6. Разведка.

Узумаки Наруто

      Этот вопрос стоит передо мной не первый день. Даже не стоит, а вполне себе ходит. Чувствую её внимательный взгляд. Знаю, что ей хочется о многом спросить… Но почему-то не спрашивает, а я сама не могу ни подойти, ни даже посмотреть на неё нормально. Просто делаю вид, что её не существует или что она просто самый обычный скелет-прислужник.       Но себя ведь не обманешь. В момент когда она представилась… Я думала моё сердце разорвётся на части от волнения, радости и беспокойства. На чаше весов стоит слишком многое, чтобы поступать опрометчиво. Её жизнь, не только моя безопасность, на которую я могла бы плюнуть… Менма, Саске, Гаара.       Безопасность — превыше всего!       И по долгу безопасности, я должна была отвязать её от скелета и отправить на перерождение… А не позволять ей видеть слишком многое, что потом может обернуться для нас бесконечной чередой проблем. Отложив карандаш в сторону, упираю локти в колени и прячу в подставленные ладони своё лицо.       Постукивая пальцами по столу и чёркая периодически несвязные заметки то об одном пункте плана, то о другом, я пребываю в глубоких раздумьях между тем, что должно, и тем, что хочется.       Эта вечная борьба с долгом и эгоизмом.       Хах. Сложно! Как же чертовски сложно!       Я так давно хочу полноценную семью и детство… Разве я не имею на это право? Сколько лет я только и делала, что отдавала всю себя? Миссии. Друзья. Страны. Всё для других и очень мало для себя…       И дальше думать об этом нельзя. Теперь когда отец приведён домой… Скрывать её долго не получится. Как известно скелеты из шкафов вываливаются в самый неподходящий момент. И объяснять отцу, что это и как… Будет крайне сложно и не очень правдоподобно. А оставлять это на саму Кушину и вовсе не вариант.       Куда проще обставить её невероятное возвращение в мир живых и свалить всё на не безызвестного Орочимару. Кажется он баловался экспериментами с перерождением…       У Кушины уже есть скелет. Он чужой, не её. Но душа привязалась к нему, привыкла, чувствует себя… почти комфортно. Этот скелет старый, но он прочный, пропитан магией. Может оно, и к лучшему. Новое тело, выращенное с нуля, могло бы отторгнуть душу. А этот скелет — уже готовый каркас. К тому же будет не сложно поменять ДНК кости при наличии доминирующего ДНК самой Кушины.       Клан Узумаки. Их генно-архив. Хотя было бы проще выкопать тело Кушины с Кладбища… Угум. Сделаем двойной ход! Один грабит могилу, а я пока наведу шумиху в госпитале! Ну… Не станут же они сжигать труп без причины… Ну, за одно перестрахуемся.             Этап первый: извлечение сигнатуры. Размножу магией до нужного объёма. Создам биоматрицу — «плоть», которая знает, какой ей быть.             Этап второй: наложение матрицы. Обрастание. Взращивание мышц, сосудов, нервов прямо на существующие кости, ориентируясь на генетический шаблон. Это сложнее, чем просто лепить голема, но безопаснее и ей не придётся переучиваться.             *Из курса «Природа некромантии» (4 курс) : «Перерождённая душа, уже закреплённая в эфирном слепке, легче принимает новую плоть, если та строится на основе старой сигнатуры». Значит, шансы на успех высоки.             Этап третий: регенерация. «Тёмная регенерация» (практикум, 3-й ранг) — базовое заклинание восстановления плоти. В обычном режиме оно лечит раны. В режиме «достройки» — может наращивать утраченное, если есть матрица. Но процесс долгий. Потребуется несколько дней, может, неделя.             Этап четвёртый: пробуждение. Когда тело готово, снимаю сонные чары. Кушина просыпается. В новом теле. В своём теле.       — Всё решила? — Саске оказывается рядом, слегка неожиданно, так что немного вздрагиваю. Неожиданно он сгребает меня в охапку, прижимая к своей мальчишеской груди и зарывается пальцами в волосы немного массируя кожу… — Я прикрою. Не переживай. И Курама поможет. А за менмой присмотрит Мататаби под хёнге. Ничего не случится.       — Я знаю. — прикрываю глаза, вдыхая аромат травы и шашлыка… Обвивая его руками… — Тогда я рассчитываю на вас, меня не будет несколько дней. — поднимаюсь со стула, подхватываю маску. С меня слетает моя кофта, оставляя меня в чёрном костюме…       — Удачи. — стукнуться кулачками и накинув на себя чары дезориентации, покидаю комнату через окно.

