Свет

День концерта. 14:00. Гримёрка стадиона. На Ён сидела перед зеркалом, окружённая кистями, тональными основами и пучками искусственных ресниц. Визажист — милая женщина по имени Хёджу — колдовала над её лицом уже сорок минут. — Не дергайся, — мягко сказала Хёджу, поправляя стрелку. — Я делаю тебя королевой. — Я не готова быть королевой, — прошептала На Ён. — Готова. Просто пока не знаешь об этом. Внутри всё дрожало. Живот скрутило ещё утром, когда она проснулась за час до будильника. Она не могла есть — только пила воду маленькими глотками. Руки слегка тряслись, когда она застёгивала пуговицы сценического костюма. Джин заглянул в гримёрку. — На Ён-а, ты как? — Жива, — выдавила она. — Выглядит как «на грани смерти», — усмехнулся он. — Но это нормально. Я перед каждым концертом хочу в туалет. — Спасибо за поддержку, — она слабо улыбнулась. Джин ушёл, а Хёджу закончила макияж. — Всё. Смотри. На Ён открыла глаза. Из зеркала на неё смотрела незнакомка. Нежная персиковая кожа, аккуратные стрелки, которые делали глаза больше и глубже, губы цвета пыльной розы. Волосы уложены мягкими волнами, спадающими на плечи. Костюм — серебристый комбинезон, облегающий, но не вульгарный, с вырезом на спине и тонкими бретелями. — Это... я? — выдохнула она. — Ты, — кивнула Хёджу. — Только настоящая. В дверь постучали. Вошёл Чимин, за ним — Тэхён и Чонгук. Все в сценических костюмах, серьёзные, но при этом какие-то родные. — Ого, — сказал Чимин, увидев На Ён. — Ты... — Что? — испугалась она. — Плохо? — Ты самая красивая девушка, которую я видел в этой гримёрке, — закончил он. — И я не шучу. — Чимин прав, — добавил Тэхён, подходя ближе. — Ты сияешь. Без ламп. Чонгук молчал, но кивнул. Потом сказал: — Сегодня сцена будет твоей. На Ён почувствовала, как к горлу подступает комок. Но она сдержалась. — Спасибо, ребят. Я не подведу. — Мы знаем, — ответил RM, появившийся в дверях. — Пора. 19:00. Стадион. За кулисами. Гул толпы проникал даже за тяжёлые металлические двери. Десятки тысяч голосов сливались в один мощный гул. На Ён стояла в очереди на выход, чувствуя, как сердце бьётся где-то в горле. Рядом — все семеро. RM подошёл и тихо сказал: — Когда выйдешь, не смотри в зал. Смотри на свет. Он ослепит, но ты привыкнешь через пару секунд. И улыбнись. Самая обычная улыбка, как утром на кухне. — А если я упаду? — Встанешь, — повторил он слова Чимина. — Ты умеешь вставать. Заиграла интро. Свет погас, зал замер. На огромном экране появились силуэты. — Выходим, — скомандовал RM. Первый — RM, за ним — Джин, Юнги, Джей-Хоуп, Чимин, Тэхён, Чонгук. И На Ён — последней, но не самой незаметной. Она шагнула в свет. На сцене. Ярче, чем она представляла. Тысячи огней, лазеры, дым. И люди — море людей. Их крики оглушали, но музыка была громче. Первый трек — быстрый, энергичный, тот самый, который они репетировали месяц. На Ён заняла позицию. Вдох. Выдох. Музыка взорвалась. Она танцевала. Не как робот, не как новичок. Как звезда. Каждое движение было выверено, но не механически — в нём была душа. Она улыбалась в камеру, она летала по сцене, она взаимодействовала с участниками, она пела в микрофон — пусть неидеально, но искренне. Чимин бросил на неё взгляд во время поворота — гордый, почти братский. Тэхён подмигнул, проходя мимо. Чонгук кивнул, когда она сделала сложный прыжок и приземлилась чётко. А Юнги... Юнги смотрел на неё со стороны и вдруг поймал себя на мысли: «Если бы наша сестра была жива, она была бы похожа на неё. Такая же упрямая. Такая же яркая». Он отогнал мысль и вернулся в танец. Музыка стихла. На Ён замерла в позе — голова поднята, рука вытянута вверх, глаза блестят. Зал взорвался овациями. Несколько секунд она стояла, не веря. Потом опустила руку и посмотрела в зал. Люди плакали. Люди кричали её имя — некоторые, самые смелые, выкрикивали «Пак На Ён!» между песнями. Она не сдержалась. Одна слеза скатилась по щеке, и она быстро её стёрла, улыбнувшись. Участники столпились вокруг неё. RM обнял за плечи, Джин похлопал по спине, Чимин схватил за руку и поднял вверх — жест победителя. Тэхён что-то кричал, но из-за гула толпы она не слышала. Она чувствовала только одно: она сделала это. За кулисами. Час спустя. На Ён сидела на полу в углу коридора, прислонившись спиной к стене. Ноги не держали. Костюм промок от пота, макияж немного размазался, стрелки поплыли. Но ей было всё равно. — На Ён-а! — крикнул Тэхён, пробегая мимо с бутылкой воды. — Ты порвала сцену! Ты видела лица в первых рядах? Они рыдали! — Я чуть не рыдала сама, — выдохнула она. — А теперь рыдай от счастья! — он бросил ей полотенце и убежал дальше. К ней подошли по очереди. Джей-Хоуп дал пять. Чонгук просто кивнул и сказал: «Ты молодец». Джин протянул протеиновый батончик. RM сел рядом на корточки. — Как ты? — Я... я не знаю, — ответила На Ён, глядя в потолок. — У меня внутри всё кипит. Но я счастлива. Я правда счастлива. — Запомни этот день, — сказал RM. — Потому что будут дни, когда захочется всё бросить. Вспоминай сегодняшнее. Как люди кричали твоё имя. Как ты сияла. Он ушёл. Остались только она и тишина, нарушаемая отдалёнными криками рабочих, разбирающих сцену. На Ён закрыла глаза и вдруг начала смеяться. Тихо, потом громче. Истерический смех облегчения вырывался из груди вместе со слезами. — Я справилась, — прошептала она. — Я справилась, чёрт возьми. Она смеялась, сидя на полу, растрёпанная, уставшая, счастливая. И в этот момент к ней подошёл Юнги. Он долго смотрел на неё, потом присел рядом. — Ты чего смеёшься? — Не знаю, — сквозь смех ответила она. — Просто... я думала, умру от страха. А вместо этого я... я жива. Я жива, Юнги-сси. Он посмотрел на неё долгим взглядом. Вздохнул. — Ты очень похожа на неё, — сказал он так тихо, что она едва расслышала. — На кого? — Ни на кого. Показалось, — он встал. — Иди в душ, а то воняешь. — Сам воняешь, — ответила она, всё ещё смеясь. Юнги ушёл, но на душе у На Ён стало тепло. Она посмотрела на свои руки — дрожащие, но сильные. — Я справилась, — повторила она. — Я справилась. И улыбнулась в пустоту. Позже ночью. Соцсети. Пока На Ён принимала душ, интернет уже кипел. Тысячи твитов, постов в Инстаграм, видео с фанкамами. Хейтеры временно притихли — слишком много было восторженных отзывов даже от тех, кто раньше критиковал. Но На Ён не видела этого. Она спала, свернувшись калачиком на своей кровати, с улыбкой на лице. Сегодня она победила.