Глава 15. Гнездо Дьявола

Единственным положительным последствием вторжения Блэка стало то, что у Рона и Гермионы появился отличный повод преждевременно прекратить их фальшивую ссору. Рон чуть не погиб от руки серийного убийцы, и это затмило все их разногласия по поводу домашних животных. На какое-то время Рон стал своего рода знаменитостью: он пересказывал историю о том, как над его кроватью нависло худое лицо Сириуса Блэка, всем, кто был готов его слушать, а Гермиона в страхе металась рядом. Если после того случая кто-то и был популярнее Рона, то это был Эд. История о том, как он храбро выгнал Блэка из общежития, разлетелась со скоростью лесного пожара, и только на Ала и Уинри она не произвела никакого впечатления. Эд, в отличие от Рона, не купался в лучах внезапно свалившейся на него славы. На самом деле он стал еще более задумчивым. — Почему он не попытался дать отпор? — спросил он за завтраком несколько дней спустя. — Он просто сбежал. Гарри это тоже не давало покоя, но Гермиона нашла объяснение. — Ну, он, наверное, хотел забраться в кровать Гарри, но перепутал. Рон закричал, и это разбудило всех. Если бы он не выбрался оттуда, ему пришлось бы убить всех в башне, а тогда бы пришли учителя. — А что ему помешало, когда я был один? — снова спросил Эд. — Я гнался за ним по пустому коридору. Это было уже совсем странно, но Гермиона снова сказала. — Опять же, если бы он потратил время на то, чтобы попытаться убить тебя, учителя могли бы его догнать. Он не мог рисковать, тратя время на того, кто не был его целью. Гарри просто смотрел на свою тарелку с яичницей, тыкая в желток, пока тот не стал кроваво-желтым. Его кулаки сжались. — Гарри! — окликнул его Эд. — Я знаю, о чем ты думаешь, и это глупо! Гарри усмехнулся и отвернулся. — Ты бросился за ним в погоню. — О, прости, что не хотел, чтобы он находился с тобой в одной комнате! — выплюнул Эд. — Гарри, пожалуйста! — взмолилась Гермиона. — Ты не можешь идти за Блэком. Он этого и добивается. — Да, приятель. — вмешался Рон. — Даже если у него нет волшебной палочки, этот нож был не меньше 30 сантиметров в длину, и ему достаточно нанести один удар. А для магии ему, может, и палочка не нужна. Но Гарри был непреклонен. Если даже в общежитии небезопасно, то в открытом преследовании Блэка нет ничего плохого. В замке ему не безопаснее, чем за его пределами. В такой ситуации решительные действия могут стать переломным моментом. Он размышлял о том, как можно убить Блэка во время утренних и дневных занятий. Он с тоской смотрел на входные ворота, которые профессор Флитвик зачаровывал с помощью защитных заклинаний. Блэк наверняка где-то рядом, он явно не отходит далеко от Хогвартса. Если бы только он мог выйти из замка и поискать... В тот вечер на доске объявлений появилось сообщение о походе в Хогсмид в ближайшую субботу. Гарри ничего не сказал, хотя Рон, Гермиона и Эд обеспокоенно смотрели на него. Он знал, что никто из них не поддержит его в этот раз. Возможно, Рона удалось бы переубедить, но Гарри боялся того, что может произойти, если он озвучит эти мысли в присутствии Эда и Гермионы. Они и так с подозрением отнеслись к карте и потребовали, чтобы он рассказал одному из профессоров о тайном проходе под статуей одноглазой ведьмы. «Нет!» рассуждал про себя Гарри. «Блэк не воспользуется этим проходом, он прямо под «Сладким королевством». Там ему ни за что не пройти». Поэтому, когда к нему подошли друзья, он сделал вид, что ничего не произошло. — Я не дурак, понимаете? И мне еще нужно дописать эссе по зельеварению для Снейпа, так что лучше бы я этим занялся. Это была довольно жалкая ложь, в которую, он был уверен, никто из них не поверит, но он знал, что они не смогут опровергнуть ее без прямых доказательств. И, судя по всему, они не собирались выдавать его до того, как он что-нибудь предпримет. В субботу утром Гарри проводил друзей до ворот, уже засунув в карманы Карту Мародёров и мантию-невидимку. Ему пришлось постараться, чтобы обойти Снейпа и Невилла, но в конце концов он спустился в потайной ход и пробрался в «Сладкое королевство» Однако, бродя по улицам под мантией-невидимкой, невидимый для всех, он начал задаваться вопросом, стоило ли оно того. Он наслаждался свободой, но эта свобода была сопряжена с определенными ограничениями. Он не мог ничего купить и не мог заходить ни в один магазин, чтобы не выдать себя. Его друзья даже не знали, что он здесь, и вряд ли одобрили бы его появление. И как бы ему ни хотелось выследить Блэка, он сомневался, что тот прячется в Хогсмиде. После получасового одинокого блуждания по Хогсмиду Гарри решил, что лучше отменить поход и вернуться пораньше. За время своего первого визита он уже многое успел посмотреть в деревне, и без друзей было гораздо скучнее. Может быть, если он будет достаточно унижаться перед дядей Верноном все лето, тот подпишет разрешение на следующий год. А пока лучше вернуться и поработать над сочинением по зельеварению. Он развернулся и