Часть 8. Секрет настоящего имени

Утро понедельника у всех выдалось тяжелым, но у Чайльда голова раскалывалась особенно сильно. «Чёртов виски... Клянусь, я больше никогда не открою эту бутылку», —злился он на самого себя, опускаясь в рабочее кресло. Массируя виски пальцами, мужчина пытался прийти в себя и сосредоточиться на делах, как вдруг тишину кабинета нарушил звук открывающейся двери. Люмин вошла почти бесшумно, буквально на ходу клюя носом от сонливости. Она искренне надеялась, что начальник ещё не пришел и не заметил её опоздания — и уж тем более того, что она ещё не принесла ему утренний кофе. Но стоило мужчине повернуться, как девушка замерла, словно ребенок, которого поймали за ночной прогулкой. — Блин... — едва слышно сорвалось с её губ. От такого «приветствия» Чайльд не выдержал и с его губ сорвался смешок. — Ну и чего мы опаздываем и спим на ходу? — спросил он с ироничной ухмылкой. На удивление, в его голосе не было привычной строгости. Напротив, тон звучал на редкость тепло и даже заботливо. — Мы с друзьями поздно вчера вернулись с природы, извините, пожалуйста, — вяло оправдывалась блондинка, ставя стакан на стол. — Хорошо провели время? — поинтересовался он, делая глоток. То ли из-за похмелья, то ли из-за остатков вчерашнего воображения, он говорил с ней так, будто они были старыми друзьями, а не начальником и подчиненной. — Неплохо... — с легкой улыбкой отозвалась Люмин, вспоминая забавные выходки друзей. — Ясно. Тогда съезди в прачечную, забери юбки для съёмки, а когда вернешься — сразу ко мне. Нужно подтвердить летний бал: гостей, дресс-код, оформление... и всякое такое, — лениво проговорил Чайльд и прикрыл глаза.Кивнув, девушка покинула кабинет. «Так... Вещи, прачечная, юбки... Летний бал! Летний бал?!» — бубнила она себе под нос, стараясь не заснуть и ничего не забыть. Но стоило осознать последнее, как сон мгновенно улетучился. «Это же тот самый бал! Мечта каждого, кто хоть немного связан с миром моды! Боже, если я теперь ассистентка... Может, мне хотя бы позволят одним глазком взглянуть на всё это вживую?!» Вдохновленная этой мыслью, Люмин буквально летела по утреннему Нью-Йорку. На её лице сияла лучезарная, даже немного глупая улыбка, которая не сходила с неё до самого конца похода за вещами. Бабулька в прачечной, отдававшая ей заказ, даже засомневалась в её адекватности. Но мысли девушки крутились лишь вокруг бала. Её фантазия уже рисовала величественные залы, роскошные декорации, блеск нарядов, живую музыку и аромат дорогого шампанского.Витая в облаках, она не заметила, как вернулась в офис, пока её не приземлил резкий голос Сандроне. — Эй! Ты что, пьяная решила на работу явиться? Чего это у тебя улыбка до ушей, как будто ты завтра увольняешься? — язвительно осведомилась старшая ассистентка. — Опять у тебя всё к увольнению! Я вообще думаю о летнем бале... Там же, наверное, невероятно красиво! Точно! Сандроне, ты ведь наверняка там бывала? Расскажи, как там всё? — мечтательно заахала блондинка. — Не обольщайся, — оборвала её Сандроне. — Когда я была младшей ассистенткой, мне разрешали заходить в зал только до начала банкета, чтобы помочь с оформлением. Так что готовься: твоя роль — «принеси-подай». Она вернулась к монитору, увлеченно застучав по клавишам, но добавила, изогнув бровь: — Но вообще... да, там очень красиво и всегда весело... На удивление... — Ну, чего стоишь как вкопанная? Бегом работать! А то, как обычно, Сандроне пашет больше всех, а в итоге остается в накладе! Буркнув что-то в ответ (кажется, передразнивая коллегу), Люмин бросилась выполнять поручение, едва не получив в спину чем-нибудь из канцелярии от уже красной Сандроне. — Спасаешься бегством? — раздался спокойный голос. Люмин обернулась и увидела Чайльда, который развернулся в своем кресле, наблюдая за её суетой. — Ага! — она подошла ближе к его столу, поймав в его взгляде игривые нотки. — А вы, я смотрю, сегодня хахнуть изволите? — Пятёрка тебе за проницательность, — усмехнулся мужчина, слегка приподнявшись и махнув рукой. — Так, ладно. Мне нужно, чтобы ты сейчас помогла мне собрала воедино всё: список гостей, дресс-код и всех, кто должен присутствовать на балу. Он принялся перелистывать бумаги, погружаясь в рабочую рутину. Но любопытство Люмин, которое она так тщетно пыталась подавить, в итоге взяло верх. — Чайльд, извините... а можно задать вам вопрос по поводу бала? — вдруг выпалила она. Мужчина оторвался от записей и поднял на неё взгляд. — М-м, ну давай, спрашивай. — А я... я смогу посмотреть, как будет обставлен зал, хотя бы до прихода гостей? — девушка затаила дыхание, а её брови невольно взлетели вверх в надежде на