Косой Переулок

Дорога до Литтл Уингинга заняла чуть больше часа. За окном машины были видны серые унылые пейзажи Лондона постепенно сменялись бесконечными, одинаковыми кварталами двухэтажных домов. Этот пригород казался Сюдзи - вернее, Осаму - верхом скуки, которая сменится в будущем как он надеется. Сложно было представить более неподходящее место для базы Портовой Мафии. Машина плавно притормозила у дома номер 12 по Кингс Роуд. Рюноске заглушил мотор, привычным мимолетным движением проверил зеркала и коротко бросил: - Приехали. Помните про дистанцию, молодой господин. Осаму послушно нацепил на лицо маску уставшего с дороги ребенка, выбрался из салона и подхватил свой чемоданчик. Они подошли к кирпичного дому. Едва Рюноске повернул ключ в замке, дверь открылась сама собой, без единого скрипа. На пороге их встретила хозяйка дома. Элизабет Фиггис - а ныне миссис Дазай - выглядела именно так, как Сюдзи представлял себе выпускницу Когтеврана, перебежавшую на сторону азиатской мафии. Высокая, подтянутая женщина лет тридцати с острыми чертами лица и пронзительными, неестественно синими глазами. На ней был строгий домашний кардиган, но Осаму сразу заметил, как из правого рукава на несколько сантиметров выглядывает тонкий кончик деревянной палочки. Взгляд женщины мгновенно сфокусировался на вошедшем мальчике. В этих синих глазах Осаму прочитал сложную смесь эмоций: профессиональную настороженность агента и глубокое когтевранское любопытство. - Добро пожаловать домой, Осаму - произнесла она по-английски, и её голос прозвучал мягко и естественно. - Я так долго тебя ждала. - Привет, мама - Осаму задорно улыбнулся и сделал шаг вперед. Рюноске закрыл за собой тяжелую дверь, заперев её на несколько оборотов. - Он всё знает, Элизабет - Рюноске снял шляпу и перешел на японском. - Письмо у него. Женщина заметно расслабилась и отвесила Осаму короткий, подчеркнуто уважительный поклон, подобающий статусу наследника Цусима. - Молодой господин, извините за эту комедию на пороге - Элизабет жестом пригласила его в уютную, заставленную книжными шкафами гостиную. - Но соседи на этой улице слишком любят сплетни и следят за каждым шорохом. Нам нельзя рисковать. Ваша анкета в Хогвартсе была заложена Министерством в архивы еще несколько лет назад. Мы не ожидали, что выброс вашей силы в Йокогаме произойдет так рано и школа сработает автоматически. - О, это было очень весело! - разувшись Осаму беззаботно запрыгнул на мягкий диван, поджав под себя ноги, и принялся с интересом разглядывать комнату. - Значит, магия сама нашла мой фальшивый паспорт? Какая забавная у них бюрократия. А где птица, которая должна отнести ответ? Элизабет слабо улыбнулась, оценив чисто детское любопытство мальчика. Она отошла в соседнюю комнату, из которой принесла серую сову в тяжелой клетке. Рядом на столе уже лежал аккуратно написанный чернилами ответное письмо. - Птица здесь, молодой господин. Текст стандартный: мы подтверждаем, что получили письмо, и сообщаем, что я сама, как выпускница Когтеврана, сопровожу сына на Косую Аллею. Никаких визитов профессоров в наш дом не потребуется. Министерство зафиксирует отправку письма из этой географической точки, и легенда закроется. Осаму внимательно наблюдал за тем, как Элизабет ловко привязала свиток к лапе совы. После чего она распахнула створку окна, и сова, издав уф, растворилась в сером лондонском небе, унося официальный ответ в Хогвартс. - Ну вот и всё - Осаму потянулся, откинувшись на подушки дивана, и на его губах заиграла предвкушающая улыбка.Фальшивые родители на месте, письмо отправлено. - Рюноске, Элизабет, надеюсь, вы хорошо продумали, как мы будем покупать мне палочку? В гостиной повисла короткая, напряженная пауза. Пару ближайших дней должны были стать их первым серьезным выходом в мир под видом семьи. - И еще одно - мальчик лениво поправил бинты, после чего проследил за тем, чтобы тонкая кожа перчатки плотно прилегала к запястью. - Давайте сразу договоримся. Пожалуйста, забудьте в этом доме и за его пределами словосочетание “молодой господин”. Если кто-то из соседей случайно услышит, как молодая пара называют собственного одиннадцатилетнего сына “молодым господином”, наша легенда развалится быстрее, чем карточный домик под порывом ветра. С этого момента для вас я просто Осаму. Договорились? - Как прикажешь…скажешь Осаму - Элизабет плавно склонила голову, и на ее губах появилась мягкая, чисто профессиональная улыбка. Имя прозвучало непривычно, но ее разум моментально принял эту новую инфомацию. - Это абсолютно разумно. Нам действительно нужно привыкать к ролям. Осаму удовлетворенно кивнул и перевел взгляд на свои руки. Он медленно сжал и разжал пальцы в перчатках. Ощущение мягкой, тонкой кожи, плотно облегающей ладони, дарило странное чувство защищенности. Осаму чувствовал, что через эту тонкую преграду он может контролировать свою силу. Способность теперь была почти послушным инструментом, запертым внутри его тела. Рюноске, до этого молча стоявший у