направился обратно в сторону «Сладкого Королевства», как вдруг почувствовал, что кто-то тянет его за мантию. Он вскрикнул и попытался вырваться, но его затащили в укромный переулок, при этом плащ-невидимка частично сполз. — Что ты здесь делаешь? Гарри потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что перед ним стоит Лан Фан, которая все еще держит его за плечо и сверлит его взглядом. Конечно, ци позволила бы ей почувствовать его через мантию. А что еще они могли не почувствовать? — Вот уж кого не ожидал здесь увидеть, так это тебя! — раздался за ее спиной голос Линга. Он держал в руках огромную плитку шоколада «Ханидакс», которая, вероятно, должна была успокоить нервы после встречи с дементорами. — Тебе здесь быть не положено. — обвинила его Лан Фан. — Да ладно тебе! — взмолился Гарри. — Я ничего плохого не делаю. Все остальные могут идти... — Невилл больше не может. — заметил Линг. Привилегии Невилла в Хогсмиде были отменены, когда выяснилось, что Блэк каким-то образом завладел записанными им паролями. — Это другое! — возразил Гарри. — Я просто хочу осмотреться. Под мантией я совершенно незаметен. Не думаю, что Блэк может чувствовать ци. — Скорее всего, нет. — согласился Линг. — Можно я немного побуду с вами? — Гарри планировал вернуться в замок, но теперь, когда двое его друзей знали о его присутствии, у него появился повод задержаться. — Я буду прятаться, а вы просто покажете мне тут все. Пожалуйста? Линг и Лан Фан переглянулись, обдумывая предложение. — Что ж, думаю, Грид закатит истерику, если мы не позволим тебе остаться. — сказал Линг. — Ладно, но только при условии правдоподобного отрицания. Если тебя поймают, я тебя не прикрою, по крайней мере так, чтобы меня не лишили привилегий в Хогсмиде. Мы с Гридом не готовы от этого отказаться. — Прекрасно, это справедливо! — быстро сказал Гарри, кивая головой. Он посмотрел на Лан Фан. — Те же условия. — сказала она. — И ты платишь за все, что хочешь, чтобы мы купили для тебя. — Гарри никогда бы не подумал иначе. Гарри снова накинул мантию-невидимку, и они втроем зашагали по улице. Гарри не знал, куда они идут, и просто позволял Лингу и Лан Фан вести себя от одной достопримечательности к другой. Они заглянули в «Зонко», где Линг с блеском в глазах разглядывал различные товары для розыгрышей. В универсальном магазине они купили легких закусок, и Гарри передал Лан Фан из-под мантии золото, чтобы та заплатила за его долю. Они заметили Эда и Уинри возле одной из чайных. Они стояли близко друг к другу, почти соприкасаясь кончиками пальцев. Линг поприветствовал их, и они оба смущенно ответили. — Что с ними такое? — прошептал Гарри, когда они отошли на достаточное расстояние. — О, знаешь, мне кажется, они просто хотят провести день вдвоём! — подмигнув, сказал Линг. Гарри не совсем понял, но не стал задавать вопросов и позволил Лингу и Лан Фан провести его в магазин мантий. Теперь, когда ему было с кем поговорить, время летело незаметно, какими бы натянутыми и односторонними ни были их беседы. Он представлял, что в будущем, когда ему разрешат официально посещать Хогсмид, его визит туда будет примерно таким же. Но пока ему было достаточно просто находиться рядом с друзьями. Часы на башне пробили два, и звон разнесся по всей площади. Линг вздрогнул всем телом, когда на его место, ухмыляясь от уха до уха, встал Грид. — Моя очередь! — сказал он, поворачиваясь и глядя прямо на все еще невидимого Гарри. — Ну же. Я покажу тебе самое лучшее место на свете! — Я пас! — сказала Лан Фан. Грид надул губы. — Да ладно тебе, рано или поздно тебе придется навестить их. Вы с Мартель могли бы обменяться трюками с ножами. Лан Фан раздраженно вздохнула. — Если ты будешь продолжать настаивать… Я зайду через час. Грид ухмыльнулся, словно только что выиграл кубок по квиддичу. — До встречи! — Лан Фан направилась в сторону «Дервиш и Бэнгс», а Грид пошел по тропинке, и Гарри поспешил за ним. Вскоре они добрались до смутно знакомой аллеи и захудалого бара. Когда путь был свободен, Гарри сбросил с себя мантию-невидимку. Грид тем временем занялся тем, что доставал что-то из ниши в стене. Вскоре стало ясно, что это сумка с его жилетом, солнцезащитными очками и кожаными браслетами. — Добро пожаловать в «Гнездо»! — воскликнул он, надевая свой новый наряд. Гарри посмотрел на дверь. Над входом на выцветшей зеленой вывеске красными буквами было написано название бара. Занавеска на двери была задернута, а в окне виднелась вывеска. «Закрыто на частное мероприятие.» — Э-э-э… не думаю, что мы сможем зайти сегодня... — сказал Гарри, указывая на вывеску. Грид бросил на неё беглый взгляд и с притворным разочарованием покачал головой. — Гарри, Гарри, Гарри… как ты думаешь, кто заказал это частное мероприятие? Почему это удивило Гарри больше, чем должно было? Грид снял черную перчатку с левой руки, и Гарри во второй раз в жизни увидел блестящую красную татуировку на тыльной стороне ладони. Дракон, пожирающий собственный