Глава 4. Экономика цыплят и три пролета боли

Миновав мост, где Марина всё же не удержалась и, издав боевой клич «Ради куриного шашлычка!», разогнала голубей Тимми (мальчик разрыдался так громко, что даже Итэру стало неловко), группа подошла к монументальным воротам Мондштадта. На посту, как и полагалось по канону, стояли двое рыцарей. Свон, как всегда, выглядел так, будто проглотил устав, а Лоуренс подпирал стену с видом человека, чей рабочий день закончился еще до его начала. — Стой! — Свон вскинул руку, но тут же осекся, разглядев Самию. — О... ученый Самия? Вы снова в городе? Самия поправила шляпу, которая за время похода сползла ей на самые брови. Её лицо не выражало ничего, кроме глубочайшего желания аннигилировать реальность. — Как видишь, Свон, — проскрипела она. — Из Спрингвейла выжили только я и мой экзистенциальный кризис. Кстати, Лоуренс, как твоя грыжа? Вижу, ты всё так же доверяешь стене больше, чем собственному позвоночнику. Лоуренс вздрогнул, выпрямился и неловко кашлянул. — Кхм, госпожа Самия... Стараюсь. Проходите, конечно. Опять ваши ассистенты выглядят так, будто их только что вытащили из желудка дракона? — Почти угадал, — Самия махнула рукой в сторону Итэра и Марины. — Тот, что похмурее — мой новый телохранитель. Та, что... яблочная — ассистентка в фазе острого бреда. Нам нужно в штаб к действующему магистру по вопросу элементальной аномалии в лесу. Она предъявила Свону свой пропуск «Почетного гостя Академии». Рыцарь кивнул и посторонился. Марина, которая до этого момента едва сдерживалась, чтобы не начать тыкать пальцем в доспехи стражников, наконец-то вступила в город. — Боже! — выдохнула она, озираясь на фонтан и каменные мостовые. — Какой запах! Это что, запах рендеринга?! Итэр, посмотри на эти текстуры кирпича! Они же выпуклые! Это тесселяция? Нет, это просто Тейват! Скорее, пошли к Джинн! Нам нужно сдать квест про дракона, пока Венти не выпил всё вино в городе и не начался ивент с Ужасом Бури! Марина рванула было в сторону лестницы, ведущей к штабу, но в этот момент тишину площади разорвал звук, подозрительно похожий на раскат грома. Гр-р-р-у-у-ум. Паймон, летевшая рядом с Итэром, внезапно завалилась на бок прямо в воздухе, обхватив свой маленький живот. — Паймон... сейчас... упадет... — простонала она. — Силы покинули Паймон! Нужно подкрепиться! Желудок Паймон требует немедленного подношения! Самия остановилась как вкопанная. Она медленно перевела взгляд с лестницы штаба на ресторан Сары «Хороший охотник», от которого доносился умопомрачительный аромат жареного мяса. — Никакой Джинн, — отрезала она. — Сначала углеводы. Если я попытаюсь подняться к штабу на пустой желудок, я умру прямо на ковре магистра, и это будет очень некрасивое дипломатическое происшествие. Садись за стол, Марина. Это не обсуждается. — Но сюжет! — Марина замахала руками. — Таймлайн не ждет! Двалин уже летает! Каждый час на счету! Самия схватила её за локоть и с удивительной для «уставшей картошки» силой усадила на деревянный стул. — Дракон — бессмертное магическое существо. Он летал тысячи лет и подождет еще полчаса. Моя поджелудочная — нет. Если ты не хочешь, чтобы я начала кусать прохожих, ты будешь сидеть здесь и жевать. Сара, приветливо улыбаясь, подошла к их столику. — Добро пожаловать! Ученый Самия, давно вас не было. Что желаете? — Три порции «Цыпленка в медовом соусе», один «Рыбацкий бутерброд» и «Медовое мясо с морковкой», — Самия вытащила свой потертый кошелек и начала демонстративно пересчитывать мору, выкладывая монетки на стол. Лицо её при этом стало еще более скорбным. — Итэр, Марина... Слушайте сюда. Это — в долг. У меня командировочные — не резиновые, Академия не оплачивает кормление «легендарных путешественников» и их летающих консервов. Итэр, ты как единственный вменяемый силовик, будешь отрабатывать. Записываю на твой счет. Итэр молча кивнул, усаживаясь напротив. Ему было неловко принимать еду от женщины, которую он подозревал во всех грехах, но запах жареной птицы был сильнее гордости. Паймон же просто пустила слюну, глядя на Сару. Когда на столе появились горы дымящегося мяса, Марина на секунду замерла, изучая меню. — Слушайте, — она ткнула вилкой в сторону кухни. — А откуда тут так много цыплят? Мы же в средневековье! Курица в это время должна быть деликатесом, редким праздничным блюдом. А у вас тут их жрут как в КФС, на каждом столе горы крылышек! Это что, недоработка лора? Самия, которая в этот момент сосредоточенно расчленяла свой бутерброд, подняла тяжелый взгляд. — Опять ты со своим «лором»... — вздохнула она. — Марина, Тейват — это не застывшая картинка. Лет пятьдесят назад здесь жила одна... альтернативно одаренная личность. Видимо, твоя предшественница по «попаданию». Ей тоже не нравилось, что