двери, наконец прошел вглубь комнаты. Его тяжелые шаги были практически неслышны на старом ворсистом ковре гостиной. Он аккуратно положил свою трость на журнальный столик и сел в глубокое кресло напротив Осаму. - План на ближайшие дни предельно прост - Рюноске заговорил тихим голосом, сканируя взглядом окна гостиной, за которыми продолжал сгущаться лондонский туман. - Завтра мы остаемся в доме. Тебе нужно отоспаться после перелета и привыкнуть к разнице во времени. - А послезавтра, на рассвете, мы отправимся в Лондон - продолжила Элизабет, подходя ближе к столу. - Первым делом мы посетим банк Гринготтс. Твой отец, Осаму, открыл там тайный сейф через подставных лиц еще три года назад. Золотые галеоны, сикли и кнаты уже ждут тебя. Затем мы купим мантии у мадам Малкин, учебники во “Флориш и Блоттс” и, самое главное, палочку у Олливандера. Раз твоя способность надежно блокируется перчатками, палочка выберет тебя без каких-либо аномалий. Ты сможешь колдовать на уроках, как самый обычный студент. К моменту поездки в Хогвартс ты должен выглядеть безупречно. Осаму задумчиво прикусил нижнюю губу, глядя на то, как капли дождя лениво стекают по оконному стеклу. Ему действительно предстояло стать частью этого странного мира, махать палочкой, заучивать заклинания. - Что ж, мама, папа… - Осаму задорно улыбнулся, пробуя эти непривычные слова, от которых у Рюноске едва заметно дернулся глаз. Мальчик поднялся с дивана, подхватил свой кожаный чемоданчик за ручку и вопросительно посмотрел на Элизабет. - А теперь, если вы не против, я бы очень хотел увидеть свою комнату. Четырнадцать часов среди плачущих младенцев и храпящих людей в самолете – это, худшая пытка, которую я когда-либо испытывал. Элизабет мягко улыбнулась и жестом пригласила его следовать за собой к лестнице на второй этаж, ведя навстречу его новой жизни. Ступени тихо поскрипывали под их шагами звук, совершенно непривычный после стерильной тишины штаба. На стенах висели пейзажи сельской местности. Второй этаж встретил их коротким коридором с тремя дверями. Элизабет толкнула крайнюю справа и отступила в сторону, пропуская мальчика вперёд. - Это твоя комната. Мы подготовили её пару дней назад, когда получили приказ от твоего отца - негромко пояснила она, переходя обратно на английский. - Надеюсь, тебе будет удобно. Осаму шагнул внутрь и замер на пороге, быстро сканируя комнату взглядом. Комната была небольшой, но уютной, выдержанной в спокойных серо-голубых тонах. У окна стояла аккуратная кровать, застеленная тёмно-синим покрывалом, напротив массивный деревянный письменный стол, а у стены полупустой книжный шкаф. Несколько книг по литературе, пара справочников по истории Британии и потрёпанный томик “Стандартной книги заклинаний”. На подоконнике в небольшой стеклянной вазе стояли свежие белые лилии. - Лилии. Какая милая деталь - протянул Осаму, ставя чемодан на пол и проходя к столу. Его пальцы скользнули по гладкой деревянной поверхности. Элизабет позволила себе короткую, сдержанную улыбку, но её синие глаза оставались серьёзными. - Поддержание легенды в мелочах - моя специализация, Осаму - она обвела комнату рукой. - Шкаф пуст на три четверти, чтобы ты мог разложить вещи, которые купим на Косой Аллее. Ящики стола закрываются на ключ если захочешь спрятать что-то личное от посторонних глаз. Окно выходит на задний двор, так что любопытные соседи из дома напротив не увидят, чем ты занимаешься по ночам. - Превосходно. Вы с Рюноске действительно подумали обо всём - мальчик снял куртку и небрежно бросил её на спинку стула. - А теперь, мама, если ты не против, я бы хотел принять душ и немного поспать если смогу заснуть. Завтра у нас будет целый день на то, чтобы обсудить все детали. - Разумеется, Осаму - Элизабет кивнула и направилась к двери, но на пороге на мгновение задержалась. - Ванная комната дальше по коридору, вторая дверь. Полотенца в шкафчике слева от раковины. Если что-то понадобится, мы с Рюноске будем в гостиной. Дверь закрылась с тихим щелчком, и Осаму остался один. Он постоял пару секунд, прислушиваясь к звукам дома, где-то внизу Рюноске размеренным шагом прошёл на кухню, тихо звякнул чайник, глухо пробормотал что-то неразборчивое. Мальчик медленно стянул с рук тонкие перчатки, аккуратно положил их на прикроватную тумбочку и принялся разматывать бинты. Белая марля ложилась виток за витком, обнажая бледную, почти фарфоровую кожу с ещё не до конца заживших царапин и старых шрамов. Он сжал и разжал пальцы, наблюдая за игрой света на своих ладонях. Где-то там, в Хогвартсе, сотни детей будут размахивать палочками и творить чудеса, даже не подозревая, что один из их новых однокурсников уже убивал человека. Эта мысль вызвала у Осаму странную, смешанную эмоцию, не то злорадное предвкушение, не то смутную, почти забытую детскую радость от предвкушения. Он надел тапочки, которые Элизабет заботливо оставила у кровати и направился в ванную. Горячая вода - ещё одна приятная мелочь, которой ему так не хватало в самолёте.

