Двенадцать минут

Лукас открыл дверь и сразу понял: дома пусто. Настоящее, звенящее «пусто» — не просто когда кто-то ушёл, а когда воздух ещё хранит тепло человека, но уже не дышит им. Он повесил куртку, поставил бутылку минеральной и шоколадку на стол. Молча. Без всякой надежды, что сейчас откроется дверь, раздастся голос, запах духов. Ничего не произошло. Кухня казалась слишком просторной. Квартира — слишком чужой. Он заварил себе травяной чай. Без сахара, как Юсте. Отпил глоток — горьковато, с оттенком лимонной мяты. Тепло растеклось по горлу, но не по сердцу и сел. Листал старые записи выступлений. Где-то кривился, где-то замирал. Останавливал видео, перематывал, делал пометки на телефоне. Иногда просто смотрел в экран, не включая ничего. В голове крутилось: о чём она сейчас думает? Он представлял Юсте: как сидит в баре, смеётся, сжимает бокал в руках. Может быть, волнуется — рассказывать ли друзьям. Может быть, вообще не говорит о нём. И это тоже было нормально. Наверное. Он проверил телефон. Ноль уведомлений. Даже не «прочитано». Просто — ничего. Он провёл пальцем по экрану. Бесполезно. В 23:20 он сдался. Написал: «Моя личность раскрыта? Твоя личность довольна?» И положил телефон экраном вниз. Он ещё долго сидел, потом улёгся на диван, смотрел в потолок и думал о том, что если бы он сейчас вышел на улицу — то, может быть, где-то бы услышал её смех. А может, нет. И это пугало. ____ А в это время на другой стороне города... — Юсте, а как поучаствовать в этом квесте? Голос выбился из общего гула. Мужской. Легкий. Весёлый. Юсте обернулась и на секунду потеряла опору под ногами. — Ого. Вот это поворот, — выдохнула она. Перед ней стоял Аланас — в расстёгнутой куртке, с той самой полуусталой, полуироничной улыбкой, с которой он обычно и был. Он держал в руке стакан с чем-то тёмным и явно уже отрепетировал эту фразу. Или нет. — Привет, — она улыбнулась, одновременно и удивлённая, и пьяная, и чуть-чуть испуганная. — Прости, но если ты сейчас не убежишь, то, возможно, пострадаешь от атаки фанатки. Он чуть склонил голову, взгляд скользнул за её плечо. — Стой, стой! — он поднял руки. — Не убегаем. Давай так: я повернусь, а ты сделаешь вид, что просто высматриваешь новую... эм... жертву твоих сигаретных авантюр? Он развернулся спиной к Углите, как будто это была не улица, а театр с декорациями. Юсте прыснула от смеха. — Ты дурак. Но умный дурак. Спасибо. — Тааак, — протянул он, не оборачиваясь, — почему мы прячемся? — Я тут с друзьями. С Паланги ещё. Углите... фанатеет по вам. Ну по Katarsis. Никто не знает, что я... ну, ты понял. — Она немного понизила голос. — Про Лукаса. Я пока не готова, чтобы... это стало общим столом. Понимаешь? Аланас чуть кивнул. Медленно, молча. — Понимаю. Йокубас кстати со мной. Он сейчас где-то там, нюхает пасту и говорит, что это духовная практика. Так что нас может заметить любой. Особенно фанаты. — А ещё ты. Тоже фанат. Самого себя, — хмыкнула Юсте. Он усмехнулся, не отрицая. — Это... так мило. Тихое, пьяное шпионство. Как думаешь, Юсте, мы когда-нибудь увидимся в трезвом виде? — Не будь идиотом, — она засмеялась, хлопнула его по плечу. — До скорого, мой пьяный друг. И, будто по команде, развернулась, растворяясь обратно в толпе. Её волосы мелькнули в свете уличной лампы. Аланас остался стоять. Просто смотрел ей вслед. Как на солнечный зайчик, что промелькнул по стене и исчез. — Эй, чувак, — голос Йокубаса вывел его из ступора. — Это кто был? — Эм... — Аланас запнулся. — Просто знакомая. — Новая подружка? — Йокубас ухмыльнулся. — Я её запомнил. Если потом вдруг увижу