хвост. Гарри старался не пялиться, пока Грид громко стучал в стекло. Грид не стал дожидаться ответа изнутри, просто распахнул дверь и затащил Гарри внутрь, схватив его за запястье. — Эй, народ! Сегодня я привел с собой гостя! Гарри потребовалось несколько секунд, чтобы привыкнуть к освещению внутри. Интерьер бара застал его врасплох. Не то чтобы у него был какой-то опыт в этом деле, ведь все, что он видел, — это сериалы, которые иногда показывали по телевизору в гостиной у Дурслей, но этот бар казался почти маггловским, по крайней мере по сравнению с «Тремя метлами». Нет, может быть, «маггловский» — не совсем подходящий термин, ведь здесь все равно царила атмосфера чуда и волшебства, от волшебных напитков в меню до песни The Weird Sisters по радио. Но все же это было что-то современное по сравнению с остальным волшебным миром. В баре не было посетителей, но люди, которых Гарри принял за персонал, смотрели на них. Некоторые из них подбадривали Грида, который быстро оставил Гарри и пошел здороваться со всеми. — Грид... — произнесла женщина с короткими светлыми волосами. Гарри с восхищением смотрел на татуировку, которая тянулась от ее правой руки до шеи. Она напоминала абстрактную змею и явно была магической, поскольку двигалась и меняла форму на ее коже. — Ты его похитил? Грид снова надул губы. — Мартель, с чего бы тебе обвинять меня в таком? Я бы похитил его только в том случае, если бы он сам меня об этом попросил. — Так это что, похищение? — спросил мужчина с торчащими во все стороны волосами. Грид небрежно отмахнулся от его слов. Он оглянулся на Гарри, который застыл на пороге, не зная, можно ли ему войти. — Ну же, не стой там! Давай! Познакомься с ребятами! Гарри нерешительно шагнул вперёд. Конечно, он нечасто встречался со взрослыми волшебниками и ведьмами, за исключением сотрудников Хогвартса, но эти казались... другими. От дружелюбных взрослых, таких как мистер Уизли, исходило тепло и радушие. От опасных взрослых, таких как мистер Малфой, веяло холодом и бессердечием. Но эти... в них чувствовалась какая-то грубость, но они не целились в него из ружья. И все же он не мог отделаться от ощущения, что его вот-вот посвятят в мафию. Грид положил руку на плечо Гарри. — Ребята, это Гарри. Гарри, это ребята. И мы в лучшем баре на свете! Грид развернулся и указал Гарри на пожилого мужчину с седыми волосами. — Это Роа, он здесь главный. — Роа кивнул Гарри, и в ту же секунду Грид развернул его лицом к блондинке. — А это Мартель. Она готовит самые крутые коктейли! Ну, или, наверное, безалкогольные коктейли для тебя. — И снова Гарри развернули лицом к мужчине с торчащими волосами. — Это Дольчетто. По совместительству вышибала, по совместительству бармен, а на полную ставку — сторожевой пёс. Дольчетто возмущенно воскликнул. — Эй! — но в его голосе слышалась скорее шутка, чем гнев. А Грид уже переходил к следующему человеку, быстро представляя его. Гарри с трудом улавливал все имена — их было по меньшей мере с десяток, — Ульчи, Док и Блонди сливались в одно, и Гарри не мог вспомнить, какое имя с каким лицом связано. — А это... — Грид наконец добрался до последнего участника, невысокого лысеющего мужчины, которого он ласково погладил по голове. — Бидо. Шеф-повар, хранитель секретов и душа «Гнезда». Любой, кто причинит ему вред, получит билет в один конец — в ад. Он сказал это весело, но у Гарри возникло ощущение, что Грид лично отправит в ад любого, кто обидит Бидо. Тем не менее он протянул руку. — Приятно познакомиться. Бидо ответил на рукопожатие. — Любой друг мистера Грида — наш друг. Гарри моргнул, слегка опешив. Ему как-то не приходило в голову, что Грид не скрывает своего настоящего лица и даже не пытается притворяться Лингом. Не говоря уже о том, что и Мартель, и теперь Бидо обращаются к нему по имени… — Они знают о тебе? — спросил он. Дольчетто рассмеялся, и его смех больше походил на лай. — Он спрашивает, знаем ли мы о боссе! — Конечно, они обо мне знают! — сказал Грид, ухмыляясь от уха до уха. — Это мои люди! Я не собираюсь скрывать, кто я такой! А теперь пойдем. Ты еще не обедал. Взгляни на меню. Грид подтащил его к барной стойке и пододвинул к нему меню. Гарри редко бывал в подобных заведениях и был почти заворожен таким разнообразием. Грид устроился на барной стойке и болтал с Мартель о чем-то, чего Гарри не совсем понимал. В меню действительно было много блюд, которые, судя по всему, были маггловскими, а среди напитков нашлось несколько сортов маггловского пива. Гарри предположил, что среди работников бара были магглорожденные. — Я возьму это... — сказал он, указывая на куриный бургер. — И холодное сливочное пиво. — Ты слышал его! И принеси мне то же самое! Гарри полез в карман за двумя галлеонами и пятью сиклями, которые у него остались, но Грид оттолкнул его руку. — За счет заведения! — Ты разоришь нас, если будешь продолжать раздавать товары бесплатно. — лениво сказала Мартель. — Тогда запиши на счет Эда. — Все в