Глава 17. Терапия огнем и древние пломбы

Храм Сокола встретил их запахом тысячелетней пыли и холодным, застоявшимся воздухом, который, казалось, не двигался здесь со времен падения Декарабиана. Огромные каменные плиты входа были испещрены трещинами, сквозь которые пробивались колючие лозы оскверненной растительности. Марина стояла у входа, прижимая правую руку к груди. Плечо всё еще ныло, но она старалась не подавать виду. На её поясе теперь висела тяжелая кожаная сумка, набитая стеклянными флаконами с ярко-красной жидкостью — «Пиро-гранаты» мондштадтского образца. Перед уходом Самия лично проверила каждую пробку, пригрозив, что если Марина взорвет саму себя, она «вычтет стоимость ущерба из её следующего воплощения». — Хм, — Марина оглядела первый зал с парящими в пустоте платформами. — Выглядит как типичное испытание для новичков. Ну, знаете, зайти, побить пару слаймов, попрыгать по плитам и выйти с сундуком. В Гильдии Искателей Приключений это, наверное, база? Эмбер, проверявшая тетиву лука, грустно усмехнулась. — Испытание для новичков? — Скаут покачала головой. — Только в самом предбаннике, Марина. Молодые рыцари и искатели сокровищ действительно бегают сюда «посвящаться» — дойти до первых запертых ворот и вернуться живыми, чтобы хвастаться в таверне. Но то, что дальше... Эмбер указала на светящийся красным монумент в глубине. — Эти храмы строились не как полоса препятствий. Это были святилища. Когда Барбатос уснул, а Двалин пропал, люди начали забывать старых богов. Храмы забросили. Все эти платформы, заблокированные ворота и ловушки — это не «геймплей», это древние системы безопасности. Магические контуры, призванные не пускать внутрь скверну и грабителей. Раньше жрецы проходили здесь за секунду, просто активируя нужный элемент. А для нас это смертельный лабиринт. Особенно сейчас, когда Бездна перехватила управление механизмами. Итэр молча прошел мимо них в центр зала. Его золотая коса качнулась в такт шагам. Он не участвовал в беседе. С тех пор, как они вышли из Мондштадта, он превратился в угрюмую тень самого себя. Меланхолия окутывала его как плащ: он смотрел на стены храма так, будто искал в них трещины, через которые утекла его прежняя жизнь. — Эй! — Паймон подлетела к Итэру, пытаясь заглянуть ему в лицо. — Хватит хмуриться! Мы сейчас быстренько всё разломаем и пойдем за оладушками! Эмбер, скажи ему! — Да, Путешественник! — Эмбер бодро вскинула кулак. — Мы — Ордо Фавониус, мы не боимся старых камней! Марина вздохнула. Это «болотце» — молчаливый Итэр и нервничающая она — держалось только на энтузиазме Эмбер и Паймон. Она залезла в сумку и вытащила первый Пиро-флакон. — Я тоже хочу быть полезной, — буркнула она. — Самия сказала, что если я не могу делать «пиу-пиу» руками, я должна использовать химию. Спасибо Ордо Фавониус за снабжение. Марина примерилась левой рукой — правой она почти не могла двигать. — Вон те колючки на воротах, Эмбер? Они же горят? — Горят! Но будь осторожна, это... Дзынь! Марина, не дослушав, метнула флакон. Стекляшка разбилась о лозы, и в ту же секунду зал осветила яркая вспышка. Пламя жадно вгрызлось в оскверненную зелень, расчищая путь. Марина довольно хмыкнула, чувствуя, как внутри ворочается забытое чувство контроля. «Самия была права. Инвентарь не нужен, если у тебя есть прямые руки и достаточно взрывчатки». — Ого! — Эмбер восхищенно присвистнула. — А ты меткая! И эта смесь... кажется, Тимей добавил туда концентрат пылающих цветков? Очень мощно! Дальше данж пошел «фастиком». Они двигались по коридорам как хорошо отлаженный (пусть и странный) механизм. Когда на пути вставала группа хиличурлов, Итэр просто превращался в золотую молнию. Он не сражался — он проводил зачистку. Его Анемо-вихри всасывали монстров, а Эмбер добавляла туда огненные стрелы, превращая зал в огненный миксер. Марина держалась сзади. Она чувствовала себя не героиней, а скорее сапером. Где нужно было зажечь факел на высоте — кидала флакон. Где нужно было подорвать щит митачурла — подкатывала «бомбочку» под ноги. Плечо горело от каждого замаха, зубы были сцеплены до хруста, но она молчала. Ей было стыдно ныть перед Итэром, который за всё время не издал ни звука. Они пронеслись через залы с лифтами (Марина едва не упала в шахту, но Итэр в последний момент перехватил её за шиворот, так же холодно и молча, как и всегда), миновали ловушки с огнеметами и наконец вышли к главному залу. Посреди помещения парил огромный, пульсирующий фиолетовым светом камень — элементальный монолит, оскверненный Бездной. От него во все стороны расходились черные вены энергии, уходящие в потолок. — Вот оно, — Эмбер тяжело дышала, вытирая пот со лба. — Источник силы Двалина в этом секторе. Итэр, твой выход. Нужно разрушить это ядро. Итэр подошел к монолиту. Он поднял руку, и Анемо-энергия закрутилась вокруг его ладони, очищая воздух от миазмов. Секунда — и он нанес сокрушительный удар мечом, усиленный ветром. КРА-А-АК! Камень разлетелся на тысячи осколков. Фиолетовое свечение погасло, сменившись чистым, прозрачным потоком воздуха. Марина почувствовала, как давление в ушах мгновенно упало. Храм словно выдохнул. — Фух... — Паймон обессиленно опустилась на плечо Итэру. — Сделано! Один есть, осталось два! — Пойдем отсюда, — впервые за всё время подал голос Итэр. Он даже не посмотрел на результат своей работы. — Нас ждет Капитан Кейя у Храма Волка. Марина смотрела на его спину и чувствовала, как меланхолия Итэра начинает заражать и её. В игре этот момент сопровождался радостной музыкой и получением сундука. В реальности... в реальности они просто разрушили кусок древней истории, чтобы спасти город, который наполовину лежит в руинах. — Эй, Люмин... то есть, Марина! — Эмбер подошла к ней и легонько подтолкнула локтем. — Ты молодец. Честно. Я не думала, что человек без Глаза Бога может так лихо обращаться с Пиро-смесями. Самия может тобой гордиться. — Надеюсь, — Марина вымученно улыбнулась. — Но до гордости Самии мне еще как минимум три курса лекций и пара сотен прыжков на грибе. Пошли. Пока Итэр не ушел в другой регион на автопилоте. Они вышли на свет. Солнце над Мондштадтом всё еще было затянуто дымкой, но ветер стал чище. Марина поправила сумку с флаконами. Впереди был Храм Волка и Кейя, а значит — спокойная проходка закончилась.