Глава 7

Бутик был тихим. Снаружи был шумный Сеул, пробки, гудки машин, крики прохожих. А здесь всё будто застыло. Мягкий свет падал с потолка, отражаясь в зеркалах. Белые стены, цветы в углу, открытая бутылка вина на столике. Воздух пах пудрой, новым шёлком и чем-то дорогим. Лиён стояла перед зеркалом, почти не дыша. На ней было белое платье, которое точно не выглядело обычным. Ткань плотно облегала фигуру, а тонкий узор на корсете напоминал змею — он скользил по ткани, как будто двигался. Она даже не знала, кто выбрал это платье. Белль просто сказала: «Это твоё», и никто не спорил. — Тебе идёт, — проговорила Белль из-за спины, легко покачивая бокал. — Оно подчёркивает твою силу. А не делает из тебя куклу. Лиён посмотрела на своё отражение. Губы были без помады. Глаза сдержанно подведены. Волосы аккуратно уложены. Всё было правильно. Даже слишком. — Не думала, что когда-нибудь примерю свадебное платье, — тихо сказала она. — Тем более в таком месте, да? — улыбнулась Белль. — Только лучшие примерки для самой скандальной невесты Сеула. Они обе усмехнулись. Не от радости. Просто от иронии. В углу стояла Рина. Молча, руки скрещены. На ней был чёрный костюм, волосы собраны. На лице привычная вежливая улыбка, которая совсем не доходила до глаз. — Фата слишком длинная, — произнесла она наконец, подходя ближе. — Если вдруг будет ветер, ты запутаешься. — Пусть будет, — ответила Лиён. — Я всё равно уже в этом платье. Длинная фата хоть как-то скроет мои шаги. — Или привлечёт внимание к каждому, — добавила Рина, передавая туфли. — Ты ведь не против внимания? — Зависит от того, кто смотрит, — ответила Лиён, беря обувь. Они не спорили. Но и не разговаривали как подруги. Между ними была стена — из общего прошлого, молчаливых обид и того факта, что одна когда-то считала себя незаменимой, а теперь на её месте стояла другая. — Я бы не выбрала это платье, — спокойно добавила Рина. — Слишком «открытое». — Вот именно поэтому его выбрали, — отозвалась Белль. — Оно смелое. И она тоже. В помещении снова стало тихо. Лиён медленно села на край дивана, расправив подол платья. Ткань послушно легла, блестя в свете ламп. — Чувствуешь себя готовой? — спросила Белль. — Я чувствую себя… в процессе, — выдохнула Лиён. — Но уже не хочется бежать. — Вот и отлично, — Белль улыбнулась. — Остальное дело техники. И выдержки. Рина, не говоря ни слова, подошла к окну. Сквозь прозрачные шторы было видно, как кто-то внизу у входа курит и смотрит на здание. Пресса? Телохранитель? Кто-то из «тех»? Она слегка прищурилась, но ничего не сказала. Просто продолжала смотреть. Будто ждала момента, чтобы напомнить — в этой сказке всё ещё есть острые углы. А Лиён снова встала, подошла к зеркалу и коснулась рукой фаты. Платье было красивым. А она — уже не той, кем была раньше. Белль поправила фату, аккуратно разложив её на плечах Лиён. Пальцы её двигались неспешно, точно и легко, как будто она делала это не впервые. Затем задержала взгляд на лице Лиён и сказала негромко, но с такой уверенностью, что в комнате стало тише. — Ты будешь первой, кто дотронется до его мира и не обгорит. Или первой, кто сгорит полностью. Ни шутки. Ни улыбки. Просто факт. В стороне Рина застыла с украшениями в руках. Сделала вид, что поправляет браслет, но в глазах — что-то дрогнуло. Такая улыбка которую легко спутать с вежливостью, но в ней только натянутость. — Белль, может, стоит примерить другую фату? — бросила она, словно вскользь. — Эта слишком простая. Без блеска. Без акцента. — Нет, — ответила Белль, даже не оборачиваясь. — Эта