порядке, правда... — сказал Гарри, протягивая Мартель монеты. Она одарила его острой улыбкой и опустила монеты в кассу. — Это займет некоторое время... — сказал Грид, хотя Дольчетто тут же принес сливочное пиво. — Не стесняйся, осматривайся. Чувствуй себя как дома! Гарри оглянулся через плечо. Сначала ему показалось, что будет неловко, ведь кроме них с Гридом в баре никого не было, но атмосфера была непринуждённой. Работники, которым нечего было делать, просто болтали друг с другом и больше походили на друзей, чем на коллег. Сам Грид вел себя совершенно расслаблено, как будто это был его дом. Он сидел, скрестив ноги, на барной стойке, в одной руке держал сливочное пиво, а другой энергично жестикулировал, разговаривая с Бидо. Не было и следа той первоначальной напряженности, которая мучила его перед первым визитом. Но почему? Осознание обрушилось на него, как ведро ледяной воды. «Это банда. Вся банда здесь. Это... все. С ними... с ними все в порядке. Они все улыбаются мне, они... они рады меня видеть. Они все в безопасности, они счастливы и со мной.» Зеркало Еиналеж, восхищение Грида людьми по ту сторону зеркала, его тоска. «Конечно, они знают обо мне! Это мой народ!» Вот такую банду тогда увидел Грид. Теперь все встало на свои места. Грид нервничал не из-за того, что ему предстояло лично посетить свой любимый бар, а из-за предстоящей встречи. С людьми, которые, как он опасался, не захотят его видеть. Но почему они не хотят его видеть? «Я убил человека.» Гарри выбросил это непроизвольное воспоминание из головы. Он действительно не хотел зацикливаться на этом. Грид был счастлив, его воспоминания не пострадали, и было ясно, что эти люди хотят видеть его рядом с собой так же сильно, как и он их. Всё было так, как сказал Эд. Что бы ни случилось... теперь это в прошлом. Что бы это ни значило. Он бродил по бару, стараясь все рассмотреть. Освещение было приятным, почти фиолетовым, а музыка на заднем плане создавала особую атмосферу. Этот бар отличался от «Трех метел». В пабе, где он был в прошлый раз, было шумно, уютно и царил янтарный полумрак. Этот бар был более изысканным, и Гарри был уверен, что в оживленные вечера здесь кипит жизнь. — Ну как, тебе нравится? — Грид отошел от стойки и, все еще ухмыляясь, подошел к Гарри. — Мило... — сказал Гарри. — Не совсем то, чего я ожидал, но мило. — Я же говорил, это лучший бар в мире. Это место для таких, как мы. — Для таких, как мы? — Изгои, те, кто не может жить нормальной жизнью. — На этот раз Грид устроился на одном из ближайших столиков. — В «Гнезде» работают самые разные люди. Вампиры, оборотни, те, кого не приняли бы больше нигде. Я имею в виду... — он приложил руку к сердцу. — Что мы — два человека в одном теле. Не совсем нормальные. Гарри почувствовал, как что-то кольнуло его в сердце. Он всегда был изгоем, не так ли? До Хогвартса у него никогда не было друзей. В этом постарался Дадли. Но здесь… его приняли так легко, так просто… — Эй, босс! — крикнул Дольчетто с прилавка. — Еда готова! — Наш заказ готов. — сказал Грид, беря Гарри за руку и подводя его к стойке. Их ждали два куриных бургера, и это было одно из самых вкусных блюд, которые он когда-либо пробовал. — Почему все здесь называют тебя боссом? — спросил Гарри, доедая последний кусочек. — Это старое прозвище. — отмахнулся Грид. — Мне оно нравится, оно дает мне ощущение власти! — Он чувствует себя важным. — сказала Мартель с лукавой улыбкой. — Эй! Я и есть важный! — Конечно, важный. Грид вздохнул, и его стакан со Сливочным пивом звякнул о стол. Мартель сама села на столешницу, и Гарри снова смог как следует рассмотреть ее татуировку. Должно быть, она заметила, что он пялится, потому что прищурилась. — Гарри, как «Гарри Поттер», да? — Типа того... — Грид сказал нам, что ты змееуст. Гарри посмотрел на Грида, слегка возмущенный тем, что тот рассказал об этом совершенно незнакомым людям. Грид лишь пожал плечами. — Как я и говорил. «Гнездо» служит всем. Никто тебя за это не осудит. Гарри пожал плечами. — Ну да. А что? — Просто хотела кое-что попробовать. — сказала Мартель. Она наклонилась и выгнула спину. Гарри с открытым ртом наблюдал за происходящей трансформацией. Руки Мартель слились с туловищем, ноги соединились, тело вытянулось. Там, где еще секунду назад была женщина, появилась змея, гадюка. Грид ухмылялся, глядя на него через плечо, а остальные члены банды внимательно следили за тем, как змея распрямляется и поднимает голову, пока та не оказывается на одном уровне с глазами Гарри. «Ты меня понимаешь?» — прошипела она. «Да...» — прошипел в ответ Гарри. — Круто! — воскликнул Грид, тряся Гарри за плечи. — Когда-нибудь ты должен меня этому научить! Гадюка опустила голову и, содрогнувшись, снова превратилась в Мартель. — Вы анимаг! — с благоговением произнёс Гарри. Он почти не помнил практическую демонстрацию Макгонагалл, потому что большую часть урока переживал из-за предсказания Трелони, но увидеть и по-настоящему оценить трансформацию