сторис с ней — скажу, что видел момент зарождения любви. Прямо вживую. Рядом. Свидетель. Аланас выдохнул. Улыбнулся, как мог. — Нет, дружище. Это просто знакомая, — повторил он и отвёл взгляд. Они стояли немного в стороне, но отлично видели всё, что происходило: Аста снова утащила Мариуса танцевать, теперь под аккордеон. Углите, с телефоном в руке, смеялась до слёз, снимая очередной кадр, выкрикивая: «Скажи я больше никогда не вернусь в Палангу!» Юсте, смеющаяся, светящаяся, вдруг обняла Углите, потом — кого-то ещё. В её движениях была свобода, которой она не позволяла себе давно. Какая-то настоящая Юсте. Как огонь, но без обжига. Аланас смотрел. И всё, что мог думать — это то, как странно устроено чувство времени. Вроде бы только познакомились недавно, вроде бы почти не говорили. А внутри — что-то отозвалось. Чужое счастье вдруг стало своим. И чуть-чуть больно. — Эй, — сказал Йокубас. — Пойдём обратно. Тут холодно. Ты что-то совсем... — Да, — быстро отозвался Аланас. — Пошли. Но перед тем как сделать шаг, он бросил последний взгляд. Юсте кружилась под джаз, её волосы развевались, а смех был громче музыки. И он подумал: «Чёрт. Она сияет». (с днем мемов :)) Ребята веселились Мариус, как рыцарь несуразного троеборья, раскинул руки, ловя за талию Асту и Углите, а потом и Юсте подхватил как-то плечом. У него почти получилось удержать всех троих, хотя Аста шла в другую сторону, Углите уже хихикала и спотыкалась, а Юсте просто смеялась, будто в животе у неё включили вибрацию. — За бар, мои прелестные ведьмы! Настойки зовут нас! — возгласил Мариус и гордо повёл отряд. Бармен уже знал их в лицо и без слов налил сет ярких, как маркеры, стопок. Углите успела махнуть пальцем в камеру — записывала, конечно. У неё на телефоне хранилась коллекция видео, которую можно было смотреть только в состоянии аффекта — обычно сильного алкогольного. — Смотрите, смотрите! — Аста ткнула в экран. — Это я кошка-охотница, когда схватила Мариуса. Просто глянь! Я вцепилась. — Ты - точно кошка, — хохотнула Юсте. — А я как попрошайка. Меня камера ловит то с одним, то с другим. Я как сигаретный ритуал — подойди, дай, и будь свободен. Аста прыснула в стопку и закашлялась. Углите сделала зум на экране: — Смотрите! Юсте! Тут этот тип... ну чисто Аланас из Katarsis. Вылитый! Мариус фыркнул: — Ты уже совсем с ума сошла по этим Katarsis. Там все на одно лицо. Типичные музыкальные мужички. Крутые, спору нет, кайфовые - да, но они же одинаковые. Буквально! — У него даже, наверняка, кристалла нет! — добавила Аста и притворно скорчила лицо, будто отвращение до физического уровня. Юсте только улыбнулась. Внутри — ледяной укол. Она надеялась, что никто не узнает. Надеялась сильно. Но дальше — снова приколы. Аста исчезла с Мариусом, обняв его за плечи и утащив за какую-то колонну. Углите осталась с Юсте, шаталась, как марионетка на ниточке. — Всё, милая, домойки. Адрес тот же? — спросила Юсте и сама едва не завалилась на Углите. — Секунду, — Юсте махнула такси, придерживая подругу. Углите что-то бормотала, уже почти спала, уткнувшись лбом в её плечо. И тут — как призрак из джаза — снова возник Аланас. — Давай помогу. — Он молча перехватил Углите за плечи и усадил её в такси так бережно, будто она была хрустальной вазой. — Знала бы Углите, кто её сейчас отправляет домой... — Юсте засмеялась. — Умерла бы на месте. Завтра расскажет, что ей снился сон. — И... ты ей ничего не скажешь? — Обязательно расскажу. Но не сейчас. — Её голос дрогнул от усталости и пьяной нежности. Она уже была очень пьяна. Очень. И тут — Йокубас. Своевременно, как