подчёркивает её силу. Простота — не минус. Особенно когда за ней что-то настоящее. Пауза. Она повернулась к Лиён и добавила. — Верно, Лиён? Лиён кивнула, даже не глядя на Рину. Фата лежала легко. Без камней, без тяжёлых украшений. Просто тонкий, почти невесомый шёлк. Но именно он делал её образ — не принцессой, а чем-то сильным и прямым. Рина поставила коробку с туфлями на стол, небрежно, с тихим стуком. — Конечно. Простота — это сейчас в моде, — пробормотала она, хоть никто не спрашивал. — Рина, принеси, пожалуйста, шпильки. Серебряные, с тонкой резьбой. Думаю, Лиён они подойдут больше, чем золото. — , не меняя интонации, Белль медленно обернулась. Рина чуть прикусила губу, но кивнула и вышла из комнаты. Белль осталась у зеркала, рядом с Лиён, и не глядя сказала. — Не все умеют принимать своё место. Особенно если раньше думали, что их никто не заменит. Лиён посмотрела в зеркало, чуть улыбнулась. Не злорадно, просто спокойно. — Мне всё ещё непривычно быть в центре. — Привыкай, — кивнула Белль. — У Хвана рядом нет места для серых людей. Тишина снова повисла. Только лёгкий шум кондиционера, да ткань фаты, слегка колыхающаяся от движения воздуха. Тишина в примерочной длилась чуть дольше, чем обычно. Ее вид в зеркале был идеальным, Лиён была похожа на принцессу из обложки. Весь образ прямо кричал, что вот, будущая миссис Хван. Лиён смотрела на своё отражение. Белое платье с тонким, почти незаметным узором. Но чем дольше она вглядывалась, тем яснее становилось — это не просто линии. Это была змея. Вьющаяся, тянущаяся по телу, будто обвивая его. Сначала это казалось красивым узором. А теперь… теперь казалось символом. — Почему змея? — вдруг вырвалось у неё, почти шёпотом. — В смысле? — Белль посмотрела на неё через зеркало, чуть приподняв бровь. — Ну, на платье. Этот узор... он же как змея. Это случайность? Рина, стоящая уже в дверях с коробочкой шпилек, будто замерла. На миг. Совсем коротко. Белль медленно поправила плечо платья на Лиён, будто размышляя над ответом. — Наверное, нет, — сказала она наконец. — Змея — это не про зло. Это про выживание. Про гибкость. Про то, кто не ползает в грязи, а скользит сквозь неё. Не пачкаясь. Лиён не была уверена, понравился ли ей этот ответ. Но кивнула. Будто приняла. — Красивое объяснение, — тихо сказала она. — А ты красивая в нём, — ответила Белль. — Всё остальное — потом. Рина молча поставила коробочку с украшениями на стол и ушла в соседнюю комнату. Даже не глядя на Лиён. Но вопрос остался. Почему змея? Почему этот узор кажется таким личным, будто ей его кто-то выбрал заранее? И почему, когда она впервые увидела это платье — у неё появилось странное, неприятное чувство... будто она уже однажды видела этот рисунок. Где-то. На чьей-то коже. Лиён снова посмотрела на узор на платье. Он не бросался в глаза с первого взгляда. Но чем дольше она смотрела, тем больше понимала, что это не просто набросок. Это чёткие контуры. Извив. Голова. Глаз. Хвост. Змея. И как бы Белль ни старалась объяснить это красиво, в голове Лиён засела одна мысль, почему всё именно так? Почему это платье, почему кольцо, которое носит Хван, и теперь — эта фата, будто ползущая за ней следом? Она только открыла рот, чтобы сказать об этом снова, как в комнату вернулась Рина. В руках у неё была чёрная бархатная коробка. — Диадема, — сказала она, подходя. — Её только сегодня доставили. Эксклюзив, по заказу. Белль с интересом поднялась с дивана. Рина раскрыла коробку. Внутри — тонкая, серебристая диадема, обвивающаяся вокруг центра, как спираль. И в самом центре — змея. Тонкая, блестящая, с зелёным камнем вместо глаза. Лиён не сразу отреагировала. Она просто смотрела на украшение. А внутри что-то заныло. — Ты серьёзно? — тихо спросила она. — Опять змея? — Тема вечера, видимо. Или судьба.