в действии — это совсем другое. — Верно. — сказала Мартель, и даже в человеческом обличье ее язык казался раздвоенным. — Многие здесь — анимаги! — сказал Грид, обводя рукой бар. — Хотя… сделай нам одолжение и никому не рассказывай. Никто из них не зарегистрирован, и, если Министерство узнает, будут проблемы. — Почему вы не зарегистрированы? — спросил Гарри. — Зачем давать правительству то, что оно может использовать против нас? — ответил Дольчетто, снова разразившись лающим смехом. Гарри пожал плечами и пообещал молчать, но образ гадюки не выходил у него из головы. Она выглядела так реалистично, так правдоподобно, что, если бы он не видел, как Мартель превращается у него на глазах, он бы ни за что не догадался, что это не настоящая змея. Был ли Короста на самом деле ... Ну, по крайней мере, это объясняло, у кого они изучали заклинание обращения Анимага. — Пошли! — Грид снова взял его за руку. — Роа, можешь включить нам какую-нибудь танцевальную музыку? Что-нибудь громкое и праздничное! — Хорошо! — сказал Роа, настраивая радио. Музыка усилилась, и Грид заставил Гарри подняться на ноги. — Я не умею танцевать. — предупредил его Гарри. — Тебе не нужно уметь, тебе просто надо это делать! Как оказалось, совет Грида полностью себя оправдал. После этого опыта Гарри засомневался, что вечеринки и танцы — это не его конек, но было приятно расслабиться и просто потанцевать вместе с другом. Грид снова налил им сливочного пива, и атмосфера была праздничной, несмотря на то что они были единственными посетителями. Было шумно и весело, и Грид выглядел как никогда счастливым. В конце концов, когда музыка и движения стали слишком навязчивыми, Гарри отошел в дальний угол и просто наблюдал, как Грид вовлекает Бидо в танец. Бидо выглядел еще более неуместно, чем сам Гарри. Гарри прислонился к стене, оглядывая все вокруг и пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Это было весело. Неудивительно, что Грид заказывал частные мероприятия на все выходные в Хогсмиде. Его взгляд скользнул по помещению и остановился на пробковой доске. На ней было много всего. Разные фотографии банды, старые афиши давно прошедших мероприятий, список клиентов, которым запрещено появляться в заведении. Сам список выглядел волшебно: рядом с именами стояли цифры, отсчитывающие время до их возвращения. Только рядом с одним именем были указаны слова «Бессрочный запрет», подчеркнутые двумя линиями для акцента. Оно было в самом верху списка. Кинг Брэдли Почему это имя кажется смутно знакомым? — На что смотришь? — спросил Грид, заглядывая ему через плечо. — Что такого сделал этот парень, что его забанили навсегда? — Проще будет сказать, чего он не сделал. — В голосе Грида не было ни капли раздражения или веселья. Нет, он казался искренне рассерженным. — Если я когда-нибудь увижу этого парня где-нибудь поблизости от Гнезда, я вырву ему глотку. Внезапно мысль о том, что Грид способен кого-то убить, перестала казаться такой уж невероятной. — Но зачем? Грид вздохнул. — Да ладно тебе, Гарри, ты же знаешь, что это за чувство. Месть. Гарри почувствовал, как внутри у него все закипает, а перед глазами снова и снова всплывают образы и мысли о Блэке. Весь его гнев, вся ярость грозили вырваться наружу, когда он сжал кулаки. — Какой смысл? Ты просто скажешь мне, чтобы я смирился, как и все остальные. — Никто не говорит, что ты должен с этим смириться, просто советуют ставить безопасность выше своих желаний. — Грид снова вздохнул. — Эду бы не понравилось, что я это говорю, да и Линг уже поднимает шум, но… на мой взгляд, если ты действительно чего-то хочешь, то бери это! Он показал свою татуированную руку, на которой теперь был Абсолютный щит, и оскалился, как акула. Выражение его лица изменилось, когда Линг ненадолго перехватил управление, и теперь он выглядел более задумчивым. — Просто, знаешь, подумай и о последствиях этого желания. Но Гарри едва мог слушать. Вот он, ответ, Грид был прав. Почему он не должен получить то, чего хочет, на этот раз? Кроме того, Блэк это заслужил, и никому больше не придется страдать, если они просто оставят Гарри в покое. — Босс! — крикнул Дольчетто. — Кто-то в дверях. — Это Лан Фан? — Нет. Какой-то белобрысый парень. — Это Эд? Дольчетто раздраженно поморщился. — Нет, другой, белобрысый. Роа сейчас с ним разговаривает, но, если он не уйдет в ближайшую минуту, я внесу его в черный список. Грид достал из кармана перчатку и надел ее, скрыв татуировку. — Пойду посмотрю. — Он засунул руки в карманы, напустив на себя уверенный вид, и направился к двери. Гарри помедлил и, убедившись, что на него никто не смотрит, накинул мантию-невидимку и прокрался к двери. — У нас сейчас закрытое мероприятие. Уходите. — раздался низкий голос Роа прямо за дверью, которую он полностью загораживал своим телом. — Кому в здравом уме могло прийти в голову устраивать здесь целое мероприятие?! — Гарри поморщился. Конечно же, это был Малфой, а Крэбб и Гойл, скорее всего, были у него