положительный ответ. Чайльд театрально откинулся в кресле, изображая глубокое разочарование. — Так, то есть ты надеешься «свинтить» с бала? И думаешь, что не будешь сопровождать меня? Как грубо с твоей стороны, Люмин! Он подарил ей такую реакцию, которую она никак не ожидала. На мгновение девушка замерла в шоке, не веря своим ушам, но уже через секунду её лицо озарила та самая лучезарная улыбка, которая не сходила с неё с самого утра. — Правда?! То есть я действительно смогу побывать на одном из самых грандиозных событий в мире моды?! Вы не шутите?! — воскликнула она, невольно подавшись корпусом к его столу. — Приятно, что ты так высоко это ценишь Он чуть развернулся в кресле, глядя на неё с любопытством. — Кстати, раз уж ты задала вопрос, не относящийся к делу, могу ли я спросить в ответ? — А? Ну... конечно, давайте, — Люмин пожала плечами, не ожидая подобного поворота. — Люмин, а почему ты решила пойти в ассистентки? Судя по резюме, ты больше про творчество. Ты столько статей писала для студенческой газеты, потом работала в нескольких изданиях... И статьи твои были совсем не заурядными. Я прочел... парочку. Он внимательно устремил на неё взгляд, словно пытаясь считать её мимику. Ему хотелось прощупать почву и понять, что она чувствует сейчас, когда их общение стало таким простым и непринужденным, будто они вовсе не в стенах офиса. Вопрос застал Люмин врасплох. — Ну... просто чтобы мои тексты наконец кто-то заметил и начал читать, нужно пробиться в крупные издательства, — честно ответила она. — А если бы вы написали мне хорошую рекомендацию, меня бы точно взяли... В какой-то момент ей стало неловко: ответ прозвучал слишком прагматично, и, возможно, стоило бы приукрасить действительность. Но почему-то врать Чайльду ей не хотелось. Аякс слегка улыбнулся, на мгновение задумавшись и глядя куда-то вдаль. Он искренне признателен ей за эту честность. Спустя секунду он снова вернул взгляд к девушке. — А если бы ты сейчас работала в издательстве, о чем бы ты писала? — Ну, в последнее время меня очень интересует теория цвета: как оттенки влияют на восприятие человека окружающими. Или цикличность моды... Почему людей так цепляет то, что было популярно десятилетия назад? — заговорила она, и её лицо снова осветилось восторгом. Было видно, что эти темы по-настоящему зажигают её изнутри. Аякс слушал её предельно внимательно, фиксируя в памяти каждую мелочь. Но одновременно с этим его глаза изучали её саму: каждую линию лица, каждую родинку. Он ловил то, как она мило облизывает губы, прежде чем произнести новую мысль, и то, как её медовые глаза мечтательно устремляются в сторону, когда она представляет свои идеи. — Вот как... — Аякс глубоко рассмеялся, когда девушка закончила свой рассказ. — У меня такого рвения к статьям не было даже в начале карьеры, когда всё казалось в новинку и хотелось попробовать всё и сразу. Я, честно говоря, всегда работал только ради того, чтобы прокормить семью. — Ого, а она у тебя большая? — спросила она. — Брат и сестра, — мужчина слегка помрачнел. — Сейчас они учатся в платном пансионате. Я стараюсь навещать их почаще, но, к сожалению, получается не всегда. — А... родители?.. — Погибли в автокатастрофе, когда мне было тринадцать. Сразу после школы я начал работать на двух работах, чтобы хоть как-то сводить концы с концами. Но нам повезло: Перруэр тогда приютила нас. Сказав это, Аякс погрузился в раздумья. Воспоминания унесли его в те тяжёлые времена, но, несмотря на горечь прошлого, на его губах заиграла тёплая, едва заметная ухмылка. Это был дождливый ноябрьский вечер. Девушка лет двадцати пяти вошла в первую попавшуюся кофейню, чтобы укрыться от ливня. Устроившись за столиком у окна, она стала ждать официанта, когда к ней подошёл совсем юный парень — на вид ему было не больше тринадцати-четырнадцати. Стоило ей поднять взгляд на юношу, как выражение её лица изменилось. — Что будете заказывать? — тихо спросил мальчик. — А что ты мог бы мне порекомендовать, милый? — с мягкой теплотой посмотрела на него девушка. — Прошу прощения, но, честно говоря, я не пробовал ничего из меню и не могу подсказать, — растерянно произнёс юноша. — Ну хорошо, тогда я возьму два горячих шоколада и два эклера. Записав заказ, мальчик скрылся в глубине зала. Через пару минут он вернулся и, поставив поднос на стол, уже собирался уйти, как вдруг девушка предложила составить ей компанию. — Прошу, присядь рядом. Мне будет слишком скучно есть одной. В кафе всё равно больше никого нет, а я угощаю. Немного поколебавшись, мальчик всё же сел — чувство голода в итоге пересилило правила приличия. Девушка лишь тепло улыбалась, наблюдая, с какой охотой