— Рина усмехнулась, не поднимая глаз. Белль взяла диадему, осторожно поднесла её к голове Лиён. — Это красиво, — сказала она. — И странно. Но знаешь, что я думаю? Иногда символы выбирают не ты, а тебя. Лиён больше ничего не сказала. Просто смотрела на себя в зеркало. Белое платье. Змеиный узор. Диадема на голове. И в отражении — не она. Какая-то другая. Какая-то, чья жизнь уже давно запуталась в чужой игре. Лиён стояла у зеркала, в платье, украшенном тонким узором. Диадема уже была на голове, холодный металл слегка давил на виски. Она поправила фату и та плавно скользнула по плечу и легла на спину, как шлейф тени. Рина молча что-то перебирала в коробке с украшениями. Белль допивала вино и листала телефон. И вдруг Лиён заговорила. — Можно я спрошу? Только честно. — Голос её был негромким, но чётким Обе девушки обернулись почти одновременно. Лиён посмотрела сначала на Белль, потом на Рину. — Почему везде змея? — снова повторила Лиён. В комнате повисла тишина. — В смысле? — переспросила Рина, делая вид что не поняла. — Я не слепая, — Спокойно ответила Лиён. — Кольцо на его пальце — змея. Платье — с узором змеи. Диадема — тоже. И мое кольцо, змея с большим камнем. Даже в галерее, если присмотреться, там выставлены работы с этим символом. Это всё не просто так, верно? Белль слегка улыбнулась. Тепло, но не так, чтобы дать ответ. — Иногда змея это просто символ силы, — сказала она, подходя ближе. — Она скользит там, где другие тонут. Меняется, когда нужно. Выживает, даже если всё рушится. — Красиво звучит, — отозвалась Лиён. — Но я не спрашивала про философию. Я спрашивала, почему именно он носит это. И почему мне это дают. Рина посмотрела на неё, и уже без усмешки. Сухо, холодно. — Ты просто не понимаешь. Пока. Белль подняла руку, словно прося Рину замолчать. — Это семейное, — мягко сказала она. — У Хванов так принято. Символ, передающийся поколениями. Ты теперь с ним. Люди увидят это и поймут, чья ты женщина. Слово «женщина» прозвучало как что-то большее, чем просто статус. Оно было как клеймо. Лиён опустила глаза на ткань платья. Змея вилась по её телу, тонкая и блестящая. Она вздохнула. — Звучит как метка. Как предупреждение. — Возможно, — кивнула Белль. — Но главное — как ты это носишь. Как знак. Или как цепь.

***

Уже в полвосьмого Лиён была в здании H.ONE — главном офисе компании Хвана Хёнджина. Здание возвышалось над Сеулом, пятьдесят этажей, стекло и металл, отражающие вечернее небо. Панорамные окна. Быстрые лифты. И воздух, пропитанный деньгами. Внутри всё выглядело как на обложке журнала: чисто, строго, дорого. Люди в костюмах проходили мимо, едва кивая — как будто знали, кто она, и уже получили инструкции, как с ней обращаться. Сразу у входа её встретил Джихён. На нём — тёмно-серый костюм, ни одной складки. В руках — папка с документами. Лицо — как у человека, который привык делать вещи быстро и без шума. — Добрый вечер, мисс Ким, — сказал он, не теряя серьёзности. — Господин Хван ждёт вас. Мы поднимемся сразу, если вы готовы. — А если я скажу, что не готова? — Тогда я всё равно нажму кнопку лифта, — ответил он без намёка на шутку. Лиён чуть усмехнулась. — Отлично. Идём. Они вошли в лифт. Металлические двери закрылись мягко, без звука. — Там будет не только он, — заметил Джихён. — Юрист тоже. Брачный документ нужно подписать официально. В