на подхвате. Он не видел Малфоя за Роа в дверном проеме, но голос был отчетливым и узнаваемым. — Ты что, не знаешь, кто мой отец? Пропусти меня немедленно! — Роа, я разберусь с этим. — сказал Грид. Роа фыркнул и отошел, оставив Малфоя, Крэбба и Гойла у всех на виду. — Что, черт возьми, на тебе надето, Яо?! — Малфой был потрясен. — Писк моды. — сказал Грид, никак не прокомментировав неправильное имя. — Добро пожаловать в Гнездо дьявола! Чем мы можем вам помочь? Малфой усмехнулся. — Мы хотим попасть внутрь. — Это невозможно. Сейчас там частное мероприятие. — Конечно, тебе должно нравиться это убожество! — усмехнулся Малфой, а Крэбб и Гойл захихикали у него за спиной. Под очками у Грида дернулся глаз, и Гарри почувствовал, как внутри него нарастает напряжение. Он как можно осторожнее, все еще скрытый под мантией, прокрался к двери. Грид на мгновение перевел на него взгляд, но снова сосредоточился на Малфое. — То есть ты хочешь зайти в бар и при этом его оскорбляешь? Ты правда не умеешь производить хорошее первое впечатление, да? Лицо Малфоя слегка покраснело, а Грид оскалился. Гарри понимал, что Малфой ходит по тонкому льду, но тот, казалось, этого не осознавал, и его волнение сменилось гневом. — Просто хотел посмотреть, что такого особенного в этом месте, раз оно так заворожило сына министра магии Китая. — выплюнул он. — Теперь я вижу, что ничего особенного в нем нет, как и в тебе. Безвкусный маггловский декор. Жалкое место, жалкий персонал... Терпение кончилось. — Если я когда-нибудь еще услышу, как ты их оскорбляешь, ты не проживешь достаточно долго, чтобы пожалеть об этом! Они мои люди, и никто не смеет оскорблять то, что принадлежит мне! Гарри успел выйти из вестибюля, а Малфой был слишком занят гневом Грида, чтобы заметить что-то подозрительное. Крэбб и Гойл хрустели костяшками пальцев, хотя, если бы началась драка, Гарри больше беспокоился бы за них, чем за Грида. А что может быть лучше для предотвращения драки, чем унижение Малфоя? Осторожно, чтобы не поскользнуться, он наклонился и зачерпнул горсть грязи. Развернулся и прицелился в висок Малфоя. Отвел руку назад и бросил. Грязь с отвратительным хлюпаньем попала Малфою в голову. Он закричал и замахал руками, пытаясь вытряхнуть грязь из уха. Он налетел на Гойла, и они оба чуть не упали. Грид согнулся от смеха, хватаясь за бока. Малфой в панике огляделся. — Кто это бросил?! — Должно быть, это призрак! — попытался сказать Грид, но от смеха его было не слышно. Гарри ухмыльнулся под мантией-невидимкой и на этот раз зачерпнул ногой грязь и швырнул ее в ужасную троицу. Крэбб застонал, когда грязь попала ему в глаза, а Малфой возмущенно фыркнул. — П-прекрати! — заорал он, и в его голосе слышался неподдельный ужас. Гарри замахнулся, чтобы ударить их в третий раз, но неудачно выбрал момент. Как раз в тот момент, когда он попытался взметнуть в воздух еще больше грязи, Гойлу удалось схватиться за мантию-невидимку, и он частично стянул ее, обнажив голову Гарри в полумраке переулка. Крики и смех стихли. Затем Малфой истошно завопил и бросился бежать из аллеи, Крэбб и Гойл последовали за ним. — Что ж, жаль... — сказал Грид, выпрямляясь. Гарри почувствовал, как кровь отхлынула от его лица. Малфой убежал, наверное, он сейчас вернется в Хогвартс и все расскажет Снейпу. — Мне нужно идти! — пробормотал он, пытаясь натянуть плащ обратно. — Ты не успеешь, если пойдешь этим путем. — сказал Грид. — Он уже далеко, а прямой путь быстрее, чем тайные ходы. Возвращайся от сюда. Гарри последовал за Гридом в «Гнездо Дьявола», несмотря на боль в груди. Все остальные смотрели на них. — Ситуация разрешилась, джентльмены. — сказал Грид. Он достал волшебную палочку и направил её на список запрещённых. Гарри увидел, как на нём появились имена Малфоя, Крэбба и Гойла со сроком действия шесть месяцев. — Я бы запретил их навсегда. — прошептал он. Отчасти он задавался вопросом, почему у Грида есть полномочия накладывать запреты, а отчасти решил, что лучше не задавать лишних вопросов. — Нет, они раздражают, но это не повод для «бессрочного запрета». — Грид направился в дальний конец комнаты, где мерцал камин. Он потянулся к банке на каминной полке, в которой лежал всем знакомый каминный порошок. — У вас ведь есть камин в общей гостиной, верно? Гарри полностью снял мантию-невидимку и кивнул. — Тогда воспользуйся этим. Будь осторожен. Придумай правдоподобное объяснение. — Ты никому не скажешь, что я здесь был? Грид пожал плечами и ухмыльнулся. — Я не вру, так что пусть Линг сам отвечает на вопросы. Расслабься, Гарри. Твой секрет в безопасности. — Хорошо... — Гарри с трудом выдохнул, сжимая в руке щепотку порошка. — Спасибо... за то, что показал мне окрестности. — Не за что, главное, чтобы ты вернулся целым и невредимым. И ты обязательно вернешься сюда снова! — Не будь чужаком, парень! — крикнул Дольчетто, когда Гарри бросил порошок в камин, и пламя вспыхнуло ярко-изумрудным. Он шагнул в огонь, чувствуя, как пламя