Имя, запёкшееся на губах

Брат Солана — тот, что стоял в первых рядах — выхватил клинок и метнул его в Лиану. Кайнан не думал. Он просто встал между ней и лезвием. Клинок вонзился ему в плечо. Не смертельно, но глубоко — кровь хлынула тёмная, почти чёрная, и зашипела на траве, превращаясь в лёд. — Кайнан! — закричала Лиана. Он упал на колени, но успел схватить её за руку: — Не подходи. Яд. Клинок отравлен снова. Брат Солана улыбался. — Теперь ты умрёшь, ледяной ублюдок. А она будет смотреть. Книга в руках Лианы завибрировала. «Глава двенадцатая. Имя, запёкшееся на губах. Кайнан умирает. Единственное лекарство — его собственное имя, вложенное в сердце любимой. Но ты забыла его имя? Оно спрятано в твоих воспоминаниях о нём. Вспомни.» Лиана закрыла глаза. Внутри — пустота. Эмпатия не работала от страха. Она не чувствовала ничего, кроме ужаса. — Вспомни, — прошептал Кайнан, истекая кровью. — Ты помнишь. Ты называла меня по имени сотню раз. — Я помню… я помню, как ты впервые его сказал. В капсуле времени. «Меня зовут Кайнан». Я помню, как ты шептал его во сне. Кайнан. Кайнан. Кайнан. Она произнесла его имя — три раза, как заклинание. Книга полыхнула. Имя слетело с её губ огнём, ударило в грудь Кайнану, выжигая яд из раны. Он вскрикнул, выгнулся — а потом упал на траву, тяжело дыша. — Жив, — прошептал он. — Жив. — Ты дурак, — Лиана упала рядом с ним на колени, прижимая его голову к себе. — Ты мог умереть. — А ты могла потерять моё имя, — он слабо улыбнулся. — Но не потеряла. Ты сберегла его в себе. Брат Солана хотел метнуть второй клинок, но глава инквизиции перехватил его руку. — Хватит, — сказал он. — Мы видели достаточно. — Что? — брат Солана обернулся. — Ты отпустишь их? Они убили моего брата! — Твой брат нарушил закон, — ответил глава. — Он первым напал на нейтральной территории. И он пытался убить архивариуса, которая выполняла задание Совета. Если кто и предатель — то он. В толпе зашумели. Глава охотников Морвейна подошёл к Кайнану, склонился над ним. — Твоя сестра, — сказал он тихо, чтобы слышали только они. — Она правда попросила тебя убить её? — Да, — ответил Кайнан, глядя на него снизу вверх. — И я до сих пор ненавижу себя за это. — Мой отец умер так же, — охотник помолчал. — Он попросил сына заколоть его,, но сын не смог. И отец мучился три дня. Ты поступил милосердно. Хотя это ничего не меняет. — Ничего не меняет, — согласился Кайнан. Охотник протянул ему руку. — Вставай. Ты не враг. Кайнан, шатаясь, поднялся. Лиана стояла рядом, готовая поддержать. Имир парил над ними, глядя на магов. — Вы поняли? — спросил он. — Не нужны жертвы. Не нужны ритуалы. Нужно просто перестать бояться. Книга в руках Лианы начала светиться всё ярче — и вдруг рассыпалась серебряной пылью. Имир стал плотнее, реальнее. Его призрачное тело обрело плоть, цвет, тень. — Я… свободен, — прошептал он, глядя на свои руки. — Настоящий свободен. И упал на траву, потеряв сознание.