двух экземплярах. — А если я передумаю? — Тогда я вынужден буду напомнить вам о пункте семь, — спокойно ответил он. — В котором прописано, что отказ возможен только до того, как вы получите кольцо. — А оно будет там? — На столе, рядом с ручкой. Всё по порядку. Лиён ничего не сказала. Она чувствовала, как с каждой секундой внутри что-то сжимается. Это было не страх. Это было… окончательное. Как если бы она уже перепрыгнула через перила, а теперь летела вниз. Только осталось — подписать. Двери лифта открылись. Их ждали. Двери кабинета открылись мягко, почти бесшумно. Лиён вошла первой. Просторный, тёмный интерьер, панорамные окна во всю стену, за которыми Сеул будто рассыпался на огни. Город шумел внизу, но здесь, на этом этаже, было тихо. Слишком тихо. Хван стоял у окна, спиной к ней. Руки в карманах, взгляд куда-то вдаль. Услышав шаги, повернулся. — Рад, что ты пришла, — спокойно сказал он. — Присаживайся. На столе перед ней лежали два аккуратных комплекта бумаг. Рядом — чёрная бархатная коробочка. И ручка. И кольцо. Джихён подошёл первым, положив свою папку рядом. — В документе всё по условиям, которые вы уже читали. Прописаны сроки, совместное проживание, охрана, внешняя репутация. Подписи сторон обязательны. Хван присел напротив Лиён. Спокойно. Уверенно. Как будто это не брак, а очередная деловая сделка. — Ты можешь перечитать всё ещё раз, — сказал он. — Я не тороплю. Лиён взяла первую страницу. Бумага была плотная, дорогая. Каждое слово отпечатано идеально. Внизу — строчка для её подписи. — Тут не написано, что я должна чувствовать, — тихо сказала она, не отрывая взгляда от листа. — Чувства не обсуждаются, — так же тихо ответил он. — Они — побочный эффект. Или, если повезёт, бонус. Она подняла взгляд на него. Хван смотрел прямо, почти без выражения. Только глаза чуть темнели. Лиён отложила ручку. — У меня один вопрос. — Конечно. — Почему я? Он не ответил сразу. Джихён молча сделал шаг назад, словно давая им пространство. — Потому что ты не боишься, — наконец сказал Хёнджин. — Или боишься, но не прячешься. А таких немного. И ты умеешь молчать, даже когда тебе больно. На секунду она застыла. Потом взяла ручку. Подписала. — Значит, теперь я твоя жена, — произнесла она, будто пробуя это слово на вкус. — Только на бумаге, — отозвался он. — Пока что. Лиён посмотрела на свое кольцо, это было началом чего то нового, и конца старого. И эта змея точно была предвестником ее новой жизни. В момент в кабинет постучали. Внутрь зашла Рина, и заметив Лиён ее лицо сразу скривилось, будто лимон съела. Не такой реакции я ожидала. — Господин Хван, — начала Рина подойдя ближе. — К вам госпожа Кан Сеён пожаловала, сказала, что дело срочное. Лиён вдруг заметила, как за её спиной лицо Хёнджина в секунду изменилось. Его обычная ухмылка исчезла, а глаза сузились будто наполнились тревогой и напряжением. Это было настолько резко, что она невольно обернулась. В дверях стояла женщина, она былла среднего роста в возрасте, уверенная в себе, с холодным взглядом, который казался способным сверлить насквозь. Она была одета сдержанно, но дорого — без лишних слов излучала власть и контроль. Хёнджин быстро вернул себе привычное спокойствие, но Лиён уже знала: эта женщина не просто гость. — Сеён, —коротко сказал он, едва скрывая уважение в голосе. Женщина кивнула в ответ, не отрывая взгляда от Хвана, а затем коротко взглянула на Лиён, словно оценивая её. Лиён почувствовала как воздух в комнате стал плотнее. Она не понимала, почему именно эта женщина вызывает такую реакцию у Хёнджина,но ясно