обжигает кожу. — Гостиная Гриффиндора! — крикнул он и позволил огню поглотить себя. Он появился с другой стороны, за каминной решеткой. Он закашлялся, сажа попала ему в легкие, и в ушах у него зазвенел крик. Решетка открылась, и Гарри, все еще кашляя, едва не упал в объятия Джинни. — Что… как… Гарри… Он огляделся. В гостиной никого не было, кроме Джинни, Невилла и Мэй. Гарри почувствовал огромное облегчение от того, что Перси Уизли нигде не было видно. Это была бы настоящая катастрофа. — Гарри, что это было? — спросил Невилл, побледнев. — Я был здесь весь день. — сказал Гарри, ударяя себя в грудь в попытке стряхнуть сажу. Джинни снова закрыла решётку, чтобы угли не высыпались на ковёр. — Я никуда не ходил и ничего не делал. Мэй прищурилась. — Под всей этой сажей от тебя пахнет карамелью. — Пожалуйста! — взмолился Гарри. Он не знал, сколько времени у него есть до того, как Малфой найдет Снейпа и все ему расскажет. Ему нужно было создать правдоподобную легенду. Джинни это едва ли впечатлило. — Я даже не собираюсь сейчас это обсуждать. — сказала она, и остальные решили последовать ее примеру. На самом деле это было даже лучше, чем мог надеяться Гарри. Оставшееся время Гарри провел в гостиной, работая над эссе по зельеварению. Невилл, Джинни и Мэй бросали на него обеспокоенные взгляды. Он понимал, что не сможет вечно избегать Снейпа, но чем дольше он тянул, тем больше у него было времени, чтобы остыть. Ему пришлось встретиться со Снейпом раньше, чем ему хотелось бы. Они с Невиллом вместе спускались в Большой зал на ужин, и Невилл демонстративно не спрашивал его о том, как прошел день. Гарри надеялся, что сможет просто проскользнуть в Большой зал, но... — Поттер! — Снейп ждал его у парадного входа, сверля его практически ядовитым взглядом. Невилл в нескрываемой панике посмотрел на Гарри, но Снейп прошел мимо него, бросив Гарри короткое «Следуйте за мной», и тому ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Пока Снейп вел его в свой кабинет, Гарри старался держать себя в руках. Он был уверен, что Снейп умеет распознавать страх, поэтому старался сохранять самообладание. У Снейпа не было доказательств, только слова Малфоя. Гарри просто не мог дать ему ничего, что можно было бы использовать против него. Снейп открыл дверь своего кабинета, и Гарри проскользнул внутрь, изо всех сил стараясь изобразить недоумение. — Садись. — сказал Снейп, и это была не просьба, а приказ. Гарри подчинился. Снейп обошел стол, его движения были медленными и размеренными. — Где ты сегодня был, Поттер? — В гостиной Гриффиндора. — ответил Гарри. — Я работал над эссе по зельеварению. Снейп усмехнулся. — Да неужели? И кто-нибудь может это подтвердить? — Мои однокурсники. — пожал плечами Гарри. — Например, Невилл или Джинни. Он сглотнул, надеясь, что Снейп не устроит им взбучку. Насколько глубоко Снейп собирался копнуть в этом расследовании? — Мистер Малфой рассказал мне очень интересную историю о своем визите в Хогсмид. — методично продолжал Снейп. — Он разговаривал с мистером Яо у витрины одного из магазинов Хогсмида... Гарри сохранял невозмутимое и слегка заинтригованное выражение лица. — И вдруг его ударило в голову комком грязи. А потом он увидел самое необычное привидение... — Что он видел, профессор? — как можно невиннее спросил Гарри. — Вашу голову, Поттер! — рявкнул Снейп. — Вашу голову, парящую посреди Хогсмида! Гарри моргнул. — Он что, ходил к мадам Помфри из-за этого? — Малфою не нужно ходить к мадам Помфри! Что твоя голова делала в Хогсмиде, куда ей нельзя было соваться?! — Моя голова не была в Хогсмиде. — возразил Гарри. — Она была здесь, в замке. — Такой же заносчивый, как твой отец. — презрительно усмехнулся Снейп. — Он тоже считал, что правила не для него. Все, от министра магии до каждого преподавателя, неустанно трудятся, чтобы защитить твою неблагодарную шкуру от Блэка, а ты считаешь, что можешь сбегать, когда вздумается. — Мой отец не был высокомерным! — выпалил Гарри, теряя терпение. — Я знаю правду. Мой отец спас вам жизнь! Мне рассказал профессор Дамблдор. — Неужели? — голос Снейпа был холоден, как лед. — Директор рассказал тебе, при каких обстоятельствах твой отец спас мне жизнь? Или он счел, что это слишком неприятно для нежных ушей Поттера? Гарри открыл рот... и ничего не сказал. Дамблдор не сообщил ему подробностей, хотя он и не понимал, какое это имеет значение. — Что ж, тогда я должен вам сообщить, что ваш отец спас мою жизнь только ради того, чтобы спасти свою шкуру. Он и его друзья разыграли надо мной очень забавную шутку, которая привела бы к моей смерти, если бы они довели ее до конца. Ваш отец струсил, когда понял, что в случае успеха его самого исключат из школы. Гарри уставился на него. Снейп выпрямился во весь рост и уставился на него в ответ. — Итак, Поттер, ты собираешься сказать мне правду о том, где ты был сегодня? — Я был в гриффиндорской гостиной… — Мы оба прекрасно знаем, что тебя сегодня не было в гостиной! Раз