила уроки своего учителя. И прежде чем девушка успела сообразить, что ответить на этот вызов, Малфой резко ушел вперед. Это было чертовски красиво. Плавно, с идеальным, ювелирным контролем он вошел в первое кольцо практически боком, он явно и наглядно демонстрировал ей безопасный маршрут, но одновременно с этим откровенно провоцировал, приглашал ее. Лютера со своим обреченным выражением лица направила школьную метлу вслед за ним. Разумеется, ее полет был гораздо медленнее и далеко не таким грациозным, как у ловца. Благо, кольца начальной тренировочной трассы для новичков были сделаны достаточно широкими, и Лют без особых проблем пролетела сквозь первое из них, лишь слегка пригнув голову, чтобы ненароком не задеть края и уже через секунду она вновь поравнялась с Драко. Малфой наблюдал за ее пролетом слишком пристально и внимательно, его волновало лишь то, удержится ли Блэк на древке вообще. Но когда девушка спокойно миновала первое препятствие и уверенно зафиксировала метлу рядом с ним, на его лице проступило выражение похожее одобрение.       — Вот видишь, — произнес он чуть тише, — Конца света не случилось. На этой высоте ветер дул заметно сильнее, и пройденное расстояние до земли уже отчетливо давало о себе знать. Под ними раскинулось бескрайнее изумрудное поле, крошечные фигурки студентов хаотично двигались внизу, а над далеким Черным озером стремительно сгущались тяжелые тучи. Тем временем следующее кольцо впереди начало медленно и плавно вращаться вокруг своей оси.       — Никогда не смотри на колеблющиеся края,— тут же наставительно произнес он. — Всегда фокусируй взгляд строго в самый центр пространства. Он говорил это так просто и естественно, словно всю жизнь только и делал, что вел за собой кого-то неопытного в небесах. Хотя Лютера могла догадаться, что Малфой никогда раньше не занимался подобным меценатством. В этот момент внизу, на основной трассе, Поттер как раз триумфально завершил выполнение сложнейшего виража, резко спикировав к самой траве и вновь свечой взмыв к облакам. Несколько гриффиндорцев на трибунах восторженно зааплодировали, а Рон Уизли заорал что-то победное на весь стадион. Лют задержала свое внимание на нем, это выглядело эффектно, даже не смотря на то, что мётлы она не любила, но это было впечатляюще. Драко лишь мельком, с явным пренебрежением скользнул взглядом в ту сторону и почти сразу вернул все свое внимание девушке.       — Не вздумай прямо сейчас начинать соревноваться в крутизне с Поттером, — сухо предостерег он её. — Мне банально лень будет ловить тебя в воздухе второй раз за один день. Но именно в эту секунду мощный, непредсказуемый порыв бокового ветра с силой ударил по их фигурам. Школьная метла Лютеры резко качнулась в сторону. Вращающееся кольцо впереди в одно мгновение стало выглядеть в её глазах в разы опаснее, чем секунду назад. Лют упрямо сжала челюсть и одновременно мертвой хваткой вцепилась в древко, устраиваясь на нем как можно крепче. Она вновь сфокусировалась на вращающемся препятствии. Кольцо находилось заметно выше их текущего уровня, и Лютере совсем не улыбалось лететь туда. Находись она сейчас в своей привычной анимагической форме, преодоление подобной дистанции заняло бы у нее ничтожную долю секунды, но на этой неповоротливой деревянной школьной поделке все обстояло гораздо сложнее. Сделав глубокий, решительный вдох, Лют направила метлу вперед, заметно прибавив скорости. При пролете она все же задела плечом светящиеся края кольца. Метлу тут же ощутимо повело в сторону, девушка выгнулась всем корпусом, но каким-то чудом сумела восстановить шаткое равновесие и замерла на месте, зависнув высоко в воздухе. Снизу с газона донеслось несколько удивленных, разочарованных возгласов. Кто-то из недоброжелателей явно до последнего ожидал, что высокомерная новенькая сейчас сорвется вниз. Драко почти мгновенно оказался рядом с ней, его «Нимбус» описал безупречную, плавную дугу, пока сам блондин профессиональным взглядом оценивал, насколько сильно ее качнуло воздушным потоком. Лично убедившись, что Лют снова полностью контролирует ситуацию и высоту, он наконец позволил себе шумно выдохнуть.       — Это было откровенно ужасно — сообщил он абсолютно серьезным, менторским тоном. Несмотря на слова, в его серых глазах снова промелькнула та самая редкая, искренняя искра живого интереса. Драко восхищало то, что Лютера Блэк, судя по всему, в принципе не умела сдаваться и пасовать перед трудностями. Ветер снова с силой ударил по их мантиям, над полем стремительно пронеслась огромная тень от набежавших туч. А затем снизу вновь донесся командный голос мадам Трюк:       — Мисс Блэк! Если вы наконец закончили увлекательную борьбу с вашей собственной метлой — соблаговолите перейти на следующий участок трассы! Впереди уже брала свое начало куда более сложная, витиеватая часть воздушного маршрута. Три кольца, расположенные строго друг за другом на совершенно разной высоте, причем самое последнее из них непрерывно двигалось из стороны в сторону. Драко внимательно посмотрел сначала туда, затем перевел взгляд на темноволосую.       — Держись, Блэк. Сейчас будет по-настоящему весело.       — Первый же день, а я уже начинаю искренне жалеть о том, что вообще поступила в Хогвартс, — Лютера горько усмехнулась, смерив тяжелым взглядом очередное препятствие. Они находились на довольно приличной высоте, и здесь основная воздушная трасса пролегала совсем близко, из-за чего мимо них то и дело с шумом сновали сокурсники на своих метлах. Лют уже окончательно отвернулась от Малфоя и была полностью готова приступить к этому нелегкому, неблагодарному делу, как вдруг прямо к ним на огромной скорости подлетел один из студентов Гриффиндора. Это был тот самый заносчивый парень, который сидел неподалеку от них на утреннем уроке трансфигурации у профессора Макгонагалл.       — Что, Блэк? — издевательски засмеялся он, притормозив рядом и крутанув метлу вокруг своей оси. — Твой папочка в Азкабане не научил любимую дочурку элементарным полетам? От этих слов у Лютеры внутри всё мгновенно рухнуло, а затем сменилось обжигающим, первобытным гневом. Никто. Ни один смертный в этом мире не имел ни малейшего права говорить подобные вещи о ее семье. Лют тут же, позабыв обо всех наставлениях Драко, правилах безопасности и здравом смысле, яростно ринулась на своей метле вслед за обидчиком. Гриффиндорец лишь прибавил скорости и заливисто рассмеялся, явно наслаждаясь устроенным представлением и своей безнаказанностью. Лютера отчаянно старалась не отставать от него ни на метр. Где-то внизу мадам Трюк и другие ученики что-то испуганно кричали, но перед собой она видела исключительно улетающий хвост чужой метлы. Парень вдруг заложил крутой вираж вокруг очередного кольца, но скорость Лютеры была слишком высокой, чтобы успеть вовремя затормозить. Она с огромным трудом, в самый последний момент успела увернуться от движущегося препятствия, но эта вынужденная заминка дала гриффиндорцу солидную фору. Лют яростно набрала ход, обидчик стремительно поднимался всё выше, уходя к самым облакам. И в этот момент окончательно потеряв контроль над эмоциями, свободной рукой она выхватила из складок мантии волшебную палочку.       — Bat-Bogey Hex! — яростно выкрикнула она, и заклинание прилетело точно в цель. Прямо в воздухе вокруг головы гриффиндорца материализовалась огромная, пищащая стая черных летучих мышей, которая с остервенением облепила его лицо и волосы, безжалостно кусая за глаза, нос и губы и ударяя крыльями. Парень дико, истошно закричал от боли и неожиданности. А Лютера, совсем позабыв о том, что в этот момент удерживает рукоять метлы всего лишь одной рукой, мгновенно потеряла всякий баланс. В отчаянной попытке восстановить контроль над падающим древком она поспешно убрала палочку обратно в карман мантии, но было уже слишком поздно. Ослепленный свирепой стаей летучих мышей гриффиндорец хаотично вильнул в сторону и со всей силы сбил девушку со траектории. Школьная метла выскользнула из-под неё, и девушка камнем понеслась вниз, к далекой земле. Всё произошло слишком стремительно и необратимо. Препуганный, громоподобный крик мадам Трюк, разнесся над полем:       — МИСС БЛЭК! Но Лютера уже практически ничего не слышала. Набегающий ветер со всей силы ударял ей в лицо ледяной, непроницаемой стеной. Небо и земля в её глазах безумно поменялись местами, кольца препятствий, величественные башни замка, всё это смешалось в одну стремительную, пугающую карусель. А затем, перекрывая гул ветра, раздались два яростных голоса:       — ЛЮТЕРА!       — БЛЭК! Драко сорвался с места самым первым. Его верный «Нимбус» буквально разрезал плотный воздух, уходя по крутой траектории вниз под немыслимым, критическим для жизни углом. Но Гарри изначально находился к траектории падения гораздо ближе. Избранный уже летел наперерез снизу вверх, безумно набирая высоту с таким видом, словно в этот момент вообще не думал о своей собственной безопасности. Мадам Трюк продолжала что-то истошно кричать, срывая голос, ученики на земле в панике и ужасе расступались в разные стороны. Гриффиндорец, по-прежнему облепленный кусающейся стаей летучих мышей, с воплями рухнул куда-то в сторону натянутых тренировочных сеток. А Лютера продолжала стремительно приближаться к земле. В самый последний, критический момент Гарри бросил свою метлу практически вертикально вверх и чудом успел поймать падающую девушку. Точнее попытался поймать. Удар от столкновения двух тел на огромной скорости оказался слишком мощным и сокрушительным. Они оба не удержались и вместе рухнули вниз. Поттер лишь инстинктивно успел развернуться в воздухе спиной к земле, принимая весь основной удар на себя, и через секунду они жестко врезались в густую траву стадиона. Это было больно, но, к счастью, не смертельно. Воздух из легких девушки выбило в одно мгновение. На несколько долгих секунд весь окружающий мир для неё превратился в сплошной, неразличимый шум ветра и далеких, панических чужих голосов. А затем внезапно наступила оглушительная тишина, в которой остался лишь один-единственный, оглушительный звук бешеного, загнанного сердцебиения под её головой. Лют лежала на траве, прямо поверх Поттера. Его сильная рука всё еще крепко, судорожно удерживала её за талию после падения с высоты, но теперь этот жест казался отчаянной попыткой просто убедиться, что она здесь, что она цела. Круглые очки парня съехали далеко набок, темные, вечно растрепанные волосы спутались еще сильнее обычного. И находясь к нему так близко, девушка отчетливо услышала, насколько тяжело и хрипло он дышит после этого безумного спасательного маневра. Гарри чувствовал, как его грудная клетка ходит ходуном от нехватки кислорода, но каждый судорожный вдох приносил ему не просто облегчение, но тонкий аромат её волос. Внутри у него всё перевернулось от сумасшедшего адреналина. В каких-то паре метров от них в сочную траву с глухим стуком резко врезалась метла Драко. Блондин спрыгнул с неё на ходу, еще до полной остановки древка. Выражение его лица в этот момент было настолько яростным и жутким, что вокруг них на поле мгновенно воцарилась гробовая тишина.       — Вы что, двое, совсем из ума выжили, идиоты?! — рявкнула подбежавшая к ним запыхавшаяся мадам Трюк. Но Драко даже не удостоил преподавательницу мимолетным взглядом. Он в упор смотрел только на Блэк. Точнее на то, как именно она сейчас лежит на Поттере, как её пальцы судорожно вцепились в чужие плечи и в его серых глазах появилось нечто темное. Рон Уизли уже вовсю несся к своему лучшему другу, Гермиона Грейнджер спешила на помощь к Лют и Гарри, а вокруг них стремительно собиралась добрая половина летного поля. Но для Гарри весь этот внешний шум перестал существовать. Он чувствовал Лютеру на своей груди. Она инстинктивно крепче вжалась пальцами в его плечи. В первые секунды после падения она банально не могла сделать даже элементарный вдох. Её собственный вес был куда меньше, чем у тренированного ловца, поэтому Поттеру удалось восстановить дыхание значительно быстрее. Она приподняла голову, её длинные темные волосы лавиной рассыпались вниз вокруг лица Гарри. Время словно замедлило свой ход. Несколько шелковистых, прохладных прядей скользнули по обнаженной шее Поттера, и от этого мимолетного прикосновения у него невольно перехватило дыхание. По его коже пробежала волна мурашек. И только тогда Лютера смогла наконец сделать свой первый, тихий выдох. Она посмотрела на него и Гарри замер. Прямо над ним была не холодная, высокомерная чистокровная Блэк, которая привыкла мерить мир ледяным, отстраненным взглядом. Нет, сейчас её глаза были совершенно другими, распахнутыми, удивленными, беззащитными и самую малость смущенными от этой непозволительной, ошеломляющей близости. В её взгляде сквозило смятение, которое она так отчаянно и безуспешно пыталась скрыть. Они молча смотрели друг другу прямо в глаза. И Поттер почему-то улыбался. Это была слабая, но невероятно теплая улыбка облегчения оттого, что она жива, оттого, что он успел. Этот взаимный взгляд длился долго, казался слишком глубоким. Только сейчас Блэк осознала, что до сих пор мертвой хваткой держит Избранного за плечи, чувствуя пальцами каждую мышцу под его формой, и поспешно разжала