еда дорогая. Она внедрила селекцию, закрытые птицефермы и систему инкубаторов на огненных слаймах. — Офигеть... — Марина с набитым ртом уставилась на Самию. — То есть тут промышленное птицеводство? — Именно, — Самия отпила чаю. — Мондштадт — это главная птицефабрика континента. Благодаря Барбатосу, который, по легенде, сдул горы и пригнал сюда теплые ветры, здесь идеальные условия. Мондштадт — основной поставщик пшеницы и птицы в Снежную. Это их главный экспортный товар наравне с вином. Ты думала, они только песнями живут? Нет, они кормят полмира. — О-о-о! — Марина восторженно закивала. — Значит, тут скоро и комбайны появятся? Ну, типа, серпами же неудобно махать... — Какие серпы? — Самия поморщилась. — Для массового сбора пшеницы в Ли Юэ и Мондштадте используют элементальные молотилки на гео-двигателях и анемо-вентиляторах. Это магия, детка. Но виноград... виноград собирают ручками. — Почему? — удивилась Марина. — Экономика, — Самия откинулась на спинку стула, временно утолив первый голод. — Чтобы машина собирала виноград и не портила лозу, ей нужно то, что в твоем мире назвали бы «компьютерным зрением». Анализ спелости каждой ягоды, мягкость захвата. В Тейвате пытались создать такие алхимические артефакты, но их обслуживание и настройка стоят дороже, чем нанять пятьдесят батраков. Дешевле заплатить человеку, чем чинить сенсоры на капризном роботе из Фонтейна. Рынок труда, Марина. Человеческий ресурс здесь — самый дешевый компонент. Марина попыталась переварить информацию вместе с куском мяса. Она попробовала «прокликать» остатки еды в интерфейсе, надеясь, что они мгновенно исчезнут, насытив её, но... пришлось реально жевать. Она подавилась морковкой, закашлялась, и Итэру пришлось несильно хлопнуть её по спине. Итэр ел молча, но его взгляд постоянно возвращался к Самии. Его мозг, отточенный тысячелетиями путешествий, фиксировал каждое слово. «Она говорит о "попаданках" как о чем-то привычном. Она знает, что мы из другого мира. Она не боится нас. Она анализирует нас как... как учебный материал. Кто она такая?» Паймон, закончив вылизывать тарелку, издала довольный вздох. — Паймон готова на подвиги! Теперь Паймон чувствует себя на десять... нет, на сто процентов сытой! Идем к Джинн! Группа поднялась из-за стола. Самия постояла секунду, собираясь с духом, и посмотрела вверх. Перед ними высилась площадь с собором, а за ней — массивная лестница к штабу Ордо Фавониус. — Три пролета, — прошептала Самия, и в её голосе было столько страдания, сколько не было в криках Двалина. — Восемьдесят четыре ступени. Суммарная потеря энергии — критическая. Почему в этом городе не изобрели лифт?! Это же город ветра! Поставьте вы платформу на анемо-тяге! — Да ладно тебе! — Марина уже скакала по первым ступеням. — Смотри, какая лестница эпичная! Сейчас там Кейя должен стоять! Или он в штабе? Ой, я так хочу посмотреть на его повязку! Она же кожаная? — Марина, — Самия остановилась на первой ступеньке, тяжело дыша. — Если ты назовешь его «Кейей» раньше, чем он представится, я скажу ему, что ты — шпион Бездны, который съел твой собственный мозг. Молчи. Изображай контузию. Это твоя единственная надежная роль. Марина прикусила язык. Страх перед «духотой» Самии и обещанием «учить глаголы» оказался сильнее желания спойлерить. На втором пролете Самия начала заметно бледнеть. Её шаги стали тяжелыми, а дыхание — прерывистым. Итэр, молча наблюдавший за её мучениями, вдруг подошел ближе и подставил ей локоть. — Опирайся, — коротко бросил он. Самия посмотрела на него с видом оскорбленного достоинства, хотела было что-то съязвить, но... реальность (и ноющая поясница) победила. Она вцепилась в его крепкую руку. — Благодарю, — процедила она. — Ты — лучший компонент этой системы, парень. На верхней площадке их уже ждала Эмбер. Она оживленно переговаривалась со стражниками у дверей штаба. Когда группа подошла, Эмбер радостно замахала рукой. — Вот они! Магистр Джинн уже ждет! Ученый Самия, проходите скорее! Самия остановилась перед огромными дубовыми дверями штаба. Она поправила мантию, смахнула невидимую пылинку с плеча Итэра и посмотрела на Марину. — Сейчас ты входишь туда, — тихо сказала она. — Садишься в угол. Смотришь в одну точку. Если спросят — киваешь. Говорить буду я. Лиза — выпускница Академии, она чует ложь как ищейка. Если мы не хотим закончить этот день в казематах за шпионаж — не открывай рот. Пошли на плаху. Итэр хмуро кивнул, сжимая рукоять меча. Марина сглотнула, внезапно почувствовав, что «геймплей» становится слишком серьезным. Самия толкнула дверь, и они вошли в прохладный, пахнущий старой бумагой и воском холл штаба Ордо Фавониус. Впереди, у стола в главном кабинете, уже виднелся строгий силуэт действующего магистра. Шоу начиналось.