ощущала, что ее мир гораздо глубже и сложнее, чем она думала. Девушка почувствовала, как напряжение в комнате растёт. Она смотрела на женщину у двери строгую, собранную, сдержанную. Ни одного лишнего жеста. Даже её походка, когда она вошла ближе, была уверенной, но бесшумной. Всё в ней говорило о человеке, который привык, чтобы с ним считались. Кан Сеён приблизилась к столу и поставила перед собой чёрную кожаную папку. Её пальцы были длинными, ухоженными, ногти покрыты прозрачным лаком. Она медленно провела рукой по столешнице, будто проверяя чисто ли. — Прости, что без предупреждения, — сказала она тихо, но твёрдо. Её голос был глубоким, в нём не было ни капли извинения. — Тебя это никогда не останавливало, — ответил Хёнджин, всё ещё стараясь выглядеть расслабленно, хотя Лиён видела как его плечи стали чуть напряженней. Он предложил Сеён сесть, но та только кивнула, оставаясь на месте. — Я слышала новости, — ссказала она, медленно переводя взгляд на Лиён. — Поздравляю. — Спасибо, — ответила Лиён вежливо и неуверенно. Сеён оценивающе посмотрела на неё. В её взгляде не было враждебности, но что-то холодное всё равно чувствовалось. Словно она могла насквозь видеть страх, сомнение, слабость,и оставляла это при себе, просто фиксируя. — Ты... занимаешься искусством? — Да. Я художница, — кивнула Лиён. — Занималась, — вставил Хёнджин, говоря почти в шутку. — Теперь её ждёт совершенно другая сцена. Сеён не улыбнулась. — Будь осторожна, — бросила она коротко, будто просто совет. Но Лиён не могла понять, что это,забота или предупреждение. Она почувствовала, как у неё заледенели пальцы. Почему он напрягся? Почему эта женщина говорит так, будто знает, чем всё закончится? — Мы подписали документы. Всё в силе. — Хёнджин кашлянул, пытаясь сменить тему. — Хорошо, — отозвалась Сеён. — Тогда тебе стоит подумать, как это выглядит со стороны. Сейчас весь город наблюдает. И не все улыбаются. Кан Сеён посмотрела на часы, затем на Хвана. — У тебя есть три дня. Потом всё изменится. И развернувшись, ушла так же, как вошла, спокойно, почти беззвучно и оставив за собой ощущение, будто она никогда и не входила. Только дверь, слегка качнувшись, напомнила, что это было не наваждение. Лиён посмотрела на Хвана. — Кто она? — Просто женщина, которую лучше не злить. — Он молчал секунду, потом улыбнулся, слишком быстро Он пошёл к бару в углу кабинета, налил себе бокал виски. — И та, чьё мнение важно. Даже если тебе кажется, что она просто наблюдает. — добавил Хёнджин. Лиён опустилась в кресло, всё ещё ощущая, как сердце стучит в груди. Она подписала контракт. Вошла в этот мир. Но только сейчас поняла,она ещё даже не видела, что на самом деле стоит за его дверями. — Тогда, когда я переезжаю в твой в дом? — на выдохе спросила Лиён поворачиваясь к Хёнджину. И этот вопрос её волновал больше всех, потому что жить под одной крышей с ним было страшно. Не потому, что он кричал или угрожал. Нет. Хван никогда не повышал голос. Но в его взгляде жила тишина, которая давила сильнее любых слов. Это было как сидеть рядом с хищником который притворяется ручным. Ты знаешь что он может не тронуть тебя… но и знаешь, что может. Лиён не раз ловила себя на мысли, как она сюда попала? Всё закрутилось так быстро, начиная от первой встречи до этой роскоши, до фамилии, которая теперь звучит за её спиной. От нищеты и безвестности к вниманию всего города. Но вместе с этим вниманием пришёл страх. Страх ошибиться. Страх сказать не то. Страх узнать, кто он на самом деле. Она вспоминала, как он иногда молчал, глядя в окно