16. Перед экзаменом

      Если бы Зеррин спросили, как проходили оставшиеся дни перед экзаменом, она бы не сразу нашлась с ответом. Это время запомнилось ей трясущимися руками, повторением огромного объёма учебных материалов и… И постоянной заботой Демира. Зеррин была из тех людей, которые погружались в учёбу с головой, и совершенно забывали об окружающем мире, особенно, когда готовились к экзаменам и волновались из-за них. Зеррин могла проснуться ранним утром и засесть за учебниками до вечера, не поднимая головы и забывая поесть. Нет, она понимала, что подобная одержимость могла навредить и ей, и ребёнку, что рос в её утробе, но ничего не могла с собой поделать. Избавится от синдрома отличницы у неё не получалось, как бы она не старалась. К тому же ей ужасно хотелось, чтобы её хоть на какое-то время запомнили, как прилежную студентку, а не как ту, что выскочила замуж на третьем курсе и тут же забеременела. Зеррин в отчаянии закусывала губы, представляя какие слухи будут о ней ходить после того, как она уйдёт в академический отпуск ближе к зиме, когда её интересное положение уже не возможно будет скрывать. Пару раз она даже плакала по своим утраченным мечтам и амбициям, а потом долго гладила плоский пока ещё живот и извинялась перед малышом.       Во всём этом круговороте самобичевания и лихорадочного повторения экзаменационных материалов, муж внезапно оказался для неё спасением. Он врывался в библиотеку подобно свежему морскому ветру в любой момент дня и, не слушая возмущений Зеррин, утаскивал её на прогулки, обеды и ужины.       — Тебе что, нечем заняться? — восклицала она, в очередной раз оказываясь на пассажирском сидении его машины. — Ты вообще работаешь?! Или просто делаешь вид?       — Конечно работаю, keçe! — Деланно обижался Демир и тут же подмигивал ей: — В конце концов, нас ждём прибавление в семействе, а дети в нынешние времена – дорогое удовольствие. Но есть такой чудесный термин: work/life balance. Слышала о таком?       Зеррин недовольно фыркала и тут же говорила ему, что вернёт всё до последнего куруша из тех денег, что будут потрачены на её ребёнка. Демир смеялся и терпеливо объяснял ей, что не хотел её оскорбить, и если Зеррин не хочет обидеть его, то ей не стоит поднимать больше вопрос денег, которые потребуются ей и ИХ ребёнку. У Зеррин при фразе «их ребёнок» тут же теплело на душе, но она никогда в жизни не призналась бы в этом ни одному живому существу. Особенно - Демиру. Так их очередные препирательства сходили на нет и они вполне приятно проводили время, исследуя новые уголки Мидьята и соседних селений, не забывая при этом вкусно и разнообразно кушать, на чём сильно настаивал Демир. Зеррин и тут спешила вставить свои едкие комментарии о том, что такими темпами к концу беременности она станет весить, как слон, а Демир шутливо успокаивал её тем, что хорошего человека должно быть много. Зеррин лишь хмурилась, но есть продолжала – в последнее время у неё открылся просто зверский аппетит.       В общем, Зеррин не знала, как она пережила бы этот период своей жизни без постоянной поддержки Демира. Она была благодарна ему за это, но не спешила выражать свою благодарность словесно. Ей почему-то казалось, что стоит заговорить об этом, как магия момента пропадёт и добрый, заботливый Демир исчезнет, а его место займёт холодный и расчетливый Байбарс, который женился на ней ради мести.       Последний день перед экзаменом оказался самым тяжёлым. Зеррин заперлась в библиотеке с самого утра и отказывалась выходить, повторяя материал по десятому кругу. Демир пару раз пытался получить доступ в комнату, но всякий раз, слыша звенящий от напряжения голос Зеррин, просящий его уйти, отступал, чтобы не заставлять её нервничать ещё больше. Сегодня он никуда не поехал и весь день провёл у дверей библиотеки, переживая из-за жены и проклиная её ослиное упрямство. Когда вечером она так и не вышла к ужину, терпению Демира пришёл конец. Он попросил Зехру найти запасной ключ от двери библиотеки и, когда служанка принесла его, направился к Зеррин. Замок открылся с лёгким щелчком и Демир уверенно вошёл в комнату, наблюдая, как Зеррин поднимается ему на встречу. Она была бледна. Под её глазами залегли тёмные тени, а напряжённое лицо девушки так и кричало об усталости.       — Демир? Что ты тут делаешь? Как ты вошёл? — Нервно спросила она, глядя на него с упрёком.       — Пришёл забрать женушку на ужин, — шутливо улыбнулся Демир, демонстрируя ей ключ. — Отложи учебники и пойдём.       Зеррин скривилась и не сдвинулась с места.       — Кажется я говорила, что у меня завтра экзамен? — Холодно поинтересовалась она. — Я буду готовиться всю ночь. Ужинайте без меня.       — Нет, Зеррин. — Демир подошёл к письменному столу и, оперевшись на него руками, наклонился к девушке. — Ты закончишь подготовку прямо сейчас и пойдёшь со мной. Ты сделала достаточно.       — Откуда ты знаешь: достаточно или нет?! — Воскликнула Зеррин. Её нервы были на пределе. Она жутко боялась завтрашней проверки её знаний. Боялась, что не сдаст и опозорится перед преподавателем и однокурсниками. — Пожалуйста, не мешай мне, Демир! Я чувствую, что провалюсь и что мне нужно подготовится лучше!       