***

      Окно осталось позади, а вместе с ним — тепло рук Саске и уютный запах жилых комнат. Прохладный утренний воздух Конохи ударил в лицо, выбивая из головы остатки сентиментальности. Скользя по теням, используя чары дезориентации: для случайного прохожего я лишь блик, игра света, чем-то, на чем взгляд не задерживается.       Странно это — идти туда, где тебя не ждут, но где по праву крови твоё место. В моем прошлом мире клан Узумаки был легендой, прахом, развеянным по ветру. Остались только я и Карин, да и та вечно была где-то на периферии жизни, верная Орочимару или Саске, но не семье. Здесь же… здесь у нас целый квартал.       Квартал Узумаки встречает меня архитектурой, от которой щемит сердце. Высокие заборы, украшенные спиралями, специфический наклон крыш, защитные печати, мерцающие в эфирном спектре, как гирлянды. Это останавливает меня на одной из крыш, заставляя осмотреться. Сейчас тут кипит жизнь прачки развешивают белье, молодые шиноби тренируются во внутренних двориках. Но воздух… воздух тяжёлый. Тревога, перемешанная с застарелой обидой и настороженностью.       Хм. Ещё раз оглядевшись, нахожу взглядом самую внушительную постройку из тёмного дерева, которая похожа на главное здание и выглядит надёжной, почти неприступной. Сюда заходят люди, кто по форме, кто просто…       Проскользнуть не составляет труда. Барьер на удивление тих, никак не отреагировал. Только когда его пересёк какой-то шиноби из Листа, пошла мелкая рябь и на него моментально обращают внимание сотрудники. Даже простые жители.       Реакция на принадлежность к клану?       — Что у вас? — к нему тут же подходит «старший»?       — Арата-сан передал, что задержится ещё на пару дней. — он неловко ведёт плечами, ощущая себя явно не в своей тарелке. — Спецзадание от Хокаге. — поясняет и отдав какой-то свиток, ретируется как можно быстрей.       «На спецзадании», значит? В Конохе это часто означает «разгребаю дерьмо, о котором нельзя говорить вслух». Учитывая недавние волнения и то, как напряжён квартал, мой дорогой дядя, скорее всего пропадает в Корне.       Что ж… Мне же лучше. «Старший» разворачивается и уходит в глубь резиденции и я решаю проследовать за ним. Это лучше чем петлять по коридорам самой, не хватает ещё на ловушки наткнуться.       Кабинет Араты Узумаки оказывается на втором этаже. Он довольно большой и почти весь уставлен шкафами со свитками. Очень напоминает кабинет Хокаге… Только в стиле Узумаки. Всякие пёстрые и цветастые декоративные элементы.        Комната пахнет старым пергаментом, крепким чаем и горьким табаком. Здесь царит порядок, граничащий с одержимостью: стопки документов были выровнены по линейке, на столе ни одной лишней соринки. Присаживаюсь в его массивное кресло, закидываю ногу на ногу и поднимаю в воздух последние документы. На краю стола — стопка книг. Узнаю некоторые: «Свод законов Конохи», «Устав клана Узумаки», «Торговый кодекс Страны Огня». Хм.

      Внутриклановый отчёт.

Подпись — старейшина Такахаши.

«Собрание старейшин от 15 сентября. Обсуждался вопрос о чрезмерной лояльности главы младшей ветви Араты Узумаки по отношению к Хокаге».