всегда. — Ну привет, привет! — протянул он, подходя с широкой улыбкой. — Так, я что-то пропустил, а это у нас... Юсте и Аланас на секунду застыли. — Это... — начал Аланас, потом замолчал. Посмотерл на Юсте которая тоже понятия не имела как себя представить и как представить Углите и что вообще объяснить. — Моя… подруга. — сказала Юсте. — Знакомая. - она надеялась что можно все скинуть на Углите. — Ага, — кивнул Йокубас, с подозрением посмотрев на обоих. — Вы такие… знакомые-знакомые. Ну, ладно. Я просто познакомиться хотел. А то что-то вас тут много, и вы все как туман. — Да не, круто. — Аланас попытался отшутиться. — Мы как квест на выживание: пройди всех, найди Юсте. — О, тогда я провалил миссию. — Йокубас рассмеялся. — Юсте, значит... Ну, приятно познакомиться, Юсте. Пошли, чувак. Там ребята уже ушли вперёд, я не хочу опять искать вас по городу. Аланас помедлил, глядя на Юсте, потом кивнул. — Ладно. Увидимся. — Пока, — сказала Юсте, и им обоим стало чуть-чуть легче в груди. Оставшись одна, Юсте почувствовала лёгкую вибрацию в висках. Город вдруг стал размазанным, неон потёк, ноги ватные. Она закрутилась в ботинках и пошла искать Мариуса и Асту — как будто начинался новый квест. Прошла вдоль бара, завернула за угол, приподнялась на цыпочках — и вот. Нашла. Аста и Мариус, конечно, сосались. Как всегда. Их школьная традиция, которую не победили ни годы, ни ссоры, ни даже новые партнёры. Каждый раз, как напьются — как школьники. Поцелуи в такт музыке, под смех и свет фонарей. — Я знала, что вас найду, — сказала Юсте, плюхаясь рядом. — И что вы снова этим занимаетесь. — Это наш способ терапии, — буркнул Мариус, отрываясь. — Поцелуй на случай конца света. — С вас поцелуй и мне, — хохотнула она, и вся троица в голос, смеялась. Юсте вдруг отдала телефон Мариусу: — Держи. Я пошла искать уборную, а его оставлю у тебя, а то потеряю всё. — Без понятия, где она, но удачи, — сказал он. Она ушла. Минут десять, пятнадцать. Время текло, как мед. Асту уже клонило в бок, она сидела, обняв колени. — Где она? — Придёт. Прошло ещё десять. А потом ещё. Мариус посмотрел на телефон. 4 непрочитанных сообщения. 6 пропущенных. От какого-то Лукаса. И входящий. — О! Это её ухажёр? — заныла Аста. — Надо брать. Пусть он ищет Юсте. Новое приключение. Мариус вздохнул. Поднял трубку. — Юсте! Ну слава богу, ты чего? Ты где? Всё хорошо? Просто ты не отвечаешь, я реально переживаю... Всё нормально? Когда домой? — Э… кх... привет, мистер Лукас. Видимо… парень Юсте? — с максимально серьёзной миной сказал он, хотя его голос был явно пьян, слова растекались, как водка по стеклу. Молчание. На том конце кто-то замер. И всё, что слышно — дыхание... ___ Время приближалось к двум ночи. Лукас сидел на диване, уставившись в потухший экран телефона. Четыре сообщения, три пропущенных вызова. И ни единого ответа от Юсте. Он пробормотал: — Ну она веселится… Она вообще телефоном почти не пользуется… Пауза. — …А вдруг что-то случилось? Он вскочил, начал ходить по комнате. — Это же Юсте. Что с ней может случиться? С ней всегда всё в порядке. Она… Он не договорил. Позвонил ещё раз. Гудки. Один. Второй. И вдруг — ответ. — Юсте! Юсте! Ты где? Всё хорошо? Просто ты не отвечаешь, я реально переживаю... Всё нормально? Когда домой? Но вместо её голоса — мужской. Хриплый, пьяный, слишком спокойный: — Э… кх... привет, мистер Лукас. Видимо… парень Юсте? Лукас замер. На секунду. Две. А потом, как будто открылась дамба. Злость, страх, тревога — хлынули. — Ты кто? Где Юсте? Что происходит? — Эээм… не волнуйся, приятель… — Не называй меня приятель! Где моя