Демир опустил голову и тяжело выдохнул. Затем он обошёл стол и взял Зеррин за руки. Она не стала вырываться. Ладони девушки оказались ледяными и слегка дрожали.       — Keçe… — Нежно протянул Демир, глядя ей в глаза. — Ты заучила все вопросы наизусть. Ты сдашь этот экзамен, даже не сомневайся в этом. А теперь, пожалуйста, подумай о себе и о малыше. Ты истощена, тебе нужно отдохнуть. Не причиняй вреда ни себе, ни ребёнку. Прошу тебя.       Его искренний, молящий тон пробрал её до мурашек. Зеррин, стоявшая до этого прямо, расправив плечи так, будто готовилась пережить бурю, вдруг обмякла и ссутулилась.       — Ты прав. — Прошептала она, опустив взгляд. В её голосе послышались подступающие слёзы. — Я – плохая мать. Совсем забыла о малыше с этой учёбой.       Внезапно Демир мягко потянул её к себе и заключил в объятия. Она замерла, уткнувшись носом в его грудь и вдыхая тонкий аромат его парфюма.       — Ты будешь отличной мамой, Зеррин! Не смей думать иначе! Ты просто перенервничала, устала и запуталась. Тебе нужно отдохнуть. — Демир аккуратно гладил её по волосам. Его голос звучал так уверенно и спокойно, что пузырь напряжения и страха где-то в груди Зеррин лопнул и она, наконец, смогла расслабиться. Она сделала глубокий вдох и прижалась лбом к груди Демира.       — Спасибо. — Едва слышно произнесла она и почувствовала, что он улыбается.       Демир не стал ничего отвечать. Просто прижал её к себе покрепче.       — Ну что ж, главная госпожа Байбарс, согласны прогуляться? — C хитрой улыбкой спросил, немного отодвинувшись от жены.       Зеррин лишь коротко кивнула, растирая лицо ладонями.       Полчаса спустя он привёз её на смотровую площадку, откуда открывался великолепный вид на город, который тонул в алых лучах закатного солнца. Зеррин вышла из машины и застыла, любуясь красотой родных мест. Демир возился в машине за её спиной, доставая корзинку, которую забрал у Зехры, прежде чем они отправились в путь.       — Нравится? — Спросил он через некоторое время, подходя к ней. Зеррин отвлеклась от великолепного вида и улыбнулась Демиру.       — Да. Выглядит восхитительно! — С искренним восторгом поделилась она.       Демир хмыкнул.       — Тогда взгляни на это. — Он показал рукой в сторону автомобиля. Зеррин развернулась в указанном направлении и ахнула. На капотe машины был постелен тонкий плед, посреди которого стояла корзинка. Рядом лежали донеры-кебабы и контейнеры с овощными салатами и сладостями.       — Ты устроил нам пикник? — удивлённо спросила Зеррин, чувствуя, как её настроение стремительно поднимается. Она вспомнила, как дома у мамы, во время ужина, упоминала, что ей давно хочется съездить на пикник.       — Ага. Пойдём, иначе ещё немного и всё окажется на земле. Капот моей машины не слишком приспособлен для пикников. — Cказал Демир, направляясь к автомобилю.       Зеррин послушно последовала за ним.       — Будем есть стоя? Или, может сядем в машину? — Уточнила она, когда он протянул ей её порцию кебаба.       — У меня есть идея получше! —Убедившись, что она крепко держит в руках еду, Демир подхватил её за талию и усадил на капот. На пару мгновений он стоял неподвижно непозволительно близко от неё. Его взгляд пару раз опускался от её глаз к её губам и сердце Зеррин лихорадочно забилось. Демир испытующе посмотрел на её лицо, потом медленно заправил прядь волос за ухо Зеррин. Его шершавые пальцы при этом коснулись нежной кожи щеки девушки и будто оставили на ней огненный след. У Зеррин перехватило дыхание. Она чувствовала, что начинает краснеть. Демир резко отодвинулся и прочистил горло. Он сел по другую сторону от корзинки и на его лице заиграла слабая улыбка.       — Приятного аппетита, Зеррин.       — Спасибо и тебе тоже. — Зеррин была удивлена, что голос слушается её.       Они приступили к еде, сгорая от неловкости. Впрочем, тишина и смущение не продержались слишком долго: Демир сумел в очередной раз вовлечь её в шуточную перепалку, за что едва не получил яблоком по лбу. Зеррин окончательно расслабилась и забыла о всех своих переживаниях по поводу экзамена. Уверенность Демира передалась ей и она успокоилась, снова поверив, что ей под силу справиться с чем угодно. После сытной еды и поддразнивающих разговоров Демира на обратном пути Зеррин провалилась в приятный сон. Он был не слишком глубоким: девушка поняла, что они добрались домой, но не подала виду, не желая прерывать мимолётные моменты спокойствия. Демир пару раз коснулся её плеча, стараясь разбудить, но потом, когда она не стала реагировать, оставил свои попытки, и аккуратно извлёк её из машины. Он взял девушку на руки. Зеррин положила голову ему на плечо и едва заметно улыбнулась, слушая учащённое сердцебиение мужа. Она чувствовала себя счастливой и защищённой. И когда он, мягко уложив её на кровать, хотел уйти, Зеррин перехватила его руку и умоляюще посмотрела сонным взглядом:       — Не оставляй меня.       И он не оставил. Лёг рядом, укрыл её одеялом, а когда Зеррин легла поближе, положив ладонь ему на грудь, не стал отодвигаться. Демир просто накрыл её ладонь своей рукой и на мгновение нежно сжал её тонкие пальцы.       Зеррин знала, что пожалеет об этом утром, но ничего не могла с собой поделать. Впервые за две недели подготовки к экзамену она перестала переживать абсолютно обо всём. И Демир был тому причиной.