***

Следующее утро выдалось на удивление солнечным, что для Англии было почти аномалией. Осаму проснулся на удивление поздно с его режимом, видно сказались четырнадцать часов перелёта и разница во времени. Некоторое время он просто лежал, глядя в белый потолок и прислушиваясь к непривычным звукам: где-то на улице лаяла собака, а снизу доносился тихий звон посуды. Он неторопливо оделся, старательно забинтовал руки и натянул перчатки, проверив, чтобы ни миллиметра кожи не выглядывало наружу. Только после этого спустился вниз. На кухне его уже ждали. Рюноске сидел за столом с чашкой чёрного кофе и утренней газетой. При появлении мальчика он едва заметно кивнул и вернулся к чтению. Элизабет же, стоявшая у плиты с волшебной палочкой в руке, ловко дирижировала сковородкой, на которой сама собой переворачивалась яичница. - Доброе утро, Осаму - произнесла она, не оборачиваясь. — Садись за стол, завтрак почти готов. Надеюсь, ты любишь бекон и тосты. В Англии это практически национальное блюдо. - Доброе утро, мама, папа - мальчик уселся на свободный стул и с интересом уставился на парящую в воздухе лопатку. - А я всё думал, когда же увижу настоящую магию. Признаться, это гораздо менее эффектно, чем я ожидал. Всего лишь летающая кухонная утварь. Элизабет тихо рассмеялась, ловким движением палочки перекладывая готовую яичницу на тарелку. - Магия, это не только фейерверки и превращения, Осаму. По большей части она состоит именно из таких вот мелочей. Принести чашку чая, не вставая с кресла, починить порванную мантию, наколдовать зонтик в дождливый день. К этому быстро привыкаешь. - Возможно - задумчиво протянул Осаму, подцепляя вилкой кусочек бекона. - Но я надеюсь, что в Хогвартсе меня научат чему-то более впечатляющему. После завтрака день потёк размеренно и почти лениво - редкая роскошь, которую Осаму не мог себе позволить в Йокогаме. Он помог Элизабет убрать со стола (исключительно ради поддержания образа послушного сына, разумеется), затем поднялся к себе и принялся разбирать чемодан, который не разобрал вчера. Книги по ядам и хирургии отправились в ящик с замком, бинты заняли отдельную полку в шкафу, а детектив на английском языке лёг на прикроватную тумбочку. Рюноске весь день провёл в гостиной, делая вид, что читает газету, а на самом деле методично проверяя периметр через едва заметные щели в шторах. Осаму заметил, как его “отец” несколько раз за день обошёл дом снаружи, сверяя что-то в небольшом блокноте. Привычная паранойя мафии не покидала агента даже на тихой улице, что делало его более заметным по мнению Осаму. Ближе к вечеру, когда солнце начало клониться к закату, Элизабет позвала обоих в гостиную. - Завтра нам предстоит серьёзный день. В семь утра мы выезжаем из Литтл Уингинга. Затем пешком до “Дырявого котла”. Это старый магический паб, вход в который скрыт от обычных людей. Через него мы попадём на Косую Аллею. - Дырявый котёл? - Осаму приподнял бровь. - Серьёзно? У них там что, все названия такие...? - Ты даже не представляешь насколько - усмехнулась Элизабет. - Но об этом позже. Первая наша остановка — Гринготтс, банк гоблинов. Сейф на имя Дазаев открыт, ключ у меня. Затем мы зайдём к мадам Малкин за мантией, потом за стандартным набором ингредиентов для зелий, потом во “Флориш и Блоттс” за учебниками, и только после этого к Олливандеру за палочкой. - Почему палочка в самом конце? - поинтересовался Осаму, хотя по его глазам было видно, что он уже догадался об ответе. - Потому что это самая опасная часть нашего похода - вместо Элизабет ответил Рюноске, откладывая газету. Его серые глаза холодно блеснули. - Мистер Олливандер - старик с феноменальной памятью. Он помнит каждую палочку, которую когда-либо продал, и каждую пару рук, в которую она легла. Если он заподозрит неладное, если твоя способность хоть на секунду пробьётся сквозь перчатки и исказит реакцию палочку Олливандер сразу это заметит. Поэтому мы зайдем к нему в последнюю очередь. Осаму медленно кивнул, переваривая информацию. Его пальцы в перчатках машинально огладили забинтованное запястье. - Я понял. Буду предельно осторожен. Элизабет свернула пергаменты и протянула мальчику серебряный ключ от сейфа. - Держи. По легенде, ты должен сам открыть семейный сейф. Это добавит достоверности, если за нами кто-то будет наблюдать, хотя это уже пароноя. И ещё - она замялась на мгновение - постарайся вести себя... естественно. Ты ребёнок, который впервые попал в магический мир. Удивляйся. Задавай вопросы. Верти головой по сторонам. Никто не должен заподозрить, что ты видел магию и раньше, хоть ты и полукровка. Осаму улыбнулся своей самой очаровательной детской улыбкой. - О, не волнуйтесь, мама. Я буду просто душкой.

***

Утро нового дня началось с мелкого, назойливого дождика, барабанившего по крыше дома. Осаму проснулся задолго до будильника и лежал в постели, глядя в потолок и мысленно прокручивая последние события. Сегодня он впервые вступит на территорию магического Лондона. Одевался он с особой тщательностью. Каждый слой марли ложился ровно, без единой складки. Тонкие чёрные перчатки сели как влитые, плотно обхватив запястья. Внизу его уже ждали. Рюноске, облачённый в строгий серый костюм магловского покроя, заканчивал пить кофе и привычным жестом проверял что-то во внутреннем кармане пиджака. Элизабет надела аккуратное тёмно-синее платье, а её волшебную палочку теперь скрывал элегантный нарукавный чехол из мягкой кожи - компромисс между магловской модой и боевой готовностью. - Завтракаем быстро - распорядилась она, ставя перед Осаму тарелку с овсянкой. - Чем раньше прибудем, тем меньше вероятность столкнуться с лишними свидетелями. Косая Аллея по утрам почти пуста. Осаму послушно заработал ложкой, хотя аппетит был вялым. Его мысли уже витали где-то за пределами этой кухни. Спустя полчаса тёмно-синий автомобиль уже мчался по мокрой трассе в сторону Лондона. Дождь усилился, превратив пейзаж за окном в размытое серое полотно. Рюноске вёл машину молча, изредка бросая взгляды в зеркало заднего вида. Элизабет сидела рядом с Осаму на заднем сиденье и негромко инструктировала его: - Как только войдём в “Дырявый котёл”, не оглядывайся по сторонам слишком пристально. Ты, конечно, должен выглядеть удивлённым, но не подозрительным. Посетители паба - в основном старые ведьмы и волшебники, которые обожают сплетничать. Если кто-то спросит, кто ты, отвечай коротко: “Осаму Дазай, первый курс”. Не вдавайся в детали. - Я помню, мама - кивнул мальчик. - Никакой самодеятельности. – Он произнёс это с той лёгкой, почти незаметной иронией от слишком большой паранойи родителей и собственной игры. Элизабет заметила что-то из этого, но лишь понимающе сжала губы. Мальчик учился быстро. Машина остановилась на подземной парковке. Отсюда до “Дырявого котла” было рукой подать - узкий переулок, зажатый между книжным магазином и старым музыкальным салоном, которого маглы попросту не замечали. Осаму знал об