пальцы. Она отчетливо ощущала идущее от него тепло, почти обжигающее, после сложных воздушных виражей. Смущенная, Лютера быстрым, грациозным движением перекатилась с него на прохладную траву, пытаясь вернуть ускользающее самообладание и продолжая тяжело дышать. На мгновение Гарри почувствовал пустоту там, где только что было её тело, а его рука еще несколько секунд помнила ощущение её тонкой талии. Однако заметив, сколько пар удивленных глаз уставилось на нее в этот момент, Лют мгновенно взяла себя в руки и стремительно поднялась на ноги. Её взгляд принялся лихорадочно искать в толпе того самого парня, который посмел оскорбить память её. И она нашла его быстро. Резким, отточенным движением девушка вновь выхватила палочку и уверено, твердым, шагом направилась прямиком к нему, напрочь позабыв о присутствии учителей, недавнем падении и о том, что они всё еще находятся на официальном уроке.       — Ублюдок, я убью тебя — ровным, леденящим душу тоном произнесла она, почти подойдя к сетке, куда бесславно приземлился её обидчик. Её палочка была наготове. Гриффиндорец к этому моменту всё еще отчаянно пытался отбиться от остатков насланных летучих мышей, которые с остервенением вцеплялись ему в лицо. Он больше не выглядел тем смельчаком, что минуту назад подначивал её в небе. В его глазах застыл дикий, первобытный ужас, особенно когда он увидел приближающуюся Блэк с палочкой. С тем самым выражением абсолютной, мертвенной решимости на лице, от которого весь их класс сегодня утром уже затихал на уроке трансфигурации. Толпа студентов в страхе расступалась перед ней. Даже слизеринцы мгновенно прекратили свои перешептывания, потому что происходящее сейчас на поле уже ни у кого не поворачивался язык назвать обычной школьной склокой.       — Блэк, немедленно опустите палочку и успокойтесь! — крикнула мадам Трюк, поспешно направляясь следом за ней. Но Лютера уже практически подошла к самой сетке. Парень наконец сумел смахнуть с себя последних мышей и испуганно поднял голову. И вот тогда истинный, глубокий страх за свою жизнь отразился в его глазах по-настоящему. Потому что девушка выглядела пугающе, мертвенно спокойной для человека, который только что хладнокровно озвучил прямую угрозу убийства. В следующую секунду между ней и её жертвой резко вырос Поттер. Он встал прямо перед ней, по-прежнему тяжело дыша после их общего падения.       — Лютера, — его голос прозвучал удивительно твердо и весомо, он держался потрясающе уверенно. — Не надо. Позади Лютеры почти одновременно остановился Драко Малфой, и атмосфера на поле накалилась до абсолютного предела. Потому что блондин, в отличие от Поттера, вообще не выглядел человеком, который собирался успокаивать разбушевавшуюся сокурсницу. Напротив, он бросил на забившегося в сетку гриффиндорца такой ледяной, презрительный взгляд, от которого тому явно захотелось провалиться сквозь землю прямо в преисподнюю. Вокруг них плотным кольцом собралась огромная толпа учеников. Рон Уизли горел желанием защитить Гарри от Блэк и немедленно утащить друга подальше от этого проклятого места. Гермиона же, напротив, упрямо стояла на месте, не сводя пристального взгляда с Лют. Будто Грейнджер всеми силами пыталась проанализировать и понять, что именно в эту секунду скрывается за её идеальной, ледяной слизеринской маской. А Гарри даже не думал сдвигаться ни на сантиметр. Он продолжал незыблемой стеной стоять между ней и напуганным парнем, глядя ей прямо в глаза.       — Он круглый идиот, Блэк, — негромко произнес Поттер. — Но если ты сейчас применишь заклинание на глазах у всех преподавателей и всей школы виноватой в итоге останешься исключительно ты. Над летным полем повисла тяжелая, осязаемая тишина. Катилось к закату солнце, и даже буйный ветер словно утих, не смея нарушать это безмолвие. Девушка продолжала твердо стоять на месте, смерив Поттера презрительным взглядом. Великий и благородный защитник сирых и убогих. Драко полностью разделял её яростный настрой, и Лют была абсолютно уверена в том, что обязана довести начатое до конца. Разумеется, она не собиралась его убивать, нет, смерть порой является слишком легким избавлением. В её глазах застыли арктический лед и явная угроза. Сделав решительный шаг вперед, она сократила расстояние между собой и Гарри.       — Уйди с дороги, Поттер, — твердо, не терпящим возражений тоном отчеканила она, по-прежнему держа палочку направленной в сторону гриффиндорца. Но парень остался непоколебим. При этом он выглядел раздражающе спокойным. Темноволосая яростно сжала челюсть. Она приблизилась к нему практически вплотную. Они смотрели друг другу глаза в глаза, и в этот момент внутри у нее что-то странно сжалось. Вскинув руку, она медленно повернула палочку от обидчика и ткнула кончиком прямо в горло, под подбородок Поттеру. По толпе вокруг пронесся испуганный, дружный вздох.       — Я не применю к нему заклинаний здесь только потому, Поттер, что ты сегодня спас меня, — процедила она сквозь зубы практически ему в самую шею. — Мне глубоко плевать на твою пресловутую вину, и столь же плевать на любое последующее наказание от директора. Но будь добр, научи своих неандертальцев элементарному уважению к чужим семьям. Она произнесла эти слова так близко, что Гарри наверняка физически ощутил их кожей, ведь он был выше её. Лютера еще ненадолго задержала палочку, что бы ее слова дошли и резко, с достоинством отдернула руку, опустив ее. Затем, взмахнув полами своей темной мантии, стремительным шагом направилась прочь со стадиона. Все присутствующие на поле словно застыли в оцепенении. Буквально секунду назад она стояла так близко к Поттеру, что порывы ветра трепали края их форменных мантий вместе, а смертоносный кончик палочки упирался Избранному прямо в горло, это было опасно, вызывающе и граничило с безумием. И Гарри ведь не отступил ни на шаг. Слова Блэк прозвучали резко, словно пощечина. Но Гарри всё равно упрямо не отводил от неё своего взгляда зеленых глаз, без тени страха. Только прерывистое дыхание и ладонь, сжатая в кулак у бедра, выдавало его напряжение. Малфой взирал на эту финальную сцену с таким выражением лица, которое было решительно невозможно расшифровать с первого взгляда. В его чертах не осталось и следа от привычной, ленивой аристократической усмешки. Только ледяная сосредоточенность и какая-то первобытная тьма, залегшая на самом дне его серых глаз, когда он созерцал, насколько близко Лютера стояла к его главному школьному сопернику. Оглушительная тишина держалась на поле еще добрых несколько секунд после её ухода. А затем пространство летного поля буквально взорвалось лавиной криков:       — Вы вообще видели её безумное лицо?!       — Да она ведь едва не применила непростительное прямо у всех на глазах!       — Поттер совсем из ума выжил, зачем он вообще полетел ловить эту ненормальную?!       — Чего еще ожидать, это же чистокровная Блэк…       — Она абсолютно сумасшедшая!       — Да ладно вам, тот придурок из Гриффиндора сам напросился и виноват! Сотни голосов слились в один невообразимый, сплошной гул. Возмущенная мадам Трюк уже вовсю орала на пострадавшего гриффиндорца, нещадно карая его факультет штрафными баллами и обещая бесконечные отработки до конца учебного года. Рон взволнованно повернулся к другу:       — Гарри, ты вообще в порядке? Ничего себе не сломал?! Но Поттер ответил далеко не сразу. Он продолжал задумчиво смотреть вслед ушедшей девушке. Туда, где её тонкий, темный силуэт окончательно растворился за каменной башней, спустя некоторое время парень медленно, плавно провел ладонью по своей шее, именно в том месте, куда мгновение назад упиралось темное дерево палочки Блэк. Драко перехватил взглядом этот характерный жест Избранного в ту же секунду. И его лицо от увиденного сделалось еще более бледным и ледяным.       — Поттер, — негромко позвал он. Гарри наконец оторвал взгляд от уже пустого места и перевел его на Малфоя. Между двумя непримиримыми соперниками вновь с новой силой натянулось старое, привычное и почти осязаемое напряжение. Но на этот раз в их извечной вражде отчетливо появилось нечто совершенно новое. Что-то такое, чего между ними не проскальзывало за все прошлые годы учебы.       — Если твой скудоумный факультетский идиот еще хоть раз посмеет открыть свой грязный рот в адрес семьи Блэк, — тихо, со зловещей вежливостью произнес Драко, шагнув к нему ближе, — я лично и с огромным удовольствием помогу Лютере закончить то, что она сегодня начала. Рон Уизли от такой наглости тут же яростно вскинулся:       — Эй, Малфой, это уроза? Но Гарри неожиданно для всех спокойно поднял руку, властным жестом останавливая своего вспыльчивого друга. И всё так же продолжая смотреть в сторону замка, куда ушла Лютера, он негромко, но предельно отчетливо ответил:       — Я понял.

***

       Продолжение следует.