      Знакомая песня. Я читаю по диагонали. Требования ограничить доступ Хокаге к архивным свиткам. У Хокаге есть доступ? Не плохо. Но сомневаюсь, что он им пользуется. Ужесточить контроль над выездом. Назначить нового представителя в Совете.       Старейшины не понимают, что без сотрудничества с Хокаге квартал зачахнет? Арата это понимает. Потому и терпит их нападки. Или это специально? Арата специально терпит или старейшины специально нападают?       Откладываю.       Дальше — Торговый контракт с Узушино. Поставки металлов. Повышение цен на 15%.       На полях — пометки Араты. «Искать альтернативу». Ниже, другим почерком: «Альтернативы нет. Уступить».       Откидываюсь на спинку кресла, сцепив пальцы в замок, прокручиваюсь на кресле, запрокидывая голову и рассматриваю причудливый рисунок на потолке. Глава филиала, зажатый между центром и собственными старейшинами? Ресурсы — из Узушино. Если они перекроют поставки — филиал задохнётся. Но если найти свой источник…       Взгляд падает на окно, расцепляю руки, укладывая их на подлокотники и начиная постукивать пальцем по дереву, взвешивая свои решения о возможном вмешательстве во внутреннюю политику. Рискованно… Но вариант есть…       Горы за базой Корня. Старая шахта Данзо. По идее её ещё не скоро должны найти. Учитывая что у нас о неё нигде не упоминалось и я сама наткнулась чисто случайно. Нужно, чтобы Арата смог её законно присвоить.       Законно…       Земля, на которой расположена шахта, формально принадлежит Конохе. Данзо владел ею нелегально — через подставных лиц, через Корень. После его смерти имущество Корня перешло в ведение деревни.       Значит, сейчас шахта — ничья. Формально — собственность Конохи. Но она не оформлена, не числится в реестрах, не приносит дохода. Такие участки можно получить в аренду или в собственность через суд — если доказать, что ты можешь её использовать.       Арата — глава филиала Узумаки в Конохе. Клан имеет право на разработку недр на территории Страны Огня — это прописано в старых договорах между Узушино и Конохой. Если он подаст заявку в Горный департамент и докажет, что шахта не принадлежит никому другому, он может получить её законно.       Но это долго. Бюрократия. Проверки. Слухи. Узушино узнает — и начнёт давить.       Есть другой путь.       Закон о трофейном имуществе. Статья 47. Имущество, добытое у врага в ходе военных действий или контртеррористических операций, может быть передано клану-победителю для компенсации понесённых потерь.       Данзо объявлен предателем. Корень — враждебной организацией. Арата официально учавствует в зачистке баз Корня. Он может подать прошение о передаче шахты как трофея — в счёт потерь, понесённых кланом Узумаки от действий Корня.       Данзо ведь что-то украл у Узумаки. Свитки с печатями, среди которых была и печать контроля, которая стояла на Итачи. Это вполне сгодится за ущерб репутации клану. Если Арата документально подтвердит ущерб — шахта перейдёт к нему без торгов.       Это быстро и законно. И Узушино не сможет ничего сделать — шахта будет принадлежать филиалу, а не центру.       Перевожу взгляд на стопку книг. «Свод законов Конохи», «Устав клана Узумаки». Арата уже думает в эту сторону. Или его юристы. Они не знают о статье 47? Она редко используется? Хм. Ладно. В любом случае… Потом.       Пписьмо из Узушино…

«Уважаемый Арата Узумаки, глава младшей ветви.

До нашего совета дошли сведения, что у покойной Кушины Узумаки-Намиказе осталась младшая дочь, Менма Намиказе, находящаяся на попечении отца — Минато Намиказе, Хокаге Конохи.

Учитывая, что мать ребёнка принадлежала к нашему клану, а отец, по имеющейся информации, не уделяет дочери должного внимания (подтверждено несколькими независимыми источниками), клан Узумаки имеет право и обязанность взять опеку над ребёнком для воспитания в традициях Узумаки.

Просим вас в кратчайшие сроки подготовить документы для передачи опеки и организовать прибытие наших представителей для проверки условий проживания ребёнка. Если возникнут препятствия со стороны Хокаге, рекомендуем использовать политическое влияние клана для их устранения.

Старейшина Кацуми, глава совета старшей ветви Узумаки.»