этом эффекте из отчётов отца: магическая маскировка, наложенная на бар, заставляла обычных людей проходить мимо, не обращая внимания на его существования. Но для него, обладателя способности, которая была по-сути антимагией, этот эффект ощущался иначе - как лёгкое, почти незаметное покалывание в кончиках пальцев и легкую боль в голове. - Выглядит как дешёвая театральная декорация. - честно ответил Осаму. Элизабет едва заметно улыбнулась и толкнула дверь. Внутри Дырявого котла оказался все именно так, как Осаму себе представлял: тёмное, прокуренное помещение с низкими потолками. В воздухе витал запах выпивки, пота и едва уловимый аромат магии? - что-то вроде запаха после грозы. За стойкой стаял бармен, который при виде вошедших лишь лениво кивнул. - Миссис Дазай – поздоровался он. - Давненько вы к нам не заглядывали. - Здравствуй, Том - поприветствовала Элизабет в ответ, мягко подталкивая Осаму вперёд. - Вот, с мужем сына в Хогвартс собираем. Первый курс. – Улыбнулась Элизабет. Том перевёл взгляд на мальчика и одобрительно кивнул: - Молодой человек, значит. Ну-ну, удачного учебного года, молодой Дазай. Осаму вежливо улыбнулся и пробормотал слова благодарности. Они прошли через бар в крошечную комнатку, где Элизабет достала палочку и коснулась ею нескольких кирпичей в стене. Камни послушно разъехались в стороны, открывая проход на Косую Аллею. Осаму на мгновение задержал дыхание… от восторга? Даже сквозь перчатки он ощутил, как всколыхнулась магия - древняя, пропитавшая каждый камень этой улицы за года. - Добро пожаловать в Косую Аллею, Осаму, - сказала Элизабет. Улица, которая была перед ним, напомнило Осаму сказочную книгу, которую однажды он смог прочитать. Высокие здания теснились с друг другом, на витринах красовался самые разные и необычные товары, а где-то вдалеке виднелось большое белое здание с большими колоннами - Гринготтс. - Начнём с банка - сказала Элизабет. - Рюноске, ты с нами? Мужчина покачал головой. - Я подожду снаружи. Встретимся у выхода. Элизабет кивнула, и они с Осаму направились к банку. Гоблины за высокими стойками встретили их оценивающими взглядами. Осаму с любопытством разглядывал этих существ: длинные пальцы, острые уши, умные глаза. Ему они сразу не понравились из-за схожести. Деловые, жёсткие - чем-то напоминали руководителей Портовой Мафии. Элизабет протянула ключ гоблину, и вскоре их проводили к рельсам с тележкой, которая должна была доставить их к сейфу. Поездка по рельсам оказалась куда более захватывающей, чем ожидал Осаму: тележка неслась с бешеной скоростью, что ужасно понравилось Осаму. Ветер дул в лицо, и Осаму поймал себя на мысли, что искренне улыбается - впервые за долгое время. Сейф оказался небольшим, но заполненным доверху. Золотые галеоны, серебряные сикли, медные кнаты. Осаму пересыпал приличную горсть монет в мешочек, который ему от дала Элизабет, и они отправились обратно.

***

Следующим местом оказалась лавка Мадам Малкин. Элизабет мягко подтолкнула его к двери. Изнутри магазин встретил их большим количеством ткани и едва уловимый запах лаванды. Вдоль стен стояли стеллажи с рулонами тканями: от чёрного до серебристого. Несколько готовых мантий парили в воздухе, ожидая своих заказчиков. - Миссис Дазай! - раздался звонкий, полный энтузиазма голос. Из-за стойки, вышла сама хозяйка магазина - ведьма в лиловой мантии, расшитой серебряными цветами лаванды, ее седые волосы были убраны в высокий пучок. - Как я рада тебя видеть! Сколько лет, сколько зим! Неужели это твой сын? - Здравствуйте, мадам Малкин - улыбнулась Элизабет, чуть подталкивая Осаму вперёд. – Да, это Осаму, мой сын, он едет на 1 курс Хогвартса. Нужен полный комплект. - О, разумеется! - Мадам Малкин жестом пригласила Осаму пройти на небольшую платформу перед большим зеркалом - Встань сюда, дорогуша. Не бойся, сейчас быстренько снимем мерки. Осаму поднялся на платформу. Мадам Малкин достала из кармана длинную ленту - такую же, как у портных в мафии, но эта была подрагивала, словно живая. Лента поднялась в воздух и принялась кружится вокруг его плеч, рук и талии, а мадам Малкин что-то едва слышно шептала и записывала результаты в блокнот. - Осанка как у маленького джентльмена! Плечи, конечно, узковаты, да и маленький ты слишком для своих лет - пробормотала ведьма, а лента тем временем скользнула к запястьям Осаму и замерла, наткнувшись на бинты. В этот момент с соседней платформы, на которую Осаму не обращал внимание, раздался надменный, голос: - Что это у тебя с руками? Ты что, подрался с кем-то? Осаму медленно повернул голову. На соседнем возвышении стоял мальчик его возраста: светловолосый, с острыми чертами лица для ребенка. Он уже был одет в новую чёрную мантию, которую летающая иголка подгоняла по длине рукавов мальчика. Выражение лица у незнакомца было такое, словно он только что обнаружил на своей подошве грязь. - Вообще-то - продолжил мальчик, не дожидаясь ответа - у приличных людей не принято ходить по магазинам в бинтах. Ты что, грязнокровка? Вы вечно попадаете во всякие нелепые истории. Мой отец говорит, что маглы - это просто ходячие неприятности. Осаму склонил голову набок, разглядывая собеседника с лёгким, почти кошачьим прищуром. За внешней надменностью, а он успел повидать её в избытке среди неопытных мафиози. Угадывалась банальное детское любопытство. Мальчик явно привык быть центром внимания. - О, вовсе нет - ответил Осаму по-английски, и голос его прозвучал на удивление мягко, почти доброжелательно и без акцента. - это, просто мода, да и я иногда занимаюсь борьбой… хотя плохо получается по большой части. Это очень полезно для осанки, знаешь ли. А бинты нужны чтобы не повредить руки - Он чуть приподнял забинтованное запястье, демонстрируя его так, словно это был предмет высокой моды. - В Японии, откуда я недавно вернулся, это совершенно обычное дело. Дети из хороших семей часто практикуют боевые искусства. Я думал здесь также. Упоминание Японии на мгновение сбило блондина с толку. Он явно не ожидал, что мальчик в бинтах окажется откуда-то издалека, а не из какого-нибудь магловского района. - Япония? - переспросил он, чуть менее агрессивно. - Никогда там не был. Отец говорит, там живут одни неучи, которые не умеют колдовать как следует. - Правда? А мне казалось, что истинная магия не знает границё. Но, возможно, твой отец просто не встречал правильных людей. Меня, кстати, зовут Осаму Дазай. Рад знакомству. Блондин на мгновение замешкался. Правила воспитания требовали представиться в ответ. Тем не менее он задрал подбородок и произнёс с той особой интонацией, которая должна была сразу расставить всё по местам: - Драко Малфой. Мой отец это Люциус Малфой, он входит в Совет Хогвартса. А ты, Дазай... никогда не слышал такой фамилии. Ты полукровка или… грязнокровка…? - Я полукровка - кивнул Осаму, ничуть не смутившись. - Моя мама - выпускница Когтеврана, а папа - магл. Но я надеюсь, в Хогвартсе это не имеет большого значения. Главное