🍩 БОНУС: ТУАЛЕТНЫЕ СПЛЕТНИ

Эффи переборщила с чаем из шиповника, и расплата наступила в самый неподходящий момент — посреди учебного дня. Теперь она торчала в кабинке школьной уборной, хотя никогда не была фанаткой этого места. Плитка холодила даже через подошву кед, воздух пах дешёвым мылом и хлоркой, а на стене кто-то маркером нарисовал сердечко с инициалами, которые она не смогла разобрать. Перемена почти закончилась. Она знала, что Эдвард уже сидел в кабинете английского и ждал её — терпеливо, как всегда. Дверь туалета резко и громко распахнулась. В помещение ворвались три девочки, и Эффи сразу узнала голос одной из них — своей одноклассницы, которая вечно таращилась с выражением «ты тут лишняя». Остальных она не знала, но по голосам они были из тех, кто любит говорить громко и не стесняясь в выражениях. Эффи слышала, как открываются и закрываются сумочки, щёлкают косметички, как кто-то с силой выдёргивает бумажное полотенце из диспенсера. — Я говорю вам, она его приворожила, — заявила одноклассница. — Все знают, что она ведьма. — Что за чушь, Саша? — отозвалась вторая. — То, что эта чокнутая носит с собой какие-то камни и мешки с травой, не значит, что она ведьма. Она просто ненормальная. — Ну и почему тогда он с ней, а? — вмешалась третья. — Что в ней такого классного? — Не говоря уже о её заднице, — хмыкнула первая. — Она ж огромная! Какой у неё размер — сотый? Девочки дружно рассмеялись. Эффи сидела в кабинке и старалась держаться. Держаться, чтобы не засмеяться в голос. Она давно заметила эту странную тенденцию. Нулевые, «героиновый шик», мода на худобу, граничащую с прозрачностью — чтобы одежда висела как на плечиках. То, что такие женщины существовали, казалось ей абсолютно нормальным. Но то, что все хотели стать такими же, вызывало искреннее недоумение. Банально потому, что Эффи знала то, чего не знали эти юные девочки. Мужчин. Она знала, как они сворачивают головы, когда она проходит мимо в скинни-джинсах — ровно таких, какие были на ней сегодня. У мужчин это было где-то на подкорке, в бессознательном. Они ничего не могли с собой поделать, даже если очень старались. И ей было прекрасно известно, что Эдвард всегда опускает взгляд ниже её поясницы, когда смотрит ей вслед. Она ловила его на этом столько раз, что перестала обращать внимание — почти. А когда они оставались наедине, его руки сами тянулись к её бёдрам, к округлости, которую он так старался не замечать на людях. И хотя он ругал себя за это, Эффи знала: ему нравится. Озорной дух потребовал действий. Эффи открыла дверцу кабинки и вышла. Не резко, не с хлопком — спокойно, без драмы. В полной тишине, под открытые рты школьниц, она подошла к крайнему умывальнику и бесстрастно начала мыть руки. — Привороты я делать не умею, — обронила она, не оборачиваясь. — Зато волосы на груди наколдовать вполне смогу. Она улыбнулась — своей хитрой, хулиганской улыбкой. Одноклассница ахнула. Её подруги поперхнулись воздухом. Эффи не торопясь закончила с руками, поправила короткий коричневый топ с кружевной отделкой под длинным чёрным кардиганом и добавила, глядя на девушек в зеркало: — К слову, Эдвард Каллен без ума от моей задницы. Она отдёрнула ткань кардигана и шлёпнула себя по пятой точке — звонко, со вкусом, так, что звук отразился от кафеля, оставив за собой эхо. И спокойно вышла из уборной, оставив троицу в полном оцепенении. Довольная своей шалостью, она почти бежала к кабинету английского. Шмыгнула в класс, прошла к последней парте и села рядом с Эдвардом. Он сидел, глядя в окно, с идеально прямой спиной и очень, очень красными щеками. Он крайне старательно делал вид, что не подслушивал. — Что-то случилось? — спросила Эффи с самым невинным видом. — Нет, — ответил он, не поворачиваясь. — А почему у тебя уши красные? — Просто так. Она положила голову ему на плечо и тихо засмеялась. — Ты всё слышал, да? Эдвард вздохнул. — Всё. — И про задницу тоже? Он закрыл глаза. — Эффи… — Что? — Ты невыносима. — Спасибо, я очень стараюсь. Он не ответил. Но его губы дрогнули в улыбке.