девушка?! Она в порядке? Где вы? — Лукас, меня зовут Мариус, я её лучший друг. Это Аста, — он обернулся и закричал, — Аста, поздоровайся с парнем Юсте! — Привеет-привеет! — весело крикнула Аста на заднем плане. Но Лукас не усмехнулся. Его ладони вспотели, сердце бешено колотилось, в груди уже трещал вулкан. — Назовите адрес. Где она?! — Эй, Лукас, всё ок, она просто ушла в уборную. — Ага, блин, полчаса назад, — крикнула Аста. — Оставила мне телефон, чтобы не потерять, — объяснял Мариус, — но, походу, сама потерялась. — Луки, приезжай! — влезла Аста. — Даёшь новый квест: найди Юсте! Нам нужны бойцы! Лукас сжал кулаки. — Скажите адрес. Сейчас. Мариус назвал. — Стойте там. Никуда не уходите. Уже еду. Двенадцать минут. Он бросил телефон, в панике натянул кеды, даже не завязал шнурки. Влетел в такси, захлопнул дверь, руки тряслись. Завязал шнурки прямо в машине, пока водитель плёлся по ночному городу. Телефон сжимался в ладони, как камень. Он не знал, чего боялся больше: что с ней действительно что-то случилось… или что он узнает о ней то, к чему не был готов. Шумная барная улица встретила его фонарями и пьяным смехом. Толпа, лица, музыка из двух разных колонок одновременно. Он выдохнул. Позвонил. — Я подъехал. Где вы? Юсте нашлась? — Я руку поднял, вижу колонны перед собой… и смешную женщину, — Мариус захихикал, — Она танцует. Что она вообще тут делает? Лукас скинул. Его бесило, что им смешно. Его бесило, что он не знал, что с ней. Он заметил — руку парня с кудрявыми волосами. Колонны. Всё сошлось. Он резко подошёл. — Привет. Где Юсте? Мариус вытаращил глаза. Аста поднялась с дивана, держась за край, будто за борт корабля. — Это прикол? Подожди… ты Лукас?? Ты реально Лукас?! Мариус! Эта сумасшедшая не сказала, что встречается с Лукасом Радзявичюсом! Я просто… в ахуе! — Где. Юсте. Двое стояли в пьяном ступоре, как школьники перед родителем. Но Мариус быстро собрался. — Так, Аста, останься тут. Лукас, пойдём. Я помню, куда она пошла. Мы её найдём. Обещаю. — Спасибо. — Ты точно ок? — спросил Лукас Асту. — Останешься здесь? — О дааа… я в нооорме. Мне, похоже, уже сны снятся, — она махнула рукой, чуть не упав обратно. Они обошли угол здания, прошли вдоль стены. Свет фонарей дрожал на мокром асфальте. И тут — крик: — Я её вижу… Вот урод!!! — взорвался Мариус. Юсте стояла у входа в уборную. А перед ней — мужик, навеселе, громкий. Он что-то говорил, хватал её за плечо, насильно приобнимал. Она отталкивалась, просила отстать, чуть ли не плакала. — Отойди от неё! — рявкнул Лукас. И не дожидаясь ответа — врезал. Со всей силы. Парень упал. — Лукас! Нет! Не надо! — Юсте кинулась к нему, в слезах. Мариус схватил её, удержал, но не смог — она вырвалась, подбежала. — Не надо… пожалуйста… Лукас тяжело дышал. На щеках пульсировала злость. Он посмотрел на Юсте — заплаканную, дрожащую. И вдруг — всё стихло. Он взял её за руку. Мягко. Надёжно. — Всё. Пошли отсюда. Они втроём вернулись к колоннам. Аста уже дремала на лавке. Мариус подошёл к Лукасу, пожал руку. — Спасибо, что приехал. Честно. Я рад, что она под такой защитой. Лукас кивнул. Но внутри у него всё ещё кипело. Он не мог отпустить мысль: они упустили её. Он не сказал больше ни слова. В такси Юсте вдруг сжалась — и её вырвало. Лукас быстро подхватил, придержал волосы, достал салфетки. Уложил её, как маленькую. Осторожно. Почти священно. Дома — умыл её, переодел, накрыл пледом. Она уже почти не соображала, шептала что-то невнятное. Он смотрел. Молча. Телефон завибрировал. Он взглянул. Новое сообщение. от: Аланас Ты как? Добралась? Я вот — да. ____ от так от