уж ты не собираешься ничего мне рассказывать, выверни карманы. Гарри поморщился, но сделал, как ему сказали. Перед ужином он вынул из карманов все покупки из Хогсмида и мантию-невидимку, оставив только запасное перо, немного ворса и запертую карту Мародёров. Снейп тщательно всё осмотрел, уделив особое внимание пергаменту. — Что это? — Просто лишний пергамент. — Довольно старый пергамент, явно никому не нужный. — сказал Снейп с блеском в глазах, беря карту и поднося ее к камину. Гарри почти непроизвольно вздрогнул, и этого ответа Снейпу было достаточно. — Значит, это что-то очень для тебя дорого. Интересно, что бы это могло быть… может, письмо, написанное невидимыми чернилами? Или инструкция, как добраться до Хогсмида, минуя дементоров? Снейп достал палочку и постучал ею по карте. — Раскрой свои секреты. Ничего не менялось. Гарри сжимал кулаки под столом, пока Снейп перебирал фразы, пытаясь открыть карту. Он никак не мог случайно подобрать правильный код, но начал беспокоиться, что Снейп уничтожит карту от отчаяния. — Я профессор Северус Снейп, директор этой школы, приказывает вам выдать сокрытую информацию! При этих словах на пергаменте начали мерцать слова. Гарри и Снейп оба побледнели, потому что господа: Лунатик, Хвост, Бродяга и Сохатый - все оскорбляли Снейпа один за другим, каждый комментарий был более личным, чем предыдущий. Гарри нашел бы это забавным, если бы не был так напуган. Лицо Снейпа из белого от ярости превратилось в красное от гнева. — Значит… вот оно что… — медленно и размеренно произнес он. Снейп подошел к камину и взял баночку с порошком. Он бросил ее в огонь, и пламя стало изумрудно-зеленым. — Люпин! Мне нужно с тобой поговорить! Через несколько секунд Люпин вышел из камина, отряхивая мантию. — В чем дело, Северус? Я уже принял зелье. Мне нужна еще одна доза? Наконец он, похоже, заметил Гарри, сидящего за столом, и его взгляд упал на карту. — У Поттера было это! — прошипел Снейп. — Что вы об этом думаете, Люпин? Здесь явно много темной магии. Люпин не сводил глаз с карты и с оскорбительных слов, написанных на ней. Он взял пергамент и повертел его в руках. — Не думаю, что там есть какая-то темная магия. — сказал он нарочито легкомысленным тоном. — Похоже на шутку, призванную оскорбить любого, кто попытается ее прочесть. Уверен, кто-то из друзей Гарри купил ее для него в «Зонко». — В Зонко? — спросил Снейп. — Вы уверены, что он не получил это напрямую от производителей? — казалось, что они с Люпином ведут совершенно другой разговор. — Это кажется маловероятным. — сказал Люпин, обращаясь непосредственно к Гарри. — Где ты это взял? — Рон сказал, что это из Зонко. — соврал Гарри, надеясь, что успеет рассказать Рону новую легенду до того, как с ним заговорят Люпин или Снейп. — Вот, Северус, не о чем волноваться. — сказал Люпин, складывая пергамент и засовывая его в карман мантии. — А теперь, Гарри, я хотел поговорить с тобой о твоём эссе о вампирах… Гарри воспользовался предлогом, чтобы выйти из кабинета Снейпа, и последовал за Люпином в пустой класс. Теперь, когда Снейп скрылся из виду, Люпин выглядел гораздо серьёзнее. — Профессор... — Я не хочу ничего слушать. — сказал Люпин, закрывая за собой дверь. — Я понятия не имею, как эта карта оказалась у тебя — да, я знаю, что это карта. Но я поражен тем, что ты ее не сдал. Я не могу вернуть ее тебе, Гарри. Ты знаешь, что случилось в прошлый раз, когда ученик оставил важную информацию где попало. Гарри кивнул и сглотнул ком в горле. Он даже не мог возразить. — Почему Снейп решил, что я получил это от производителей? — Потому что они хотели выманить тебя из школы. Им это показалось бы очень забавным. — Вы их знаете? — Мы уже встречались. — Голос Люпина звучал коротко и отрывисто. — Не жди, что я снова буду тебя прикрывать, Гарри. Я не могу заставить тебя воспринимать Сириуса Блэка всерьез, но не стоит в память о родителях отказываться от своей жизни. Глаза Гарри защипало, когда Люпин положил руку на дверную ручку, собираясь уходить. Он действительно поступил глупо, не так ли? Услышать это от Люпина было гораздо больнее, чем от Снейпа, Гермионы или Рона. Ему казалось, что он разочаровал человека, на которого действительно равнялся. Да и от Карты не было особой пользы. Она даже не помогла им с Коростой. — Постойте, профессор! — окликнул он. Люпин обернулся. — Показывает ли Карта... показывает ли Карта анимагов в их зверином обличье? Люпин выглядел так, будто его ударили по лицу, и несколько мучительных секунд молчал. — Почему ты спрашиваешь? Гарри пожал плечами. — Просто любопытно. Люпину снова потребовалось некоторое время, чтобы собраться с мыслями и ответить. — Да. На Карте отмечены все, кого считают людьми, независимо от того, какую форму они принимают. Он открыл дверь и вышел, не вынимая Карту Мародёров из кармана. Сердце Гарри всё ещё болело, но, по крайней мере, это дало ответ на один из главных вопросов этого года. Короста не был анимагом. Он был обычной крысой.