А если он забудет ?

Весна будто пробуждала в Йор всё, что она так долго старалась припрятать внутри: чувства, мысли, надежду. С Лойдом они снова проводили время вместе. Не просто как знакомые, не как одноклассники, а почти как тогда, в детстве. Почти — потому что теперь всё было иначе. Больше пауз между словами, больше стеснения в улыбках. Но всё равно — по-настоящему.

После уроков они шли домой одной дорогой. Говорили обо всём: о контрольной по биологии, о том, какой учитель истории странный, и как Мила снова тайно рисует фанарты по манге в тетради по математике. Йор чувствовала себя рядом с Лойдом спокойно — так, как не чувствовала ни с кем.

***

Однажды, возвращаясь вместе со школы, они остановились у их старого дерева во дворе. Того самого, у которого когда-то ссорились, смеялись и прятали фантики от конфет.

— Оно всё ещё стоит, — усмехнулась Йор. — Ага. А помнишь, как ты однажды залезла на него, а потом испугалась слезать? — Эй! — толкнула она его в плечо. — Ты же пообещал не вспоминать это при других! — А тут никого, — улыбнулся он. — Только я. И ты.

Она замолчала, смотря в его глаза. Потом резко отвернулась и притворилась, что смотрит в небо.

— Глупый ты, Лойд. — Ты тоже.

Смех.

И лёгкость, как будто внутри всё на минуту стало ясным.

***

На следующий день в их класс вошла новенькая.

Классная руководительница улыбнулась:

— Ребята, у нас пополнение. Это — Фиона Форст. Она только переехала в наш город. Прошу принять её тепло.

Йор смотрела на неё с интересом. Высокая, с длинными светлыми волосами, уверенной осанкой и взглядом, полным самоуверенности. Она была из тех, кто умеет держать внимание на себе. Девочки сразу зашептались, мальчики притихли.

Фиона прошлась глазами по классу и улыбнулась Лойду.

Он ответил ей обычным кивком. Нейтрально.

Но Йор всё равно почувствовала, как внутри что-то кольнуло.

— Можно мне сесть сюда? — спросила Фиона, указывая на парту рядом с Лойдом. — Конечно, — ответила учительница.

Йор смотрела, как та села, положила аккуратно пенал, и тут же заговорила с ним — весело, будто они знакомы давно.

Йор не слышала слов. Только видела — как Фиона улыбается. Как Лойд отвечает. Не так, как с ней. Но отвечает.

В животе стало пусто.

На перемене Йор старалась не показывать ничего. Она сидела с Милой, рисовала что-то в блокноте, делая вид, что погружена в работу.

— Ты в порядке? — шепнула Мила. — Всё нормально, — ответила Йор, не поднимая глаз.

***

Но вечером, лёжа в кровати, она смотрела в потолок, сжимая подушку.

"Что, если он с ней подружится? Она ведь красивая. Уверенная. Ему с ней, наверное, проще. А я… я всего лишь старая подруга из детства. Может, он просто из вежливости рядом со мной? А если забудет? Совсем?"

Йор резко села на кровати, сжав кулаки.

"Нет. Не думай об этом. Он же не может… хотя… может."

Она снова легла, завернулась в одеяло, стараясь не заплакать. Но слёзы всё равно текли по щеке.

Прошло несколько дней. Фиона быстро влилась в коллектив. У неё была та лёгкость, которая заставляла других смеяться, соглашаться, следовать за ней.

Она часто сидела рядом с Лойдом, делала с ним групповые задания, однажды даже дотронулась до его руки, когда объясняла что-то в тетрадке. Йор это видела.

И чувствовала, как между ними вырастает что-то... опасное.

На улице они с Лойдом всё ещё гуляли вместе. Он рассказывал про новые детали, которые купил для своей модели, спрашивал, как продвигается её комикс, даже однажды помог ей донести тяжёлую папку до дома. Всё было нормально. Почти.

Но Йор всё чаще замечала, что он стал задумчивее. Иногда отвлекался. Иногда смотрел куда-то в сторону, и она не могла понять — думает он о чём-то своём... или о ком-то.

***

Однажды вечером мама за ужином сказала:

— Йор, бабушка просит, чтобы ты приехала к ней на неделю. Ей нужно помочь с огородом, да и соскучилась она.

Йор уронила вилку.

— Во время школы? — Да, договорились с учителем. Он даст задания. Ты же справишься ?

***

Она не ответила. Только кивнула.

А ночью снова лежала в кровати, сжимая подушку до боли.

"Я уеду. На неделю. А Фиона останется. Она будет рядом с ним, на уроках, на переменах. Сможет смеяться с ним, говорить. А я?.. Он забудет обо мне. Он и так уже стал каким-то другим. Я чувствую."

Её душили слёзы. Впервые за долгое время ей было по-настоящему страшно. Не за оценки. Не за контрольную. А за человека, которого она не хотела терять снова.

"Лишь бы он не забыл..."