ведь - способности, не так ли? Драко скривился так, словно проглотил что-то кислое. Упоминание магла как будто его оскорбило, но открыто хамить в присутствии Мадам Малкин и матери мальчика он не решился. - В конце концов, мы поступаем в Хогвартс для того чтобы учится, верно? Мадам Малкин, которая с плохо скрываемым интересом слушала разговор, сочла момент подходящим, чтобы вмешаться: - Ну-ну, молодые люди, не ссорьтесь! Мистер Малфой, ваша мантия готова. Мистер Дазай, прошу подождать ещё минуту, нужно подобрать длину. Драко спрыгнул с платформы, поправил на себе готовую мантию и, прежде чем выйти из магазина, бросил через плечо: - Увидимся в Хогвартсе, Дазай. – высказался Малфой. - Непременно - отозвался Дазай, и в его глазах на секунды появился красноватый огонёк. - Буду с нетерпением ждать нашей следующей встречи, Драко. Удачи! Когда дверь за Малфоем закрылась, Элизабет подошла к Дазаю и прошептала: - Малфои - одна из старейших чистокровных семей. Люциус Малфой имеет влияние в Министерстве. Будь осторожен с ним. - Я заметил - так же тихо ответил Осаму, пока мадам Малкин подшивала подол его мантии. - Не волнуйся, мама. Кажется, я только что завёл своего первого потенциального... хм, знакомого из Хогвартсе. Это даже забавно. Через минут двадцать Осаму вышел из “Мадам Малкин” c тремя комплектов чёрных мантий с серебряной вышивкой по краю рукавов и с тёплым зимнем плащом с капюшоном. Рюноске молча принял у Элизабет свёртки у выхода и молча пошел за ней и Осаму, провожая взглядом удаляющуюся фигуру Драко Малфоя, который скрылся в толпе с высоким мужчиной с ледяным выражением лица. Следующей точкой стал книжный магазин “Флориш и Блоттс”. Если лавка мадам Малкин пахла лавандой, то здесь пахло старой бумогой. Магазин был огромен, насколько это вообще возможно на Косой Аллеи, стеллажи уходили вверх, соединённый лестницами, а некоторые книги парили под потолком, сами переворачивая себе страницы. Осаму замер на пороге, и на этот раз он ни капли не притворяться. Его глаза зацепились на таких книгах как: “Тёмные силы: руководство по самозащите» Квентина Тримбла”, “Продвинутое зельеварение”, “Магические свойства трав и грибов”. От одного названия “Яды и противоядия: от мандрагоры до аконита” у него едва заметно дрогнули пальцы. Вот оно, то, что ему так не хватало в Йокогаме! - Осаму - голос Элизабет прозвучал мягко, но настойчиво - у нас есть список. Первый курс. Никакой самодеятельности. - Да, мама - отозвался он со вздохом, с трудом отрывая взгляд от полки с книгами по некромантии. - Я помню. – Но в голове уже готовя план как незаметно забрать хотя бы одну книгу. Они двинулись вдоль стеллажей, собирая необходимые учебники. “История магии”, “Магическая теория”, “Начинающему трансфигурация”, “Тысяча магических растений и грибов”, “Магические отвары и зелья”, “Фантастические звери и места их обитания”, “Силы тьмы: руководство по самозащите”. Каждую книгу Элизабет аккуратно снимала с полки, проверяла состояние переплёта и передавала Осаму, который складывал их в растущую стопку. Вскоре стопка стала угрожающе шататься, и тогда Элизабет, достав палочку, уменьшила покупки до размеров спичечного коробка и убрала в карман мантии. Пока она расплачивалась у кассы, Осаму позволил себе отойти от неё. Отойдя в самый дальний угол там, где стоял высокий шкаф, на нем стояли книги: “Сокрытые тайны: трактат о воскрешение”, “За гранью”. Но взгляд Осаму приковала одна — самая тонкая, без названия на корешке, с серебряным рисунком в виде змеи, кусающей собственный хвост. Осаму едва заметно бросил быстрый взгляд через плечо: Элизабет всё ещё спорила о сдаче с кассиром, а тот, закатив глаза, пересчитывал медяки. Покупателей в магазине почти не было. И тут колокольчик над дверью звякнул. В магазин ворвалась девочка с непослушными каштановыми волосами, в джинсах и свитере - с горящими от восторга глазами. Она явно впервые попала на Косую Аллею и теперь вертела головой, разглядывая парящие под потолком книги и стеллажи, уходящие в бесконечность. - О, боже! - выдохнула она, обращаясь к самой себе. - Тут даже больше книг, чем я могла представить! “История магии”, “Магическая теория”... А это что? Неужели “Тысяча магических растений и грибов”?! Её голос, полный энтузиазма, заставил продавца отвлечься от подсчётов и устало вздохнуть. В этот самый момент Осаму, пользуясь тем, что на него теперь точно не смотрят. Быстро схватила книгу, она была холодной на ощупь.Он сунул книгу за пазуху куртки, свободный крой вполне позволял спрятать небольшой том. Затем он так же бесшумно отошёл от шкафа, принимая вид рассеянного мальчика, засмотревшегося на полку с учебниками по трансфигурации. Никто ничего не заметил. Девочка с каштановыми волосами тем временем чуть не врезалась в него, разглядывая корешки. Заметив Осаму, она замерла и быстро окинула его взглядом - бледный мальчик в перчатках, с забинтованными запястьями и с пустой корзиной для покупок. - Ой, прости! - выпалила она, чуть покраснев. - Я не хотела толкаться. Ты тоже первокурсник? Я ещё не купила все учебники по списку, потому что тут столько всего интересного, что я не могу остановится. - Меня зовут Гермиона Грейнджер, а тебя? - Осаму Дазай - вежливо улыбнувшись, мысленно проклиная это вторжение. Книгу было неудобно держать под одеждой, и ему хотелось поскорее покинуть магазин. — Да, первый курс. Приятно познакомиться, Гермиона. - У тебя… есть какой-то слабый…акцент...? Ты откуда? - тут же спросила она c прямотой, которая свойственна детям. - Из Японии. Вернее, я долго жил там, а теперь вернулся в Англию к родителям - Осаму говорил легко, небрежно, уже привычно складывая легенду. - Мама, волшебница, а папа магл. Глаза Гермионы загорелись ещё ярче. - Потрясающе! Я сама из обычной семьи, представляешь? Когда я получила письмо, родители сначала не поверили, но потом пришёл профессор и всё объяснил. - Она перевела дух и вдруг спохватилась, заметив, что Осаму без учебников. - А ты уже купил всё нужное? У вас, наверное, список такой же? Я проверила, там восемь обязательных книг... - Да, мама уже всё взяла - Осаму кивнул в сторону кассы, где Элизабет наконец закончила расплачиваться и теперь оглядывалась в поисках сына. - Мне пора идти. Было приятно познакомиться, Гермиона. Увидимся в Хогвартсе. - Да, конечно! - она махнула рукой и снова повернулась к книгам, что-то бормоча себе под нос о потолке в Большого зала. Осаму быстрым шагом направился к Элизабет. Проходя мимо кассы, он бросил короткий взгляд на шкаф. Никто не заметил пропажи, по крайней мере пока. Элизабет, заметив его раскрасневшиеся щёки и слегка учащённое дыхание, приподняла бровь, но ничего не сказала. Лишь когда они вышли на улицу и слились с толпой, она тихо спросила: - Всё в порядке? Ты какой-то взволнованный. - Просто познакомился с одной очень энергичной девочкой, да и в магазине душно - ответил Осаму, поправляя куртку. – “Кажется, в Хогвартсе будет интересно.”