      Чего? Они хотят забрать Менму? Не спросив Минато. Основываясь лишь на право крови? Да это даже не запрос на опеку… Крига с уставом открывается моментально… Я пролистываю его с такой скоростью, что глаза нвчинают болеть. Сюда бы шаринган Саске!       Вот оно…       Статья о передаче опеки. По законам Узушино, старшая ветвь имеет право забирать детей младшей, если сочтёт условия их жизни неподобающими. Но это право не абсолютное. Если ребёнок является гражданином Конохи (а Менма — гражданка, она родилась в Конохе, её отец — Хокаге), то передача опеки возможна только с согласия Хокаге или суда.       На полях — пометки Араты. Карандашом: «Отложить. Требуется ответ». Другим почерком, более твёрдым: «Пока не отвечать. Нужно время». И ниже, почти неразборчиво: «Как объяснить Минато?». Значит, он тянет. Не соглашается, но и не отказывает. Просто ждёт.       Я сжимаю лист. Бумага мнётся под пальцами.       Менму не отдам. Никогда.       Чёрт! Опомнились, мать их за ногу!       Расставив все документы по местам и применив заклинание «Эхо порядка», чтобы стереть даже мельчайшие частицы пыли, сдвинутые мной, и выбираюсь наружу. Подхватываю его ручку и сосредотачиваюсь на его чакре.       Хах. Его сигнатура как костёр в ночи — яркая, плотная, типично «узумаковская», но с каким-то странным привкусом статики. Он рядом с одним из секретных входов в структуры Корня. Так они ещё не закончили?

***

      Добраться до места не составляет труда… Хотя заходить вглубь или как-то действовать не тороплюсь. Всё же выносливость ещё хромает. Благо чакра Курамы уже в полной мере восстанавливает их. Чтоб я без него делала?       Хах. — довольный смешок проносится по подсознания, пока я устраиваюсь в кроне массивного дерева.       Резкие черты лица, с налётом усталости, блинные рыжие волосы уже потеряли свой бывалый алый цвет из-за седины, золотистые глаза смотрят в даль ничего не видя. Он стоит, скрестив руки на груди, иногда отнимая крепкую сигарету от губ. На поясе клинок с символикой Узумаки.       И ощущается он как-то странно… Прищурившись, пытаюсь понять, что не так. Пока до меня не доходит. В теле Араты есть мана. Огромный запас энергии, находится в каком-то застывшем, статичном состоянии. Его каналы развиты великолепно, они как широкие магистрали, но по которым вместо скоростных болидов ползут гружёные телеги.       Он не пользуется своим потенциалом. Почему? Фуиндзую — это же буквально начертательная магия… Фактические основы.       Иероглифы — это не только способ письма, это способ стабилизации эфира. Знаки влияют на частоту магии так же, как интонация заклинателя. Если Узумаки пишут фуиндзюцу, используя ману вместо чакры, они буквально «запечатывают» саму магию, а не чакру. Теоретически, из «Печати Стихии» можно сделать активный артефакт, который сам генерирует синтез, а не просто блокирует вход…       Простой импульс в сторону одной из ловушек, которые Корень расставил по периметру, которая почему-то не активировалась, хотя по тому месту хорошо так протоптались. Реакция мгновенна. В полете выхватил три куная и вогнал их в землю так, что они перебили узловые точки плетения.       Мана колыхнулась в сторону глаз и потухла за секунды. Хм… Интересно. Магическое зрение?       Попробую по-другому. Ложный выпад сзади. Иллюзия тренировочной куклы, которую я видела в квартале, наделённый плотностью благодаря магии, атакует его в спину. Арата раворачивается на пятке. Его кулак, окутанный плотной, почти видимой пленкой чакры, прошил клона насквозь.       Когда иллюзия рассыпается искрами, он на секунду замер, нахмурившись.       Каскадная ловушка «Когти земли». Почва под его ногами должна превратиться в вязкое болото, а затем застыть стальными шипами. Арата реагирует за долю секунды до того, как ловушка сработала. Вместо того чтобы бежать, он ударил ладонями по земле.       — Фуиндзюцу: Запечатывание движения! — выкрикнул он. Моя магия сталкивается с его печатью в которой присутствует мана.       — Господин Арата! — Причём выброс энергии такой, что волна отбрасывает его подчинённых, которые пытаются вмешаться, а сам Арата выстоял, хотя его руки заметно дрожат. Мана… Она вибрирует внутри него, отвечая на мою магию, как камертон. При каждом его резком движении статический заряд внутри его каналов вспыхивает, причиняя ему едва заметную боль. Он привык к ней… Он не знает о мане или не понимает как использовать? — КТО ЗДЕСЬ?! — рявкнул он, и этот крик был полон такой силы, что птицы с шумом сорвались с окрестных деревьев. Чёрт… Чтобы перепроверить… Надо заблокировать его чакру… А сделать это возможно только подойдя к нему в плотную. Нет. Слишком рискованно.