будто считал шаги чьей-то жизни. Как его улыбка никогда не доходила до глаз. И как его руки, холодные и сильные, легко ложились ей на талию, когда нужно было казаться парой, будто он держит её не для поддержки, а чтобы она не сбежала. — Сегодня. Уже сегодня ты будешь жить со мной, потому что до фанатов дошел твой адрес, — начал Хёнджин, в его голосе было понятно, что он уже хочет контролировать свою новоиспеченную жену. — Я не хочу чтобы к тебе пробрались фанаты, и убили во сне, — спокойно закончил парень. Лиён вжалась в спинку кресла. Как это уже сегодня? — У меня не собрана вещи, я даже не подготовилась, — чуть ли не заикаясь проговорила девушка, смотря на парня, который уже успел сесть на стол. — Это не проблема. Джихён отвезёт тебя домой, — начал Хёнджин. — Соберёшь вещи на первое время. Завтра доставим всё остальное. Он говорил легко, будто речь шла не о её переезде в чужую, холодную реальность, а о простой прогулке. Лиён кивнула, но внутри всё сжалось. По ощущениям, у неё будто вся жизнь пролетела за одну минуту. В голове всплыли детали — первый день в той квартире, запах краски, когда она только закончила ремонт, первое утро с кофе на подоконнике, когда солнце лилось через белые шторы, как она верила, что сможет выжить одна, без чьей-то помощи, без родных. Тот скромный уголок, где она чувствовала себя собой. Теперь это казалось чужим. Маленьким. Ненужным. Хёнджин встал со стола, подошёл ближе и протянул ей ключ. Длинный, чёрный, с выгравированной змеёй на боку. — Добро пожаловать домой, — сказал он тихо, почти с усмешкой. Лиён сжала ключ в руке, и он словно обжёг ладонь. Она молча кивнула и пошла за Джихёном, который уже ждал в коридоре. — У тебя час. Потом мы едем.— Его лицо было спокойным, как всегда, но в голосе слышалась твёрдость. Двери закрылись, и она осталась одна со своими мыслями. Новый дом, новая жизнь, новое имя. А себя — она успела упаковать?

***

За час Лиён собрала большой чемодан, и пока она вспоминала все, чтобы не забыть к ней в квартиру зашла Белль. На ней было короткое платье до середины бедра, и открытыми плечами, будто та на вечеринку идет. — Ты всегда так одеваешься? — спросила Лиён подходя ближе. Ей действительно было интересно, откуда в Белль столько уверенности. — Ну да, а кто запретит? Хёнджин? Не переживай, он не будет контролировать тебя постоянно, только публичные выходы. — ответила Белль с легкой улыбкой. — Все таки, ты теперь часть нашей семьи, поэтому пусть Джихён возьмет твой чемодан, и поехали быстрее домой. Сделаю тебе обход по территории. Улыбнувшись Белль махнула Джихёну и взяв Лиён под руку вышла из квартиры, ожидая Джихёна. Тот, в одну руку с легкостью взял чемодан, будто там было не десять киллограм, а несколько грамм. Закрыв квартиру на два ключа, Лиён будто поставила точку. Один щелчок. Второй. Всё. Словно запирала не дверь, а целую главу своей жизни. Белль стояла рядом, в чёрных очках, с маленькой сумкой на плече и спокойным лицом, как всегда. Они молча спустились по лестнице — лифт в этот раз не вызывали. Шаг за шагом, как будто прощались с каждым пройденным метром. Во дворе её никто не провожал, никто не махал рукой, не выглядывал из окон. Только пустые качели скрипнули на ветру, будто напоминая: "ты уходишь — и больше не вернёшься". Лиён оглянулась в последний раз. Балкон. Цветы, которые так и не успела пересадить. Старая вывеска на доме, чуть наклонённая. Всё, что было её. — Готова? — спросила Белль, открывая дверь машины. Лиён кивнула, не глядя на неё.

— Нет, — подумала она про себя. — Но выбора уже нет.