юноша ест. Она не задавала вопросов, которые могли бы задеть больное; они говорили на отвлечённые темы, и мальчик с явным энтузиазмом делился своими идеями и историями, а она лишь внимательно и искренне слушала. Закончив трапезу, девушка поблагодарила официанта за компанию и направилась к кассе, чтобы рассчитаться. — Извините, — обратилась она к работнице за стойкой, — вы не подскажете, почему этот мальчик работает здесь в таком раннем возрасте? Девушка за кассой сочувственно поджала губы. — У него родители погибли, а на руках остались маленькая сестричка и новорождённый брат. Вот он и вертится как белка в колесе, чтобы их прокормить. — Вот как... — девушка на мгновение замолчала, осмысливая услышанное. — Тогда, пожалуйста, передайте ему эти деньги и скажите, что это чаевые. Она протянула крупную купюру. «Наконец-то я смогу купить большой пакет продуктов! И, может быть, даже конфеты для Тони, она так на них смотрит...» — эта мысль вспыхнула в голове Аякса, едва он получил деньги. Вернувшись домой, он выложил на стол большой белый пакет. Хлеб, молоко, яйца, сахар, крупы... И в самом конце — маленький кулёк конфет. Казалось бы, обычный набор, но в этом доме такие покупки случались нечасто. Маленькая Тоня звонко вскрикнула от радости, увидев разноцветные обёртки. — Братик, спасибо! Я тебя так люблю! — она с разбегу накинулась на него с объятиями. Вдруг раздался звонок в дверь. Дети осторожно подошли к порогу, прекрасно помня наставления родителей: не открывать дверь незнакомцам. Но когда Аякс взглянул в глазок, его лицо резко преобразилось. За дверью стояла та самая девушка, которая накормила его в кафе и благодаря которой на их кухне сегодня стоял пакет с продуктами. Пока он тянулся к замку, Тоня прервала его: — Эй! Ты чего? Нельзя открывать дверь незнакомым! — по-детски возмутилась она. — Не волнуйся, — с улыбкой заверил её Аякс. — Эту девушку я знаю. Она не сделает ничего плохого. Когда дверь открылась, перед детьми стояла красивая девушка, сжимавшая в руках два огромных пакета с продуктами. Мягко улыбнувшись, она присела на корточки, чтобы оказаться с ними на одном уровне. — Здравствуйте! Знаете, сегодня один зайчик попросил передать вам всякие вкусности, — с весёлым смехом сказала она. — Так что держите, только распишитесь! Тоня с недоверием выглядывала из-за спины брата. Но когда через пару минут она убедилась, что незнакомка не представляет никакой угрозы, девочка помахала ей рукой. — Меня зовут Тоня, а тебя? — спросила малютка. — Перруэр. Давай дружить? — с детской искренностью предложила она. — Давай! — звонко вскрикнула девочка. С тех самых пор Перруэр стала для нас кем-то вроде мамы. Именно поэтому я отношусь к ней с таким глубоким уважением. Она не просто вырастила нас, она буквально поставила нас на ноги. По правде говоря, если бы не она, я бы, возможно, и вовсе не выжил, не говоря уже о том, что сижу сейчас здесь. Именно благодаря ей мы переехали в штаты. Конечно, поначалу и здесь было непросто, но я бесконечно благодарен ей за то, что она не позволила мне сдаться.Перруэр удивительно добрая. Ты видела её ассистентов в ресторане? Лини и Линнет. Она тоже вырастила и их, но уже здесь. Теперь они её верные тени, готовые прийти по первому зову. Кроме того, у неё есть собственный приют. Не знаю, откуда в ней такая безграничная любовь к детям, но, кажется, она сама когда-то выросла в детском доме, и это оставило след в её сердце. Мужчина, казалось, уже закончил свой рассказ, но вдруг добавил: — Кстати, ты недавно спрашивала про псевдонимы. На самом деле меня зовут Аякс. Можешь иногда называть меня так. Он посмотрел на неё с обезоруживающей искренностью. — Ого... Вот как... — Люмин на мгновение замолчала. — Мне очень жаль, Аякс, что тебе пришлось через такое пройти. — Не стоит, я уже давно смирился, — отмахнулся он. — Аякс... — будто смакуя каждую букву, повторила она. — Красивое имя. А что оно означает? — Орел. — Ого, тогда оно тебе очень подходит, — тепло улыбнулась Люмин. — Спасибо, — мужчина глубоко и искренне рассмеялся, а затем чуть тише добавил: — А можно я буду звать тебя Люми? Хотя бы иногда? Услышав сокращение своего имени, которым её обычно называли лишь самые близкие — брат и старые друзья, — девушка почувствовала, как к щекам прилил жар. Ей показалось, что их имена стали негласным знаком их сближения, переходом на новый, более доверительный уровень. — Конечно, — мягко кивнула она, не в силах сдержать улыбку. — Спасибо. Что ж, Люми, пора возвращаться к делам. Нужно всё-таки начать подготовку к балу, — произн ёс Аякс. Он вернулся в рабочее состояние и вновь принялся сосредоточенно просматривать бумаги и записи.