Часть 2

Я скрестила руки на груди, пытаясь казаться увереннее, но под его тяжелым, немигающим взглядом одежда словно испарилась. В комнате стало слишком тесно. Джек — или как его там на самом деле — медленно поднялся со стула. Его движения были тягучими, как у хищника, который никуда не торопится. — Изгнать тебя… — эхом отозвалась я, пятясь назад, пока не уперлась спиной в прохладную поверхность стены. — Ты так легко об этом говоришь. Словно тебе всё равно. Он не остановился, пока между нами не осталось всего несколько сантиметров. Я чувствовала исходящий от него жар, странный аромат костра и дорогого парфюма. Демон оперся ладонью о стену прямо над моим плечом, нависая сверху. Его черные глаза теперь были совсем близко, и в их глубине я увидела странный, пугающий блеск. — Чего ты хочешь на самом деле? — прошептал он, склонившись к моему уху. Его дыхание опалило кожу, вызвав непрошеную дрожь во всем теле. — Ты боишься меня, Вэл. Боишься того, что я могу сделать, и еще больше — того, что я не сделаю. Он медленно провел костяшками пальцев по моей щеке, спускаясь к подбородку. Этот жест не был нежным — в нем чувствовалось скрытое превосходство и какая-то дикая, первобытная жажда. Я должна была оттолкнуть его, закричать, прогнать… но вместо этого замерла, не в силах пошевелиться, ощущая, как бешено колотится сердце. — Ты ведь могла пожелать миллион долларов или вечную молодость, — его голос стал еще тише, вибрируя где-то у меня в груди. — Но ты пожелала, чтобы я… обнимал тебя на глазах у всех. Скажи мне Вэл, чего ты хочешь? Он чуть приподнял мой подбородок, заставляя смотреть ему прямо в глаза. Напряжение между нами стало почти осязаемым, как натянутая струна, готовящаяся лопнуть в любую секунду. Я резко уперлась ладонями в его твердую, обжигающую грудь и с силой оттолкнула от себя. Напряжение, искрившее между нами секунду назад, лопнуло, оставив после себя лишь липкий страх и раздражение. — Хватит! — выдохнула я, пытаясь унять дрожь в голосе. — Не смей этого делать. Не смей играть со мной. Я быстро проскользнула мимо него к окну, подальше от этой удушающей близости. Воздуха в комнате катастрофически не хватало. — Ты демон, — я обернулась, бросая на него колючий взгляд. — А я обычный человек. Все эти твои игры в «идеального парня», прикосновения, шепот… это просто часть договора, так? Ты исполняешь роль. Так вот, роль на сегодня закончена. Сцена у кофейни прошла успешно, все свободны. Он стоял на том же месте, ничуть не задетый моей вспышкой. Напротив, на его губах снова заиграла та самая ленивая, всезнающая ухмылка. Он медленно поправил манжеты своего безупречного пиджака. — Как скажешь, Вэл, — в его голосе не было ни капли раскаяния, лишь легкая скука. — Но помни: ты сама установила правила этой игры. Я лишь… добавил немного импровизации. Он сделал шаг назад, и его фигура начала терять четкие контуры, становясь прозрачной, как дым от догорающего костра. — До завтра, малышка. Подумай над новым желанием. И постарайся, чтобы оно было… менее предсказуемым. С этими словами он окончательно растворился, оставив в квартире запах озона и едва уловимый аромат своего парфюма. Я без сил опустилась на диван, глядя на то самое черное платье, брошенное на кресло.