Машина тронулась. Через окно проплывали знакомые улицы, кафе за углом, где она брала утренний кофе, аптека, магазин у дома. Всё это казалось таким далёким, будто она уезжала в другой мир. И, по сути, так и было. — Не переживай так сильно, Хёнджин не тиран, как все думают, — улыбнувшись ответила Белль. — Ради своей семьи он голову каждому свернет. Лиён усмехнулась. Она и Хёнджин. Семья. Такое странно слово, как для них двоих. — Для Хёнджина я всего лишь выгодный интерьер в его доме, но никак не семья, — проговорила Лиён смотря в окно, и замечая как они уже выехали из Сеула и ехали по темному лесу. — Не говори так. Да, может, у вас были разногласия в прошлом, но сейчас уже десять лет прошло, как-никак, — Белль накрыла руку девушки своей и мягко улыбнулась. — Сейчас он сделает всё, чтобы защитить тебя от его мира. Лиён отвела взгляд в окно, молча наблюдая, как машины проезжают мимо, оставляя за собой лишь размытые полосы света. Её губы дрогнули, будто она хотела что-то сказать, но не смогла. Она не верила, что от мира в котором живёт Хёнджин, можно так просто взять и защититься. — Ты слишком уверена в нём, — тихо проговорила она, всё ещё глядя в темнеющий город. — Я просто знаю его намного дольше, чем ты, — мягко ответила Белль. — Он может быть разным. Жёстким, хладнокровным, иногда даже пугающим. Но когда дело касается тех, кого он считает «своими», он идёт до конца. — А ты… ты — его семья, — кивнула Лиён. — А я? Белль на секунду замолчала. — Пока нет. Но ты стала частью сделки. А значит, ты теперь в круге. Пусть даже и не по своей воле. — чуть улыбнувшись ответила Белль. — Приятно, когда на тебя смотрят, как на расписание. — Лиён… — Что? — Просто... будь осторожна. Иногда он действительно защищает. А иногда — закрывает глаза. Машина свернула на длинную дорогу, ведущую к особняку. Слева простирались деревья, справа начинался склон с видом на город. За воротами новая жизнь. — Мы приехали, — тихо сказала Белль. Лиён глубоко вдохнула. — Пошли в новую главу моей жизни. Дверь машины открылась, и прохладный воздух коснулся её кожи, как чужой. Впереди был роскошный дом. Высокие окна, свет в холле, охрана. И тот, кто ждал внутри. Тот, кого она боялась... и к кому теперь принадлежала, даже если по документам. Перед ней открылся большой особняк, будто сам Белый дом перед ней — только в тёмных оттенках. Вместо классического белоснежного фасада — серый камень с чёрными вставками, высокие окна, мрачные колонны и строгость в каждой детали. Он не кричал о роскоши. Он молчал о власти. Особняк был как сам Хёнджин,сдержанный, холодный, но при этом невозможно игнорируемый. Но самое главное — он был не её. — Ты не будешь жить здесь, — негромко проговорил Джихён, подойдя к ней сзади. — Твоя резиденция, вон там. Он указал рукой в сторону, и только тогда Лиён заметила второй дом — поменьше, но всё равно большой. С панорамными окнами, приглушённым светом в гостиной и аккуратной дорожкой, выложенной камнем. В нём не было той мрачной торжественности, что исходила от главного особняка, но от этого он казался ещё опаснее. Слишком тихим. Слишком отдельным. — Это чтобы у тебя была своя зона. Господин хотел, чтобы ты чувствовала себя свободно, — продолжил Джихён. — Ключи у тебя. Там уже всё обустроено. Лиён кивнула, хотя внутри было неуютно. Свобода под охраной — это вообще свобода? — Он будет жить вон там, а я здесь? — уточнила она, сдерживая дрожь в голосе. — Да, — спокойно ответил Джихён. — Но дом под наблюдением. Если что-то случится — ты не останешься одна. — А если случится с ним? — вдруг спросила она. Джихён слегка улыбнулся, но не ответил. Машина тронулась дальше, к её новому дому. Через несколько минут они остановились у входа. Тот самый момент, когда снаружи ты ещё принадлежишь прошлому, а внутри тебя уже нет. — Заходи, — сказал Джихён. — Тебя ждут. И, да, не забудь, с этого момента ты должна быть не просто девушкой, а женой Хвана Хёнджина. Даже если фиктивной. Лиён вышла. Дверь дома открылась автоматически. Тёплый свет, высокие потолки, дизайнерская мебель. Всё идеально. Слишком. Но внутри всё ещё было пусто. Она сделала шаг, не снимая пальто, и почувствовала, как в воздухе пахнет новой жизнью. Жизнью, которую она сама себе не выбирала.