***

Следующий магазин располагался по соседству. Вдоль стен внутри тянулись полки, уставленные банками с мутной жидкостью. В углу, в огромной банке, медленно двигалось что-то явно живое. На кассе стояли весы, рядом лежали ножи разного размера. У кассы стоял сгорбленный волшебник в толстых очках он молча принял у Элизабет список стандартного набора для первокурсника и удалился в глубину лавки. Осаму тем временем медленно прохаживался вдоль полок, читая этикетки и запоминая названия, которые могли пригодиться в будущем. Безоар, камень из желудка козла, противоядие от большинства ядов. Аконит, он же волчий корень, который смертельно опасен. Корень мандрагоры, используется в зельях восстановления. Каждое название откладывалось в его голове. Продавец вернулся с небольшим деревянным ящичком, в котором в отдельных ячейках лежали аккуратно упакованные ингредиенты. Стеклянные флаконы с зельями, мешочки с травами, коробочки с минералами, всё было подписано мелким, каллиграфическим почерком. Элизабет расплатилась, и они покинули аптеку. И вот наконец через пару минут они остановились перед узкой, обшарпанной витриной, над которой красовалась вывеска “Олливандер: изготовители превосходных волшебных палочек с 382 года до нашей эры”. Пыльное стекло почти ничего не позволяло разглядеть внутри. - Готов? - спросила Элизабет. Осаму поправил перчатки, проверяя, плотно ли они сидят, и почувствовал, как способность внутри него шевельнулась будто во сне. Сердце стучало от предвкушения, но на лице не дрогнул ни один мускул. - Конечно, мама. Внутри их встретил полумрак и запах дерева, смешанный с чем-то магическим. Тысячи узких коробочек лежали на полках до самого потолка, и в этой тесноте было что-то родное для Осаму. Осаму мог поклясться, что слышит шёпот множества голосов. Из глубины магазина, вышел старик с седыми, растрёпанными волосами и бледными, почти бесцветными глазами. Его лицо было испещрено глубокими морщинами, но движения оставались на удивление точными и активными. - Добро пожаловать - поприветствовал мистер Олливандер. - Миссис Фиггис... нет, теперь уже миссис Дазай? Помню вашу палочку: бук, одиннадцать дюймов, сердечная жила дракона. Прекрасный выбор. Прошло... сколько же? Почти пятнадцать лет. А это, полагаю, ваш сын? - Да, мистер Олливандер - спокойно ответила Элизабет. - Осаму Дазай. Ему нужна его первая палочка. Олливандер приблизился к Осаму, и мальчик ощутил на себе изучающий взгляд. Казалось, Олливандер смотрел не на его лицо, а куда-то глубже, в самую суть - туда, где спала, свернувшись холодным клубком, его. Осаму показалось, что старик на мгновение нахмурился, но это длилось лишь долю секунды. - Посмотрим, посмотрим – пробормотал он. - Правша, как я вижу. Интересно... очень интересно. У вас необычная аура, мистер Дазай. Что-то... подавленное. Словно вы носите с собой тень, которая спит. Осаму ничего не ответил, лишь вежливо улыбнулся - Что ж, начнём - Олливандер отвернулся к полкам. - Попробуем... вот эту. Вишня, одиннадцать с половиной дюймов, волос вейлы. Очень чувствительная, любит изящные заклинания. Первая палочка почти не отреагировала - лишь слабо дрогнула в руке Осаму, издала тусклую искру и тут же угасла. - Нет, не то - Олливандер забрал её и протянул другую. - Бук, двенадцать дюймов, сердечная жила дракона. Такая же, как у вашей матери. Должна подойти. Эта палочка выпустила сноп красных искр, которые обожгли воздух и рассыпались по полу, но старик лишь покачал головой и отобрал её обратно. - Близко, но нет. Драконья жила не хочет вас слушаться. Любопытно... очень любопытно. Третья палочка - орех, десять дюймов, шерсть единорога - вызвала у Осаму странное, почти болезненное ощущение в кончиках пальцев. Он инстинктивно отдёрнул руку, и палочка, выпав из его хватки, с глухим стуком покатилась по полу. Палочка словно учуяла нечто чужеродное и отказалась подчиняться. Олливандер нахмурился, и в его глазах промелькнул азарт. - Любопытно - повторил он, потирая подбородок. - Очень, очень любопытно. Ваш сын — непростой клиент, миссис Дазай. Обычно палочки хотя бы пытаются найти контакт, даже если не подходят идеально. Но эта... она отшатнулась. Словно испугалась. - Он перевёл взгляд на Осаму, и в его глазах читался немой вопрос, на который он, впрочем, не стал требовать ответа. - Что ж, попробуем нечто иное. Подождите здесь. Он исчез в глубине магазина. Прошло несколько минут, прежде чем он вернулся с длинной коробкой, обтянутой выцветшим бархатом. Сдув с неё пыль, Олливандер извлёк палочку тёмного, почти чёрного дерева, отполированную до блеска. На её рукояти был узор в виде трещин либо нерв, но в ней чувствовалась мощь. - Тис - произнёс Олливандер, и его голос приобрёл странный, почти предвкушающий оттенок. - Тринадцать дюймов. Сердцевина: волос вейлы. - Он на мгновение замолчал. - Редкое сочетание. Тис часто связывают с жизнью, смертью и перерождением. Он выбирает тех, кто не боится смотреть в лицо концу. Тех, кто готов умереть. А волос вейлы... Сердцевина из вейлы обеспечивает палочке капризный и своенравный нрав. Эта палочка была создана мною много лет назад, и я уже начал думать, что она так и не найдёт хозяина. Он протянул палочку Осаму, и в тот момент, когда пальцы сомкнулись на прохладном дереве, мальчик ощутил нечто неожиданное. Палочка не