Хлеб, ванна и чужие мужчины

Стук в дверь повторился — теперь еще более громкий, резкий и требовательный. Снейп явно не привык, чтобы его заставляли ждать на пороге. Мелинда сидела на кушетке, мрачно глядя на содрогающуюся под ударами дубовую створку люка. В голове после вчерашнего хереса снова неприятно шумело, во рту стоял стойкий перегар, волосы сбились в сплошной колтун, а на самой Миранде все еще была та самая мятая ночная рубашка. — Да пошел ты… убирайся, откуда приперся, — хмуро пробурчала она себе под нос, даже не думая вставать. Открывать дверь в таком виде высокомерному магу, который вчера прижимал её к ступеням лестницы? Ну уж нет. Ей нужно было прийти в себя и сообразить, что делать дальше, а не выдерживать допрос с похмелья. Пусть стучит, сколько влезет. Постояв у люка еще около минуты, Снейп, судя по звукам, яростно выдохнул и наконец зашагал прочь. Его тяжелые шаги медленно затихли на винтовой лестнице. Убедившись, что опасность миновала, Мелинда поднялась и принялась осматривать башню в поисках ванной. К её облегчению, за одной из тяжелых портьер обнаружилась небольшая, скрытая от глаз туалетная комната с глубокой каменной ванной. На стене висел странный серебряный кран. Она наугад крутанула рычаг — из него тут же хлынула горячая, пахнущая хвоей вода. Магия, надо признать, иногда была чертовски удобной штукой. Она сбросила грязную сорочку и залезла в воду. Мелида отмывала тело Сивиллы долго и тщательно, смывая въевшийся запах дешевого алкоголя, лавандовой пыли и ночного пота. Когда кожа раскраснелась от жара, она взяла стоявшее на полке густое мыло и принялась распутывать волосы. На то, чтобы вычесать из мышиной гривы Трелони птичьи перья, нитки бус и вековые колтуны, ушло добрых полчаса. Зато теперь, когда подсохшие волосы легли на плечи чистыми, мягкими волнами, отражение в зеркале перестало казаться пугающим. Теперь предстояло самое сложное — одеться. Девушка решительно распахнула огромный платяной шкаф Сивиллы. Внутри царил хаос: сотни пестрых, выцветших шалей, безумные юбки в цыганском стиле, кофты с блестками и километры дешевой бижутерии. Настоящая городская сумасшедшая. Мелида брезгливо перерыла эти залежи, пока на самом дне не наткнулась на простое, строгое платье из плотной шерсти глубокого темно-зеленого цвета. Никаких блесток, никаких дурацких оборок. Она натянула его, застегнула под горло и завязала на талии узкий кожаный пояс. На ноги она надела простые, чистые туфли без каблука, которые нашлись в углу. Никаких бус. Никаких шалей. На нос она водрузила очки — без них мир слишком расплывался, — но волосы оставила распущенными, просто зачесав их назад. В зеркале теперь стояла строгая, подтянутая и вполне симпатичная женщина. Живот скрутило от голодной судороги. Вчера из-за всех этих приключений она не съел ни крошки. Ей было абсолютно плевать на правила этого замка, на Снейпа и на косые взгляды — Меоинде просто жизненно необходим был кусок нормального хлеба и горячий чай. Она уверенно спустилась по лестнице и направилась в сторону Большого зала, ориентируясь на долетающие запахи еды. Когда тяжелые двери распахнулись и «Сивилла Трелони» вошла в зал, там на мгновение воцарилась тишина. Студенты за четырьмя длинными столами замерли с ложками в руках. Преподаватели за судейским столом тоже пооткрывали рты. Профессор Прорицаний, которая годами не спускалась из своей башни, питаясь святым духом и хересом, вдруг явилась на общий завтрак. Да еще и в нормальном, строгом платье, причесанная, без своего привычного вороха звенящего хлама. Она выглядела… трезвой и собранной. Мелинда проигнорировала этот немой шок. Гордо подняв подбородок, она прошла к преподавательскому столу, нашла свободное место и молча села. Она сразу потянулась к тарелке с поджаренными тостами, ветчиной и налила себе большую чашку крепкого черного чая. Ей было глубоко все равно, что о ней думают. Справа от нее, через два стула, послышался знакомый тяжелый вздох. Она скосила глаза. Северус Снейп сидел, бледный как смерть, и сверлил её яростным, потемневшим от гнева взглядом. Его кулак, сжимающий кубок с соком, побелел. Он был в бешенстве из-за того, что утром его нагло проигнорировали, заставив стоять под дверью как мальчишку. А теперь эта женщина сидит здесь, выглядит поразительно свежо, аккуратно и демонстративно делает вид, что его не существует. В его глазах читалось обещание устроить ей персональный ад. Мелинда спокойно откусила тост с ветчиной и отвернулась, уставившись в свою чашку. На немое бешенство молодого мага ей было наплевать. Снейп мог злиться, сверлить её взглядом и устраивать свои осады сколько угодно. Его очевидный, злой интерес и вчерашнее столкновение на лестнице её не трогали. Потому что внутри себя, под чужим зеленым платьем и в чужом мире, Мелинда твердо помнила: она здесь временно. У нее дома, в Гранд-Вью, остался Джим. Её настоящий, любимый муж, к которому она обязательно вернется, как только закончит возиться с местными призраками. А Северус Снейп… что ж, когда настоящая Сивилла Трелони вернется в свое тело, её будет ждать очень большой и крайне разъяренный сюрприз в черной мантии. Но это будут не её проблемы.