Отпуск у реки

Два дня после концерта. Утро. Общежитие BTS. — Так, народ! — RM хлопнул в ладоши, собирая всех в гостиной. — У нас три дня выходных. Я предлагаю смыться из города. Снять домик у реки, пожарить мясо, забыть о тренировках. — А можно просто спать три дня? — с надеждой спросил Юнги. — Нельзя. Ты и так спишь по двенадцать часов. — Это я восстанавливаю энергию. — Ты восстанавливаешь лень, — фыркнул Джин. — Я за поездку. Надоело смотреть на эти четыре стены. Чимин тут же запрыгал: — Ура! Рыбалка! Костер! Я хочу удочку! — Ты ни разу в жизни не рыбачил, — заметил Чонгук. — Но когда-то надо начинать! На Ён сидела на диване с кружкой чая и наблюдала за их перепалкой. Внутри теплело. После концерта она чувствовала невероятную лёгкость — будто гора с плеч свалилась. — На Ён, ты с нами? — спросил Тэхён. — Конечно. — Тогда собирайся. Через час выезжаем. --- Дорога. Два часа на микроавтобусе. На Ён сидела у окна, рядом с Чонгуком. Тот слушал музыку и барабанил пальцами по колену. Тэхён и Чимин играли в «города» — Чимин проигрывал, потому что путал столицы. Джин дремал, подложив под голову рюкзак. Юнги читал книгу, но через три страницы закрыл её и уставился в окно. — Смотри, — сказал Чонгук, показывая в окно. — Поле рапса. Жёлтое. На Ён посмотрела. Жёлтое поле, уходящее до горизонта. Оно напомнило ей то самое платье, которое она так и не получила. Но боль уже не была острой. Просто тихая грусть. — Красиво, — ответила она. — Моя мама любила рапс, — вдруг сказал Чонгук. — Говорила, что жёлтый — цвет надежды. — Надежды на что? — На то, что завтра будет лучше, чем вчера. На Ён замолчала. Внутри что-то перевернулось. «Надежда», — подумала она. — «Может, и у меня есть надежда». --- Домик у реки. Двухэтажный, деревянный, с верандой и мангалом. Когда они вышли из автобуса, воздух пах хвоей и влажной землёй. Река была метрах в пятидесяти — спокойная, тёмно-синяя, с деревянным пирсом. На том берегу шумел лес. — Красотища, — выдохнул Джей-Хоуп. — Я первый в душ! Потом не наваливайтесь! — Душа два, — сказал RM. — Всем хватит. Разобрали комнаты. На Ён досталась маленькая комната на втором этаже с окном на реку. Она бросила рюкзак на кровать и вышла на общую веранду. Чонгук и Тэхён уже носились по поляне с мячом — играли в вышибалы, хотя правил никто не знал. Чимин пытался распаковать мясо, но Джин отобрал у него нож. — Ты порежешься. — Я умею! — Ты умеешь заказывать еду в телефоне. Это другое. На Ён засмеялась. Села на ступеньки, поджав колени, и стала наблюдать. Юнги вышел с чашкой кофе, сел рядом. — Ты чего не с ними? — Смотрю. Как будто это моя семья. — А это и есть твоя семья, — ответил он. — Теперь. На Ён не обернулась. Боялась, что он увидит её глаза. --- Река. Час спустя. Мясо замариновали, шампуры наточили, оставили Джина главным у мангала. Остальные пошли к реке. Чонгук первым скинул футболку и забежал в воду. Вода была холодной — он взвизгнул, но не вышел. — На Ён, давай! — крикнул он. — Не бойся! — Я не боюсь, я благоразумна! — крикнула она в ответ. — Благоразумные сидят дома под одеялом. А тут река! Тэхён подбежал к ней сзади и подхватил на руки. — Эй! Что ты делаешь?! — закричала На Ён. — Помогаю тебе стать благоразумной! Он забежал в воду по колено и опустил её. На Ён завизжала — вода обожгла холодом. Она вырвалась и плюхнулась сама, окатив Тэхёна с головы до ног. — Ты... ты... — он отплёвывался, но смеялся. — Сказала же, не трогай меня! Чонгук стоял по пояс в воде и наблюдал за их вознёй. Потом подошёл, схватил На Ён за руку и потащил глубже. — Давай, заплыв наперегонки. До пирса и обратно. — Ты серьёзно? — А ты боишься? — Я не умею плавать! — Я научу. Он не шутил. Показал ей, как правильно держаться на воде, как делать вдох и выдох. На Ён сначала паниковала, потом, чувствуя его поддерживающую руку под животом, расслабилась. — Молодец! — крикнул Чонгук. — Ещё немного — и ты чемпионка. Она проплыла несколько метров самостоятельно, потом устала и встала на дно. Вода была ей по грудь. — Я сделала это! — закричала она. — Ты видел? Видел? — Видел, — улыбнулся Чонгук. — Ты быстрая, как... — Как звезда? — подхватила она, смеясь. — Как белка. Она брызнула в него водой. Он в ответ. Началась водная битва, в которую втянулись Тэхён и даже Чимин, который прибежал с криком «Я тоже хочу!». Через пять минут все были мокрые с головы до ног. На берегу стояли RM, Джин, Джей-Хоуп и Юнги. Джин переворачивал шашлык, остальные просто смотрели и смеялись. — Они как дети, — сказал RM. — Потому что они и есть дети, — вздохнул Джин. — Младшие. Юнги молчал. Он смотрел на На Ён — мокрую, счастливую, хохочущую вместе с Чонгуком и Чимином. И в его голове снова всплыла старая мысль: «Если бы она была жива... она была бы такой же. Такой же яркой». Он потряс головой, отгоняя видения. — Шашлык готов! — крикнул Джин. — Все к столу! --- Вечер у костра. Когда стемнело, они сидели вокруг костра на брёвнах. На Ён накрыли пледом — она замерзла после реки, но отказывалась идти переодеваться, потому что не хотела пропустить ни минуты. Чонгук подсел к ней и протянул свои тапки. — Надень, а то простудишься. — А ты? — Я закалённый. Она надела его тапки — они были велики на три размера. Похоже на лодки. Она засмеялась, показывая Чимину. — Смотри, какой я краб! — Краб в ластах, — уточнил Чимин. — Тоже верно. RM рассказывал страшную историю про призрака в их старом общежитии, но никто не боялся — все смеялись над его актёрской игрой. Тэхён жарил маршмеллоу на палочке и умудрился поджечь его три раза. Юнги заснул сидя, прислонившись к плечу Джей-Хоупа, и тот терпеливо нёс эту ношу. — На Ён-а, — тихо сказал Чимин, когда остальные отвлеклись. — Ты сегодня другая. — Какая? — Счастливая. По-настоящему. Она посмотрела на огонь, потом на него. — Потому что я нашла место, где можно быть собой. — А кто ты? Она хотела сказать: «Я — твоя сестра, которую ты не знаешь». Но вместо этого ответила: — Я просто На Ён. Чимин кивнул. Ему этого было достаточно. Высоко над ними зажглись звёзды. Река тихо шумела. Костер потрескивал. Восемь человек, которые стали семьёй — даже не подозревая, насколько крепкими узами они связаны. На Ён подняла голову к небу и прошептала: — Спасибо. Небу. Себе. Жизни. За то, что она всё ещё здесь.