отторгала его. Она не пыталась пробиться сквозь барьер перчаток и не подавлялась его способностью. Вместо этого по руке пробежало мягкое, тёплое покалывание - словно старый друг, узнавший тебя после долгой разлуки. Кончик палочки вспыхнул ровным, алым светом. Свет не резал глаза, не искрил и не взрывался, он просто был, спокойный и чистый, словно свет алой луны, наполняя комнату мягким сиянием, от которого пылинки в воздухе закружились в медленном танце. - Поразительно - выдохнул старик. - тис и волос вейлы. Палочка, созданная для того, кто ходит по самой грани. Я помню каждую проданную мной палочку, мистер Дазай и эта ждала вас долго. Очень долго. Осаму медленно покрутил палочку в пальцах. Вес был идеальным, баланс — безупречным. Даже сквозь тонкую кожу перчаток он чувствовал, как магия внутри палочки отзывается на его прикосновение, не враждебно, не испуганно, а с каким-то странным, почти родственным пониманием. - Спасибо, мистер Олливандер - произнёс он вслух, и голос его прозвучал ровно, но с той ноткой благодарности. А про себя добавил: “Кажется, мы с тобой поладим” обращаясь к палочке. Элизабет расплатилась и они покинули магазин. Оказавшись на улице, Осаму на мгновение прикрыл глаза и глубоко вдохнул влажный лондонский воздух. Первый, самый опасный этап был пройден. Способность не выдала себя. Палочка выбрала его без аномалий. - Ты справился блестяще - тихо сказала Элизабет, когда они отошли - тис и волос вейлы - задумчиво повторил Осаму, вертя палочку в пальцах - Он сказал, что это палочка для того, кто ходит по грани. Какая удачная метафора. Рюноске, дожидавшийся их неподалеку, заметил палочку в руках Осаму и удовлетворённо кивнул, коротко, но этого было достаточно. Он не сказал ни слова, лишь поправил шляпу. - Осталось последнее дело - сказала Элизабет, сверившись со списком покупок, который она всё это время носила в кармане мантии. - У тебя нет совы, Осаму. Хогвартс разрешает привозить с собой одно животное. Кошку, жабу или сову. Сова будет практичнее - сможешь отправлять нам письма. - О, отлично - оживился мальчик, и на этот раз в его голосе прозвучал неподдельный энтузиазм. - Я как раз хотел попросить об этом. “Волшебный зверинец” располагался в самом конце Косой Аллеи, там, где дома, были заметно более обшарпанными. Само здание было с тёмными окнами, из которых доносился оглушительный шум: уханье сов, мяуканье кошек и звуки каких-то существ в клетках. Внутри было тесно и жарко. В воздухе был запах мокрой шерсти. Вдоль стен стояли клетки всех размеров: от крошечных, где сидели лягушки, до огромных вольеров с совами, чьи глаза светились в полумраке. Осаму медленно прошёлся вдоль рядов с совами, разглядывая сов с их надменными, почти презрительными взглядами, которые ухали так громко, что банки с едой тряслись. Все они были красивыми и... совершенно обычны. Осаму уже видел таких в грузовых отсеках мафиозных судов - гордые, обученные птицы, которые знали себе цену. Но его внимание привлекла дальняя клетка, задвинутая в самый тёмный угол, почти невидимая за грудой пустых ящиков. Там сидела сова. Небольшая, пушистая до безобразия, с круглым телом, покрытым мягкими, чуть взъерошенными серо-черными перьями, которые торчали в разные стороны. Она была похожа на оживший комок шерсти, из которого росли две короткие, смешные лапки с острыми когтями и торчала круглая голова с парой огромных, совершенно непропорциональных телу янтарнх глаз. Эти глаза смотрели на Осаму с выражением абсолютного, вселенского недоумения — словно сова сама до конца не понимала, как оказалась в этом мире, что она здесь делает и почему всё идёт не по плану. Пока Осаму разглядывал её склонив голову набок, сова тоже склонила голову набок, резко, почти механически, как сломанная игрушка. Потом на другой бок. А потом вдруг подпрыгнула на месте, видимо, пытаясь перелететь на соседнюю ветку, но поскользнулась и кубарем скатилась вниз, взъерошив перья ещё больше и издав возмущённое, обиженное уханье. Поднялась она не сразу, сначала долго ворочалась, пытаясь перевернуться, затем кое-как вскарабкалась обратно и уставилась на Осаму так, словно это он был виноват в её позоре. Мальчик не смог сдержать смешок, короткий, лёгкий, почти настоящий. Эта нелепая, абсолютно бестолковая сова вызывала в нём странное чувство, которое он с трудом мог опознать. Кажется, это называлось “симпатия”. - Это мохноногий сыч - пояснила подошедшая продавщица, очередная пожилая ведьма - Молодой ещё, несколько месяцев от роду. Немного... неуклюжий, надо признать. - Она вздохнула, словно эта сова была её личной головной болью. - Другие покупатели на него даже не смотрят. Говорят, он будет приносить сплошные убытки, вечно роняя письма. Но вообще-то он совершенно здоровый и очень ласковый. Просто... своеобразный. - Сколько? - спросил Осаму, не сводя глаз с совы, которая в этот момент пыталась поймать клювом собственное крыло и, кажется, проигрывала. - Восемь сиклей - оживилась ведьма. - Вместе с клеткой десять. Но, юный господин, вы уверены? У нас есть прекрасные полярные совы, вот та, например, с серебристыми перьями, просто красавица, и летает как стрела... - Нет - твёрдо сказал Осаму. - Я беру этого. Он протянул руку к клетке, и сова, только что кувыркавшийся на полу, мгновенно встрепенулся, вскарабкался обратно на