***

Этой ночью сон не шел. Я ворочалась, прокручивая в голове его слова. Это что же получается? До конца жизни я могу получать всё, что захочу, и за это не придется расплачиваться душой? Никаких котлов в аду, никакой вечной тьмы? Будто я сорвала космический джекпот, о котором забыла купить билет. Вконец измученная мыслями, я сдалась. Поставила чайник и уселась за кухонный стол, глядя в темноту. Зачем он рассказал мне про изгнание? Ведь это его слабое место. Если он исчезнет «навсегда», значит, вернется обратно в свою преисподнюю? Может, он сам этого хочет? И вообще, что я о нем знаю? В кино демоны только и мечтают, как бы прорваться в наш мир и устроить хаос. А этот… «мой демон». С чего я вообще решила, что он мой? — Почему не спишь? От неожиданности я подскочила, и полчашки горячего чая выплеснулось на стол. Демон стоял в дверном проеме. В темноте кухни его глаза слабо светились, и это выглядело по-настоящему жутко. — Разве можно так подкрадываться?! — выпалила я, прижимая руку к бешено колотящемуся сердцу. — Я чуть не умерла от страха! Он ничего не ответил. Молча прошел к столу, отодвинул стул и вальяжно на нем расположился, наблюдая, как я вытираю лужу. Я вопросительно уставилась на него, не понимая, что он здесь забыл среди ночи. — Нальешь? — вдруг спросил он. — Чай? — тупо переспросила я. Он просто кивнул. — Разве демоны пьют чай? — не удержалась я от вопроса косясь на его спокойное лицо. — Демоны делают много чего, если им скучно, — отозвался он, следя за паром, поднимающимся от чайника. Я медленно потянулась за второй кружкой. В ту же секунду я кожей почувствовала его обжигающий взгляд. Моя домашняя футболка предательски задралась, а ультракороткие шорты вряд ли могли сойти за приличную одежду перед гостем... даже если этот гость — порождение преисподней. Не оборачиваясь, я наполнила кружку и поставила её перед ним, упорно глядя куда-то в сторону. Тишина в кухне стала почти осязаемой. — Кхм... Слушай, давно хотела спросить, — начала я, нарушая неловкую паузу. — Ты можешь находиться здесь, сколько захочешь? Или после исполнения желания тебе нужно сразу возвращаться в... — слово «ад» застряло в горле. Он долго молчал, сверля меня своим пристальным, непроницаемым взглядом. Когда я уже отчаялась дождаться ответа, он заговорил: — Знаешь, я бы мог поделиться этой информацией, но еще не решил, готова ли ты. — Готова к чему? — К правде. Я нахмурилась. Демон лишь снисходительно улыбнулся: — Конечно, не понимаешь. Судя по тому, что ты ждала парня с рогами и копытами... — В свое оправдание скажу, что мои знания ограничиваются фильмами! — вспыхнула я. — И уж точно я никогда не слышала, чтобы демоны работали «за спасибо». — Это не совсем так. — Ты же обещал не забирать мою душу! — почти пискнула я. — Твоя душа мне не нужна, — спокойно отрезал он. — Скажем так, за последнее время человечество сильно обесценилось в наших кругах. Есть редкие экземпляры, за которыми стоит поохотиться, но это не мой профиль. Он сделал паузу, словно взвешивая, стоит ли продолжать. — Ладно. Раз уж у нас ночная исповедь... Среди нас есть иерархия: верхушка с правителем и генералами, исполнители, охотники, солдаты и низшие демоны — всякая шушара. — А ты к какому слою относишься? — Ни к одному. Я — Зеро. Нулевой демон. — И что это значит? — Я вне иерархии. Холодок пробежал по моей спине. Значит, он не подчиняется никому и может творить всё, что вздумается? — Послушай, — решилась я после недолгого молчания. — Про те особенные души... Ты ведь их не собираешь? — Нет. — Фух... — Тебя это так беспокоит? — хмыкнул он. — Что бы это изменило? — Не знаю... — Как знать, Вэл... возможно, тебе было бы лучше встретить простого охотника. Я замерла, пытаясь осознать смысл его слов. Что может быть хуже того, кто забирает души? — Возможно, я еще пожалею об этом, но всё же скажу... Ты... Внезапно он замолчал на полуслове, его тело напряглось, словно струна. Он резко повернул голову к окну, прислушиваясь к чему-то, чего я не слышала. — Что такое? — я не на шутку испугалась, видя, как изменилось его лицо. — Мне пора, — коротко бросил он и мгновенно растворился в воздухе, оставив меня одну в темной кухне с дымящейся кружкой чая.

***

Остаток ночи я так и не сомкнула глаз. Исчезновение Джека было слишком резким, слишком… тревожным. Если существо, называющее себя «Нулевым демоном», чего-то опасается, то мне, обычному человеку, стоит начать писать завещание. Странности начались на рассвете. Сначала за окном замолкли птицы. Тишина стала абсолютной, вакуумной. Я подошла к окну и отпрянула: всё стекло снаружи было покрыто тонким слоем инея, хотя на улице стоял теплый май. Иней складывался в причудливые, ломаные узоры, напоминающие те самые татуировки на теле Джека. Когда я попыталась включить свет, лампочка в кухне с громким хлопком лопнула, осыпав стол стеклянной крошкой прямо в кружку, из которой он собирался пить чай. — Джек? — позвала я шепотом, надеясь, что это просто его очередная глупая шутка. Ответа не последовало, но в коридоре послышался странный звук. Как будто кто-то очень тяжелый медленно волочит по паркету цепь. Металлическое скрежетание приближалось к двери кухни. Я схватила со стола нож для хлеба — жалкое оружие против того, что могло прийти из мира теней — и забилась в угол между холодильником и стеной. Скрежет затих прямо у порога. А затем по дереву двери провели чем-то острым, оставляя глубокие борозды. — Он пахнет тобой… — раздался шелестящий, многоголосый шепот, от которого у меня заледенела кровь. — Нулевой оставил на тебе свой след. Открой, девочка. Мы просто хотим посмотреть на ту, кто смогла его привязать. Дверная ручка медленно начала поворачиваться вниз. Я зажмурилась, понимая, что Джек не придет — он ведь сказал, что исполняет желания только раз в день, и свое на сегодня я уже потратила. Или нет? — Джек! — закричала я, вкладывая в этот крик всё свое отчаяние. — Это моё желание! Я хочу, чтобы ты был здесь! Сейчас же!