жёрдочку и снова уставился на мальчика своими огромными глазищами. В янтарных глазах было нечто среднее между любопытством и преданностью - словно сова только что решила, что этот мальчик в перчатках отныне является её персональным спасителем, но при этом он виноват во всех ее грехах. Осаму просунул палец между прутьями клетки. Сова осторожно, с неожиданной неё неуклюжестью и нежностью, потёрся клювом о чёрную кожу перчатки, а затем тихо, ухнул. Звук был настолько довольным и уютным, что Элизабет за спиной Осаму тихо ахнула. - Глаза у тебя - как две янтарной впадины - пробормотал Осаму, глядя в эти янтарные озёра, в которых, казалось, можно было утонуть. Круглые и огромные. Ты смотришь на мир так, будто он тебя на удивление оскорбил. Будешь Блинки. Сова издала ещё один короткий, утвердительный звук и энергично закивала головой, отчего чуть снова не свалилась с жёрдочки, но на этот раз удержалась, вцепившись когтями в дерево. - Блинки? - переспросила Элизабет, с трудом сдерживая улыбку. Она уже успела принять из рук продавщицы небольшую, но добротную клетку с медными прутьями. - Весьма... оригинальное имя. - Ему подходит - пожал плечами Осаму, отстёгивая щеколду клетки и осторожно, чтобы не напугать, просовывая руку внутрь. Сова немедленно перебрался к нему на ладонь, вцепился когтями в руку и уставился на своего нового хозяина снизу вверх с видом полного принятия ситуации. - Посмотри на эти глаза, мама. Он будто только что сделал одолжение мне. Рюноске, стоявший у дверей и наблюдавший за этой сценой с непроницаемым лицом, тихо фыркнул. Для человека, который за весь день не проронил и десяти фраз, это было равносильно бурному хохоту. Элизабет бросила на него быстрый удивлённый взгляд, но ничего не сказала. С покупками было покончено. Тяжёлые свёртки с мантиями, книгами и ингредиентами перекочевали в руки Рюноске, клетка с Блинки - в руки Осаму, а кошель с оставшимися галеонами - во внутренний карман мантии Элизабет. Они вернулись через Дырявый котёл  где шум Косой Аллеи сменился привычным гулом лондонских улиц, загрузили вещи в багажник и выехали обратно домой. Всю дорогу Осаму сидел на заднем сиденье, поставив клетку на колени и ни на секунду не отрывал взгляда от своего нового питомца. Блинки дремал, спрятав клюв под пушистое крыло. Его слегка шатало и в такт движению машины, и мальчик поймал себя на мысли, что впервые за долгое время чувствует нечто, отдалённо напоминающее умиление. Это было странное, почти забытое чувство, которое он испытывал разве что в раннем детстве, когда тайком от отца кормил бездомного котёнка за небоскрёбом вместе с мамой. Котёнка потом нашли охранники и убрали либо убили, просто, потому что наследнику Цусима не пристало возиться с бездомными животными. Но сейчас, с Блинки на коленях и палочкой в кобуре на поясе, Осаму чувствовал, что этот мир, возможно, позволит ему чуть больше свободы, чем Йокогама. Когда машина остановилась у дома, уже смеркалось. Рюноске заглушил мотор и, прежде чем выйти, обернулся к Осаму: - Сегодня был хороший день Осаму. До Хогвартса осталось меньше недели. Используй это время с умом. - Обязательно, папа - с лёгкой, почти искренней улыбкой ответил Осаму. В своей комнате он поставил клетку на стол, открыл дверцу и выпустил Блинки. Сова неуклюже захлопала крыльями, сделала круг по комнате, едва не врезавшись в книжный шкаф, и в итоге приземлился прямо на подушку. Вцепившись когтями в наволочку, он зажмурил свои огромные глаза и издал тихое уханье, видимо, давая понять, что это место отныне принадлежит ему. Осаму снял перчатки, аккуратно положил их на тумбочку и взял в руки палочку. Без перчаток её магия ощущалась острее, лёгкое, он почувствовал приятное покалывание, словно палочка узнавала его истинную природу и не отвергала её, а, напротив, приветствовала. Он провёл пальцем по тёмному дереву и позволил себе короткую, предвкушающую улыбку. Олливандер сказал, что эта палочка ждала его долго. Что ж, он тоже ждал чего-то, что вырвет его из удушающих стен мафии и подарит мир, где он сможет быть не только наследником Цусима, но и кем-то ещё. Одиннадцать лет его готовили к роли будущего босса Портовой Мафии. Теперь ему предстояло освоить новую роль, обычного ученика школы магии, мальчика по имени Осаму Дазай, который собирается учиться колдовать наравне со всеми, если способность не помешает. И он собирался сыграть эту роль безупречно. Блинки на подушке негромко ухнул во сне, дёрнул лапкой и перевернулся на бок, окончательно превратившись в пушистый шар с торчащими во все стороны перьями. Осаму бросил на него короткий взгляд, и в его карих глазах на мгновение промелькнуло то самое чувство, которое он не мог понять. Возможно, это была надежда. А возможно просто предвкушение новой, ещё более увлекательной главы его жизни. Он перевёл взгляд на свою куртку, небрежно брошенную на спинку стула. Под тканью всё ещё угадывались очертания украденной книги. Осаму тихо усмехнулся и, достав том, провёл пальцем по змеиному узору. “Некромантия для избранных. Том первый: призыв и подчинение теней”. Слишком амбициозное название для такой книги, которую одиннадцатилетний мальчик смог легко украсть из-под носа у старого продавца. Но Осаму не был обычным мальчиком, и эта книга как он чувствовал это была только началом его путешествия.